Глава 28
Мы вошли в башню и оказались в просторной комнате, посреди который, стоял большой бордовый стол. На кожаном стуле восседала старая седая женщина в прямоугольных очках, спадающих на нос.
Ее чёлка была окрашена в чёрный цвет, на глазах красовались зелёные тени, а подкрученные ресницы доставали до самых бровей - тонких и чёрных. Вытянутые губы покрывала ярко-красная помада.
Все ее лицо было в глубоких длинных морщинах, доходящих до шеи и спускаясь ниже, под желтую рубашку.
Чёрные крылья разбавлялись серебристыми перьями и, в отличии от хозяйки, выглядели очень свежо и привлекательно.
Она писала, что-то в блокноте, держа страусиное перо длинными чёрными ногтями, сильно щурясь и морща нос.
Женщина подняла на нас глаза цвета закатного розового неба и, тут же, опустила обратно.
- Бабушка Роза, - обратилась к ней целительница, - не делайте вид, будто не узнали меня.
Старуха положила перо на стол и отодвинула записи на край стола.
- Тебя забудешь, - буркнула она и тяжело выдохнула, - кого ты привела?
Она встала со своего стула, придерживаясь за поясницу и подойдя к нам, оглядела каждого с ног до головы.
Мы стояли не дыша, ожидая вердикта.
- Стефания? - сощурилась она, глядя на меня вплотную, - что у тебя тут? - она больно ткнула пальцем в мой амулет, а затем резко одернула руку. - Твоя сила. Почему она тут? Тебе ещё рано ей пользоваться.
- Можно мы пройдём? - вежливо попросила целительница, - нам пришлось сражаться, пока мы добирались до вас.
Она ехидно усмехнулась: - Я вас не приглашала.
- Бабушка Роза, вы единственная кто может мне помочь, - взмолилась я.
Я, действительно, потеряла всякую надежду. Не знала куда бежать, что делать. Если бабушка мне не поможет, то придется идти к Люциферу, а мне, если честно, не очень хотелось встречи с королем Ада. Пусть он и на нашей стороне, что тоже я ставила под сомнения, все же он самый могущественный демон из ныне живущих.
- А твоя бабуля Эва, все таки окончательно свихнулась? - усмехнулась старуха. - Она ненавидел твоего отца. Все пыталась их рассорить. И тебя ненавидела. Но, скорее, потому что боялась. Боялась, что ты будешь сильней ее самой. Проходите, чего застыли? - она помахала нам рукой, приглашая присесть на небольшой мягкий диванчик.
У меня, немного, дрожали ноги от волнения и глаза, порой, поблескивали розовым светом. Я засматривалась на, такие же, глаза бабушки, но спросить ничего не решалась.
Старуха достала из шкафчика стола тонкую и длинную сигарету, засовывая ее между зубов.
- Будете? - протянула она пачку нам.
- Роза! - вскрикнула в ужасе мисс Милли. - Они же дети.
- Ой, Мил, эти дети больше тебя знают, - хмыкнула она, убирая сигареты на место, - что вы хотите знать? - недовольно скривилась она, усаживаясь на свой стул.
Мы переглянулись, решая кто задаст вопрос первым. Ведь их было так много и, что-то мне подсказывало, что бабуля не станет отвечать на все.
Мисс Милли заговорила первая. Она не стала рассказывать все подробности, чтобы не тратить время, а перешла сразу к делу. Рассказала о том, как я получила способности, о Эванжелине, которая хочет их забрать и о камне.
Бабушка выслушала все молча, лишь иногда сжимая, и без того, тонкие губы.
- Да уж, - выдохнула она дым от третьей сигареты, скуренной подряд, - сами себя загнали в ловушку. Что же, мы можем сделать, давайте посмотрим, - она замолчала, положив пальцы на морщинистые виски и начала из массировать. Заговорила через несколько минут, а может быть часов. Все это время мы молчали и время тянулось бесконечно долго.
- Уничтожить твою силу, не убив тебя не выйдет. Хотя это бы значительно облегчало ситуацию, - Альба округлила глаза в удивлении и злобно зыркнула на бабулю, - Эванжелину придётся убить, - выпалила она и я вжалась в мягкую спинку дивана.
- Что? - вспыхнула мисс Милли. - Ты совсем из ума выжила, старая. Мы не будем никого убивать.
Бабуля, кажется, не обратила никакого внимания на оскорбления и сухо выплюнула: - Тогда она убьёт Стефанию. А я бы предпочла, чтобы моя внучка осталась жива. К тому же, если мы потренируем девочку, она сможет дать отпор.
- Я не стану никого убивать, - вырвалось у меня и глаза засверкали сильней, - я не смогу, бабушка.
Жар начал расползаться по телу и Вильям, сидевший по правую руку от меня, немного отодвинулся.
- Так! - рявкнула Роза. - Не разнести мне тут все, - она подошла ко мне в плотную, обхватывая лицо руками и из ее пальцев, прямо мне под кожу, просочился холод.
Он, тонкими струйками, забирался в мозг, разливаясь по нему, охлаждая и успокаивая. Стало так спокойно, тихо вокруг, будто я заткнула уши. Все ошарашено глядели на бабулю.
- Бабушка Роза, - тихо начала я, когда в груди уже не осталось ни капли тревоги или страха, - неужели, с самого начала, вся эта война из-за меня? - я хотела заплакать, думала, что сейчас вновь сорвусь и мои губы задрожат, но нет. Ничего. Только звенящее безразличие.
- Да, - равнодушно ответила она, - этоо все из-за тебя.
- Роза, - снова рявкнула на неё целительница, - разве можно такое говорить? - она возмущённо поставила руки в бока и нахмурилась.
- А что? - в поддельном удивлении спросила бабушка, доставая очередную сигарету. - Я говорю правду. Она - нефилим, что само по себе очень опасно. Если научить ее управлять магией, то на данный момент, она самое сильное существо в мире. А, из-за того, что вы заключили ее силу в камне, ее теперь может забрать каждый желающий, подчинить или уничтожить, - старуха подожгла кончик сигареты и глубоко затянулась, - когда я только узнала, что Эстель носит ребёнка от моего сына, сказала сразу, что ничего хорошего из этого не выйдет. Потом твердила, чтобы они оставили магию тебе, потом, чтобы отправили жить ко мне, но... Как ты видишь, Стефания, старую бабку никто не послушал.
- Мы думали, что так будет лучше, - грустно опустила голову мисс Милли, разглядывая носочки своих туфелек.
- Ещё бы, - ухмыльнулась бабушка Роза, - я пыталась вбить в их тупые головы, что тебя захотят использовать, убить, забрать силу. Ты представляешь огромную опасность для нашего мира, для власти.
- И поэтому наложила на неё печать любви? - возмутилась целительница. - Мы делали все, что бы спасти девочку. Скрывали ее, пытались дать спокойную жизнь. А ты думала только о себе. Кончено, было бы удобно, если бы Стефи с ее силой, сидела у тебя под крылом.
- Милли, - рявкнула бабуля, - ты в своём уме? Ты думаешь, что я стала бы использовать собственную внучку? Это прерогатива Эванжелины - думать только о себе, а Стефания - моя кровь; дочь моего единственного и покойного сына. И я наложила на неё печать, потому что вы, не в состоянии позаботиться о ней. Ты представляешь, что могло случится испытай она рядом с агатом... оргазм например? - целительница закашлялась, я, стыдливо опустила голову, а Альба выпучила глаза. - А если бы ей разбили сердце? Ты представляешь, что твориться в душе семнадцатилетней девушки, которую бросает парень? Любовь - самое сильное оружие в нашем мире. Из-за неё убивают, из-за неё идут с войной, умирают, воруют, разрушают... - бабушка уже давно забыла про сигарету, тлеющую между пальцев и активно размахивала руками, - я сделала то, что должна была. Ее тело не выдержало бы... я спасла ей жизнь. Тем более, Милли, - она укоризненно глянула на целительницу, подходя к ней почти в плотную, - у меня, в отличии от тебя, все продумано на перед.
- Роза, - окликнула я старуху, - почему папа не перестал любить маму во время заклятия?
Бабушка отошла от целительницы и подойдя к окну, облокотилась руками о подоконник.
- Потому что он попросил Люцифера снять печать... для него, - она шумно выдохнула, разворачиваясь ко мне, - и я была очень зла. Не выдержала этой злости и уехала подальше, чтобы не поубивать их к чертям.
- Но я думала, что это ты ошиблась? Не правильно наложила печать, - тихонько произнесла целительница.
- Поначалу, я тоже так думала. Пыталась найти ошибку, исправить. Но Адам рассказал мне сам, когда узнал о беременности, - ее глаза поникли и вместо розовых, стали чёрными, - я так жалею, что сбежала. Что не нянчила свою внучку, что не смогла защитить ее. Наложила печать, чтобы хоть как-тот исправить все то, что наделали твои родители и Милли. Но Люцифер и тут мне помешал. Снял печать для своего сына, чтобы он втерся к тебе в доверие, чтобы забрал тебя, влюбил, - бабушка резко перевела взгляд на целительницу, - видишь, Милли, чем опасна любовь? - женщина стыдливо кивнула. - Он не хотел тебя убивать или забирать твою силу. Но, так же, он не хотел гармонии - объединения ангелов и демонов. Да и я тоже не хотела, если честно, - бабушка принялась расхаживать по кабинету, суетливо заламывая пальцы, - мы хотели забрать тебя жить в тьму, чтобы научить тебя магии, научить заклинаниям и тогда, ты смогла бы жить спокойной жизнью, я, наконец-то, смогла бы узнать тебя поближе, а ад получил бы защиту. Но я не хотела делать это так! - она всплеснула руками, сочувственно взглянула на меня и стыдливо отвела взгляд. - Клянусь, Стефания, - тихонько произнесла она, - но Люцифер сделал все по-своему.
Я сглотнула тяжёлый ком, подступающий к горлу. Мои чувства смешались между собой в жгучий клубок. Очень сложным и тяжёлым оказалась правда, но я, ни капельки, не жалею, что узнала ее.
Бабушка Роза показалась мне хорошей. Пусть она немного грубая и слишком прямолинейная, но я вижу в ее глазах добро. Вижу, что она говорит правду, без утайки. Вижу, что хочет помочь.
- Так, ладно, - вступила Кассандра, после затянувшейся тишины, - чего раскисли. Вроде бы, все не так уж и плохо. Предлагаю выпить чего-нибудь крепкого и наконец, расслабиться.
- О, милая, это было бы здорово, - приободрилась Роза, доставая сигарету из верхнего ящика стола, - принеси нам, будь любезна.
- Я схожу с тобой, - буркнула я и выскользнула из башни, вслед за демоницей.
Мы прошли по, вымощенной камнями, тропинке, к небольшому зданию с решетчатой крышей. Я приподняла брови в немом вопросе и взглянула на девушку. Я и сама толком не понимала, что хочу от нее. Была уверенна только, что Касс знает ответы на мои вопросы.
- Астор любит тебя, - улыбнулась она, - полюбил, как только Люцифер снял печать.Я никогда не видела его таким... другим, - я рассмеялась и тепло улыбнулась девушке. Я благодарна ей за правду, - он так хотел тебе все рассказать. Переживал, что приходиться врать, но ещё больше, боялся, что - узнай ты правду - отстранишься от него.
Мы взяли пару бутылочек без этикетки. Жидкость была темная, коричневая и, по виду, очень крепкая.
- Мне нужно узнать про Стивена, - тихо начала я, когда мы возвращались к бабушке.
- В академии сейчас очень опасно, - поджала губы Касс, - Роза не отпустит. Она слишком долго тебя ждала.
- Ты знала? - всплеснула руками я.
- Знала только, что у неё есть внучка, по которой она очень скучает. Но не знала, что это ты, - я кивнула, а демоница продолжила, - я чувствую твою боль, - она грустно улыбнулась, - ты переживаешь за друга. Я знаю один способ пробраться к нему, но думаю, он тебе не понравится.
- Если есть хоть малейшая возможность узнать, что с ним, убедиться, что он жив и здоров, помочь ему, в конце концов, то я готова на все, - решительно выпалила я.
- Хорошо, - кивнула Кассандра, - сегодня бабуля тебя не отпустит, но завтра мы сможем провернуть это дело.
Когда мы вернулись в башню, металлическая дверь была приоткрыта. Оттуда доносились весёлые голоса, звонкий смех и грубый басистый голос.
Я вбежала первая, чуть не снося Кассандру и замерла на месте. Я так рада была увидеть Астора, живого, но совершенно не знала как себя вести. Стоит ли подойти к нему, обнять, или он не хочет афишировать то, что происходит между нами. Да и что вообще происходит?
Но мысль закончить не получилось. Демон, заметив меня, тепло улыбнулся уголком губ и подошел сам.
Без разговоров, он накрыл мои губы своими, опаляя горячими прикосновениями, обнимая за талию одной рукой, а второй - зарываясь в волосы.
По венам пробежали розовые струйки, направляясь прямиком в сердце.
Я почувствовала как все вокруг устремили свой взгляд на нас. Ощутила напряжения повисшее в воздухе. Но мне было так все равно. Я просто наслаждалась этим моментом. Наслаждались им.
Астор слегка отстранился, обдавая своим горячим дыханием мое лицо.
- Я больше никогда тебя не отпущу, - прошептал он и снова прильнул к мои губам.
Я бы хотела, чтобы этот момент не заканчивался никогда, но понимала, что если не остановлюсь, то наброжусь на него прямо здесь, прямо на чужих глазах. Я мягко отстранилась, заглядывая в его, некогда, карие глаза, которые сейчас светились ярким янтарным оттенком.
Мы выпили две бутылки довольно быстро и принесли ещё. Просидели почти до утра, обсуждая всех и вся.
Бабуля все время расспрашивала меня о моей жизни, об учебе и друзьях. Астор не убирал руки с моей талии, крепко сжимая под рёбрами.
Профессор Грюк, до этого молчавший и нервно теребящий свою мантию, теперь не затыкался. Рассказывал о своих уроках, о школьниках, которые его достают, о своей первой и единственно любви. Его муж Фил, погиб во время проведения какого-то ритуала и теперь, Вильям совсем один.
Мне стало так жаль его и я на секунду представила, что было бы со мной если бы Астор умер. Кольнуло где-то в затылке, а в груди загорелось обжигающей болью. Я покрепче сжала руку демона и уложила голову ему на плечо.
Дин, который пришёл вместе с демоном, общался с Альбой и Кассандрой. Кажется, эти трое неплохо сдружились. Они смеялись над какими-то пошлыми шуточками, а уже в следующую секунду, обсуждали серьёзные заклинания и запретную магию.
Мисс Милли уснула прямо на кресле. Распластавшись по нему, словно мешок, раскинула маленькие, по сравнению с ней самой, крылышки и невольно, дергала ресничками.
Бабушка Роза курила, пила и жутко материлась. Ругалась на Эванжелину и Серафимов, которые ничего не предпринимают; на своих подчиненных, которые плохо работают и на систему образования. Ее глаза, вновь, горели розовым, а морщины на лице немного сглаживались, когда она улыбалась.
В такие моменты, все происходящее казалось нереальным. Война осталась где-то там, наверху, а здесь так спокойно и уютно. Я наслаждалась этим моментом, до тех пора не уснула на плече Астора.
Сквозь сон чувствовала его шершавые руки на своей щеке и мягкие влажные поцелуи.