Глава 9
«Зомби атакуют!
Жесточайшее испытание для невест принца!
Скандал!
Как стало известно, сокровищница нашего королевства пополнилась ценными кадрами. Сразу пять некромантов, два — очень сильных. Догадаетесь, кто? Покупайте опросники, голосуйте, завтра вечером объявим десять счастливчиков. Приз от нашего «замечательного» редактора — десять уникальных плакатов с изображением меня в цвете.
Следите за новостями Столичного Вестника!
Искренне ваша, очищенная от иноземной краски, но временно брюнетка, фифа Лин Акройд»
Дженни Ким
Я решила последовать примеру Лалисы и выпытать у его высочества как можно больше информации, но Субин оказался крепким орешком. Дал надежду и тут же перевёл тему. Все мои шутливые попытки вернуться к разговору о драконах были в столь же изящной манере проигнорированы.
И ведь даже губы сердито не поджать! Иди, улыбайся, вежливо кивай и поддакивай вовремя. Принц — он и в академии принц, кто бы что ни говорил.
И письма от папы ждать до выходных. Понять бы, что делать и как себя вести. Пока буду прикрываться любовью к ректору, а там посмотрим.
Надеюсь, не допущу страшных промахов, не разгневаю её величество. У той всё под контролем всегда и везде. А уж сколько в Санторе соглядатаев!
Те же Кай и Сухо никакие не студенты. Да, учатся. Да, делают вид, что простые, хорошие парни. Болтливые! Не знаю, кто обманывается, как по мне, на них крупными буквами написано: «телохранители».
А Чонгук. Да из него студент Сантора как из меня журналист, — если очень нужно, то могу. Точно помню, как Джису рассказывала подруге в КАМ о своём красавчике–соседе из закрытой военной академии. Кажется, у него несколько стихий и довольно редкий дар — открывать телепорты без чертежей и артефактов, как у нашего Мина . Правда, только в те места, где он был. Но всё же! Мечта, а не дар! Я бы с удовольствием сбегала на ночь домой или в ресторан «Хрустальные облака» в обед.
Вот так поделишься информацией по неосторожности, а через год её кто–нибудь вспомнит и воспользуется. Ещё и друга этим подставишь. Ну, Джису, небось локти кусаешь и надеешься, что я тогда не услышала, сейчас не вспомнила и не провела параллели. Напрасно, напрасно.
Я улыбнулась, надеюсь, не хищно. Отец вечно ругал за то, что плохо контролирую лицо.
— Дженни, о чём мечтаешь?
— А? Простите, ваше высочество! — выдохнула испуганно.
— Субин, — напомнил принц недовольно.
— Субин, — послушно повторила я.
— Услышала, как Сухо рассказывал о десертах, — произнесла преувеличенно грустно.
— Любишь сладкое? — заговорщически спросил Субин.
— Обожаю! — соврала, не моргнув глазом. Что угодно, лишь бы меня не посчитали достаточно умной и подходящей тронному залу.
— Я тебе достану.
— Это ведь запрещено! Не стоит!
— А если это будет десерт из лучшей кондитерской обожаемых тобою драконов? — Его высочество посмотрел на меня хитро–хитро.
— Вообще, я сторонник соблюдения правил, — начала скромно, но затем не выдержала, улыбнулась счастливо: — но принимать сладости в дар — это ведь допустимо?
— Допустимо, конечно! Всю вину беру на себя, — заявил Субин и подмигнул мне.
Разговор только утвердил меня в мысли, что Чонгук и есть тот самый сосед Джису а принц, возможно, в Санторе и не ночует, может, так и живёт у драконов. Если бы не внезапно открывшийся дар смерти, мы бы и вовсе не увидели его до второго совершеннолетия.
Всё–таки до чего интересно в Санторе! Чудесная академия! Мне и в КАМ нравилось, но там интриги совсем другого масштаба, не разгуляешься, а здесь можно почти полноценно обучиться всем тонкостям и не попасть впросак при дворе, когда придётся стать женой одного из советников. Или женой Субина. К сожалению, теперь это вполне вероятно.
— Мы совсем вниз? — спросила Минни.
— Да, в подземелье. Не обращай внимание на неудачный дизайн, это всё шуточки старших курсов. В Санторе принято пугать новеньких в первое занятие, — поделился информацией Сухо.
— И нас будут пугать? — Айрин и не скрывала, что ей всё это очень не нравится, голос едва не звенел от эмоций.
— Мы вас защитим ото всех невзгод, прекрасные леди, — поддержал Кай.
— Значит, будут, — сделала вывод Минни. И я была с ней полностью согласна.
Уютные песочного цвета стены Сантора сменились серыми и неуютными, шершавыми. Кое–где виднелись вбитые крюки, притом на разной высоте. Спрашивать, для чего они, было страшновато. Да и вообще, стало неожиданно зябко, влажно. Я непроизвольно вцепилась в руку Субина. И поняла, что наши друзья пропали. Началось!
— Не переживай, что бы ни случилось. Здесь ты не одна. Твой дар активируют под контролем сильных некромантов, которые смогут ликвидировать любое умертвие.
— Но ведь активация дара происходит не сразу. Сначала...
— Сразу, Дженни. У некромантов нет другого выбора. Если дар в тебе обнаружен, он есть и он уже пробудился, ты в любой момент можешь случайно поднять зомби–другого, а если не повезёт, то как я — сразу целое кладбище.
— К-кладбище? — Позор какой! Заикнулась!
— Да. Мы небольшим лагерем стояли рядом со старым и давно заброшенным кладбищем, мне приснился плохой сон, связанный с воспоминаниями из детства. Довольно страшный.
— Попытка переворота? — мгновенно сообразила я.
Эта информация была из разряда «совершенно секретно» для простых смертных, а вот юным аристократам была, по мнению правящей семьи, полезна — в назидание. Тогда полностью уничтожили несколько древних родов. Стёрли с лица земли. Но погиб и дед Субина, один из сильнейших магов всех времён.
— Она самая. Я повторно пережил сильные эмоции во сне и дар спонтанно активировался. Без подготовки, без артефактов, без контроля. Это было действительно страшно, Дженни. Рядом ни одного некроманта, я с растраченным магическим резервом, обессилен и вял. Но остальные справились. С трудом, с ранениями, хорошо, без потерь. А ты не одна, бояться нечего. Всё под контролем.
Он улыбнулся, а я поперхнулась. Потому что волшебные серо–серебряные глаза принца загорелись фиолетовым огнём.
— Они рядом? — догадалась я. — Ты именно поэтому светишься?
— Дженни, помни, о чём я тебе говорил. Страх — лучший активатор дара, — сообщил Субин и сделал шаг назад, пропадая из вида.
— Мамочки, — выдохнула я, оказавшись в кромешной мгле одна. — Я знаю, что ты меня слышишь, Субин! Ты ведь обещал быть рядом, значит, присматриваешь за мной, да?
Тишина.
В сырой прохладной темноте слышу лишь своё дыхание.
— Субин. Субин. Ваше высочество! — позвала я, чувствуя, что выдрессированная воспитателем и родителями выдержка даёт трещину. В подобной ситуации я не оказывалась никогда. — Я точно знаю, что ты здесь и не боюсь! — заявила уверенно и дерзко, задрала подбородок.
Ни ответа, ни привета.
Только странный звук...
Попробовала создать простейший светлячок, но магия не отзывалась. Использовать или нет родовой дар? По идее, его нельзя заблокировать. Но... Нет, без острой необходимости не буду, за мной наблюдают. Оставлю козырь на самый крайний случай.
Я была настолько напряжена, сосредоточена, что почувствовала едва уловимые колебания воздуха. Они подходят ближе. А я по–прежнему ничего не вижу!
И вот теперь мне стало по–настоящему страшно!
Я не умею драться, не знаю, что делать с зомби и прочими милыми некромантскому сердцу умертвиями всех времён и народов, не знаю, как активировать дар. А вдруг у меня не получится?
Да и какое сердце у некроманта? Разве может нормальный человек бросить беззащитную девушку в такой дыре, ещё и запустить туда... боюсь даже представить, кого.
Но ведь Субин дал несколько подсказок — он рядом, зомби управляемы, всё под контролем. То есть, по факту, бояться нечего.
Сделала пару глубоких вдохов. В критических ситуациях всегда соображала быстро и точно, и анализ ситуации на самом деле радовал.
Я спокойна. Я совершенно спокойна. Может, дар смерти не активируется и меня переведут к девочкам, буду травить себе со спокойной совестью всяких мерзких личностей и горя не знать.
Вообще, зельевары с узкой запрещённой специализацией, куда попали Соён и Сана, — это мечта, а не обучение! Как было бы здорово к ним попасть. Но Субин сказал, что...
И тут меня озарило! Да ректор–то нам нагло соврал!
Да–да, девочки, конечно, я поговорю с профессором Куантро. А вот по вам родители решат.
Называется: обещаю всё, что угодно, только сходите на первое занятие, а там уж я разведу ручками и скажу: «Простите. Дар ведь уже активирован!», я бы сделал всё, что мог!
У–у–у! Достанется же тебе на орехи! Ой, достанется!
Расскажу девчонкам, что нас провели как малых детей!
Лично вызубрю учебник зельеварения, даже если придётся не спать по ночам, и «любимому» ректору, вот, приготовлю любовное зелье. Смотрю на леди Бон и понимаю: не хватает ей его внимания! Ой, не хватает! А студенты повеселятся. Нужно только что–нибудь особенное найти, чтобы противоядие быстро не сработало.
Изверг!
Я, конечно, тоже виновата. Вовремя не сообразила, что нас обводят вокруг пальца. Ректор до обещания сказал прямо про приказ: если есть малейший дар, отправлять к некромантам. Но ведь соврал! А значит, виноват! И заслуживает нашей девичьей мести. Некромантской, в том числе!
Размышления и злость помогли взять себя в руки, и я уже казалась себе воплощением спокойствия и здравомыслия, когда услышала шорох одежды, лёгкий скрип — только не говорите мне, что это суставы зомби так скрипят! — ещё и почувствовала колебания воздуха совсем рядом.
Из оружия на мне были лишь туфельки с небольшим острым каблуком. И если они подходили для «случайной» пакости в адрес какой–нибудь очередной Джихё, то для подарочков Сантора не годились совершенно.
Но ведь не отдадут меня умертвиям на ужин. Это ерунда полнейшая.
Студенты, кто бы что ни думал, на территории любого учебного заведения всегда в безопасности, за наш же набор и вовсе головой отвечает ректор. А помимо его ещё внедрённые люди его высочества, наших родителей, богиня знает, кого ещё.
Значит, всё хорошо. Жутко, но не критично!
Сложно напугать человека, когда он точно знает, что умереть ему не дадут.
Лучше бы паука мне подсунули. Тут бы я сразу самоактивировалась, да так, что поднялись бы все мертвяки Арратора! И если не от моего огромного и такого ненужного дара, то от визга — гарантированно!
— Никиас, я не пугаюсь, — произнесла громко и отчётливо. — Может, перенесём мою инициацию на другой день? Я сегодня правда не в настроении. Мне ещё готовить зелья и травы, технику безопасности изучать... Субин! — уже встревоженно произнесла, когда услышала совсем рядом клацанье зубов. — Нет, ну вы что, серьёзно, что ли?
Я сжалась в ожидании холодного прикосновения. Перетерплю, как в детстве со змеями, а там, надеюсь, мертвяков разгонят преподаватели. Дочь герцога Кима так просто не пронять. И убить не получится. На мне такие браслетики, могут в случае опасности Сантор по кирпичу разнести.
Зажмурилась, чувствуя — они совсем рядом. Хотелось бы и дышать через раз, чтобы не ощущать неприятный гнилостный запах, но нервы — не канаты, волновалась и дышала куда чаще, чем обычно. В ушах шумело.
А если меня укусят? Память тут же успокоила — давным–давно создали специальное зелье, вылечат. Порвут одежду? Да и ладно, заставлю принца выдать мне часть своего гардероба, ещё и не верну специально. Дам объявление в газетёнку Лин Акройд: «Продам части рубашки его высочества для приворотов. Дорого»
Долго ещё?
Они думают меня вообще трогать? Что за дела? Я умом скоро тронусь от ожидания!
Выпрямилась, расправила плечи, посмотрела вперёд, в кромешную тьму, машинально сделала книксен.
— Уважаемые зомби, я не могу ждать вечность. Мне сегодня ещё травы и зелья учить. Не могли бы вы поскорее меня начать пугать? Правда, очень нужно. И я вам хочу сказать, что порядочные зомби должны соблюдать хотя бы минимум гигиены. Пообщайтесь с библиотекарем Зоргом. Надушен модным парфюмом, одет с иголочки. А от вас, господа, простите за откровенность, очень неприятно пахнет.
Почувствовала, как круг вокруг меня перестал сжиматься. Более того, ошарашенные ненормальным поведением сумасшедшей девицы зомби сделали шаг назад. Ну, не зомби, конечно! Это я так...
Значит, ими управляет кто–то молодой и не опытный в обращении с дамами. Наверное, студент. Остальные страхуют. Может, сам Никиас и обалдел, стоит сейчас за стенкой и смеётся в голос. А ещё принц! Пример для подражания! Я бы уточнила: пример того, как делать не надо!
Лично я бы на его месте пугала куда качественнее!
— Долго вы ещё там? Если не собираетесь пугать, тогда сопроводите меня на занятие, — распорядилась я, распрямляя плечи ещё сильнее, задирая подбородок. Ещё и шаг вперёд сделала. — Кто–нибудь подаст даме руку? В отличие от вас, я в темноте не вижу. А вы, кстати, видите? Эх, жаль, не разговариваете, — посетовала я, вздохнула расстроенно. — Так интересно, чего там у вас, да как. Может, кто–нибудь из вас разбирается в травах, помог бы мне домашку сделать. Зорг же помогает в библиотеке, а леди Бон — ректору. Мне бы тоже не помешала пара «друзей» для переписывания лекций и техники безопасности по предметам.
Я болтала без умолку и шла вперёд. Куда вперёд — время покажет. Пока в стену не врезалась, зомби послушно семенили следом, а когда мы дружной компанией вышли с земляного пола на каменный, они ещё и топать начали, а кое–кто даже звенеть подбитыми железом каблуками.
Впереди забрезжил свет. Ура, выход! Я ускорила темп, зомби всё так же ковыляли следом. Когда кромешная тьма сменилась полумраком, обернулась. Сердце дрогнуло. Святая Эйри! До чего уродливые! И тролль есть даже! Такой бы меня в два счёта разломил одной левой напополам.
Спокойно, Дженни, ты со всем справишься. Выдохни.
— Благодарю, уважаемые господа. Рада была с вами познакомиться. Надеюсь, вы не в обиде, что я не верещала как истеричка. Будете хорошо себя вести, познакомлю с нервной подругой, — пообещала я, подмигнув.
Замершие прежде столбами зомбики заволновались, затрясли плечами, головами качать начали.
— Ну простите! Хотя если что, это не я виновата, а мой старший брат. Я даже как–то в полной змей постели просыпалась, а вы хотели меня напугать собой. Да вы же душечки! Правда–правда! Очень симпатичные зомби! — Зомби изобразили удивление на относительно целых лицах. Свежачки! У ближайшего ко мне мужчины в зелёном шутовском колпаке вытянулось лицо, словно он по–настоящему обиделся. — Не волнуйтесь, дело не в вас! Вы хорошие, качественные такие зомби. Дело во мне, честно–честно! Вы можете идти ложиться в свои уютные гробики, ну, или могилки с самой чистой и спокойной совестью! Я просто не из пугливых.
Я молола полнейшую ерунду, зато сама от себя была в таком шоке, что почти не волновалась. Хотелось смеяться и плакать, плакать и смеяться. А ещё — сделать отсюда ноги и выпить огромный чайник ароматного травяного отвара, чтобы сбить ужасный гнилостный запах.
Один из зомбиков склонил голову к плечу, разглядывая меня, затем разочарованно покачал головой, мол, куда катится мир.
И тут до меня дошло, как моё поведение выглядело со стороны!
Бедный ректор Сантора. Подсунули ему сплошь бракованных девиц. Уверена, я не одна такая и все наши умницы и красавицы везде проявят себя. Не только я одна такая... специфическая.
Бедный! Ха! После его обманного маневра он станет седым и нервным — как пить дать! И обеднеет в какой–то мере тоже — спустит состояние на лечение. Мы, конечно, милые и хорошие, но с нами лучше откровенно, по–другому мы не понимаем и немножко злимся.
Обидно только, что своим поведением я нарушила данные себе же установки. Вот уж не привлекла внимание, так не привлекла. Браво, Дженни! Не могла подумать головой получше и поорать погромче. С другой стороны, такая проверка позволила мне по праву идти с гордо поднятой головой. Я справилась! Ещё и дар не активировала!
Счастливая улыбка так и просилась на лицо, но я лишь немного растянула губы.
— Пока–пока!
Я сделала ручкой в сторону зомби и пошла на свет. А там!
Суровые и мрачные обычно некроманты в количестве аж двенадцати–пятнадцати экземпляров, это если на глаз, развалившись на уютных кожаных диванчиках и креслах, держались за животы и сквозь слёзы счастья смотрели на пять одинаковых экранов. На одном были мои милые зомбики, на остальных — Айрин, Лия, Минни, Рюджин в сопровождении своих свит.
Пугливая обычно Айрин светилась приятным сиреневым и без умолку болтала с огромным медведем–оборотнем. Интересно, как инициировалась?
Лия и Минни словно сговорились заранее, болтая ножками, сидели обе на жертвенных алтарях, каждая в своём помещении, и ждали инициации, не желая пугаться замерших вокруг зомби. А ещё говорят, в темноте страхи обостряются. Их не трогают, не кусают — они и не боятся. Как–то промахнулись наши преподаватели.
Ну да, куда им менять тактику и стратегию, они вон все рыдают от смеха. Изверги!
А вот томная смуглокожая и сероглазая красавица Рюджин оказалась с сюрпризом. У неё был врождённый дар, о котором мы за год обучения в КАМ так и не узнали — она умела создавать иллюзии за счёт собственного резерва. Ничем иным летающих разноцветных и светящихся бабочек объяснить я не могла.
Вот ведь конспиратор! Впрочем, как и все мы. Туз в рукаве — наше всё.
Я вытянула шею, чтобы получше разглядеть, что она там делает. Наша брезгливая донельзя леди протягивала руку огромному и страшному... я даже не знаю, кому! Череп со светящимися огнём глазами как называется?
— Я не могу! Четыреста семьдесят лет и три года преподаю в Санторе и впервые вижу... Ущипните меня! Может, у меня галлюцинации? — всхлипывал длинный худощавый мужчина, согнувшись в кресле и утирая самые настоящие слёзы.
— Я так и представляю: прихожу на кладбище, вижу у склепа стоит абсолютно целёхонький лич, глаза полыхают, секунда — и кранты тебе. А ты такой руку ему тянешь, приветствуешь по протоколу общения с иномирянами, — вторит ему второй весельчак в строгом чёрном костюме–тройке и с модной нынче причёской — длинная чёлка, выбритые виски. — И лич в обморок! Хотя, конечно, не будь нашего контроля, сожрали бы девок. Но смешно до невозможности.
— Да, больше никаких хождений на поводу у власти. Нужно было, конечно, их на первый курс ставить и не слушать никого. Спокойно бы изучили теорию, настроились, подготовились. Да и у нас не институт благородных девиц, откуда мы знали, что их дома учат как шпионов дипломатического корпуса? Стальные нервы, выдержка, отличная реакция — я приятно удивлён, — заметил сидящий ко мне спиной единственный спокойный мужчина. — В общем, девицы нам достались — высший класс во всех отношениях. Давно не работал с такими бриллиантами.
— А я? — уточнил Субин.
— А ты молчи. Чему только в этих драконьих дворцах учат!
— Хорошо учат, — красный от смеха принц скорчил обиженную мордаху.
— Да? И в каком таком этикете написано, что оживлять древнее кладбище в день помолвки собственного учителя — это прилично? Видимо, я не те учебники читаю, да, Субин?
— Но ведь хорошо, что помолвка сорвалась! И вообще, это судьба! — заявил принц.
Магия не работала, улучшить слух не удавалось. Если бы физиология позволяла, я бы уши свои отклеила и переместила поближе к заспорившим мужчинам. Как жестоко! Так ведь всё самое интересное пропустишь. Что там с невестой преподавателя? Ух, как интересно!
Некроманты препирались, но дружески и с юморком, не забывая поглядывать на экраны. Когда Айрин вскрикнула, увидев микроскопическую мышь в углу, все сделали очень удивлённые лица.
— Нет, то есть зомби мы не боимся, а мышей — да. Я ничего не понимаю в женщинах! — произнёс Кай. Друзья его поддержали, я только хмыкнула.
— Дошла? — Ко мне обернулся первый весельчак. — Садись, смотри. Не мешай старикам веселиться.
Я послушно опустилась в свободное кресло. Посмотрела на красного от смеха Никиаса. Тот весело подмигнул и продолжил следить за развитием событий.
Присмотрелась. Двое весельчаков и «суровая спина», похоже, и есть наши преподаватели–некроманты, остальные — такие же студенты, как и я. Выходит, мы с девочками здорово пополнили кадровый резерв Арратора.
— А сильны девки. Ой, сильны, — констатировал молчаливый и ни капельки не смешливый некромант, от которого разило холодом так, что я даже плечи обхватила руками. — Дженни, да? — обратился он вдруг ко мне.
И развернулся.
Я вжалась в кресло, когда увидела злые зелёные глаза с вертикальным зрачками на суровом, словно высеченном из белоснежного кладбищенского мрамора лице.
Секунда — и самообладание вернулось ко мне в полном объёме. Выпрямилась, села, сложив руки на коленях.
— Дженни, — подтвердила, ещё и кивнула с достоинством.
Мамочки, что же так страшно–то? Да если бы вместо всех этих зомби, умертвий и личей этот «милый» мужчина спускался в подземелье, мы бы инициировались пачками и издалека. Не удивлюсь, что это сделали бы даже те, кто без дара.
Ну ладно, преувеличила немного. Те бы просто хлопнулись в обморок.
— Поздравляю с инициацией, — произнёс он сухо.
— Спасибо, — ответила немного нервно. А у самой набатом в голове: «Инициировалась? КАК? Я же была почти абсолютно спокойна! Вспомнила все–все–все техники контроля, все премудрости, вела себя достойно древнего рода Ким! Не пугалась. Лёгкое волнение — это всё, что я себе позволила»
— Будешь моей, — сообщил он и отвернулся.
А я, признаюсь, едва челюсть не уронила, притом, к стыду своему, не фигурально. Прикрыла рот рукой. Это что ещё за новости?
— Отлично. Будешь со мной в группе! — произнёс негромко Субин. — Самые сильные некроманты учатся у профессора Залиуса. Рюджин, наверное, тоже возьмут.
— Ну уж нет! Рюджин с Айринушкой я себе заберу! — тут же включился длинный весельчак, оборачиваясь. — Поздравляю, Дженни. Отличный уровень! А какое самообладание. Ваш набор воистину великолепен! Такая выдержка! Даже не думал, что девушки могут настолько владеть собой. Буду ходатайствовать, чтобы набирали больше женщин, — с восторгом заявил он.
— Да ни в жизнь! — вдруг воспротивился модный и стильный преподаватель. — Нам этих бы пережить. Ещё неизвестно, что они нам на кладбище учудят, где смогут использовать стихии. Оставили бы нам хоть немного материала, а то, небось, спалят к гхыровой бабушке все склепы... немодные.
О, уважаю. Этот точно знает о женщинах почти всё! И правильно оценивает риски. И нас со временем может раскусить, так что не расслабляемся.
Когда к нашей развесёлой компании присоединились остальные девочки, никто и с места не сдвинулся.
— Итак, юные леди, — начал длинный юморист–некромант, — меня зовут профессор Чоур, это профессора Модес и Залиус, прошу любить и жаловать. Только любить не в матримониальном плане, пожалуйста, мы ещё слишком молоды, чтобы распрощаться с холостяцкой свободой! — пошутил весело Чоур. — Мне всего–то шестьсот тридцать, сами понимаете, рановато.
Мы послушно закивали. Надо же, какой он древний! А выглядит словно каждое утро умывается слезами девственниц! Идеальная кожа, блестящие волосы, разве только глаза выдают, что ему «слегка за тридцать».
Я обратила внимание, что и остальные мужчины выглядели свежо и молодо, хотя уже были профессорами. Не зря ведь говорят, что некроманты тянут жизненную энергию из окружающих, особенно из тех, с кем имеют близкий контакт. Потому и уходят из семей. Потому никто и не жаждет выходить за них замуж, рожать им детей. А ведь это самые востребованные и хорошо оплачиваемые маги. Их катастрофически мало и каждый на вес золота.
Особенно принц.
Я на мгновение улетела мыслями в будущее, где все мои подруги дряхлые желчные старушенции, а я свежа и прекрасна словно майская роза.
— Вижу, Дженни уже сообразила, что некромантия для вас — дар, а не проклятие, как вы наверняка думали прежде, — с улыбкой оценил мой настрой профессор Чоур. — Да, милые мои девочки, вы будете на зависть всем прекрасны, вы не будете болеть, сможете быстро восстанавливать своё тело без помощи лекарей и зельеваров. Вы — само совершенство. Некромантки Арратора.
— А замуж? — робко спросила Рюджин. — А дети? Как?
— Будете хорошо учиться, узнаете, — пообещал весельчак–некромант. — А сейчас я хочу вам выразить своё восхищение, дамы!
— Субин, Дженни, за мной! — скомандовал Залиус, поднимаясь первым. — Начнём урок. Обойдётесь без комплиментов.