43 глава
Прошло десять лет. Сеул изменился, выросли новые небоскребы, но кое-что осталось незыблемым: твоя любовь к черничному йогурту и привычка Яна Чонвона контролировать всё, что касается твоего комфорта.
Теперь он не просто парень с костылями из восьмого «Б». Ян Чонвон — главный исполнительный директор крупной технологической корпорации. Его лицо украшает обложки бизнес-изданий, а его холодный, расчетливый ум заставляет конкурентов нервничать. Но для тебя он остался тем же мальчишкой, который когда-то приклеил кривого барашка на розовую бумагу.
Вечер пятницы в твоем офисе выдался тяжелым. Ты работала над крупным проектом, и когда стрелки часов перевалили за восемь, силы окончательно покинули тебя. Ты вышла на крыльцо бизнес-центра, кутаясь в пальто. Холодный ветер трепал твои волосы, которые ты снова подстригла в то самое каре до плеч — «базовый стиль», как называл его Чонвон.
У самого входа, перекрывая проезд остальным, стоял угольно-черный спортивный седан. Возле машины, прислонившись к капоту, стоял мужчина в идеально подогнанном сером костюме-тройке. Его пальто было расстегнуто, а взгляд прикован к дверям офиса.
Завидев тебя, Чонвон оттолкнулся от машины. Его походка стала еще увереннее, а плечи — шире, чем в школьные годы.
— Ты опоздала на семь минут, Королева Клея, — произнес он тем самым низким, бархатным голосом, от которого у тебя до сих пор бежали мурашки. — Это базовое нарушение нашего графика.
Он подошел вплотную, забирая из твоих рук тяжелую сумку с ноутбуком. Его пальцы, украшенные дорогими часами, на мгновение коснулись твоих, и ты заметила, что на его мизинце всё еще надет тот самый серебряный перстень с гравировкой барашка, который он заказал себе в дополнение к твоему сапфиру.
— Я просто завалена отчетами, Чонвон-и, — выдохнула ты, прислоняясь к его плечу.
— Отчеты подождут. Сейчас у нас по плану «эвакуация константы», — он открыл перед тобой пассажирскую дверь, придерживая её с той же галантностью, с какой открывал двери в восьмом классе.
В салоне пахло кожей и его неизменным парфюмом с нотками цитруса. На подстаканнике, как и десять лет назад, стояли две баночки черничного йогурта.
— Я купил их по дороге, — сказал он, выруливая на оживленное шоссе. — Взрослая жизнь — это, конечно, серьезно, но базовое питание никто не отменял.
Он вел машину уверенно, одной рукой придерживая руль, а другой переплетая свои пальцы с твоими. Сапфир на твоем кольце — том самом, которое он заменил на помолвочное с огромным камнем, но которое ты всё равно носишь на другой руке — ярко блестел в свете ночных огней Сеула.
— Знаешь, — вдруг сказал он, притормаживая на светофоре и поворачиваясь к тебе. Его ямочки на щеках показались лишь на мгновение. — Завтра мы едем смотреть тот участок в Пусане. Архитектор прислал чертежи. Окна будут в пол, как ты и хотела. Чтобы луна заливала всю комнату.
— Ты серьезно? — ты удивленно посмотрела на него. — Ты всё-таки нашел то самое место?
— Ян Чонвон всегда держит слово, — он поднес твою ладонь к губам и нежно поцеловал пальцы. — В восьмом классе я заложил фундамент, а сейчас пришло время возводить стены. Это базовая цель моей жизни.
Вы ехали сквозь ночной город, обсуждая цвет стен в будущем доме и споря, где будет висеть та самая коробка с валентинками. Директор крупной корпорации и его «главная константа» — всё те же дети из второго класса, которые нашли друг друга среди блесток и клея.