35 глава
Чонвон всегда считал, что проявлять слабость — это не по его части. Даже когда на тренировке по тхэквондо он неудачно приземлился после прыжка и почувствовал резкий, тошнотворный хруст в лодыжке, он лишь сцепил зубы. В его голове была только одна мысль: «Завтра мы идем в парк. Я обещал. Это базовая обязанность».
В субботу он ждал тебя у входа в парк. Он стоял, прислонившись к дереву, и выглядел как обычно: стильный, уверенный, с той самой легкой ухмылкой. Только лицо было чуть бледнее обычного, а на лбу, несмотря на холод, выступили мелкие капли пота.
— Привет, Королева Клея, — голос его звучал ровно, но он не сделал ни шага навстречу. — Готова к марафону по сугробам?
Вы гуляли около часа. Чонвон шел медленно, непривычно степенно. Он постоянно шутил, отвлекая твое внимание, и крепко держал тебя за руку, фактически используя твоё плечо как опору, но делал это так искусно, будто просто хотел быть ближе.
— Ян Чонвон, ты чего такой медленный сегодня? — засмеялась ты, пытаясь убежать вперед. — Обычно ты носишься как угорелый.
— Я просто... наслаждаюсь моментом, — выдавил он, и ты заметила, как его пальцы судорожно сжались на твоей ладони. — Спешка портит базовое восприятие прекрасного.
Но когда вам пришлось переходить через небольшую обледенелую горку, его тело подвело. Нога подогнулась, и Чонвон, не сдержавшись, глухо застонал, оседая на снег. Его лицо в секунду стало серым от боли.
— Чонвон! Что с тобой? — ты в ужасе опустилась рядом, пытаясь помочь ему подняться.
— Пустяки, — прохрипел он, пытаясь улыбнуться, но его ямочки на щеках превратились в болезненные складки. — Просто... кажется, я вчера немного переусердствовал на тренировке.
Ты решительно расстегнула его высокий ботинок, несмотря на его протестующее «Эй, это не по протоколу!». Твои глаза расширились от ужаса: лодыжка распухла так, что кожа натянулась и посинела, став похожей на тот самый черничный йогурт.
— Ты с ума сошел?! — ты вскочила, чувствуя, как к глазам подступают слезы злости и жалости. — Ты ходил на этом целый час? Зачем, Чонвон?!
Он откинул голову назад, тяжело дыша и глядя в серое небо.
— Потому что это было наше первое свидание после твоей болезни, — тихо сказал он. — Я не хотел всё портить больничными койками и гипсом. Я хотел быть для тебя опорой, а не... балластом.
Ты села рядом, прижимаясь своим плечом к его, и взяла его лицо в свои ладони.
— Дурак ты, Ян Чонвон. Самый настоящий. Опора — это когда мы вместе, даже если кто-то из нас хромает. Это и есть настоящая база.
Чонвон посмотрел на тебя, и в его глазах, полных боли, промелькнула такая нежность, что у тебя перехватило дыхание.
— Ладно, — выдохнул он. — Признаю поражение. Вызывай такси. Но чур, ты расписываешься на моем гипсе самой первой. И обязательно нарисуй там барашка.