6 глава.
Кристина проснулась ближе к полудню, в квартире было непривычно тихо, Жени не было. Она встала, прошла на кухню закурила и тут ее взгляд упал на стол. На нем, прислоненная к вазочке с конфетами, лежала записка на листке из блокнота.
"Доброе утро. Сегодня ты дома, приеду, поговорим. Люблю тебя, твой муж."
- Муж объелся груш, - она цокнула языком выдыхая дым, смяла записку в комок и швырнула в мусорное ведро.
Впервые за все время в голове промелькнула мысль про развод. Но тут же накатила волна вины, Женю было жалко, он старался, он верил в их будущее, он был просто глуп и наивен, а с Петей так вообще было ничего не понятно и над всем этим нависал старый, знакомый страх остаться одной.
Она сходила в душ, выглянула в окно, наблюдая, как одеты прохожие, что бы понять, какая погода на улице и надев джинсы с футболкой, взяла сумку, сложила туда документы. Надо было идти в поликлинику, что бы узнать, беременна она или нет.
Она подошла к двери, щелкнула замком, но дверь не поддалась. Сердце екнуло, она повернулась к тумбочке, ключи и от квартиры, и от машины исчезли.
Волна паники ударила в голову. Перед глазами поплыл коридор, а в нем образ Казака с воспоминаниями о том, как он запирал ее, отбирал ключи, как она была пленницей в собственных же стенах. Дышать стало тяжело, в ушах зазвенело.
- Нет, нет, нет, Женя, просто забрал ключи, чтобы я никуда не ушла, он просто хочет поговорить, - бормотала она себе под нос, отчаянно пытаясь успокоиться, но ее нутро помнило другой страх.
Кристина метнулась в спальню, к шкафу и начала лихорадочно перерывать полки, выкидывая старые вещи и коробки на пол. Руки дрожали и вот, на самом дне, под стопкой зимних свитеров, она нащупала знакомую картонную коробку. Ту самую, куда мастер, меняющий замки, сложил старые личинки и запасные комплекты ключей.
Она плача от облегчения, сдернула по одному ключу с каждого кольца, потом засунула коробку обратно, поглубже, прикрыв ее вещами и только выйдя в прохладный подъезд, крепко сжимая в руках ключи она смогла выдохнуть.
Поликлиника была в двух домах. Она быстро дошла до обшарпанного здания в выцветшей зеленой краске. Внутри царил привычный для больниц хаос, очереди, запах лекарств, крики и ругань.
В регистратуре узнав, что она не прикреплена к этой поликлинике, нахамили так, что у нее все закипело внутри. Но она стиснув зубы молча выслушала все недовольства и сунув в окошко пару купюр, чтобы наконец заткнуть противную тетку, получила талон к гинекологу.
Очередь в кабинет двигалась медленно. Кристина сидела на скамейке сжимая в руках сумку и чувствовала, как с приближением ее очереди к врачу ее охватывает все большая тревога.
Наконец, ее вызвали, гинеколог, немолодая женщина с усталым, недобрым лицом и в очках с толстыми линзами, хмыкнула, бросив на нее оценивающий взгляд поверх очков.
- Что у вас? - спросила врач.
- Задержка, - выдохнула Кристина, - тест не делала, сразу к вам.
- Так вы старородящая уже, после двадцати пяти надо второго, а то и третьего рожать, а у вас ни одного, что ж вы, милочка, так затянули то? - с осуждением спросила она.
Кристина промолчала, просто глядя в пол.
- Ладно, раздевайтесь и на кресло, - махнула рукой врач, указывая на жутковатое гинекологическое кресло в углу.
Осмотр был быстрым, грубым и унизительным. Кристина глубоко дышала глядя в потолок, стараясь отключиться. Через минуту врач отошла, снимая перчатки.
- Беременности нет, цикл сбит конечно, но думаю на фоне стресса, - она тут же начала писать что то на бланке, - я дам направление на анализы и вот вам рецепт, пропейте травы, цикл наладится, а вообще, милочка, о детях думать надо поскорее.
Кристина не слушала ее нравоучений, волна облегчения, что она не беременна накрыла ее. Она глупо кивнула, взяла из рук врача направление с рецептом и выбежала из кабинета, не глядя на осуждающие взгляды медсестры.
В коридоре она прислонилась к холодной стене, закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов. Она не беременна, а значит, можно думать, можно принимать решения и не будет этого нового, чудовищно не вовремя появившегося ребенка, который намертво приковал бы ее к Жене и навсегда отрезал бы от Пети.
Кристина сунула бумажки в сумку и покинула поликлинику, одна проблема отпала. Но все остальные, муж, отнятые ключи, Петя на свободе, ее собственная разрывающаяся на кусочки душа никуда не делись.
Она закурила и пошла в сторону дома, но вдруг, ее взгляд зацепился за знакомую фигуру на детской площадке, во дворе, рядом с ее домом.
На качелях, которые явно были не рассчитаны на его вес, сидел Петя. В том же белом, теперь уже слегка помятом костюме, в котором он вышел из колонии. Он сидел держа в одной руке какую то булочку, в другой была бутылка пива. Картина была настолько нелепой, но она дивинулась к нему.
- Теплынь сегодня, однако, солнце как жарит, - сказал он когда она подошла.
- Да, - кивнула она, останавливаясь рядом, - а ты чего тут делаешь то?
- Качаюсь, - ответил он сделав глоток пива, - жду пацанов, договорились тут просто.
Тут же во двор с визгом тормозов влетел старенький белый мерседес и из него гурьбой высыпались парни, явно младше его, им было лет по двадцать. Они были взвинчены, глаза бегали, движения резкие, неестественные, явно под кайфом. Увидев Петю, они оживились еще больше, начали что то кричать, перебивая друг друга и один из них зашагал в сторону Пети.
- Щас, подожди там, - бросил он парню и обернулся к Кристине, - ты домой иди, если хочешь, вечером приходи к Юре.
- Петь...
- Я сказал иди, тебе тут быть не надо, - перебил он ее уже отворачиваясь к пацанам.
Она знала, что спорить бесполезно, да ей и не хотелось, она просто кивнула и пошла к своему дому. Она понимала, он вернулся в свой мир. В мир, из которого она когда то сбежала и в который он теперь ее снова затягивал, одним лишь появлением и приглашением вечером к Юре. Она знала, что пойдет туда, чего бы ей это не стоило. Потому что оставаться в квартире, где муж прятал ключи и строил планы на деньги, заработанные на освобождении Пети, было просто не выносимо.
Кристина только зашла домой, сбросила сумку и переоделась, как дверь хлопнула, вернулся Женя.
- Ну вот видишь, хорошо же, что я ключи забрал, - сказал он, встречая ее вышедшую из спальни, - пришел, а жена уже дома, ужин приготовишь?
- А теперь послушай меня, муж, - выплюнула она, подходя к нему вплотную и ткнула его указательным пальцем в грудь, так, что он от неожиданности отступил на шаг, - какого хуя ты решил, что можешь лишить меня ключей от моей, блять, квартиры и от моей машины, а? Кто ты такой блять, чтобы меня запирать?
- Ты че орешь? - опешил он,- я же ради тебя, зато ты дома наконец то.
- Ты придурок, - прошипела она, - ты прекрасно знаешь, что так нельзя делать, но сделал, нахуя?
- Да успокойся ты, - он схватил ее за плечи и встряхнул, - так для тебя же лучше, чтобы ты не пропадала и я не расстраивался, я волнуюсь.
- Я сама, сука, знаю, что для меня лучше, - она резко дернулась, вырвавшись из его хватки, - а ты не имеешь права решать за меня.
С этими словами она залетела в спальню и с силой захлопнула дверь, закрыв ее на шпингалет.
- Кристина, открой, - он сразу же начал долбить в дверь, - я больше не буду, правда, открой эту дверь, давай поговорим спокойно, я просто испугался за тебя, Крис, пожалуйста.
Он умолял, стучал, уговаривал, но ей было плевать. Его поступок перечеркнул все его оправдания, всю его заботу. Ей казалось, что он не волновался, он пытался контролировать и обесценить ее чувства, ее право на пространство, на самостоятельность.
Она не отвечала, просто оделась в то, что сложила на стул придя домой, потом села на край кровати, глядя на запертую дверь, за которой бушевал ее муж. Она просто ждала. Ждала, когда он устанет, когда поймет, что это не работает и отойдет.
Она уже решила, что этим вечером ей непременно нужно быть в той самой мастерской Юры, куда позвал ее Петя, но пока она сидела в своей комнате, слушая, как снаружи разбивается в дребезги та хрупкая иллюзия нормального брака, которую они с Женей пытались построить.
Прошло несколько долгих часов, Кристина то сидела на кровати, то курила у окна и слушала, сначала стуки и уговоры Жени, потом тишину и свистящее от злости дыхание, а потом, послышались шаги от двери и шум воды из ванной.
Это был ее шанс, она беззвучно подошла к двери, прислушалась. Шум воды заглушал все остальные звуки и она медленно отодвинула шпинагет, потом приоткрыла дверь, в коридоре было пусто.
На комоде в прихожей лежали ее ключи и от квартиры, и от машины. Она схватила их, сунула в карман, на ходу подхватила сумочку, кроссовки и босиком, на цыпочках выскользнула в подъезд.
На первом этаже, прижавшись к стене, она наконец обулась, потом распахнула дверь и выбежала на улицу, сев в свою ауди, она даже не прогревая двигатель, резко вывернула ключ и рванула со двора.
Через десять минут она припарковалась у знакомого ларька напротив здания где была мастерская Юры. Машину поставила так, чтобы ее не было видно с главной дороги и перебежала через улицу, игнорируя клаксоны машин.
Внутри было тихо и темно, она прошла по знакомому коридору к двери с табличкой художественная мастерская, постучала, но ответа не последовало. Она подождала еще минуту, а потом дернула ручку.
Дверь не была заперта, внутри было пусто, вечерний свет из окна выхватывал из полумрака лишь стоящие в углу мольберты, а на них детские рисунки. Яркие зимние пейзажи, санки и снеговики с дурацкой морковкой вместо носа.
Вдруг из за закрытой двери подсобки донесся приглушенный стон, Кристина насторожилась, подошла и резко распахнула дверь.
Картина, открывшаяся ей, заставила сердце упасть в пятки. Юра, бледный как полотно, стоял над Петей, срезая с него окровавленную футболку ножницами. Петя сидел на табурете, согнувшись, на его левом плече была темная, сочащаяся кровью рана, явно от пули.
- Вовремя, - выдохнул Петя, увидев ее и попытался усмехнуться.
- Ага, как чувствовала, - отозвалась Кристина и кинув сумку на тумбочку присела рядом с ним на свободный табурет.
- Петь, я никогда не шил, - проговорил Юра, глядя на рану с ужасом.
- Да давай уже, - сквозь зубы процедил Петя, - водка, ниточка с иголочкой и погнали.
- Помощь нужна? - спросила Кристина, глядя на Юру, который, казалось, вот вот упадет в обморок.
- Руку дай, - попросил Петя.
Его пальцы впились в ее ладонь, когда Юра открутив крышку, плеснул водки прямо на рану, а потом прижал к ней пропитанный спиртом лоскут от старой простыни. Петя резко дернулся, стиснув зубы, его рука сжимала руку Кристины с такой силой, что кости ее пальцев хрустели, но она не издала ни звука. В это время Юра с трясущимися руками пытался продеть нитку в иголку.
- Знаешь, кто нас тогда сдал? - спросил Петя, глядя куда то перед собой, пытаясь отвлечься от боли.
- Даже не догадываюсь.
- Авдей, - усмехнулся Петя, - такая сука, где прикормили, там и остался, оказывается знал, что меня накроют и не сказал ни слова, но спасибо ему хоть за то, что бабки тебе отдал.
- Не ожидала, - тихо выдохнула Кристина, ощущая, как под пальцами Пети немеет ее рука.
- Я все, - сказал Юра, показывая иглу с ниткой.
- Шей, братанчик, - кивнул Петя и убрав ткань с плеча он потянулся к бутылке с водкой, пригубил, делая несколько больших глотков.
Кристина сидела неподвижно, наблюдая, как дрожащая рука Юры подносит иглу к коже. Первый прокол и Петя вздрогнул всем телом, его пальцы впились в ее руку еще сильнее, потом пошел второй, третий стежок. Он не стонал, только тяжело, прерывисто дышал и с каждым вдохом все сильнее прижимался лицом к ее шее, утыкаясь в нее, как в единственное укрытие от боли. Его дыхание было неровным, хриплым. Она чувствовала, как его тело напрягается и вздрагивает с каждым движением иглы.
Бледный Юра дошил переднюю часть раны и перешел на спину, где зияло выходное отверстие, пуля прошла навылет. Кристина стойко выдерживала почти нечеловеческое давление Петиной руки и в какой то момент, сквозь туман боли, он губами коснулся ее шеи. Нежно, осторожно, несколько раз, будто ища утешения, Кристина плавилась внутри от смеси боли, нежности и ужаса. Она отвечала ему, проводя свободной рукой по его затылку.
Юра наконец завязал последний узел, смазал самодельные швы йодом и наложил толстую повязку из бинтов. Потом отхлебнул водки прямо из горлышка и в комнате повисла гнетущая тишина. Петя не отпускал руку Кристины, его пальцы были переплетены с ее.
Вдруг из за двери в основное помещение мастерской послышались шаги, а потом послышался голос.
- Юрий, вы тут? - это был Женя.
- Ну пиздец, - прошептал Петя.
- Юра, выйди и скажи, что ты спишь, что меня не видел сегодня, - быстро зашептала Кристина, а ее глаза метались по комнате в поисках укрытия.
Юра кивнул, вытер руки о штаны и вышел в основное помещение, прикрыв за собой дверь подсобки.
Кристина сорвалась с табурета. Выбор упал на старый шкаф стоявший не далеко от стены, там было место, что бы спрятаться, она встала между ним и стеной, а Петя, не раздумывая, последовал за ней, прижав ее в тесном пространстве.
Снаружи доносился приглушенный разговор.
- ...не, не была у меня сегодня, - говорил Юра.
- Как не была, машина ее вон там, у ларька стоит, - настаивал Женя.
Пете и Кристине в их укрытии было уже плевать. Адреналин, страх разоблачения и только что пережитая вместе боль смешались между собой. Петя, стиснув зубы от боли в плече, одной рукой притянул ее к себе за талию, а другой начал гладить по щеке, потом его пальцы скользнули по ее шее к ключице. Она не сопротивлялась, наоборот, ее руки обвили его шею и они начали отчаянно, жадно целоваться, глуша этим поцелуем внешний мир, боль, страх и голос ее мужа за дверью.
- ...может, в ларьке чего взяла и на набережную пошла, - доносился голос Юры снаружи.
Петя уже расстегнул пуговицу на ее джинсах и его рука скользнула внутрь, под резинку белья.
- Юрий, выйдем, покурим? – предложил Женя.
- Да, пойдем, - тут же, с облегчением, согласился Юра.
Шаги удалились, хлопнула входная дверь мастерской, в тесном пространстве за шкафом они замерли, прислушиваясь. Потом Петя медленно отстранился, но не для того, чтобы остановиться. Он щелкнул выключателем, погрузив каморку в полную темноту, затем щелкнул замком на двери.
В темноте он снова нашел ее и его руки потянули ее к себе, тут же его губы коснулись ее, но не на долго, он развернул ее спиной к себе и не прерывая поцелуя в шею, повел ее через комнату к высокому, широкому подоконнику.
- Петь... - она попыталась протестовать, но даже не дернулась, когда он потянул за подол ее футболки и стянул ту через голову.
Его губы тут же приникли к ее плечу, его зубы слегка задели кожу, вызывая дрожь по ее телу. Его руки скользнули к поясу ее джинс и растегнули их до конца.
- Тебе нельзя, - выдохнула она, когда его пальцы скользнули под резинку трусов.
- Кто запретил? - прошептал он и не остановился, его пальцы скользнули ниже и коснулись клитора.
Она вздрогнула всем телом, ее руки вцепились в край подоконника.
- Тебя только зашили, - с трудом выдавила она, уже не в силах думать ни о чем, кроме его прикосновений.
- Зашили и хорошо, - прошептал он, вводя в нее один палец, потом второй, она закинула голову назад, откинувшись на его грудь, - не разойдется.
Он начал плавно двигать пальцами и каждое движение отдавалось резкой болью в его раненом плече, но он стиснув зубы продолжал, упираясь лбом в ее спину, но не выдержав, он резко стянул с себя треники и плавно вошел в нее.
Он двигался медленно, растягивая каждый момент, каждый толчок членом внутрь. Это была своеобразная пытка и наслаждение ее телом. Он чувствовал, как она сжимается вокруг него, слышал ее сдавленные стоны, которые она пыталась заглушить, закусив губу.
Кристина в полубреду от наслаждения, смотрела в окно, сквозь мутное стекло и грязную занавеску она видела два силуэта, Женя стоял курил и что то говорил, рядом курил Юра и нервно переминался с ноги на ногу, бросая украдкой взгляды на окно мастерской.
Эта картина была такой абсурдной, такой опасной, что добавляла в кровь еще больше адреналина и остроты, от которой кружилась голова. Она занималась сексом с любимым мужчиной, пока ее законный муж стоял в двадцати метрах и обсуждал ее же исчезновение.
Петя чувствуя, как ее тело начинает сжиматься вокруг него, прижал ее сильнее к подоконнику. Его рука продолжила плавные движения по клитору, синхронизируясь с ритмом его же бедер.
Кристину прошибало волнами удовольствия, каждая была сильнее предыдущей. Она давно забыла, что такое настоящий, животный секс, поглащающий с головой. Секс с Женей был предсказуемым, ласковым, безопасным, а сейчас это было будто возвращение к самой себе. К той дикой страсти, которую она похоронила вместе с верой в Петину смерть.
Она перестала сдерживать стоны. Ее пальцы впились в подоконник, она выгнулась на встречу его движениям двигая тазом, теряя всякую связь с реальностью за окном, с мужем, с благоразумием. В этой темноте, под его властными руками, с его членом внутри себя, она наконец чувствовала себя живой. По настоящему живой и это было страшнее всего.
Они закончили почти одновременно. Голова Кристины вдавилась лбом в холодное стекло окна, ее тело отозвалось последней, долгой судорогой. Петя тяжело дышал, прижимаясь грудью к ее спине, его руки крепко держали ее за бедра. Он наклонился и поцеловал ее в плечо
- Пиздец, у тебя муж лох, - усмехнулся Петя так и не выходя с нее.
Кристина рассмеялась, смех был нервным, но искренним. Она не стала ничего отвечать. Что можно было сказать? Что Женя добрый? Что он старался? Что он наивный? Все это было правдой, но в контексте того, что только что произошло, это звучало бы как насмешка.
Она медленно выпрямилась когда он вышел, чувствуя, как по ногам разливается слабость. Вечер был законченным, ей сейчас придется, сначала выпить, потом выйти отсюда, словить попутку и поехать домой. В ту самую квартиру, где муж, не подозревающий ни о чем, наверняка уже приготовил серьезный разговор. Ей придется смотреть ему в глаза, лгать или просто молчать, играть роль жены, которая просто гуляла по набережной.
Но ее душа, ее тело и каждый вздох оставались здесь, в этой темной, пыльной каморке, рядом с этим раненным, грубым, безумно любимым мужчиной и эта необходимость ехать домой, была страшнее любой физической боли. Она чувствовала, как стоит на краю пропасти и один неверный шаг в любую сторону может стать падением, но и оставаться на этом краю тоже было невозможно.
Петя был свободен, он был здесь, рядом, живой и он явно не собирался ее отпускать, а она уже не знала, есть ли у нее силы сопротивляться.
Тг:kristy13kristy (Немцова из Сибири) тут есть анонка, где можно поделиться впечатлениями или оставить отзыв к истории.
Тикток: kristy13kristy (Кристина Немцова)
Тг: Авторский цех (avtorskytseh) небольшая коллаборация с другими авторами, подписываемся.