Пᴛицᴀ ʙ ᴋᴧᴇᴛᴋᴇ [2sᴇᴀsᴏn]🕊️

— нет! Я не хочу никуда ехать без папы! — топает ножкой, кричит и начинает плакать.
Егор ничего не говорит, он молча смотрит на Ваню.
— Вань, прекрати, пожалуйста. Это не обсуждается, — говорю тихо, ведь у самой начинает кружиться голова. Видимо никто из нас не готов к этому разговору.
— нет! Нет! Папа! — бежит к Егору, залазит к нему на колени и обнимает, плача. Егор тоже обнимает Ваню, но пытается его успокоить.
— Вань, — гладя мальчика по головке, говорил Егор. — ты хочешь поехать с мамой?
— нет! Я не хочу уезжать! Я хочу, чтобы мы жили тут! Почему вы не хотите? — сползает с Егора.
— потому что так нужно, — прикрываю глаза. Пол будто плывёт подо мной, я немного пошатываюсь.
— я не хочу! — убегает.
— ты чего это? — Егор медленно подходит ко мне и аккуратно берёт за руки.
— всё хорошо, — пытаюсь устоять на ногах, но падаю прямо на Егора. Он ловит меня и медленно ведёт до кровати.
— ничего себе «всё хорошо», — помогает опуститься на поверхность. — воды принести?
Я ничего не отвечаю, лишь отворачиваюсь и даю волю слезам. Внутри меня бушуют эмоции, я не знаю, что мне делать. Я люблю Егора, но он мне изменил. Я не хочу разводиться, но и жить в обмане тоже не хочу.
Егор садится рядом со мной и заставляет смотреть на себя.
— ты плачешь, потому что не хочешь видеть меня, или потому что не уверена в своём решении?
Я снова ничего не говорю. Закрываю глаза и машинально опускаю голову ему на плечо. Егор обнимает меня и успокаивает, не говоря ни слова.
— прости меня, идиота. Мне место в аду, знаю.. но я не спал с ней, клянусь. Она спустилась на колени и сама начала, я оттолкнул её и ушёл домой. Между нами не было никакой близости.
— правда? — поднимаюсь.
— конечно правда! Ты думаешь, если потеряла ребёнка, то я любить тебя перестану? Да я всё готов отдать за твою жизнь!
— прости меня, — вытираю слёзы. — я была не права.
— тебе не за что извиняться. Я сам виноват. Не надо было мне так напиваться.
— ты правда не спал с ней?
— нет, клянусь. Я ушёл домой.
— или довезли? — изгибаю бровь.
— ну или довезли, — вздыхает. — это уже не имеет значения. Просто Алла так и пытается сломать наш брак. Она не понимает, что такое любовь.
— когда она уже уедет?
— я не знаю, надеюсь, скоро.
— нужно сходить к Ване, он там плачет, наверное.
Мы дошли до детской, где слышались всхлипы. Я аккуратно открыла дверь, там был Ваня.
— сынок, ну ты чего? — подхожу к нему и сажусь рядом.
— мам, я не хочу уезжать. Я хочу быть тут с тобой и папой..
— а вы никуда не поедете, — Егор садится на корточки перед сыном и берёт его маленькие ручки в свои.
— правда?
— правда. Так что убирай слёзы, ты же хочешь быть сильным?
— хочу!
— сильные парни никогда не плачут, — поднимается.
Ваня тут же смахивает слёзы.
— папа, а мы же поедем в парк на выходных? Вы обещали..
— поедем, — улыбаясь сказал Егор.
— ураа! — вскакивает и прыгает от радости.
— если ты хочешь, можем прямо сейчас поехать, — вытаскивает телефон и смотрит на время.
— а можно? — Ваня смотрит на меня.
— можно, — улыбаюсь.
— одевайтесь, — Егор оставил нас одних.
Я достала теплый костюм и помогла Ване его надеть. Сама надела утеплённые джинсы и кофту. Егор ждал нас уже на улице. Мы приехали в парк, где было много детей. Ваня сразу познакомился с мальчиками и бегал с ними. Я и Егор сидели на лавочке.
— Мелли, а ты бы хотела ещё ребёнка? — аккуратно спрашивает. Я сглатываю.
— да, но.. мне будет очень тяжело забеременеть снова, шансов ещё меньше, — поднимаю глаза.
— тебе всего двадцать пять, я не говорю, что прямо сейчас, позже.
— я пока не готова ко второму ребёнку, — кусаю губу.
— хорошо, — прижимает к себе. — не грустии. Я тебя люблю, — слегка потрясывает.
— и я тебя люблю. Очень люблю, — поворачиваюсь и целую.
После всего, что произошло, нам нужно было побыть вместе, попытаться восстановить хоть что-то из прежней жизни.
Солнце светило тепло, и, глядя на счастливого Ваню, я почувствовала небольшое облегчение. Егор взял меня за руку и нежно поцеловал. В этот момент я почти поверила, что всё может наладиться.
Но тут я увидела её. Аллу. Она шла прямо к нам, с надменным выражением лица. Внутри меня всё похолодело.
— о, какая приятная встреча, — сказала Алла, остановившись перед нами. — не знала, что вы снова вместе.
— Алла, что тебе нужно? — Егор нахмурился.
— ничего особенного, — ответила она, глядя на меня с насмешкой. — просто хотела посмотреть на идиллию. Неужели правда поверила, что всё будет как прежде?
— наша жизнь тебя не касается, — стараюсь сохранять спокойствие.
— ошибаешься. Ваша жизнь — это материал для моей статьи. И я уверена, что читателям будет интересно узнать, как быстро ты простила измену, Мелли. И как вы не сказали ребёнку правду, чтобы прикрыть грязные делишки папочки.
— ты просто грязная сплетница, — прошипела я. — тебе нет дела ни до кого, кроме себя.
— ой, да ладно, — отмахнулась Алла. — просто хочу показать правду. А правда в том, что Егор — слабый человек, который не может устоять перед соблазном. И ты это знаешь.
— заткнись! — взревел Егор, вставая со скамейки. — я не позволю тебе говорить так о моей жене! И о моём сыне.
Алла отступила на шаг, но не испугалась.
— а что ты сделаешь? — усмехнулась она. — ударишь меня? Покажешь свою истинную сущность?
— не провоцируй меня, Алла. — голос Егора дрожал от ярости.
Я видела, что он на грани. Если она не остановится, произойдёт что-то ужасное.
— остановись, Алла, — сказала я, беря Егора за руку. — не опускайся до её уровня.
Алла посмотрела на меня с презрением.
— а что ты предлагаешь? Просто стоять и слушать, как она поливает грязью нашу семью? — спросил он.
Я повернулась к Егору и положила руку ему на щеку.
— пожалуйста, ради Вани, — прошептала я. — не делай ничего, о чём потом пожалеешь.
Егор посмотрел на меня, и я увидела, как в его глазах происходит борьба. Он медленно выдохнул и отпустил кулаки.
— хорошо, — сказал он. — Но с тобой я ещё поговорю.
Алла лишь усмехнулась и ушла, а мы остались стоять, словно громом поражённые.
После ухода Аллы повисло тягостное молчание. Ваня, набегавшись, сидел на скамейке рядом с нами, но чувствовал напряжение. Я видела, как он поглядывает на нас, пытаясь понять, что происходит.
— Егор, — начала я, стараясь говорить спокойно, — зачем она это делает? Зачем она лезет в нашу жизнь?
Он тяжело вздохнул, обнимая меня за плечи.
— не знаю, Мелли. Она всегда была такой — злобной и завистливой.
— но почему именно мы? — спросила я. — почему именно сейчас?
— не знаю, — повторил Егор. — может быть, ей просто нравится причинять боль.
Я отстранилась от него, и он тут же напрягся.
— я не хочу, чтобы из-за неё мы ссорились снова, — сказала я. — мы только помирились…
— я знаю, Мелли, — перебил он, — я понимаю. И я постараюсь оградить тебя от неё. Я не допущу, чтобы она разрушила нас.
Он взял мою руку, и я почувствовала, как в моей груди начинает зарождаться новая тревога. Мы только что помирились, только начали заново учиться доверять друг другу, и вот опять эта Алла.
— Егор, — сказала я, — я больше не знаю, что делать. Мне кажется, что выхода нет.
Он посмотрел в мои глаза, и в этот момент я увидела его страх — страх потерять меня.
— выход есть всегда, — ответил он, — нужно просто держаться друг за друга. Обещай мне, что мы справимся.
Я посмотрела на Ваню, который сидел рядом, и поняла, что ради него мы должны попытаться.
— я обещаю, — сказала я.
Мы поцеловались, и Ваня радостно запрыгал вокруг нас. Но в глубине души я знала, что это обещание будет сложно выполнить.