"Странная"

Но, видимо, он находился в этот момент возле моей двери. Потому что тут же за дверью послышались вопли:
- Гейб, ты что творишь там?! Гейб, сейчас же открой мне дверь!!! - И сильные удары в дверь. Крепкая дверь шатается под мощными толчками мускулистого Кита.
Я вонзаю лезвие себе в вену. Больно. Больно очень. Я всегда боялась боли...
Раздается резкий скрежет, замок отлетает, дверь распахивается.
- Гейб, зачем?
Я вижу в его глазах боль. Кит зажимает мне вену куском одеяла, в моих глазах темнеет. Жди, меня, Бэт, скоро я буду с тобой.

***
Я не умерла.
Я понимаю это, как только разлепляю глаза и вижу перед собой отвратительную рожу Бульдога. Я по-прежнему в его доме, в своей комнате, у меня стоит капельница. Рука щиплет, в груди какое-то странное чувство, а также раздирающая головная боль.
- Она пришла в себя, доктор.
Я невольно озвучиваю первое, о чем подумала:
- Где Кит?
Бульдог недовольно поджимает губы.
- Кит, подойди.
Дверь в мою комнату распахивается, на пороге Стьюи. В его глазах какая-то боль и что-то еще, чего я не могу разобрать.
- Кит... - Я с трудом беру его за руку.
- Как ты себя чувствуешь? - грустно спрашивает он.
- Нормально... Кит, спасибо, что ты спас мне жизнь... Все же, спасибо.
- Всегда пожалуйста, маленькая, - все так же печально улыбается он.
Бульдог недовольно смотрит на меня.
- Сегодня я пишу завещание на твое имя, - заявляет он. - После моей смерти ты станешь полноправной руководительницей моей банды.
- Бульдог, но мне не надо это. Я не хочу так жить, эта жизнь не для меня...
- Мне нужна достойная приемница, мы, по-моему, уже договорились, - рявкает Бульдог.
Я молча отворачиваюсь, изо всех сил стараясь сдержать слезы.

***
Прошло два дня.
Сейчас я уже без капельницы, но мне по-прежнему нужен покой. С Китом наши отношения как-то слишком обострились. Мы почти не общаемся и стараемся избегать друг друга. Зато общения с Бульдогом у меня переизбыток. Он действительно переписал завещание на меня. Этого поступка, как и остальных его, я не поняла вообще. Он немного, наверное, шизанутый. И каждый день он жужжит мне об этом гребаном завещании, моей будущей жизни и так далее. Пару раз он лез ко мне, но мне противен этот человек, и я либо отталкиваю его и ухожу в свою комнату, либо молча туда ухожу.
Сегодня же Бульдог врывается в дом один, пьяный, без охраны, и, увидев в гостиной меня, тут же на меня набрасывается.
- Эй, ты спятил?! - ору я, пытаясь вырваться из смертельной хватки Бульдога. Тот затыкает меня и начинает лапать мое тело. Меня вот-вот стошнит от отвращения. Я кусаю его за руку и начинаю орать на весь дом о помощи.
- Закройся, - грубо рявкает на меня Бульдог. - Ты живешь в шикарных условиях за мой счет, изволь расплатиться.
- Я живу тут не по своей воле, ты, животное!!! Помогите!!!
В следующий момент кто-то врывается в комнату и одним сильным рывком оттягивает Бульдога от меня.
Я пытаюсь отдышаться. Это Кит. Он пару раз дает Бульдогу по лицу и в конечном итоге вырубает его ударом по голове.
- Кит... - Я срываюсь с места и крепко обнимаю его. - Кит, спасибо...
Он резко поднимает мою голову, и мы смыкаемся в поцелуе. Я чуть ли не дрожу от какого-то непонятного счастья.
- А как же интим, который нельзя скрещивать с работой? - ухмыляюсь я, когда мы отрываемся друг от друга.
- К черту. Я долго терпел, пытался подавить в себе эти чувства и забыть о тебе. Но я не могу. К черту эту работу, а. Я люблю тебя, Гейб Чедклейт.
Я замираю. На мои глаза наворачиваются слезы, и мне становится понятно, что именно этих слов я ждала все это время, именно возникшие к этому чертовски красивому бандиту чувства не дают мне покоя.
- Я... Я тоже люблю тебя, Стьюи.
Я смогла? Помните, я рассказывала, что мне сложно признаваться в любви... Я смогла. Смогла. Наверное, потому что это все по-настоящему...
- Безумно романтично, особенно когда рядом трупообразно лежит тело Бульдога, - говорит Кит, и мы ухмыляемся.
- Чёрт, он хоть жив?
Я сажусь на корточки рядом с Максом и пытаюсь найти пульс. Рука безжизненно холодная, и никакая жилка на запястье не дергается, давая понять о том, что человек жив.
Я вздрагиваю от ужаса.
- Кит, пульса нет...