"Странная"

Мы любили друг друга. Я захотела сестру, как только появилась на свет. Очень хотела, чтобы кроме родителей, у меня был маленький человек, которому я могла бы доверить все-все-все. С которым мы были бы больше, чем сестры. Как только мне исполнилось четыре, у меня появилась Мари. Пару лет разницы никогда не становились препятствием между нами. Все интересы у нас были общими, мы рассказывали друг другу каждую тайну и всегда помогали. Мари не вылезала из моей комнаты. Она играла на пианино, а я обожала слушать ее игру. А теперь это пианино бесцельно стоит в ее комнате и больше никогда не зазвучит...
- Ричард тоже умрет? - Это мама про моего отца.
- Нет.
И снова тягостное молчание. Потом мама начинает всхлипывать.
Я не выдерживаю, иду в спальню и приношу ей успокоительное. Мама засыпает на удивление быстро. Я накрываю ее одеялом и выхожу из квартиры. Мне нужно проведать отца.
Мама не сказала номер больницы, но, раз его сбила машина, буду вычислять методом исключения.
До главной городской больницы я доезжаю очень быстро. Да, отец действительно лежит здесь. Быстро поднимаюсь на нужный этаж и нахожу палату. Из нее выходит врач лет сорока.
- Скажите, - я подбегаю к нему. - Что с Ричардом Чедклейтом?
- Мы делаем все возможное, - быстро отвечает он и снова скрывается в палате.
Я сажусь и начинаю тупо ждать.

Я просыпаюсь и непонимающе оглядываюсь. Точно, я в больнице. Ничего себе, я уснула прямо сидя на сиденье в коридоре больницы.
Встаю и стучусь в палату папы. Захожу и вижу медсестру, сидящую рядом с койкой. На койке мой отец с перевязанной головой. Его кожа ужасно бледна. Выглядит он беспомощно.
- Что с ним? - Я перевожу глаза на сестричку.
- Все обошлось, - тихо отвечает она. - Он скоро придет в себя.
- Спасибо вам. - Я выхожу из палаты.
Куда теперь? Конечно, к маме, надо успокоить ее и сказать про состояние отца. Но когда я захожу в дом, я замираю. Запах медикаментов ударяет в ноздри, я несусь в мамину спальню. Мама лежит на кровати без сознания, рядом штук десять пустых пачек из-под таблеток...

***
Я сижу на диване в гостиной и перебираю в руках телефон. Он разрывается от звонков Хорхи и Джона, но я не хочу никому отвечать. Только что «Скорая» забрала мою маму в больницу. Я не поехала с ними. Я не могу понять, за что на мою жизнь обвалился такой кошмар? Элвис, потом Бэти, Мари, папа и мама... Что за ужас происходит? Я даже не плачу, тупо смотрю вперед и пытаюсь понять, что такого страшного я натворила, за что сейчас на меня сыплются эти беды.
Мне внезапно захотелось напиться.
Я вела слишком правильный образ жизни. У меня все было хорошо, все замечательно, я верила в любовь и прочую хрень. Но теперь все это превратилось в пепел. Я хотела бы вновь попасть на ту вечеринку, где Лин напоила меня в первый раз. Он же стал и последним. Но теперь я хочу это исправить. Слишком много всего, слишком много... За пару дней. Я вот-вот сойду с ума. Иду в папину комнату. Черт, сейф, где он хранит свой алкоголь, закрыт. Ну ладно, тогда мне придется пойти куда-нибудь.
Я выхожу из дома, запираю дверь. Пару минут размышляю и кидаю телефон в приоткрытое окно дома. Пусть Хорхи звонит и дальше. Я не хочу видеть ни его, никого больше.
Галерея... Мак... Клуб, в котором нажрались Хорхи и Джон, жди меня.
Я дохожу до туда за двадцать минут быстрым шагом. Пересчитываю свои деньги. Ничего, хватит.
Захожу. Такое чувство, что я вернулась в тот самый день. Тут ничего не изменилось. Все так же орет музыка, душно от количества находящихся тут потных людей, пьяные подростки и трещащий танцпол.
Я сажусь на высокий стул рядом с барной стойкой.
- Налей чего покрепче. - Я облокачиваюсь и кладу голову на стойку.
- Виски?
- Водки.
- А не рано тебе?
- Наливай, или я сейчас пойду к администратору.
- А ты опасная штучка, - хмыкает парень и протягивает мне рюмку. Я опрокидываю ее. Горечь разливается по организму и неприятно жжет горло.
- Дай еще.
- Что-то произошло? - Он с тревогой протягивает мне еще. - Кстати, я Тод.
- Очень приятно, Гейб. - Я опустошаю рюмку и на этот раз ничего не чувствую. - Жизнь произошла, не более. Она отвратительна и приносит только боль.
- Я сейчас поговорю с тобой, ладно? Эй, Боб! - кричит он куда-то. Из небольшой комнаты выходит толстый паренек. - Замени меня.
Тот кивает, и Тод выходит из-за стойки.
Я разглядываю его. У него короткие белые волосы, пухлые губы и красивые глаза, он высокий и накачанный.
- Идем на танцпол или на улицу?
- На танцпол. Я вначале хорошенько развлекусь, а потом все тебе расскажу.