П.Р.Х.М.
На меня смотрела искоса.
Всецело в руках ее блестела, умиротворяя тело,
Пожирающая коса.
Пока сидело небо, пора познать и мне бы,
Затем темнело утро -
Ее улыбку жутко скрывали плинтуса.
Теперь же, где я не был, все видела как будто
Ее черная мазута и тревожила глаза.
А я простой кондуктор, в руках щепотка Будды,
И пусть объятый спрутом, но верю в чудеса.
Слезы на коленках, прости родная, Герда,
Не вынес я оттенка, во всем виновен сам.
Моя жизнь кривая сценка, не стоит и бесценка,
Дотлела сигарета и с дымом в небеса.
Там раненое солнце, ему еще не поздно,
Если светом разольется на листве роса.
Вечер еще корчится.
В сенях густело полчище, а он стоит, ждет помощи, промокший, вечно ноющий. Что ж, если ради творчества, готов убить чудовище, но если его кровь чиста, то разве тем я лучше стал?
На меня смотрела искоса.
Улыбкою лелея, умиротворяя лакея,
Пожирающая коса.
Ушла.