Карамель

Голова безумно болела и раскалывалась. Я уснула почти сразу, но страшные мысли меня не оставляли. А вдруг бы я упала вниз. И что бы тогда было? Темнота. И возможно, смерть. Руки тоже не хило болели. Как же я так? Сон...

- Саша, Саша, подъем! Вставай скорее!
Я медленно открыла глаза и слегка приподнялась.
- Что..сколько времени?
- Пять утра. Вставай быстрее.
- З-зачем?
- Ты издеваешься?
Я скинула с себя одеяла и тихо встала с кровати. Какой же вокруг был бардак. Одеяла, простыни. Все было раскидано, испачканно. На оконной рамме осталось маленькое кровавое пятнышко. Через минуту я почувствовала безумную боль в руках. Они были криво перебинтованны на скорую руку. Через повязку слегка просочилась кровь. Мы скомкали одеяла в кучу, протерли окно и убрались в комнате. Осталось только аккуратно пробраться в бельевую, чтобы все постирать. Вот и наступило воскресенье. А что теперь делать? Я очень ответственный человек и ужасно себя чувствовала, зная, что не предотвратила опасность. Мне было очень стыдно, можно сказать за придуманный долг. Опять начала болеть голова.
-Ученики и ученицы! Просьба пройти в холл для важного объявления. - вдруг раздалось по громкой связи.
- Опять. Да когда эти " важные " объявления закончатся. Наверно снова кто-то бросил сигарету в умывальник. - пробурчала я.
- Тебе нужно к медику зайти, чтобы он тебе руки обработал.
- Хорошо, я зайду.
Мы переоделись и спустились в холл. Минута ожидания, две, три, десять. И где же директор? Эта женщина конкретно надо мной издевается. И вот появилась Тамара Сергеевна. Она была...не побоюсь этого слова..великолепна! На ней было облегающее красное платье, уложенные волосы, красная помада, туфли на каблуке. Для кого это она так нафуфырилась?
Несомненно у всех вырвалось громкое " Вау ". Она гордо прошла в середину зала и приветливо заулыбались.
- Здравствуйте! Сегодня у нас очень знаменательное событие. Сегодня, детский дом посетит наш главный спонсор, меценат Измайлов Александр Владимирович. Поэтому, убедительная просьба убраться в своих комнатах и выглядеть прилично. Спасибо за внимание. И да, Александра Громова, зайдите ко мне в кабинет.
- Отлично. - пробурчала я закатив глаза.
Зачем она меня позвала? Я опять где-то накосячила? А вдруг она узнала о вчерашнем? Я выдохнула и отправилась на пятый этаж в преисподню. Сердце снова забилось. Со мной что-то ни так с самого утра. Меня колотит до боли. И это не из-за нашего " побега ". Вот я и дошла. Стук.
-Входите!
Я тихо приоткрыла дверь и зашла. Мягкий запах кофе быстро сменился резким запахом женского одеколона. Аж мурашки по коже пробежали.
- Проходи, садись.
С чего такая вежливость?
- Спасибо, я постою.
- Саша, присядь!
Я послушно села на мягкое кресло. Мне стало не по себе.
- Саша, нам нужно серьезно поговорить?
Ну здрасти приехали. Все плохие разговоры начинаются именно так.
- Я вас слушаю.
- Сегодня мне звонили из больницы...
Сердце. Оно готово было просто выпрыгнуть из груди. Что, что случилось ? Не продолжая диалог она встала позади меня и положила руки на мои плечи. Молчание. Долгое молчание заставляло меня волноваться еще больше.
- Что случилось? - уже в напряжении спросила я.
Тамара Сергеевна сделала глубокий вдох наполняя горло воздухом для следующего ответа.
- Твой дядя умер. Мне очень жаль. Держись.
Что случилось дальше я просто не помню. Я сидела, молчала, сдерживая безумную душевную боль. Хотя...я ничего не чувствовала. Внутри настала пустота. Сердце уже не билось, а так, постукивало. За одну секунду все внутри меня умерло. Я тихо стала и направилась к двери.
- Саша, стой, ты куда? Саша!
Я ничего не слышала. Просто шла. В никуда. Просто было больно, даже описать не могу насколько. Как будто оторвали кусок меня. Смысла жизни для меня больше не существовало. С этой минуты мне было плевать на все. На Залевского, на эту психушку. На все! Умер...
Я спустилась с пятого этажа и пошла в нашу комнату

POV Женя:

Сашу зачем-то вызвала директор. Вот только зачем? Я решила подождать ее в комнате. Саши не было минут 5, а потом она вдруг пришла. Я спросила что случилось, а она молчала. На ней просто не было лица. Она как будто...даже не знаю как сказать.
- Саша! - переспросила я в попытке получить ответ.
А она опять молчит. Затем Саша начала просто смотреть в окно. Смотрела минут 10 , без перерыва. Я тихо подошла к ней и дотронулась до её плеча. В отчет снова была тишина. Я попыталась обнять ее, но только прикоснувшись к ней, почувствовала все напряжение и отстранилась. Она была как камень. Затем она посмотрела мне в глаза. Вся их зелена была пропитано невыносимой болью. Слёзы по краям дали мне понять, что ей нужно побыть одной. Я кивнула Олесе и мы удалились, оставив Сашу одну.

POV Саша:

Я ничего не понимала. Ни того что делаю, ни того, о чем я думаю. Женя хотела применить свой метод успокоения, но видимо почувствовала всю мою боль. В ее глазах была растерянность. Она не знала, что делать. И она ушла, а я осталась в комнате одна. Боль начала набирать обороты. Стало приходить осознание всей ситуации. Я начала отходить от этого шока. Нет, только не слёзы.
- Саша...будь сильной. - прошептала я и слёзы брызнули.
Теперь я одна. Теперь я не справлюсь. Я достала и кармана фотографию родителей. Они улыбались и смотрели на меня.
- Мама, ты не представляешь, как мне вас не хватает. Я так скучаю. Я хочу...
Последнюю фразу не договорила. Мне было слишком больно. Я засунула фотографию обратно в карман и вышла из комнаты.
- Саша, ты куда? - окликнула меня Женя. Они с Олесей стояли возле двери, ждали пока я успокоюсь. Я снова ничего не сказала в ответ. Я двигалась в сторону лестницы. Не знаю зачем, просто шла. И тут в меня врезался Олег. Он был весь запыхавшийся, явно куда и торопился. В руке от держал кусок веревки.
- Смотри куда прешь! - огрызнулась он, хотя наверняка сам понимал, что это он в меня врезался.
- Закурить есть? - сонно спросила я.
- Че? Иди проспись, точно пьяная.
Он ушел, бросив на меня злобный взгляд, а я тупо пошла дальше. Мне нужен был шестой этаж. Вершина нашего детского дома. Четвертый, пятый, а вот и шестой. Я раньше тут никогда не была. Просто знала, что тут почти никто не ходит и то, что тут очень высоко. Я осмотрелась, вокруг и вправду никого не заметила. Я расстегнула верхнюю пуговицу рубашки и поправила юбку и стала искать ближайшее окно. Найдя его, я еще раз осмотрелась и открыв его на распашку запрыгнула. Я аккуратно посмотрела вниз. Высота была безумная. Но меня это не пугало, ведь я ничего не чувствовала. Внутри была пустота и одиночество. Вот я расстегиваю пуговицы на рукавах и скидываю с себя обувь.
Затем я делаю глубокий вдох, глотая холодный воздух, который обжигает мне горло. Но я уже не заболею. Уже не получится. Ближе, ближе. Один неверный шаг и все. Из кармана я снова вытаскиваю фотографию родителей, а затем смотрю вдаль. Передо мной всплыл силуэт мамы. Просто так, в небе. Я улыбнулась и вытерла слезу с щеки. Эта улыбка меня просто растопила. Из-за ее тепла, я даже не чувствовала холод. А мама продолжала улыбаться. Только делала она это ни так искренне как на фотографии. Я еще раз посмотрела вниз, глубоко вздохнула и прижала фотографию к груди. Затем я вновь посмотрела вдаль. Зачем ждать больше? Не нужно медлить! Смысл? Смысла жизни у меня больше нет. Я подошла в плотную к краю окна.
- Привет, Мам. - прошептала я и отпустила ручку окна.