Глава 2
Ужасный день. Еще и классуха пугает меня. Какая-то странная, жуткая женщина. Что она вообще ко мне пристала? Так сложно спросить не у меня, а у других? Или она поиздеваться хочет?
Выхожу на улицу и вижу своих одноклассников. Парни, а среди них Наен. Ну, как обычно. Она вечно крутится около парней и строит глазки. Вечно подлизывается, будто слуга им какая-то, этим она всех и бесит. Слышу, как Чонгук кричит мое имя и смеется. Я стараюсь не обращать внимания и просто достаю сигарету из кармана, поджигаю и небрежно сую в рот, зажимая между губ. Чувствую толчок в плечо и поворачиваюсь. Чонгук.
— Когда ты прекратишь лезть уже ко мне? — я смотрю на него выжидающе и хмурюсь. Зажимаю фильтр зубами от злости и затягиваюсь.
— Да никогда наверное. А что? — он опирается собой на мое плечо, пытаясь спихнуть, но я толкаю его плечом и он хмурится.
— Ничего. Заебал просто, — фыркаю и убираю сигарету изо рта, выдыхая дым. Неприятные сигареты. Как мой отец их курит? Мерзость.
— Не осмелела ли ты? — неожиданно грубо говорит он и мне в лицо летит кулак, но я быстро реагирую и успеваю отойти назад, споткнувшись о камень, но не упав. Опять я в кого-то врезалась. Что происходит? У меня новая привычка?
Поворачиваюсь и вижу очередного задиру. Он противно улыбается, я хмурюсь и тяжело вздыхаю, зажмурившись.
— Отъебитесь от меня, — я тихо рыкнула и попыталась отойти, но они начали толкать меня друг к другу, будто я какой-то мячик или будто они играют в горячую картошку. Как обычно.
Слышу смех, оскорбления, но отдаю предпочтение тому, чтобы не обращать на них внимания и вытерпеть этот день. Сигарета тлеет в руке и я уже думаю над тем, не вхуячить ли ее кому-то из них в глаз. Тяжело вздыхаю и открываю глаза, но слышу стук каблуков и понимаю, что меня не ловит другой и я падаю на асфальт, ударившись задницей о ступеньку.
Я хмурюсь, потираю бедро и вздыхаю. Больно… Очень больно. Прям жопой о ступеньку! Синяк огромный будет. Я чувствую чье-то присутствие над собой и поднимаю голову. Резко дергаюсь. Классуха. Блять. Она специально так встает? Я чуть ли не между ног ей заглядываю.
— Опять вы ругаетесь? — я вздыхаю и усмехаюсь, продолжая сидеть на асфальте. Солнце светит в глаза и я слегка прищуриваюсь. Вижу руку сбоку от своего лица и поворачиваю голову. Протягивает мне руку, чтобы помочь мне встать? А я не подала ей руку, когда сбила ее. Ну, ладно.
Я беру ее руку и встаю. Я чувствую, как ее ногти слабо впиваются в мою ладонь и смотрю на ее руку. Она смотрит на меня. Да что с ней такое?
— Пошли, — я хмурюсь и поднимаю бровь.
— Куда и зачем?
Она смотрит на меня как на какую-то дурочку. Она хмурит брови и я замечаю в ее глазах раздражение. Женщина указывает взглядом на мою ладонь. На обе ладони. Я смотрю на свободную и поднимаю брови. Содрана кожа и даже камни в руку впиваются. Я даже не почувствовала.
— Поэтому пошли, — я хмурюсь и убираю свою руку от ее.
— Не нужна мне ваша помощь, — я холодно смотрю ей в глаза и отряхиваю руки об джинсы. Вытираю о них кровь.
Она брезгливо смотрит на меня и хмурится, явно недовольная тем, что я отказалась от помощи. Я усмехаюсь и поправляю рюкзак на плече.
Наклоняюсь вниз, чтобы подобрать с пола мою упавшую сигарету, после чего неожиданно чувствую шлепок по заднице, а жопа начинает гореть. Я уже начинаю падать, как она хватает меня за талию.
— Не люблю, когда от моей помощи отказываются. Тебя видимо поэтому и бьют. Даже помощь не принимаешь, — она затаптывает мою сигарету каблуком, а я поднимаю брови и рычу.
— Да почему вы ко мне пристали? Вы мне кто вообще?
— Я? Твоя новая учительница и классный руководитель. Или у тебя совсем в голове пусто? Пытаюсь разобраться, почему тебя в классе гнобят и в целом в школе. Слышала, что даже учителя тебя недолюбливают. Должна быть причина, — я вздыхаю и хмурюсь. Она садится передо мной на корточки, ее пальто падает на асфальт краями, а я смотрю на нее. — Но ты только отказываешься от моей помощи. У меня уже тоже желание тебя побить.
Я поднимаю брови от такого заявления и недовольно фыркаю. Она меня тоже бесит. Лезет и лезет, спросила бы у остальных, что происходит, а не ко мне приставала. Еще и по жопе меня ударила, падла.
— Ты наверное подумаешь, почему я не спрашиваю это у других. Я скажу. Мне интересно, как это выглядит с твоей стороны, — она неожиданно протягивает руку к моим волосам и я дергаюсь, но она грубо схватила меня за голову и нахмурилась. Убрала что-то с моих волос и выкинула на пол, отпустив меня.
— Хватит меня трогать, — она усмехается и встает. Я достаю новую сигарету, но она резко хватает ее и ломает пополам. Я возмущенно смотрю ей в глаза.
— Эй!
— Курить ты не будешь. Особенно такие плохие, — она смотрит на фильтр, где написана марка и усмехается. — Откуда ты взяла этот ужас?
— У отца украла, — я фыркаю и смотрю на ее руку. Она выкидывает сигарету в урну.
— Все равно на контакт не идешь. Ладно, как хочешь, — она странно улыбается и разворачивается. Уходит, поправляя пальто и стуча каблуками. Я недовольно фыркаю. Почему она ко мне лезет?
Она навязывается словно маленький ребенок, которому не хватает внимания, но я прекрасно понимала, что она что-то запланировала. Она не просто так лезла, пытаясь заботиться, а что-то хотела. Я смотрю, как она садится в свою машину и ухожу в сторону своего дома, пока Чонгук и остальные все еще что-то яростно мне кричат, а я втыкаю в уши наушники и усмехаюсь. Как они меня все достали.
Не иду домой, вместо этого смотрю в телефоне, сколько у меня денег на карте и достаю карточку, иду в кофейню. Куплю какой-нибудь пирожок, а то я совсем голодная. Захожу в кофейню и вижу классуху. Блять, почему я не заметила ее машину рядом?
Она смотрит на меня и усмехается. Отворачивается, что-то покупает, а я стою за ней в очереди. Когда она поворачивается, чтобы уйти, то неожиданно протягивает мне чай в картонном стаканчике с какой-то булочкой. Я хмурюсь и недоверчиво смотрю сначала на то, что она мне протягивает, а затем в ее глаза.
— Зачем? — она вздыхает и игнорирует вопрос, просто продолжая ожидающе смотреть на меня. Я хмурюсь и беру чай с булочкой. — Спасибо.
— Ого, ты умеешь говорить спасибо, — она поднимает бровь и усмехается.
— Я не невоспитанная тварь, как Чонгук, — я задумываюсь о том, что может пора начать доверять ей. Она мне вроде помогает.
— Хочу у тебя попросить кое-что, — она отпивает свой кофе и я смотрю на нее. — Поехали ко мне домой, я не успокоюсь, пока ты мне не расскажешь, что происходит между тобой и школой.
Я хмурюсь и закатываю глаза. Она усмехается и смотрит мне в глаза.
— Давай. Я тебя накормлю, — она наклоняет голову набок и поднимает бровь. Я хмурюсь, понимая, что отказаться сложно.
— Ладно. — я вздыхаю и киваю. Она спокойно разворачивается и идет в машину, поправляя волосы. Она садится за водительское кресло, а я рядом с ней.
— Поешь пока то, что я тебе дала, — она зевнула и завела машину. Я беру булочку и начинаю есть. Наконец-то. Если бы она мне еще курить разрешала, было бы вообще хорошо. Ладно, вроде она нормальная… Но я все равно не умею доверять. Я вздыхаю и потираю лоб. Она смотрит на дорогу и достает сигарету. Дорогие… Богатая какая-то.
Я вздыхаю и доедаю булочку. Запиваю все чаем и вытираю рот. Я смотрю на сигарету и хмурюсь.
— Вы специально? — я смотрю ей в глаза и фыркаю.
— Что? Нет. Я просто захотела курить. Тебе рано, маленькая еще, — она усмехается и я недовольно смотрю в окно, отворачиваясь. Не люблю, когда меня называют маленькой. Хоть я и правда не взрослая, но я не мелкая же совсем. Она тяжело вздыхает и останавливает машину около подъезда. Какой-то район для богатых. Может у нее муж такой богатый просто?
Она выходит из машины, а я за ней. Я иду позади нее, она кидает докуренную сигарету в урну, а я зеваю и потираю глаза. Не выспалась… На моей кровати, кажется, я никогда не высплюсь.
Она заходит в подъезд и нажимает на кнопку вызова лифта. Я все еще тру глаз и вздыхаю. Смотрю на нее.
— Спать хочешь? — я киваю и она усмехается. Берет меня за плечи и ведет в лифт. Я не вырываюсь как раньше, я слишком сонная для такого. Почему-то когда я поем, то я хочу спать. Постоянно. Она как-то чересчур нежно опирает меня на себя и я случайно закрываю глаза. У нее грудь удобная. Большая такая, прикол.
Я очнулась, когда мы приехали на ее этаж и резко отстранилась. Слишком быстро… Слишком быстро доверяю. Нет, так нельзя. Это чересчур. Куда делась вся моя безразличность? Что она сделала? Она подмешала что-то в чай? Я иду за ней в квартиру. Когда захожу, то удивляюсь от того, что квартира темная, а не светлая. Я ожидала такую светлую просторную квартиру. Она выглядит как любитель светлых цветов.
Снимает пальто и вешает на крючок. Снимает каблуки и идет в какую-то комнату. Я за ней. Я как хвостик какой-то.
Она садится на диван и ждет, пока сяду я. Смотрит мне в глаза и усмехается.
— Расскажешь все? — я вздыхаю и сжимаю джинсы на коленях. Она хмурится и берет меня за руку. — Не надо, у тебя ручки раненые.
Я смотрю на ее ладонь. Горячая такая. А у меня ледяные. Как обычно, я чем-то снова отличилась. Какая радость.
— Я из плохой семьи. Мои родители алкаши. Меня ненавидят за это, и за то, что я слишком… Спокойная? Хотя я бы себя спокойной не назвала. Ну, то есть, я не бешусь каждую перемену как они в коридоре, не хочу на вписки и не встречаюсь ни с кем. Скучная для них, проще говоря. Учителя не любят за то, что я слишком остро реагирую на упреки. Меня даже химичка головой об парту била.
Она поднимает брови и хмурится. Смотрит в пол, что-то обдумывая. Гладит мою ладонь. Я замолкаю.
— Родители тебя бьют? — она смотрит мне в глаза и наклоняет голову набок.
— Да, даже осколками или ножом, — я вздыхаю и отворачиваюсь, когда на глаза наворачиваются слезы. Нет-нет, какого черта я плачу? Я не плакала уже несколько месяцев… Что происходит со мной? Я так быстро открылась человеку, еще и разнылась? Что со мной?
Она берет меня за голову и поворачивает к себе. Она вытирает мои слезы пальцами, но в ее глазах не видно никакой жалости. Ей будто… Нравится то, что я плачу.
— Хочешь обниму? — она поднимает бровь и я хмурюсь, но молчу. Она усмехается, после чего обхватывает мою талию руками и прижимает к себе. Я не обнимаю ее в ответ, просто лежу на ней, пока она прижимает меня к себе.
Я закрываю глаза и утыкаюсь носом в ее плечо. Прячу лицо в ней и слегка даже засыпаю. Слишком тепло… Слишком быстро я ей доверилась. Надо что-то делать, это невозможно оставлять таким. Я не хочу открываться людям. Она ведь потом бросит меня.
Чувствую, как ее ногти впиваются в мою спину, но уже не слабо. Даже больно. Но я почему-то не обращаю внимания, лишь закрываю глаза и засыпаю, а последнее, что я чувствую, это что-то горячее и мокрое на шее. Язык?