Брошка Элеоноры

Я разомкнула глаза, и первое, что увидела, это лежащего Адама, тихо кряхтящего и спавшего. Тихонько встав направилась в двери, чтобы не мешать спящему парню.

Этот день никак не даёт мне радостного настроения. Рождение было двадцать три года назад, я не рождаюсь каждый год, и праздновать, соответственно, мне незачем.

— Уже уходишь? — Я слышу за спиной только проснувшийся голос Адама. Развернувшись, вижу парня уже более бодрым и широко улыбающегося.

— Думала ты спишь — Пожав плечами возвращаюсь назад.

— Я проснулся давно. Ты во сне ткнула меня в грудь — От его слов мне становиться не по себе. Я чувствую какую-никакую вину за содеянное.

— Извини меня — С сожалением прошу прощения у Адама.

— Нет проблем — Подмигнув, парень завалил меня на кровать.

Я взвизгнула, и начала выбираться из его крепкой хватки. Надо же, будь подстреленным дважды он имеет силу, чтобы справиться со мной.

Ручка двери прокрутилась и на пороге оказался Леонардо в одних боксерах, потирая пальцами один глаз.

— Адам, черт, что ты визжишь как девочка рано утром? — Лео обратил на меня внимание и сразу добавил — Ах да, принцесса короля в гостях.

— Замолкни Лео — Прорычал Адам.

— Да ладно тебе. Я не со зла, просто рад за тебя. У тебя наконец появилась девушка спустя пару лет.

— Мы не встречаемся! — На этот раз встряла я в из разговор. Хоть Адам мне и симпатичен, во-первых он об этом не знает, а во-вторых я никогда не думала об отношениях. Не представляю его и себя вместе.

— Эмма, все к этому идёт — Подмигнув, Лео уходит.

Думаю, что самое время спросить про девушку, что писала ему страшные сообщения.

— Адам я... Давно хотела спросить у тебя. Я точно знаю у тебя была девушка очень давно. Её инициалы ХА. Кто она? Почему вы расстались? — Адам явно напрягся и чуть припустил хватку. Я выбралась из его объятий и обняла свои ноги.

— Ты хорошо подумала, когда захотела сунуть свой носик не в своё дело? — Спрашивает парень и выдыхает полной грудью.

— Хорошо подумала. Сделай мне это как подарок.

— Ну-ну — Цокает Адам — ХА – это Хелен Андерсон. Она и вправду была моей девушкой года два-три назад. Я обращался с ней как с г*вном, девушка покончила с собой по моей вине. И знаешь, не чувствую ни капли сожеления. Мне очень нравилось понимать, что она умирает находясь рядом со мной. После этого мои издёвки над девушками не прекратились, над такими девушками, которые мне очень нравились. Но отличие между Хелен и другими лишь одно – я не вступал с ними в отношения и не душил своими сладкими словами — Адам закончил свой монолог, очень самодовольно улыбаясь.

Этот рассказ ещё раз доказывает то, что он – бесчувственный муд*к. Но этот рассказ даже не оттолкнул меня.

— Ну что, Эмма Коллинс, ты всё ещё хочешь находится со мной под одной крышей? Хотя, в принципе, ты и раньше не особо желанием горела.

— Да, Адам Харрис, я всё ещё хочу находиться с тобой в одной кровати. Это давно известно, что ты такой зверь. От тебя легко ожидать именно такого обращения с девушками.

— Ты сейчас серьёзно? — Удивившись, Адам приподнялся и облокотился на спинку кровати — А где же твои полюбившиеся реплики, мол «Мне страшно с тобой находиться», «Ты плохой, будь проклят» и так далее? — Последние слова он поместил в воздушные кавычки.

— А я и не отрицаю, что мне страшно с тобой быть. Неизвестно что ожидать от плохо проклятого Харриса — Совместив все сказанные раннее слова Адама ответила ему — Но, не знаю даже. По-началу меня это страшило, а сейчас даже заводит. Теперь под фразой «Неизвестно что ожидать» можно иметь ввиду не только избиения и унижения.

Адам ухмыльнулся и начал поглаживать мою ногу.

Pov. Adаm.

Насколько можно быть такой д*рой, чтобы ответить такое? Она ведь так бесилась от каждого моего слова, сейчас же, на веселом тоне отвечает мне. Конечно её ответ меня поразил. Поразил в достаточно хорошем смысле, но тем не менее заставил впасть в ступор. Мне даже нечего ответить. Если бы я рассказал о Хелен раньше, то Эмма ещё больше меня возненавидела.

Разговор о бывшей девушке заставляет проникнуться воспоминанием: как же громко она рыдала, стуча кулаками в мою грудь, как сидела в отделении полиции и говорила, что сотрясение второй степени – лишь неудачное падение со второго этажа по-пьяне. Хелен терпела всю боль что я ей приносил и это ещё больше заставляло меня её любить.

Flashback.

— Отпусти меня, долбанный ты придурок! — Хелен кричала изо всех сил, лишь бы её руки оказались на свободе. Я возвышался над ней, улыбаясь как дьявол — Я не сделала ничего плохого, чтобы сейчас вот так вот получать.

— Серьёзно? Хел, ты бл*ть шлялась не пойми где и сейчас пытаешься выставить меня гребанным садистом.

— А кто ты тогда? — Ее слова снова меня взбесили. Я врезал ей очень громкую пощёчину, от чего Хелен попыталась схватиться за посиневшее место — Я была у матери! Ты сам прекрасно всё знаешь! — Заплаканным голосом выкрикнула девушка.

Конечно она права. Но, для меня не нужны весомые поводы чтобы издеваться над ней. Мне так нравятся её беспомощные глазки, я буквально кончаю от этой картины.

— Хватит, пожалуйста, я не чувствую запястий — Умоляюще просит Хелен. Я наконец отпускаю её, напоследок врезав коленом в живот. Она скривилась от боли, громко простонав. Избитое тело Хелен скрючилось на полу. Я доволен своей работой.

— Как же я тебя, с*ка, люблю!

Bye, flashback.

Эти моменты кажется навсегда останутся у меня в голове. По сей день, на малый процент, мне её жаль. Она могла бы получить лучшую жизнь где-то в прокуренном районе с каким-нибудь жалким сопляком. Но её дорога упала прямо в роскошь и издевательские отношения.

— Адам, я хотела бы еще тебя кое-о-чем попросить — Замятым голосом начала Эмма — У меня есть бабушка. Адалин... — Девушка замолчала, закидывая голову наверх — Адалин дала мне её номер. Позволь позвонить ей и поговорить хотя-бы пару минут — Она явно подавлена из-за смерти той старухи.

— Сегодня твой день — Я узнал о существовании её бабушки раньше чем сама Эмма. Габриель была основоположником моей грязной работы. Она контрабандой перевозила для меня наркотики из Мексики. Думаю Эмма не будет так рада узнать, кто на самом деле потерявшая память бабушка.

Я взял телефон с тумбочки и начал искать контакт Габриель. Передал телефон Эмме телефонный разговор начался.

Pov. Emma.

— Харрис! — Воскликнула бабушка — Как давно ты мне не звонил.

— Габриель, откуда вы знаете Адама? — Возмущённо спрашиваю я.

Переводя взгляд на парня вижу, как он напрягся.

— Эмма? — Дрожащим голосом выдавила Габриель — Какого черта ты делаешь с этим дьяволом вместе?

Бабушка перекрутила все так, что я осталась виноватой.

— Не нужно со мной по-еврейски. Я спрашиваю, откуда, вы, знаете, Адама?

— Мы были знакомы очень очень давно. Случайно познакомились в Мексике. Не думай что в этом есть что-то глобальное — Цокая в трубку, отвечает Габриель. Ее тон размеренный и чёткий. Не к чему подкопаться, видимо это сущая правда — Твоя очередь отвечать на вопрос.

— Как-то зависала в клубе, мы тоже случайно познакомились. Так получилось, что вчера у меня не было денег на такси, я позвонила Адаму и он забрал меня, оплатив счёт.

Парень смотрит на меня как на д*ру — он видит что я вру и пытается остановить себя, лишь бы не сорваться и не накричать.

— Не похоже на него — Задумчиво ответила бабушка — Неужели он поменялся после смерти Хелен?

— Возможно. Я не знала его в то время. Габриель, давайте переведём тему – расскажите как ваши дела, что делали все время.

— Обставляла новый дом, мне никак не могут завезти торшер и картину. Думаю буду жаловаться.

Разговор обошёлся в минут пятнадцать. Бабушка рассказала мне немного о жизни в Мексике: веселые вечера, много горячих парней и алкоголь, льющийся рекой.

Я отложила телефон и посмотрела на Адама. Он всматривается в потолок, изредка улыбаясь и что-то представляя у себя в голове.

— О чем думаешь? — Спрашиваю.

— О том, смогу ли встать к вечеру. Зануда Лео сказал, что мне нужен строгий режим и малоподвижные дни. А я не могу так просто расслабиться, мне нужно искать покупателей.

***

Мы пролежали целый день, общаясь на разные темы, узнавая друг друга. Конечно, его люди нарыли про меня информацию, но есть ситуации и истории которые никто не знает. Адам рассказал мне самую малость о себе. Ему двадцать пять лет, он из полной семьи, где, к сожалению, не было места для парня. Он ушёл от них в пятнадцать лет, постоянно кантуясь у своих друзей. Дорога случайным образом привела его к Леонардо, потом к наркотикам, беспорядочным связям, алкоголю и курению.

Адам нарушил слова Лео и все же встал. Сейчас парень уехал по делам, быстро собравшись. А я же торчу в комнате и скучаю.

Дурные мысли начали посещать мою голову. Я думаю о Адаме, о предстоящем вечере и надеюсь, что этот вечер пройдёт без убийств и ссор. А это ведь так забавно: Он поселился в моей голове и никак не хочет оттуда вылезать. Он вытеснил все воспоминания, связанные с матерью. Он — нечто странное в моей жизни, заставляющий кровь в жилах течь быстрее, сердцебиение учащаться, а разум туманиться при виде его губ. Я ведь даже не называю его имя, все и так встаёт на свои места. И даже не понятно, в какой момент вся ненависть к Адаму прошла. Все случилось будто по щелчку пальца, с помощью одной лишь теплой фразы. Черт, я ведь держала обиду на Элеонору двадцать два года, пока Габриель не открыла мне глаза. И сейчас не знаю, злюсь ли на мать или нет. А Адам... сколько раз он мне угрожал, бил, издевался морально? Обдумывая это все в своей голове улыбка до ушей тянется сама, непроизвольно. Всеми извилинами мозга пытаюсь убрать её, но все попытки тщетны. Мне хочется улыбаться, и я это делаю. Пусть даже покажусь жалкой терпилой, тряпкой, над которой можно издеваться, пусть об меня вытирают ноги и обращаются как с г*вном. Зачем мать воспитывала во мне стержень, который способен ставить многих людей на своё законное место ниже плинтуса, если сама оказываюсь этим человеком? Какой-то парадокс: я могу это делать и одновременно терпеть все издевательства, потому, что привыкла с детства принимать это как должное и не давать отпора.

— Да Эмма черт возьми! — Громкий ор вывел меня из мыслей. На пороге стоит Леонардо, разъярённый и очень злой — Не можешь мне помочь? Ответь, сколько раз я тебя звал: двадцать раз? Может тридцать? Не припомню.

— Что ты хочешь от меня? — Продолжая улыбаться как идиотка спрашиваю у парня. Он кинул на меня неодобрительный взгляд, прищуривая глаза.

— Что ты принимала? Девушка, предъявите зрачки — Лео подходит ко мне лисьим шагом и садится на кровать рядом со мной. Его мягкие подушечки пальцев трогают мои глаза, широко отодвигая брови вверх. И даже сейчас, почему я позволяю это делать? Мне не приятно, когда меня подозревают в употреблении наркотиков. Я отвыкла от издевательского отношения Элеоноры и не заметила, как Адам вернул всё назад.

— Иди к черту — Котел с демонами в моей голове закипел до пределов. Я встала и прямиком двинулась к двери. Выйдя в коридор очень сильно хлопнула дверью, от чего, кажется, стены пошатнулись.