Месть актёра

На церемонию совершеннолетия младшего сына семьи Шэнь пришли исключительно влиятельные и состоятельные люди — список гостей был поистине роскошным. Банкет продолжался до десяти часов вечера.
Поздравляющие начали расходиться один за другим, и в отеле остались только члены семьи Шэнь.

Шэнь Янь был пьян.
Он выпил много — почти всё вино, которое должен был пить Юй Цзинь, досталось ему. Он всё время держался рядом с Юй Цзинем, разговаривал и смеялся с каждым гостем, не отказываясь ни от одной рюмки.

— Брат, тебе нехорошо? — с тревогой спросил Юй Цзинь, поддерживая его. — Я попросил дядю Лю заварить чай от похмелья, выпьешь, когда приедем домой.

Шэнь Янь стоял прямо, с серьёзным лицом, и сказал:

— Я не пьян. Сяо Цзинь, неси вино, я ещё могу пить.

Юй Цзинь: «…»
Как и ожидалось, пьяные всегда говорят, что не пьяны.

Шэнь Миньдэ стоял в стороне с нахмуренным лицом и сказал:

— Сяо Цзинь, отвези брата домой. Пусть выпьет два стакана чая от похмелья и поспит — всё пройдёт. А мы с твоей матерью останемся в отеле сегодня, домой не поедем.

Юй Цзинь кивнул. Ему было немного любопытно, почему Шэнь Миньдэ и Юй Вэньсинь не едут домой, но он не стал задавать лишних вопросов.

Юй Вэньсинь всё объяснила:

— Мы с твоим отцом когда-то познакомились в этом отеле. Уже много лет здесь не были… Я хочу снова ощутить то, что чувствовала тогда.

Шэнь Миньдэ стоял рядом с Юй Вэньсинь, и хотя его лицо оставалось хмурым, Юй Цзинь чувствовал исходящую от него мягкость, когда она произнесла эти слова.

Юй Цзинь помог Шэнь Яню выйти из отеля. Шэнь Янь шагал уверенно, с виду и правда не казался пьяным. Но в глазах не было привычного блеска — они были затуманены алкоголем.

Юй Цзинь попросил его сесть на пассажирское сиденье, но тот отказался и направился к водительскому месту.

— Брат, я поведу. Ты просто сядь, — Юй Цзинь не выдержал и потянул его к пассажирской двери.

Шэнь Янь был очень серьёзен:

— Нет, сегодня твой день рождения. Я буду твоим водителем.

Юй Цзинь: «…»

Он смотрел, как Шэнь Янь садится за руль и начинает шарить по сторонам в поисках кнопки зажигания… и не находит её.

Потом Шэнь Янь поднял голову и посмотрел на Юй Цзиня:

— Сяо Цзинь, машина сломалась. Здесь нет кнопки зажигания.

Юй Цзинь: «…»

Шэнь Янь нахмурился, ещё раз нащупал всё вокруг, но так и не нашёл кнопку справа от себя. Он пробормотал, что машина сломалась, вышел из неё, достал телефон и позвонил водителю, чтобы тот приехал за ними.

Юй Цзинь выхватил у него телефон и сказал водителю:

— Мой брат пьян. Не приезжайте, я сам его отвезу.

— Сяо Цзинь, ты что делаешь? Зачем телефон отобрал? — с недовольством спросил Шэнь Янь.

Юй Цзинь потащил его обратно к пассажирскому сиденью, уговаривая:

— Машина сломалась, сядь сюда и подожди водителя, ладно?

Шэнь Янь кивнул:

— Ты тоже садись.

Юй Цзинь, наконец, сел за руль, с облегчением вздохнул и завёл машину.

Шэнь Янь явно не понял, почему машина вдруг «заработала», и уставился на Юй Цзиня с широко раскрытыми глазами.

Юй Цзинь тихо нажал на тормоз, поставил на нейтраль, достал телефон и сфотографировал ошарашенное лицо Шэня Яня.

Глядя на его глаза, полные детского удивления, Юй Цзинь не сдержал смех.

Он видел грозный взгляд Шэня Яня, знал его спокойную мягкость, но такого — как ребёнка — ещё не видел.

Он создал на телефоне новый альбом, назвал его «мой брат», и поместил туда фотографию.

Но, подумав немного, переименовал альбом, использовав имя Сян Бо — «мой мальчик».
А затем поставил на альбом пароль.

После возвращения домой Шэнь Янь выпил чай от похмелья и сел на диван в гостиной. Сидел он прямо, с серьёзным лицом — как будто на собрании. Юй Цзинь лишь схватился за голову: он совсем не ожидал, что в пьяном состоянии брат включит именно такой режим. Ему бы больше хотелось, чтобы тот, как положено пьяным, спел песню и заснул.

— Брат, уже поздно, пойдём спать, — сказал Юй Цзинь, сев рядом.

Шэнь Янь бросил на него взгляд:

— Рано ещё.

Юй Цзинь:
— …уже одиннадцать.

Услышав это, Шэнь Янь поднял руку и посмотрел на часы. Было непонятно, способен ли он вообще сейчас различать время по циферблату: он пристально всматривался почти минуту, а потом опустил руку и встал. Юй Цзинь с облегчением выдохнул — похоже, время он всё же понял.

Шэнь Янь направился наверх, Юй Цзинь шёл за ним следом. Проходя мимо его комнаты, Шэнь Янь внезапно остановился. Остановился и Юй Цзинь. Пьяные люди часто действуют по наитию, и Юй Цзинь стало интересно, какое именно наитие заставило брата остановиться перед его дверью.

Шэнь Янь постоял немного, а затем протянул руку и открыл дверь в комнату Юй Цзиня.

У Юй Цзиня екнуло сердце.

Он видел, как Шэнь Янь вошёл внутрь. Юй Цзинь тоже зашёл следом. Он смотрел, как брат подошёл к кровати и остановился, будто о чём-то задумался. Юй Цзинь обошёл кровать с другой стороны и оказался напротив.

Шэнь Янь нахмурился, смотрел на кровать, и только спустя долгое молчание поднял голову и посмотрел прямо на Юй Цзиня.

Он моргнул, обошёл кровать и встал перед ним.

В комнате горели только настенные светильники, верхний свет был выключен. Юй Цзинь посмотрел на Шэнь Яня.

И увидел, что у того удивительно яркие глаза.

В этот момент Шэнь Янь совсем не выглядел пьяным — наоборот, казался предельно трезвым.

Юй Цзинь затаил дыхание, машинально бросил взгляд на дверь — и с облегчением вспомнил, что та была закрыта. Также он был благодарен, что Шэнь Миньдэ и Юй Вэньсинь сегодня не вернулись домой. В доме были только он, Шэнь Янь и дядя Лю, живущий на первом этаже.

Они стояли молча, и разница была лишь в том, что Юй Цзинь был трезв, а Шэнь Янь — глубоко пьян.

Воздух в комнате словно бы нагрелся.

Юй Цзинь заметил в глазах Шэнь Яня желание.

Обычно Шэнь Янь — холодный, сдержанный, настоящий бизнес-акула. Он умеет скрывать свои чувства, и если какое-то выражение и проскальзывает, то исчезает в ту же секунду.

Но сейчас Шэнь Янь был пьян. Его мозг больше не контролировал ситуацию.

Оставались только инстинкты.

Шэнь Янь начал медленно приближаться к Юй Цзиню, шаг за шагом.

Юй Цзинь медленно сжал руки в кулаки. Его тело напряглось, выпрямилось, он не смел шевельнуться, только смотрел в глаза, наполненные внезапным вожделением.

Он не понимал, почему Шэнь Янь смотрит на него с таким желанием.

— Сяо Цзинь, — тихо позвал Шэнь Янь.

Его голос был низким, с характерной для пьяных носовой хрипотцой, глубокий и бархатистый. Для Юй Цзиня это прозвучало как мощный афродизиак, мгновенно пробуждающий что-то внутри.

Юй Цзинь отвёл взгляд.

— Брат, тебе пора спать, — произнёс он.

Но Шэнь Янь не двигался, всё так же стоял перед ним, смотрел прямо.

Юй Цзинь сжал кулаки сильнее, повернул голову, снова посмотрел на брата и сказал:

— Брат, я отведу тебя в твою комнату, — и потянулся, чтобы поддержать его.

Но в следующий момент Шэнь Янь перехватил его руку.

Он хотел было притянуть Юй Цзиня к себе, но сил после выпитого явно не хватало — он пошатнулся, и оба упали на кровать.

Матрас был мягким, тела провалились вглубь, одеяло прогнулось.

Шэнь Янь оказался сверху, навалившись на Юй Цзиня. При падении его подбородок задел нос Юй Цзиня, и тот ощутил лёгкую боль.

Он уже собирался оттолкнуть Шэнь Яня, но встретился с его взглядом.
Глаза Шэнь Яня были горячими и пугающими.
Взгляд голодного волка, хищника.
Юй Цзинь почувствовал, будто тонет — всё тело стало ватным.
Он оказался пойманным в ловушку этих глаз.