Глава.16
Глубокая ночь. Мгла. Темным-темно. Лишь несколько тусклых фонарей все еще освещают московские полуночные улицы. По одному из парков стремглав бежит со всех ног темноволосая девушка лет шестнадцати в серой безрукавой майке, черных джинсах и красных кедах Converse. На спине красовался черно-белый рюкзак. Лицо ее выражало состояние некого безумия или даже психоза. Из глаз градом текли слезы. Сердце билось чаще, чем когда-либо.
Здесь Смерть себе воздвигла трон,
Здесь город, призрачный, как сон,
Стоит в уединеньи странном,
Вдали на Западе туманном,
Где добрый, злой, и лучший, и злодей
Прияли сон - забвение страстей.
Здесь храмы и дворцы и башни,
Изъеденные силой дней,
В своей недвижности всегдашней,
В нагроможденности теней,
Ничем на наши не похожи.
Кругом, где ветер не дохнет,
В своем невозмутимом ложе,
Застыла гладь угрюмых вод.
Римма пыталась сбежать от панического страха. Ей не верилось в недавно увиденное зрелище. Нет! Родные родители! Они мертвы! Вот она прибегает к небольшой набережной. Спускается ближе к берегу. Садится. Немного поплескивая водой в реке, сидит калачиком и рыдает навзрыд. Учащенное дыхание. Вся на нервах. В холодном поту.
- Нет...нет...НЕЕЕТ!! - вскричала она сквозь психоз, который поглощал ее с головой. Девушка тряслась от страха, из глаз текли слезы. Трупы родных стояли перед сознанием, как кошмар. Неужели это сделал...он?! Этот убийца. Получается, она сама приблизила смерть своих близких.
Вдруг ее мысли прервало легкое прикосновение к плечу. Сначала Римма вздрагивает, издавая вскрик испуга. Оборачивается с опаской. Боится. Но все равно оглядывается. Она видит перед собой неизвестного русого мужчину примерно тридцати лет с щетиной на подбородке, одетого в зеленую футболку, черную кожаную куртку и черные джинсы. На ногах красовались массивные черные ботинки в рокерских традициях. Смущала лишь одна деталь: руки почему-то были перебинтованы или даже закованы в гипс, хотя травмы отнюдь не наблюдались. Тем не менее его улыбка вызывала какое-то подозрительное облегчение.
- Привет, - мило сказал он.
- Ээ...здравствуйте, - робко ответила Римма. Если честно, ей было отчасти стремно от того, что она не понимала этого облегчения. Было стремно разговаривать с незнакомцем в столь позднюю ночь. Но в то же время темноволосой было все равно, с кем делиться своим несчастьем. Тот заметил это и продолжил разговор.
- Не бойся ты, - он похлопал девушку по плечу, - Рассказывай, чем ты расстроена.
- Ничем, - соврала она, но еле сдерживала слезы.
- И все-таки расстроена.
- Ладно. Вы меня раскусили, но Вы для меня никто, чтобы вот так брать и все разъяснять.
- Не волнуйся. Мы быстро подружимся, - мужчина присел на корточки и посмотрел в зелено-карие глаза девушки, протянув руку, - Вадим.
- Римма, - она наконец осмелилась ответить на рукопожатие, - Простите, шок от произошедшего берет надо мной верх.
Вадим навострил уши, и это было видно. Наконец темноволосая продолжила.
- Мне пришлось сбежать из собственного дома. Недавно узнала, что подружилась с убийцей. А этой ночью. Вернее, вечером...Возвращаюсь домой. Отпираю дверь. А затем, - она чуть не рыдает, - Мои родители!! Они мертвы!! Не он ли их убил?! Теперь мне некуда идти. Бабушку не хочу волновать, так что теперь я беспризорница. Вечно в бегах. Вот так...
- Ну что ж. Жаль. Пойдем со мной? Я помогу тебе.
- Вам не сложно?
- Нисколько. Это моя миссия - помогать новоиспеченным беспризорникам. Бери багаж и пошли.
Римма посмотрела на нового знакомого скептическим взглядом. Она расплакалась еще сильнее, а затем с крепкими объятиями накинулась на Вадима. В нем она нашла прекрасную поддержку. Но надолго ли? Мужчина обнял плачущую девушку в ответ. Затем он хитро улыбнулся за спиной, ощущая, как очередная наивная игрушка попалась в его лапы.
Десять часов вечера. Двухкомнатная квартира в спальном районе.
- Кирилл Валерьевич? Ответьте! Вы там? - пытался докричаться в телефон молодой мускулистый парень лет восемнадцати. Однако на том конце провода не отвечали. Более того, телефонный звонок неожиданно прервался. Закончив разговор, Жук сбрасывает трубку. Проходит в спальню. На мягкой двухместной кровати с обеспокоенным лицом сидела Ира и что-то набирала на ноутбуке, искоса поглядывая на любимого. Наконец мускулистый подошел и сообщил радостные новости.
- Кирилл Валерьевич наконец нашел доказательства в наше оправдание. Завтра в 12 просил прийти к нему. Вот увидишь. Справедливость восторжествует... Ира, ты разве не рада?
- Не знаю..., - испуганно ответила девушка, - Может, нам не стоило этого делать?
- Как не стоило? - удивленно спросил ее Антон, - Ты не должна отсиживать за решеткой ни за что! Не по своей вине!
Услышав такие убеждения парня, девушка с каменным выражением лица захлопнула ноутбук и строго ответила.
- Я и в самом деле убила мачеху, так что не пытайся меня оправдать...
- Что?! - Жук не поверил своим ушам. Неужели его любимая не шутила? Она действительно убила человека?
- Да. Я действительно ее убила. Твоим травматом. Но это была самооборона. А доказать этот факт почти невозможно.
- Чего? Ты хоть понимаешь, что натворила?! - мускулистый на какое-то время вспылил, но потом успокоился, - Так...рассказывай все по порядку. Как все происходило?
Ира рассказала обо всем в подробностях: о том, как собиралась выбросить пистолет Антона, как не выбросила его и пошла домой. Потом брюнетка застала дома мачеху, которая что-то забирала из тайников. Этим чем-то оказались украшения родной матери Иры, которые та попыталась спасти. Марина Шумилина резко достала карманный электрошокер и включила его, начала напрямую угрожать падчерице. В конце концов девушка резко выхватила пистолет из кармана и зарядила прямо женщине в голову. Ее мертвое тело тут же упало.
- Жуть, - буркнул Жук, - Не поэтому ли ты несколько дней пропадала? А?
- Именно. После той ночи я сбежала куда глаза глядят, лишь бы как-то уйти от того кошмара, что я свершила. Около недели скиталась по Москве в поисках необходимых вещей для побега. После затарилась последним в торговом центре на окраине МКАДа. И сбежала. Спустя часа три набрела на деревушку, где меня пустила переночевать одна очень приятная старушка. Но...на следующий день меня будто переклинила совесть...
Тут Антон прервал ее рассказ, схватив за плечи.
- Ты должна рассказать все то же самое Кириллу Валерьевичу.
Ира испуганно смотрит на него, но в глубине души понимает, что он прав. Но...что потом делать с пистолетом? Как спасать любимого?
- Но это ведь ваш травмат. Как потом вас от тюрьмы спасать?
- Разберемся.
Утро. Около половины десятого утра. Вот Тим наконец вновь открывает глаза спустя около полутора суток. На той вечеринке с одиннадцатиклассниками наркотическое опьянение наступило очень не кстати. Волнение мигом охватило всю публику, и вызвали скорую. На этот вызов приехала...Жанна. Она наконец выдала препараты, которые были у челкастого в дефиците. Однако...про этот вызов могут узнать родители. Тогда узнают и про наркоту. А Лена? Зачем она пыталась сброситься с крыши? Ради того, чтобы восстановить отношения с таким уродом, как он? С таким конченным наркоманом, который не может побороть свой порок? Миссия по поиску доказательств для освобождения от тюрьмы - отдельная песня. Все-таки Жук прав: надо забросить на это невыполнимое дело и просто отсидеть срок. А после этого будет гораздо легче начать новую жизнь. По крайней мере, так кажется.
Но вот что это такое?? Тим видит пачку наркотических лекарств и затем опять тянет к ней руку. Никакой уже силы воли нет! Как больной! Хотя...он ведь и есть больной. Давным-давно.
В комнату заходит какая-то женская фигура. Это Жанна. Челкастый с улыбкой смотрит на нее, а потом осматривается по сторонам, начиная возвращаться в сознание. Он находится в давно знакомой ему квартире.
- Тим..., - протянула она, - Очнулся?
- Жанна...сколько я спал?
- Около полутора суток. Долбануло тебя нехило. Зато переспали потом отлично.
- Конечно долбануло! Запас дозы был на исходе. Ты куда пропала?
- Тим, ты как ребенок. Я же тебе не мама с молоком для младенца. Именно поэтому наркотики так опасны. Сейчас запишу тебя в диспансер по наркологии.
- Даже не думай! Ни в какую больницу я не поеду! Я ухожу! Спасибо за приют!
- Не за что...
Прихватив выданную медсестрой пачку таблеток, челкастый встал с кровати, оделся, а затем резвым шагом вышел из квартиры, мигом напялив очки. Дверь захлопнулась резко и грубо, ведь Тим даже не заметил следующую гостью, пришедшую к Жанне. Голубовласая девушка, одетая в футболку серого цвета, такие же джинсы и кеды, а также в черную толстовку до колен с удивлением оглядывается на черноволосого парня. Знакомьтесь, Ника Макеева. Ей 17 лет. Она уже была нам знакома, но мы не уделили девушке должного внимания. Родом из довольно хорошей семьи инженера. Но в последнее время плохо ладила с ней, однако виной были не родители, а...старший брат. Поэтому она находила "спокойствие" у Жанны.
- Привет, - стеснительно сказала она девушке с пирсингом.
- Ника, - сладко произнесла та, - Вновь приходишь за препаратом. Начала лишь около трех недель назад, а уже просишь добавки. Как голодный и злобный зверь.
- Нет! - со страхом в глазах ответила голубовласая, - Умоляю! Как от этого избавляться?! Помоги!!!
Ника тем временем градом проливала слезы. Слезы бессилия. Девушка медленно упала на колени, продолжая плакать. Жанна тоже села, а затем начала медленно проводить пальцами по волосам клиентки.
- Тихо, девочка, тихо. Успокойся. Все будет хорошо. Я постараюсь помочь. Найду нужный контакт. А пока...убавляй дозу. Теперь иди и ни о чем не беспокойся.
Как бы это ни было странно, но эта длинная и влиятельная реплика будто загипнотизировала Нику. Голубовласая девушка медленно встает с колен, гипнотическим взглядом смотря на Жанну. Отходит, а вернее, пятится назад.
- Большое спасибо! - говорит она, выходя из квартиры и закрывая за собой дверь. Она вышла. Но вдруг Ника ощущает резкую острую боль в голове. Очередная ломка. Однако голубовласая не находит ничего лучше, чем принять очередную наркотическую таблетку. Осознание сего факта приводит Нику в ужас, от которого девушка судорожно плачет.