Продолжение главы
— Вон она, — вполголоса ответил мальчик и потянул меня за собой.
Гости расступились. Диана, оказывается, неуклюже подпирала стену позади всех, как будто нарочно спряталась. Покрасневшие глаза подтвердили мою догадку.
— Ой, Диана…
Я прижалась к ней, не сдерживая льющиеся ручьем слезы, — что-то у меня сегодня глаза на мокром месте. Диана успокаивающе похлопала меня по спине.
— Ну, что ты, что ты… Так на самолет опоздаешь.
Нелегко было сказать Диане, как я её люблю, — в этом мы с ней похожи: нам проще перевести разговор на пустяки, чем признаться в чувствах. Нет уж, надо отбросить смущение.
— Я всегда буду любить тебя, Диан. Не забывай.
— Я тоже, Т/И. Любила и буду любить.
Мы одновременно чмокнули друг друга в щеку.
— Позвони! — напомнила она.
— Обязательно, — пообещала я.
— Тогда поезжай, — глухо напутствовала Диана. — А то опоздаете.
Гости снова расступились. Юноша, шагая к выходу, обнял меня покрепче.
— Ну что, готова?
— Да! — И это была чистая правда.
Под всеобщие аплодисменты подросток поцеловал меня в дверях, и мы кинулись к машине, осыпаемые рисовым дождем. Большая часть пролетела мимо, но чья-то метко запущенная горсть (наверняка Диего!) срикошетила от спины парня и угодила прямо в меня.
Машина тоже купалась в цветах — длинные гирлянды тянулись вдоль корпуса, а позади болтались привязанные к бамперу невесомыми газовыми лентами туфли — ни разу не надетая дизайнерская обувь.
Я пробралась в машину, пока Пятый прикрывал меня от рисового града, и он скользнул следом. Машина рванула с места, я успела помахать рукой в окно и крикнуть «Люблю вас!» всем родным, собравшимся у дверей.
Последнее, что я успела заметить, были мои родители. Диана нежно обнимала маму за плечи. Она обвила её рукой за талию, но другой держала за руку Ваню. Настоящая симфония разных образов любви.
Картина показалась мне весьма оптимистичной.
Муж сжал мою руку.
— Я люблю тебя!
Я прижалась к его плечу и процитировала им же сказанное:
— Поэтому мы здесь.
Мальчик коснулся губами моих волос.
Когда мы выехали на темное шоссе, и юноша по-настоящему прибавил газу.
— Хьюстон? — удивилась я, когда в Сиэтле мы прошли на посадку.
— Промежуточная остановка, — с улыбкой пояснил юноша.
Потом я почувствовала, как он меня будит, хотя только на секундочку задремала. Полусонная, я тащилась за ним по аэропорту, после каждого моргания заново вспоминая, как открывать глаза. Поэтому, когда мы остановились в зале международных вылетов и встали в очередь на регистрацию, до меня не сразу дошло.
— Рио-де-Жанейро? — уже с беспокойством переспросила я, прочитав надпись на мониторе.
— Тоже пересадка, — кивнул подросток.
Перелет оказался долгим, но мы устроились с комфортом в салоне первого класса, и я уснула в объятиях парня. На этот раз поспать удалось как следует. Я проснулась неожиданно бодрой, когда самолет уже начал заходить на посадку. В иллюминаторы проникали косые лучи заходящего солнца.
Вопреки моим предположениям, мы не остались в аэропорту и не пошли пересаживаться на следующий рейс.Такси мчало нас по темным улицам Рио, где кипела бурная жизнь.
Не разобрав ни слова из того, что Пятый на беглом португальском объяснял водителю, я сообразила, что мы, судя по всему, едем в гостиницу, переночевать и набраться сил перед следующим этапом путешествия.