Глава 20
Как оказалось, сказать - всегда проще, чем сделать. С Ником мы так и не разошлись, ни после перехода через границу, ни по пути к Фианари - столице Леитхоса.
Там, в лесу, он сразу же согласился дать магическую клятву, к нашему удивлению, не оспорив в ней ни единого слова. Пожав плечами, он охотно поклялся, что не выдаст ни одного нашего секрета, ни во время совместного путешествия, ни после, а также в том, что не замышляет против нас ничего дурного. Мы, в свою очередь, пообещали помочь ему преодолеть границу и не выдавать властям Леитхоса.
Впервые глядя на наши иллюзии, которые мы, в качестве доказательств, продемонстрировали, активировав артефакты, он лишь довольно хмыкнул, пробормотав что-то вроде: "Да я - везунчик", и потребовал сделать его посимпатичнее "моего ходячего трупа". Фараон презрительно хмыкнул, а я лишь закатила глаза. Судя по всему, дальнейшее путешествие больше не будет скучным... И я как в воду глядела!
На поверку, наш новый знакомый оказался весёлым парнем, хоть и не без своих тараканов в голове. Так получилось, что с Чонгуком у них возникла взаимная неприязнь, буквально с первого взгляда, поэтому мне пришлось стать чем-то вроде буфера между ними. Не проходило и пары часов, чтобы они в очередной раз не начали перепалку, пытаясь самоутвердиться за счёт друг друга. Каждый раз казалось, что ещё пара фраз - и мужчины опустятся до банальной драки. Тогда приходилось вмешиваться мне.
Несколько раз я пыталась поговорить с Чонгуком, убеждая его не вестись на подколки нашего нового спутника, но тщетно. Его словно дикие пчёлы покусали! Признаться, я вовсе не понимала поведение фараона. Казалось бы, взрослый мужчина, с богатым прошлым, переживший такое, что не снилось никому из нас, а ведёт себя как мальчишка! Да, шутки Ника по поводу его мёртвого состояния, невозможности пообжиматься с женщинами (и других физиологических потребностях) были ниже пояса, но уж император-то знал, что всё это рано или поздно изменится. Знали это и мы с Джином. Насколько проще было бы, просто игнорируй он Ника, глядишь, тот тоже успокоился бы.
- Ты не понимаешь! - прошипел император, когда вечером, сидя у костра, я в очередной раз завела этот разговор.
Ника мы отправили за водой к ручью, что протекал не очень далеко от места нашей стоянки. Джин незаметно следил за ним. Несмотря на клятву, полного доверия между нами и этим парнем не было, да и быть не могло, собственно.
- Так объясни мне! - развела руками и села на траву прямо перед ним, чтобы смотреть в фиолетовую мглу его глаз.
- Я не могу это объяснить, Лиса... Просто рядом с ним все мои инстинкты сходят с ума. Он опасен! От него точно исходит какая-то угроза, - раздражённо произнёс фараон.
- О, боги! - фыркнула я. - Чем он может нам угрожать? Затроллить до смерти? Это смешно! Он дал клятву, Гук, - дотронулась я до руки императора, неосознанно сократив его имя. - И пока не давал повода сомневаться в том, что поможет нам. До границы осталось дня три-четыре пути. Неужели так сложно сдерживать эти свои инстинкты?
- Когда он рядом, меня просто трясёт от злости, - тихо признался Чонгук, отводя взгляд, - будь у меня хоть толика магии, я бы, вероятно, смог сказать, что в нём меня настораживает, а так... Я воспринимаю его, как врага, и ничего не могу с этим поделать. Несколько раз ловил себя на мысли, что было бы намного проще и правильнее, перерезать ему глотку и бросить в каком-нибудь овраге. Но чёртова клятва, лишит тебя жизни, а значит, и меня.
Вздрогнув, я непроизвольно отодвинулась, тут же пожалев об этом. Вскочила и быстро сцапала косу, кончик которой тлел, попав в затухающий костёр. Я сбила огонь водным заклинанием, а потом расплакалась. Сама не знаю, что стало тому причиной - неосторожность, едва не лишившая меня тщательно лелеемых волос, или напоминание о том, почему на самом деле император заботится обо мне.
Да, в последние дни я расслабилась, наслаждаясь путешествием в приятной компании. Мужчины, несмотря на разногласия, сошлись в одном - негласно соперничали за моё внимание. Чонгук, по возможности, помогал мне в дороге: устраивал для меня постель, охранял мой сон, подавал руку, когда я карабкалась через очередное препятствие. Ник же старался рассмешить, рассказывая забавные истории, дарил редкие цветы, сорванные украдкой на какой-нибудь поляне, или местные ягоды. Он отпускал комплименты, заставляя меня смущаться и бросал двусмысленные взгляды. Не скрою, это льстило и заставляло чувствовать себя хоть чуточку нужной и интересной.
Сейчас же я словно вынырнула из иллюзии сказки, снова вспомнив, что одинока в этом мире. Императору я нужна, чтобы снять проклятье. Конечно же, он будет меня лелеять, ведь я - гарант его жизни! Нику... Ему, наверное, тоже зачем-то нужна, например, для секса, почему нет? Не зря же он со мной заигрывает постоянно. Пожалуй, Джин - единственный, кто хорошо относится ко мне, потому что я - это я.
- Что здесь происходит? - раздался непривычно серьёзный голос Ника у меня за спиной. - Лиса?
Тихо всхлипнув, вытерла украдкой слёзы и повернулась к нему, стараясь не думать о том, что в глазах Чонгука мне почудилось сожаление.
- Всё нормально, - грустно улыбнулась я, обходя костёр и усаживаясь на лапник под развесистым кустом, где уже было подготовлено моё место для сна.
- А мне так не кажется, - протянул парень, нет, молодой мужчина, и сделал шаг к императору. - Ты, ошибка природы, чем ты обидел Лису?
- Это не твоё дело, парень, не лезь, куда тебя не просят, - воинственно ощетинился фараон.
- Да неужели? - в голос Ника скользнула злая насмешка. - По-твоему, тебе позволено обижать девушку, которая тебе ничего не может противопоставить? Кстати, почему? Почему ты всё ещё не упокоила этого г*внюка? - повернулся он ко мне, зло сверкнув глазами, но его лицо тут же озарила догадка. - Ты не можешь, правда?
- Я последний раз предупреждаю, Ник. Это. Не твоё. Дело. И следи за своими выражениями, - голосом императора можно было заморозить целое озеро.
- Иначе, что? - всем корпусом развернулся стихийник к Чонгуку.
- Пожалеешь, - тихо, но веско бросил он и собрался уйти, но...
- Да пошёл ты! - зло выдохнул Ник, глядя прямо в глаза мумии.
- Это он зря-я, - тихо прокомментировал рядом Джин, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.
А в следующий миг всё завертелось. Чонгук рванул к Нику, с нечеловеческой силой отшвырнув его практически на другой конец поляны. Маг пропахал спиной приличную борозду, но всё же вскочил достаточно резво и принялся швырять в фараона какими-то заклинаниями. Император довольно скалился и наступал, понимая, что это не причинит ему особого вреда. Тогда Ник вынул откуда-то длинные узкие кинжалы и снова пошёл в атаку. Драка набирала обороты, а я сидела, прикрыв глаза, и понимала, что меня это всё достало.
Встала и тихо скрылась за деревьями, направившись к ручью. Джин, который в последний момент успел взобраться ко мне на плечо, удивлённо спросил:
- И ты что, их не остановишь?
- А смысл? - тихо ответила я. - Убить они друг друга не смогут из-за клятвы. Точнее, Гук, конечно, сможет убить Ника, но тогда умру я, а вслед за мной и он. Убить же нашего фараона, подозреваю, не под силу никому из живущих в этом мире. Пусть спустят пар, а мне надоело служить подушкой для булавок, в которую они втыкают свои шпильки и подколки. Я устала. Кто бы знал, как я устала от всего этого...
Джин ничего не ответил, да я, собственно, и не ждала. Оставив его на стрёме, я решила всё же искупаться, несмотря на царившую в ночном лесу прохладу. Вода в ручье оказалась просто ледяной, вымораживая все мысли, горечь и обиду.
Спустя двадцать минут, я сидела на берегу и тряслась от холода, пытаясь согреться у маленького костерка, который, не вытерпев, разожгла из собранных здесь же сухих веток. Джин тихо посапывал у меня на коленях. В тёмной воде отражались все три луны, не давая мне забыть о том, где я нахожусь.
Сзади послышались глухие шаги, но оборачиваться я не стала. Мне на плечи лёг тяжёлый плащ, пахнувший чем-то древесным, сладковато-горьким, как элитный шоколад, и терпким, как вино. Тело тут же окутало уютным теплом. Рядом опустился Ник, молча придвинувшись ближе в попытке меня согреть, а с другой стороны, совершенно неожиданно, точно так же пристроился Чонгук. Не знаю, сколько мы так просидели, но, в какой-то момент поняла, что я согрелась, а нервный ком, застрявший в горле, ослаб, позволяя дышать.
- Идёмте спать, - тихо сказала я, вставая и стараясь не смотреть на своих спутников. С сожалением стряхнула с плеч плащ и вернула его Нику, отмахнувшись от настойчивых просьб оставить его себе. - Спасибо, но мне уже не нужно.
Развернувшись, пошла к лагерю и, отказавшись от ужина, который, к моему огромному удивлению, уже был приготовлен без меня, улеглась на лапник, с головой накрывшись одеялом. Услышала тихий шорох, с которым в двух шагах от моей лежанки устроился Чонгук.
- Лиса, прости, - тихо сказал он. - Я не совсем то имел ввиду. Ох, Тёмный... Не умею я извиняться! В общем, мне совсем не всё равно, погибнешь ты или нет, не потому, что я боюсь за свою жизнь, а потому, что боюсь за твою.
Он немного помолчал, то ли ожидая от меня какого-то ответа, то ли собираясь с мыслями, а потом сказал ещё тише, чем до этого:
- Знаешь, мне понравилось, как ты назвала меня у костра... Гук. Пожалуй, я не против, если ты будешь обращаться ко мне так. Хотя бы иногда...
Я опять промолчала, прислушиваясь к буре, что бушевала внутри. Нет, горечь и обида не растаяли без следа, но, пожалуй, стали менее острыми. Не знаю, правду ли сейчас сказал фараон, о том, что я ему всё же дорога, или сделал это, чтобы немного меня успокоить, но мне действительно стало легче. Где-то глубоко внутри шевельнулась надежда, что мы всё же сможем стать друзьями. Мысль, что, будь он живым, я, пожалуй, хотела бы большего, я гнала от себя изо всех сил.
Приподняв уголок одеяла, одним глазом взглянула на фараона, заметив, насколько потрёпанным он выглядит. Не выдержав, со вздохом протянула ладонь, которую он тут же сцапал и аккуратно сжал своими костлявыми пальцами.
Прикрыв глаза, щедро поделилась с ним энергией Джуса-Наа-Ри, коря себя за добросердечность и слабохарактерность. Когда фиолетовый кокон растаял, заглянула в глаза фараона и тихо, но отчётливо сказала:
- Спокойной ночи, Гук.
Под одеялом умилённо вздохнул Джин, лежавший у меня под боком, и я ущипнула его за хвост, заставив возмущённо пискнуть. Сон пришёл не сразу. Сначала подсознание подкидывало мне кучу вариантов того, каким образом смогли договориться мои спутники. Затем я гадала, куда исчез стихийник, потому что на поляну мы вернулись втроём с Чонгуком и Джином. А затем я думала, что будет, когда это путешествие закончится. И не знала, хочу ли я, чтобы это произошло скорее или чтобы длилось ещё целую вечность.
***
Следующие три дня пути были, пожалуй, самыми спокойными за всё время нашего путешествия. Никто не ругался, никто на нас не нападал, да и идти было намного проще. Примерно в дневном переходе от границы закончился лес, и дальше мы топали уже по достаточно оживлённому тракту под прикрытием иллюзий.
Последнюю ночь в Гитнаарине мы решили провести, как цивилизованные люди, остановившись на ночлег в приграничном городке. Моему счастью не было предела, когда я, наконец-то, смогла нормально искупаться и поесть. А сон на комковатом матрасе показался настоящим даром небес.
Со мной в комнате ночевал только Джин, заявив, что будет охранять меня. Правда, я не совсем понимала, от кого, учитывая, что навесила на дверь кучу предупреждающих и оглушающих плетений.
Ник и Чонгук расположились в соседней комнате, и я надеялась, что утром застану их в приемлемом состоянии. По правде говоря, я не верила их показному нейтралитету. Фараон постоянно бросал на нашего спутника задумчивые взгляды, что-то просчитывая в уме. Ник же, хоть и не доставал его больше подколками, тоже смотрел с каким-то пренебрежение и злым ехидством. Казалось, что эти двое знают что-то, чего не знаю я, и это напрягало.
Полночи через стенку доносились их голоса, иногда переходящие на повышенные тона. Я мучилась от любопытства, но разобрать, о чём они говорили, так и не смогла. Джин сказал, что не знает никаких подслушивающих заклинаний (наверняка же врал!), а идти туда лично не позволяла гордость. Если мужчины не хотят это обсуждать со мной, значит бесполезно навязываться, лучше подождать, пока сами разболтают всё наставнику или мне, а в том, что это произойдёт, я не сомневалась.
Утром спутники снова вели себя, как ни в чём не бывало, заставляя меня сомневаться, не приснилась ли мне их ночная ругань. Позавтракав, мы медленно выдвинулись к границе, обсуждая по пути план действий.
Пропуск, который Ник стащил у попытавшихся его облапошить магов, был именным. На мой вопрос, как отреагируют стражи на то, что по нему пройдут двое мужчин и женщина, Ник лишь хмыкнул, пояснив, что третье имя специально выбрано универсальным. В таких делах часто случаются накладки, и тогда проводникам нужно как-то выкручиваться и брать другого клиента. А если им станет женщина? Учитывая, что ни я, ни Джин с Чонгуком в этом ничего не понимали, приходилось полагаться на слова стихийника. К счастью, всё действительно прошло без осложнений.
Приближение к границе я почувствовала примерно за полчаса. Казалось, воздух вокруг сгустился, и в нём потрескивала магия безумной концентрации. Как пояснил Ник, это происходило из-за активации встроенных в защитную стену артефактов. На мой, вполне закономерный, вопрос о том, каким образом тогда мы должны были преодолеть эту защиту, Джин ответил, что в обычное время Гитнаарин и Леитхос разделял только магический заслон, в котором всегда были небольшие лазейки. Сейчас же этот заслон питали ещё и артефакты, сводя любую возможность незаконного проникновения практически к нулю.
Пропуски, с помощью которых можно было преодолеть границу во время введения особого режима, по сути своей, являлись одноразовыми амулетами. В них вносились данные тех людей, что получили разрешение на въезд в страну. Обычно у них были очень тонкие настройки, не позволяющие воспользоваться ими посторонним. Подлинность и самих пропусков, и их обладателей проверялась с помощью магии крови.
Сначала я сомневалась, что нам удастся обмануть стражей, но потом просто восхитилась предприимчивости местных проводников. Как говорится, всё гениальное - просто. Как оказалось, их амулеты были очень даже настоящими, вот только активировались для несуществующих людей.
Нет, ну в самом деле, это же очень логично - найти сообщников среди тех, кто занимается изготовлением и выдачей пропусков, отстёгивать им процент и получать "чистые" заготовки. Именно такая и была у Ника. К счастью, он не первый раз пользовался подобным амулетом и знал принцип активации.
Немного не доходя до пункта осмотра, мы сделали небольшой привал. Ник объяснил, что нам нужно нанести на пропуск по капле крови, для того, чтобы сработало единственное встроенное заклинание, благодаря которому, написанные на карточке имена появятся в списке архивных записей. У принимающих магов нам нужно будет повторить процедуру, чтобы доказать, что пропуск выдан именно для нас троих.
Проблема у нас возникла лишь одна - у Чонгука не было крови. Но и её, мы к счастью, быстро решили, догадавшись воспользоваться кровью Джина. Ну а дальше, он должен был спрятаться у фараона в рукаве и в нужный момент ещё раз поделиться каплей драгоценной жидкости.
То ли наши простоватые иллюзии внушали доверие, то ли магам просто надоело заниматься бессмысленной работой, но нас даже не досматривали толком. Убедившись, что наш пропуск трижды засветился разными оттенками алого (именно так реагировали амулеты на нанесение крови), нас отпустили с миром, посоветовав "больше не шастать в такое время и не добавлять работы несчастным магам".
Оказавшись за полупрозрачной магической стеной, на территории Леитхоса мы, наконец-то, выдохнули с облегчением - большая часть пути пройдена.