Я не знал, что демоны умеют плакать

Во главе, сложив за спиной великолепные, ослепительно белые крылья, шествовал предводитель ангелов, прекрасный архангел со струящимися по спине и плечам серебряными волосами.
В его ясных голубых, как рассветное небо, глазах, жила мудрость и невидимая тень тоски.

Эти глаза были всегда ласковы к Марку, следующему прямо за ним в белых летящих одеждах.
Ли любил смотреть ангелам в глаза.
У их всех они были внешне холодны, даже льдисты, но добры, и он мог читать в них поистине ангельскую чистоту и видеть плывущие с восточным ветром облака.

Марк всегда подавлял жгучую зависть к ним. Его глаза, чёрные, как беззвездная ночь, определяли в нем полукровку.
Он кричал, злился на судьбу, на свое отличие.

Ангелы - на то и ангелы, что бы творить добро. Они говорили, что для них главное ангельская чистая часть в Ли, и их льдистые глаза превращались в июльскую лазурь, когда солнце сияет в зените.
Марк любил их и все равно злился, что не может превратить свою ночь в ясный день.

Ангелы не отбрасывали тень в свете факелов, закреплённых на стройных, чуть закопченных колоннах, но это придавало им еще большую старинную благородность.
Длинная бледная тень Марка бесшумно, подобно коварной пантере, кралась за ним, была его частью, и от нее не существовало возможности спрятаться.

Чистые лица ангелов обрамляли русые, каштановые или серебристые, летящие при каждом их шаге, струящиеся волнами или исходившие завитками, будто клубы пара, волосы.
Шелк волос Марка был черным, как россыпь тлеющих углей в костре.

Все же он был ангелом- чуть отличавшимся, не чистокровным, таившим напрасную обиду глубоко внутри себя.
На что архангел твердил, что видит сквозь черничную тьму солнце июльского неба души.

И это было главным.

Строй ангелов приблизился к столу, слишком длинному и узкому. Он блестел кремовым глянцем, притягивая взгляд своей безупречностью, приглашая упасть на обитые темно-синим бархатом стулья с высокими спинками, украшенными золотыми узорами-завитками.

Архангел оставил для себя главу стола, давая разрешение своим пятнадцати ангелам присесть по правую сторону от него.
Он выпрямился и сцепил руки в замок в ожидании того, за чем он привел сюда своих подопечных небожителей.

Левый ряд стульев все еще пустовал, замерший и нетронутый, ювелирно аккуратный.

Марк переглянулся с другом-ангелом - Джемином, чьи нежно розовые, как весенние лепестки цветков сливы, волосы, аккуратными блестящими волнами ложились на затылок, кончики ушей, лоб.

- Почему они не вовремя?- шепнул Ли другу, склонив голову.

- Типичные демоны,- Джемин пожал плечами,- они считают, что правила созданы, чтобы их нарушать.

Марк знал. Знал, что рожденные в нижнем мире не знают света и стремления быть такими же чистыми.
Брюнет хотел тихо задать еще вопрос, но тяжелые, увешанные изящной лепниной двери зала громко хлопнули.

Длинный темно-красный плащ развевался за спиной дьявола- предводителя демонов, позади которого беспорядочным строем шагали рожденные в Нижнем мире, позвякивая застёжками ремней и цепочками на одежде.
Густые, насыщенные истинной темнотой тени метались на полу и стенах, соперничая с отблесками огней факелов.

Марк боялся смотреть в их глаза, боялся узнать в этой чернильной глубине самый темный час своей ночи - перед рассветом.

Дьявол изящно приземлился на такой же, как у архангела, почти трон напротив него, во главе стола.
По левую сторону от предводителя ангелов расселись демоны, шумно двигая стулья.

Ли скользнул по ним взглядом.
Их украшали черные, как вороново крыло, насыщенно- или темно-рыжие волосы, глаза были жирно подведены, губы покрывал слой блеска или помады, брови эффектно выделены.
В мочках ушей болтались золотые или серебряные безделушки, пальцы украшали кольца.
В их образах отсутствовали любые оттенки чистоты, света, неба.
Они просто были истинно демоническими, адскими.

Ангелы гордо подняли головы, встречаясь светлыми глазами с глазами демонов.

Марк сцепил руки в замок и опустил глаза, совсем не льдистые и черные-черные.
Он чувствовал прожигающий, заинтересованный взгляд уроженца Нижнего мира, устроившегося прямо напротив.

- Здравствуй, Киран,- архангел говорил сдержанно и твердо, но Марк знал, что его раскосые миндалевидные глаза лучатся честью и светом. - Я рад, что мы нашли компромисс и встретились на Земле. На поверхности Земли.

- Если бы твои ангелочки не задыхались в Нижнем мире, мы отправились бы прямо туда,- небрежно фыркнул Киран, взгляд его черных глаз впился в теплый лед.

- Мы так же могли устроить встречу на небе, но демонов, к сожалению, ослепляет наше солнце,- снисходительно произнес архангел.

- Предлагаю перейти от любезностей к делу, Рафаэль, - перебил дьявол, хлопая  ладонью по столу - его до самой середины прорезала уродливая клиновидная трещина.- Мы условились на обоюдную договоренность не вести охоту друг на друга, так?

- Именно. Для этого нужно принести клятву,- договорил архангел и поднялся, следуя в сторону предводителя демонов.

Краем глаза Марк увидел кривую ухмылку на лице Кирана,- он так же поднялся и приблизился к Рафаэлю, протягивая руку, пальцы которой были увешены массивными золотыми перстнями с рубинами.

Архангел соединил свои аккуратные пальцы с его в крепком рукопожатии.

Губы зашептали клятву, за нарушение которой следует пытка.

От их рук шло еле заметное, темно-синее свечение, медленно угасающее.
Когда оно погасло совсем, оставив лишь воспоминание и тепло на коже, дьявол и архангел разорвали замок рук.

- Для закрепления ангелы и демоны должны сделать то же самое,- напомнил Рафаэль,- и называть свои имена.

- И почему правила такие запутанные,- Киран закатил глаза.

Старший ангел Мун Тэиль первым встал и протянул руку к доставшемуся ему демону. Тот нехотя поднялся навстречу, отвечая на рукопожатие.

- Тэиль.

- Тэён.

Это послужило стартом.
По всему залу начали раздаваться голоса, низкие и повыше, грубые и мелодичные, проговаривающие имена таких разных обитателей Верхнего и Нижнего миров.

- Джемин,- послышался совсем рядом глубокий голос друга и быстрое ободряющее прикосновение к плечу.

- Джено,- ответили ему.

Ли не желал показывать себя, поднимать головы, расцеплять руки. Его единственным желанием было забиться в угол, спрятаться от пронзающих любопытных взглядов.

Потому, что он отличался.

- Я вроде тоже не очень-то хочу трогать тебя, но разве не этого требуют правила, которые так уважают ангелы?- раздался недовольный голос демона Марка.

Ангел поднялся с места, впервые начиная разглядывать жителя огненной Преисподней.
Темные кожаные штаны, худые ноги сплошь в тонких изящных ремешках, винная рубашка скрывали смуглую, бронзовую кожу. Волосы- рыжие-рыжие, будто впитавшие в себя блеск огня Нижнего мира.

- Хэчан,- изящная тонкая рука взметнулась по направлению к его.

- Марк,- его ладонь осторожно коснулась ладони демона.

Холодная кожа встретила лишь слабое тепло, но Ли даже не поморщился, тогда как остальные ангелы едва слышно сквозь стиснутые зубы шипели от жгучего огня.

Запоздалая мысль, что ангел впервые касается рожденного в Нижнем мире, пропадает, стоило их взглядам скреститься.

Марк видит смеющееся во тьме чужих глаз пламя, и неожиданно осознает, что совсем не против сгореть в нем.

Демон напротив застывает, натыкаясь не на лёд, а на холодную полярную ночь, чувствуя ладонью не обжигающий холодом снег, его зло впивающиеся в кожу кристаллы, а лишь приятное прикосновение северного ветра.
Чувствует, что готов утонуть в этой ночи.

Хэчан лишь усмехается, прищуриваясь, освобождая  пальцы.

- Знай, Рафаэль, что если хоть один из твоих ангелов окажется в нашем мире - он будет сожжен,- резко бросил дьявол.

- Холодные озера Верхнего мира так же будут готовы принять приблудившихся демонов,- кивнул в ответ на условие архангел.

Последнее рукопожатие самого младшего ангела Джисона и самого младшего демона Ченле распалось. Совет окончен.

Киран поманил своих огненных подопечных за собой, небрежно взмахивая рукой- в зале вспыхнуло ослепительно рыжее пламя, поглощающее демонов и их предводителя, заполняя пространство едким дымом.
Демоны исчезали в нем, показывая усмешки на прощание. Они возвращались домой.

Архангел сделал знак своим светлым небожителям следовать за собой, раствориться в тумане.

Марк знает, что солнце и чистое небо его успокоят, знает, что от тихих слез станет легче.
И он больше не вспомнит манящее пламя.

Теплая рука касается его холодной ладони совершенно неожиданно- ангел-полукровка вздрагивает от этого.

- Мне нравятся высокие небоскребы и закаты,- горячий шепот доносится до ушей Ли и тает, растворяясь в горячем воздухе.

Хэчан исчезает так же быстро, как и появляется, прыгая в такой опасный, но такой ласковый на вид огонь.

"Мне нравятся высокие небоскребы и закаты"- напоминает вкрадчивое эхо.