Глава 15
-Как-то раз, давным-давно в пруду с кристально чистой водой жила маленькая пугливая рыбка,-мягкий голос Алой Розы убаюкивал. Морозник, сидя в нескольких лисьих хвостах от королевы с котятами, чистил когти и шерсть. Монотонное скучное занятие надоедало, хотелось переключить внимание на что-то более интересное, поэтому объектом внимания стал рассказ кошки.-Это была маленькая плотвичка, мечтавшая о путешествиях со своей подругой. Однако чешуя маленькой рыбки была самая блестящая и серебристая, как и у её грозного отца, а поэтому за светом плотвички должен был следовать весь косяк.
Воин стал вслушиваться в сказку с усилившимся интересом. Глупо, наверное, но маленькая плотвичка чем-то напоминала ему самого себя. Тоже серебристая, тоже желающая убежать с кем-то близким далеко-далеко, а родители... Стоп, что?
"Убежать?-кот на секунду замер, растерянно моргая.-С Водоворотом?-в голове нарисовалась картинка, солнечная и невероятно тёплая, пропитанная медовой сладостью лучей и запахами цветов. Песни вольного ветра, кружащего вокруг них и задевающего своими невесомыми лапами шерсть.-Глупости,-резко одёрнул себя Морозник, продолжать чистку шерсти.-Мне хватит и того, что я имею сейчас. Да и оставлять клан-безумие. К тому же, есть Отблеск, я просто <i>не могу</i> уйти. Это эгоистично."
"Бедняжка",-Тьма сочувственно покачала головой, приглаживая шерсть на лапе кота своим тёмным туманом. Шерсть шевельнулась.
Морозник сжался, стиснув клыки.
"Это ветер, это просто ветер."
"Конечно же, ветер, глупыш. И он гораздо свободнее тебя."
"Зато он одинок. Водоворот рассказывал сказку..."
Тьма расхохоталась.
"Вот это аргументы! А ты хорош, хах!"
Серебристый воин пытался удержать маску равнодушия на мордочке. Большинство соплеменников разошлись по патрулям, но на полянке всё ещё было несколько котов. И Алая Роза с котятами. Внимание к себе привлекать не хотелось.
"...в этой сказке Вольный Ветер был одинок. А я таковым не являюсь."
"Ты не одинок?-кошка фыркнула, растрепывая шерсть на макушке синеглазого.-Забавный какой. А кто знает о тебе чуть больше, чем ты показываешь? Кто знает обо мне? С кем ты этим поделился, кто тебя утешил?"
Морозник опустил взгляд, сжимая когти. И правда. Никто. Ни с кем.
"А ты хоть что-то о себе знаешь? Нет. Ты даже самим собой покинут, дорогой."
"Что ты хочешь этим сказать?"-мысленно зашипел воин. Разговор начинал раздражать.
-...однажды на косяк плотвичек напали щуки. Движения их были стремительны, а в чёрной чешуе таилась бездна.
Некоторые котята вздрогнули, прижимаясь к матери поближе. Круглые глаза блестели страхом.
-Не бойтесь, милые, это всего лишь сказка,-тихо заурчала кошка, приглаживая языком шерсть на ушках своих котят.
Морозник требовательно посмотрел на Тьму, ожидая ответа на свой вопрос. Та лишь пожала плечами, ложась рядом и кладя голову на вытянутые лапы.
"Молчи, скрывайся и таи и чувства, и мечты свои",-в ответ только странные слова и ухмылка. Как и обычно. Кошка впилась глазами, в которых был похоронено звёздное небо, в королеву и котят.
"Прямо как щука из сказки..."
"Да нет, родной, я всего лишь сгнившая плотвичка",-обнажая клыки, прохрипела Тьма. Морозник отвёл взгляд. Смотреть на ночной кошмар, лежавший рядом с его боком, было невыносимо.
-И тогда лучи луны и свет звёзд, едва пробивавшиеся сквозь толщу воды, разогнали стаю хищных щук. Но маленькая плотвичка осталась совсем одна в огромном косяке своих сородичей. Её подруга и родители пали жертвами нападения, а друзья теперь видели в бывшей приятельнице только ту, кто должен обеспечить им безопасность. Тогда маленькая плотвичка, до сего дня видевшая в других стаях рыб друзей, теперь увидела в них врагов. "Мы уязвимы. Поэтому молчите и не позволяйте никому и никогда узнать о наших слабостях!"-это были последние слова, которые сказала маленькая плотвичка. Больше она и её косяк никогда и не с ним с кем разговаривали.
-Как же так!-грустно воскликнул один из котят.-А что, если щуки вернутся? Как же тогда стая плотвичек попросит о помощи бывших друзей?
-Щуки никогда не вернутся, мой милый,-улыбнулась Алая Роза, обнимая хвостом котёнка.-Понравилась сказка?
Котята радостно заверещали, прыгая вокруг матери и наступая на её лапы. Морозник поднял глаза под пристальным взглядом. Соплеменница смотрела на него с усмешкой.
-Да, хорошая история,-улыбнулся в ответ серебристый, ощущая неловкость.
-Морозник слушал сказку?-бойкая кошечка подбежала к старшему и принялась кошмарить его хвост. Воин с улыбкой подвинул хвост вбок, задевая им Тьму. Но маленькая кошечка, не видевшая кошмар, прыгнула за хвостом следом, рассеивая чёрный туман лап Тьмы. Морознику показалось, что кошка улыбнулась.
"Какая милая малышка",-слова звучали на удивление искренне.-"Жаль, что не ваша с Водоворотом дочь."
"Что?.."
Другие котята тоже прибежали, присоединяясь к сестре. Маленькие пушистые комочки толкали воина, лазали по его спине, наступали на лапы и карабкались по бокам, впиваясь в шкуру своими крохотными коготками.
-Аккуратнее!-Алая Роза тотчас оказалась рядом, принимаясь мягко отчитывать котят за неподобающее поведение.
-Ничего-ничего, они мне не мешают,-с мягким тихим смехом ответил серебристый, весело сверкая глазами.
Королева устало выдохнула, садясь рядом.
-Жду не дождусь, когда они устанут и лягут спать,-шёпотом произнесла кошка. Морозник понимающе улыбнулся.
-Морозник, Морозник!
-Морозник!
-Моро-озник!
-Что, мои хорошие?-воин ласково улыбался, словно сам стал королевой.
-Расскажи сказку!
-Да, расскажи!
-Надо чем-то платить, раз уж грел уши, пока я рассказывала,-усмехнулась Алая Роза.
-А я не хочу сказку!-вредно протянула одна кошечка, вздёргивая розовый носик.-Это глупости для котят! Расскажи лучше нам про наш клан!
Морозник с улыбкой качнул головой, пытаясь придумать, что ему рассказывать.
-Мама рассказывала вам про то, чем отличаются наши соплеменники?
-Нет!
-Тогда слушайте,-Морозник принял серьёзный вид, и котята затихли.-Есть коты-рыбы как ваши мама и папа: у них есть плавники, и они дольше всех могут находиться в воде. И быстрее всех плавают.
-Конечно, я знал, что мама и папа самые лучшие!-горделиво выпятив грудку, заявил один из котят. Алая Роза потрепала его кончиком хвоста по макушке.
-А вы видели Известняка?
-Исфефняк?-пробормотал рыжий котёнок, не оставляя попытки съесть шерсть на хвосте Морозника. На секунду круглые глазки блеснули, маленький сорванец отвлёкся от своего занятия.-Да! Он приносил нам листочки и красивые камушки! Он самый классный!
-А меня пугают его клыки,-тихо проговорила сестра рыжего.
-Они огромные и очень грозные! Это так круто, я хочу такие же!-не прекращал поток восхищения котёнок. Морозник не сдержал улыбку, слыша в этих восклицаниях слова Отблеск.
-Известняк относится ко второму виду котов-рыб, у него и тех, кто похож на него, очень мощная челюсть и клыки. Эта их природная особенность отчасти определяет способ охоты.
-Как интересно!-пискнул котёнок, свернувшийся клубочком на спине Морозника.
-Спасибо за похвалу,-воин улыбнулся, но через секунду улыбка исчезла. Тьма подняла взгляд на серебристого и пихнула его лапой в бок.
"Чего молчишь?"
Синеглазый сжал когти и опустил взгляд в землю.
-Есть третий вид. У таких котов ядовитые когти. Причём, яд опасен даже для соплеменников, а еду, пойманную с помощью этого яда нельзя есть.
-А в чём тогда смысл этого вида?-кошечка, задавшая вопрос, была маленькой, чистосердечной, а оттого и прямолинейной.
-Не знаю,-честно признался Морозник, грустно улыбаясь.
Ядовитый цветок. Что ж, имя соответствовало действительности.
-Мои хорошие, пойдёмте прогуляемся, вы утомили Морозника,-королева принялась мягко сгонять котят со спины и лап воина.-Спасибо тебе, что дал выдохнуть на пару минут,-Алая Роза улыбнулась, касаясь носом лба воина, словно была его старшей сестрой или матерью.
-Рад помочь,-серебристый улыбнулся, но печаль из глаз не пропала.
"Ещё бы ты был не рад, милый. Ты вообще всегда радостный, не так ли?"-Тьма зевнула и обняла хвостом Морозника, смотря вслед уходящему семейству.
Кот тряхнул головой и поднялся на лапы. Голодный желудок неприятно заурчал, но подойдя поближе к ямке для добычи, воин с удивлением не обнаружил там ничего.
"Как странно... Да, сейчас прохладнее, чем раньше, но не настолько, чтобы рыбы стало меньше."
Морозник, задумчиво прищурился, постоял несколько секунд, а потом решил пойти поохотиться.
"Может, Цунами послал несколько охотничьих патрулей сразу? Если так, то они должны скоро вернуться и..."
Мысли прервал топот отряда соплеменников, возвратившихся в лагерь.
"А вот и патруль, но... Стоп, что?"
В зубах у них было лишь несколько небольших рыбок, а в глазах некоторых котов цепкий взгляд Морозника уловил испуг.
-Что-то случилось?-подходя, поинтересовался Морозник у Клыка, после того, как приветственно улыбнулся ему. Друг лишь качнул головой, пребывая в раздумьях. Холодок тревоги пробежался по хребту кота.
Серебристый поспешил выйти за пределы лагеря, размышляя о том, что же могло так всколыхнуть спокойствие соплеменников.
Кот бежал по берегу реки, к тому месту, где он любил охотиться, и где всегда была рыба. Трава у берега была примята и пахла недавно прибывшим в лагерь патрулем. Морозник продолжил бег. Трава сменилась на голую землю и прибрежную гальку. Кот заметил, что спускается по пологому склону к краю территории. Там была граница, однако не с каким-то из кланов, а с неизвестной территорией. Серебристому коту начало казаться, что ветер стал холоднее, и все звуки затихли. Не было пения птиц, на воде не появлялась рябь от стаек рыб, а над цветами не порхали бабочки.
"Да я же почти никогда не был в этой части территории...-подумал воин, ёжась. День и так был пасмурным, но здесь, над водой ещё и клубился туман, клочьями цепляясь за прибрежные пожухшие кусты, что придавало пейзажу жуткий оттенок.-И неудивительно, что не был. Тут же, наверняка, нет рыбы..."
Но следы охотничьего патруля на земле показывали, что выше по реке добычи тоже не было. Серебристый вдруг резко затормозил, улавливая незнакомый запах. Странный, недавний, но терявшийся в тумане. Нечто среднее между болотом и гнилью. Кот напрягся, пытаясь глазами выцепить хоть что-то. Он и сам не знал, что именно пытался тут найти.
"Что я вообще здесь забыл?"
Морозник подошёл к воде, смотря в гладь, отражающую серое пасмурное небо. И вдруг под отражением и бликами на воде увидел дно реки. Кот вздрогнул. На мелких камушках лежала странная рыба. Воин протянул лапу, цепляя когтями падаль и вытягивая на сушу.
Средняя, вполне могла бы быть ужином, а стала жертвой чьих-то издевательств. С одним выцарапанным глазом и оторванными плавниками. Размякшие от воды куски мяса свисали с боков.
Морозника сковал холод, кот в ужасе смотрел на рыбу. Шерсть на загривке всколыхнулась, поднимаясь. Уши прижались к голове.
"Болезнь? Нет, едва ли. Кто-то специально в припадке ярости кромсал эту рыбу."
Преодолевая страх и тошноту, воин принялся осматривать падаль. Раны были нанесены не зубами, а когтями и... Морозник принюхался и напряг зрение. Замер.
"Не может быть... Как?"
Раны были нанесены представителем его вида. Да даже нет, подвида. От ран пахло ядом, он же немного разъел плоть рыбы, словно его специально выпускали в большом количестве. При этом, запах немного отличался от того, что был у Морозника и подобным ему котам. В клане котов и кошек с ядовитыми когтями в целом было немного, но серебристый видел их яд, помнил запах и объяснения старших об этой особенности. Да, яд мог отличаться, но не настолько сильно как тот, чей владелец зверски растерзал рыбу.
Воин вдруг резко поднял голову. Туман, край территории, жертва какого-то жестокого незнакомца. Он тут один, в конце концов!
Тьма зашипела коту на ухо, что его убьют прямо тут. Здесь и сейчас. Растерзают, как эту рыбёшку. Серебристый вздрогнул всем телом, увидев колыхание на водной глади, и, не раздумывая, бросился прочь. Коту казалось, что он никогда не бегал так быстро. Мыслей не было, но паника сковывала горло, заставляя рвано вдыхать воздух. Сердце гулко стучало в висках.
Морозник замедлился только когда увидел лагерь. Шерсть растрепалась, но кот не остановился её пригладить, быстрым шагом идя по поляне. Увидев Цунами, стоящего перед пограничным патрулем, синеглазый поспешил к другу.
-Ты уверен?-старый воин с сомнением поглядел на глашатая. Тот решительно кивнул.
-Приказ Звёздного Небосклона.
-Цунами!-Морозник приблизился к другу, тяжело дыша.
-Что случилось?-тёмный кот, видимо, догадываясь, отвёл воина в сторону, туда, где бы их не услышали.
-Охотничий патруль Клыка тебе рассказывал?
-Да. Но что такое, почему ты?..-Цунами выглядел спокойным, даже слишком спокойным. Словно был выточенным изо льда.
-Рыба, истерзанная, жестоко истерзанная,-Морозник вдруг растерял всё своё спокойствие. Он почти никогда не показывал страх, поэтому сейчас выдержанный лунами ужас был паническим.-Я заметил на ней яд, как в когтях у...
-Тебе показалось,-Цунами с лёгкой укоризной покачал головой.-Это просто какой-то хищник или болезнь.
-Но...
-Не разводи панику,-фраза друга была отстранённой и больше походила на приказ. Встретив удивлённый взгляд синих глаз, Цунами снова покачал головой, в этот раз укоряя себя.-Я слишком резок, извини. Просто отдохни, хорошо?
И не дожидаясь ответа, глашатай вернулся к пограничному патрулю.
-Десять лисьих хвостов от наших границ, да. Не опускайтесь вниз по реке и не переходите границы других кланов.
"Мы расширяем территории?.."-Морозник в непонимании сжался.-"Что происходит?"
Голос Цунами отдавал холодом.
-Выдвигаемся!-прикрикнул на застывший отряд старый воин. Впрочем, и в его голосе была толика непонимания.
Морозник оглядел лагерь. Ещё час назад, даже несмотря на присутствие Тьмы под боком тут было безопасно и тепло. Сейчас же в воздухе витало напряжение и казалось, что серое небо хмурилось, словно бы предвещая грозу.
***
Водоворот вертел в лапах стебель золотарника, мечтательно глядя на маленькие пушистые цветочки. Они отражались в сине-жёлтых глазах кота из кошмаров, золотыми отблесками вальсируя с маленькой, но яркой искоркой, совсем недавно поселившейся в ночи души кота, загораясь первой звездой за тысячи лет.
Шерсть на загривке шевелилась, словно приглаживаемая ветром, а пасть растягивалась во всё ещё неумелой, но становившейся более и более привычной улыбке. Уши покачивались в такт стебельку, который с каждым движением словно бы отбрасывал солнечные зайчики в тёмном углу палатки целительницы.
Вудсия в ступоре наблюдала за тем, как чёрный костлявый кот, последние пару лет своей жизни проведший в полубреду, ненависти и тьме, не двигавший и хвоста большую часть времени, мало того что в последнее время стал подозрительно часто пребывать в хорошем расположении духа, так сейчас и вообще еле слышно мурлыкал что-то под нос, помахивая кончиком хвоста и крутя в когтях симпатичный цветочек, погружённый при этом в мысли, и походивший более всего на влюблённого соловья по весне, чирикающего и любующегося расцветающей после долгой зимы жизнью, живущий этим чувством любви.
Короче говоря, Водоворот расцветал.
Вудсия фыркнула себе под нос, продолжая разгребать ворох золотарника, который она ещё не успела разобрать. Водоворот постоянно притаскивал с собой целые охапки цветов под утро, при этом с абсолютно счастливым блеском в глазах, и тут же бухался спать на подстилку, зарываясь носом в хвост, из-за чего Вудсия периодически всерьез подозревала, что воин обнаружил в лесу месторождение мяты. Не то, чтобы сама целительница не знала, где растет золотарник, нет, напротив, она прекрасно была осведомлена об этом поле, но всё равно, такой жест заботы, пусть и чрезмерной, от кота целительница не могла не встретить вздохом, закатившимися глазами на каменное выражение морды Водоворота, вручавшего ей стопки цветов, и полуудовлётворенной-полунасмешливой ухмылки, когда он отворачивался, следуя в свой уголок.
Водоворот, кажется, на мгновение выныривает из своих золотых облаков мечтаний и поворачивается к Вудсии, подёргивая ушами, с напряженным выражением. Целительница тут же нацепляет обратно колкую и холодную ухмылку, которая каким-то образом успела расползтись в спокойное выражение при наблюдении за "пациентом". Замечая ухмылку, Водоворот вздрагивает и чуть заметно улыбается, пусть глаза и остаются сосредоточенными. Кот переводит взгляд на стену, затем на цветок, и снова на Вудсию. Заметно колеблется, вновь натыкаясь на холодный, но заинтересованный взгляд ядовито-зелёных глаз. Бездонная бездна чужих зрачков, сфокусированных на нём, почему-то веет... Безопасностью.
Палатка всегда была лишь ещё одной частью кошмара Водоворота, вечной могилой его жизни и души, а палевая кошка - лишь ядовитым хищником в ней. Всегда. Ядовитым хищником, который почему-то пожалел ужика, и, наступая на хвост, заставлял дергаться и продолжать дышать.
Это никак не было похоже на те жизненные силы, которые давал Водовороту Серебряный, нет, ни в коем случае. Серебряный заполнял лёгкие ароматом весенних цветов и солнца, мягкой душистой травой укутывал, наполнял глаза блеском, показывал ему, каким мягким может быть голос, какими добрыми могут быть тучевые облака, и как дождь может ласкать и наполнять нос свежестью, а не тухлой сыростью. Открывал для Водоворота жизнь и её радость, которую у чёрного кота вырвали из груди много лун назад. Рядом с ним у Водоворота вырастали крылья.
А Вудсия... Нет. Вудсия удерживала его в живых. Тихо, грубо и холодно командовала на ухо скелету в шкуре с пустыми глазами, в очередной раз захлёбывавшемуся слезами, который снова забывал, как дышать. Грубый толчок. Поднял голову. Держи. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Соберись. Дыши. Не смей умирать.
Кормила травами. Приносила дичь. Следила ночами, кажется, не щадя саму себя, не приближаясь, чтобы помочь умирающему от поглощающей пустоты, но и не сводя с него цепких глаз, чтобы отвесить оплеуху, когда он снова пытался перестать дышать. Злилась, когда кот снова не ел днями, злилась молча, сверля его взглядом, но злилась не на него, а на кого-то другого, пусть этого Водовороту никогда не суждено было понять.
Вдох. Выдох. Пока лягушка барахтается, она не утонет. Пока ужик вертится, он все ещё жив. А пока ты всё ещё жив-у тебя есть надежда.
Кажется, не было и минуты в жизни Водоворота, когда он не ненавидел Вудсию. Да, целительница никогда не была к нему по-настоящему, как казалось коту, добра, он никогда не чувствовал, что нужен ей живым по-настоящему, ни разу не чувствовал хоть толики тепла от этой кошки. Она была когтистой лапой, жавшей его хвост, заставляющей молотить лапами по земле, вертеться. Дышать и оставаться живым.
Водоворот не знал, что если бы Вудсия могла, кошка бы сказала: она не оставляет попыток удерживать его на этом свете не потому что таков закон целителей. Вудсия тоже этого не знала. Они навсегда привыкли быть по разные стороны палатки, не спуская друг с друга внимательных взглядов, полных злобы. Привыкли ненавидеть, не переносить друг друга. Но, кажется...
Водоворот двигает хвостом, нерешительно переводя взгляд на собственные лапы, затем обратно на Вудсию. Та смотрит с привычной едкой скукой, якобы прося поторапливаться, если ему есть что сказать.
Он никогда её не любил. И она никогда не любила его.
...
Кот открывает пасть, чтобы что-то сказать, но оба тут же вздрагивают от резкого вопля. Глаза Вудсии мгновенно сужаются, и целительница молнией вылетает из палатки в лагерь. Водоворот, очнувшись от паралича испуга и, путаясь в подстилке, стремительно следует за ней. Он выбегает из тени палатки, пытаясь поспеть за хвостом Вудсии, и резко тормозит, ослеплённый ярким солнцем. Водоворот моргает пару раз, возвращая миру очертания - и примерзает к земле с распахнутой пастью.
Кровь, мешаясь с водой и от того стекающая ещё стремительнее по изуродованному телу, окрасила закатившиеся бездушные глаза в красный. Запах плоти и смерти бьёт по носу, заставляя шерсть вздыбиться от всепоглощающего ужаса. Разодранная плоть тут и там белеет оголёнными костями, чудовищные раны и травмы уродуют труп до неузнаваемости. Вокруг яростных укусов кожа уже начала покрываться волдырями, кости были переломаны, когти остались вытянутыми, словно застыв в попытке защититься, в груди зияла страшная черная дыра, затягивающая в себя и сочащаяся тёмной, уже холодной кровью. Прямо над ней на чужой морде, исполосованной чьими-то смертоносными когтями, застыло выражение такого наивного удивления и искреннего ужаса, что Водоворота бросило в дрожь. Ничего не понимая, кот спотыкается на месте, лапы слабеют и начинают дрожать. Он не может вынести этой чудовищной картины, но вместе с тем не может отвести взгляда. Как же давно у него не было приступов...
Вудсия с ледяным нахмуренным выражением морды окидывает труп, лежащий на траве в луже крови суровым взглядом, и тут же поворачивается к коту с мертвенным выражением глаз, который, видимо, и притащил труп в лагерь. Толпа, и так встревоженно перекликающаяся и выглядывающая из-за спин друг друга, чтобы разглядеть страшную картину, при появлении целительницы начинает волноваться ещё больше, но затихает. Только широко распахнутые глаза и шепотки, да общая атмосфера испуга и волнения окружает три фигуры на поляне.
- Что произошло? Ты ранен? - быстро и деловито спрашивает воина кошка.
Тот быстро мотает головой, хоть по распоротой щеке и стекала струйка крови. Воин, косясь на труп и побледнев, словно его мутит, снова смотрит в глаза Вудсии.
- Мы с Тернохвостом патрулировали границу, у- около, э-э... Воды, и на... по ней шла странная рябь, и он н-нагнулся... - его слова проносятся по всей поляне, толпа задерживает дыхание. Мракозвёзд и Едкий Дым, выбежавшие из палатки предводителя, встревоженно озираются, предводитель тут же подбегает ближе, с отвращением и ужасом косясь на труп и требовательно заглядывая в глаза выжившему:
- И?
- Э-э.. Всё так быстро произошло, я не успел даже понять ничего... Ничего, только на него набросилась какая-то... штука из воды с когтями, но громадная и такая... дикая... Как кот, только... - он помотал головой, рвано вздыхая - Чудовище... - прошептал воин, явно переживая события снова и вздрагивая, спешно вернулся к рассказу, - Оно схватило Тернохвоста, утащило под воду, а я будто в место вмёрз... Потом по воде пошла кровь, и, и... - кот снова заплетался в словах, будто язык опять перестал ему подчиняться. Перепуганная насмерть толпа пялилась на воина, ожидая продолжения рассказа, предводитель и глашатай смотрели нетерпеливо, а Вудсия между делом осматривала труп.
Темнота душила Водоворота, погружая во мрак всё происходящее вокруг и отсекая чёрного кота от внешнего мира. Перед глазами стоял изуродованный труп, и, как кот не пытался последними крупицами ясного сознания прогнать навязчивые и отвратительные картины, они дурманили и вышибали весь воздух из лёгких, воссоздавая прошедшее в малейших подробностях... Кот таращился на свои лапы, из широко распахнутых глаз непроизвольно капали слёзы, ударяясь о когти Водоворота... Когти, покрытые кровью. Он вздрогнул, рвано вдохнул, сгорбившись ещё сильнее и хватаясь лапами за голову.
Перед глазами мелькают картины, как Водоворот разрывает тела котов, кровь летит на его морду, а они умирают, умирают мучительно, захлёбываясь в собственных алых слезах. За мгновения трупы разлагаются, и Водоворот не может ничего сделать, они стоят прямо перед глазами, а он не может и пошевелиться... Смрад гниющих тел, разлагающаяся плоть, личинки в мёртвых глазах, запёкшаяся кровь движутся на трясущегося кота, окружая и утягивая за собой когтистыми лапами... Водоворот хочет закричать, но в груди не остается воздуха.
- Я попытался помочь... Плюхнулся в воду, и, кажется, напугал... ту штуку. Она цапнула меня по щеке и бросила... Тернохвоста, а потом просто исчезла. Уплыла, кажется... Я... Не успел разглядеть её толком, сами понимаете, но более всего походила на...
- Это не я!.. - весь лагерь вздрагивает от нового крика, и все поворачиваются на чёрного костлявого кота, согнувшегося в три погибели и практически лежащего на земле, вцепившегося в свою голову когтями. Круглые зрачки превратились в щёлки, глаза подрагивают, а изо рта, искривлённого в полном ужаса плаче, словно вот-вот пойдёт пена. Шерсть стоит дыбом, из глаз льются слёзы, и весь кот дрожит, будто осенний лист, явно не различая галлюцинаций и реальности. - Клянусь, эт-то не я!.. Вы... Вы должны мне поверить! Это не я, не я, не я, не я, н-не я-а-я... - вопли переходят на шмыгания, и коты наблюдают за горькой картиной с жалостью и отвращением, но большинство - с искренним испугом, оттаскивая с полянки, прочь от разбушевавшегося психа котят.
Вудсия вздыхает, и, взмахнув хвостом в сторону воина, замершего с открытый пастью, подходит к Водовороту, наклоняется к нему, дёргая ухом и хмурясь.
- Э... Это не я... Сере... ный, скажи... Скажи им... - хнычет кот, подтаскивая к себе свой хвост и похожий сейчас на жалкого продрогшего котёнка.
Вудсия хмыкает.
- Ага. Не ты. Вставай, тебе нужно принять успокоительное. Ну, - фыркает она, помогая Водовороту подняться и незаметно поглаживая хвостом по спине. Поворачиваясь на соплеменников, кошка с раздражённым выражением командует:
- Ты, принеси труп в палатку и задержись сам, мне надо тебя осмотреть и обработать твою царапину. Ночью устроите бдение.
Когда Вудсия скрывается, ведя за собой мелко трясущегося Водоворота, Мракозвёзд, хмурясь, наклоняется к Едкому Дыму и тихо произносит:
- Напало из реки...
- Что Вы думаете? - с безэмоциональным выражением морды спрашивает глашатай, наблюдая за начавшими громко обсуждать происшествие соплеменниками.
-... Нам надо обсудить это на Совете с Кланом Бурлящей Реки.
- ...Уж не думаете ли вы что..
- Как знать, как знать. - морда предводителя мрачнеет, и Едкий Дым прищуриваясь, кивает, а затем взмахом хвоста привлекает внимание клана, чтобы призвать их к спокойствию.
***
Водоворот лежал на подстилке, тупо таращась на Вудсию, очищающую труп от крови влажным мхом, и растирающую по шерсти смесь мяты с лавандой, чтобы скрыть тошнотворный запах смерти за сладким спокойным ароматом. Кошка выглядит как всегда спокойно, холодно и сосредоточенно. Лапы работают в отрыве от мыслей, наточенные годами практики. Водоворот лежит, как бревно, всё тело чувствуется чужим и онемевшим.
Как же давно у него не было приступов - и вот опять ему приходится лежать, словно рыбе, вмороженной в лёд, не в силах пошевелиться и моргнуть. В голове тихий гул. Пустота. Кот разглядывает фигурку Вудсии, пытаясь угадать, о чём она думает.
Может, о том, как бы напугать котят в следующий раз? Или, может... о брате. Единственным, что когда-либо объединяло их, казалось бы, был Белозуб, почивший целитель клана. Белозуб был похож на тяжёлый туман, успокаивавший разум Водоворота, погружавший в сон, прижимающий к земле и отяжеляющий веки. Именно он взялся тогда за лечение «убийцы», заодно обучая Вудсию. Он был единственным, что держало двух «отцеубийц» в союзе. Он был альтруистом, каких не знал клан, отдавая себя каждому пациенту, несмотря на его безнадежность... Даже таким, как Вудсия и Водоворот. И, о святые предки, насколько же сильнее от этого ударила по сердцу всей палатки его безвременная кончина... Водоворот глядел тогда на опустевший тёмный взгляд Вудсии, а перед его глазами проносились очертания собственных брата и сестры. Палатка тогда погрузилась в мертвенную тишину. Обоих её обитателей сковало горе. Водоворот ощущал себя бессильно и убито, словно придавленный комар. Вудсия - в сто раз хуже, пусть и скрывала это мастерски, не проронив ни звука, ни слезы. Тогда она легла на подстилку, закрыла глаза, и Водоворот подумал, что они оба решили умереть сегодня ночью. А потом, когда взошла луна и загорелись звёзды, Вудсия снова заставила Водоворота не прекращать дышать.
Оценил ли он тогда по-настоящему самоотверженность и преданность своему делу совсем молодой Вудсии, взявшей на себя тяжкий труд лекаря в ночь смерти брата? Оценил или возненавидел своё существование ещё больше, думая лишь о том, что Вудсия держит его в живых лишь из-за чувства долга перед памятью Белозуба? Ненавидел ли себя и её за то, что она пытала его, держа голову кота над чёрной пучиной, не позволяя погрузиться в болото безумия, и за то, что был обузой?
Оба не знали, что Вудсия старалась сохранить последнее отражение брата, которое видела в этом странном, истеричном, больном чёрном коте. Оба не знали, ведь оба всегда считали, что Вудсия хочет, чтобы Водоворот поскорее умер и не мешал ей жить. Оба не знали, что возможно (только возможно) двое обитателей целительской, всю жизнь привыкшие ненавидеть друг друга, нашли в "том чудаке" и "ядовитой колючке" почивших братьев и сестер.
От Луни
Ееее, ну вот и ещё одна глава для вас, котятки :3
С этой главы мы с соавторкой будем писать главы совместно, чтобы сюжета было больше и главы выходили чаще) Я составила план выхода глав и преисполнена решимостью выпускать по главе каждый месяц ехеххех
Да, я люблю вплетать в сюжет сказки, как вы уже могли понять)0)) А ещё я люблю мемы, вот вам несколько:
Это буквально Водорозники ыхыхвхы
Авторы вообще не своей волне АХАХПЗАЗ
Вудсия ЧЕНЖ МАЙ МАЙНД
Диалоги Розоцветки и Жемчужины выглядят превосходно...
От Дрэг:
Доброе утро я вауви что глава выходит до марта учитывая то как я успешно запорола все дедлайны (глава должна была выйти 14-го ахаха) но в любом случае вот и она!! Свою часть я писала только поздними ночами потому что прокрастинировала, думаю что это заметно
В любом случае, спасибо за прочтение, будем рады лайкам и отзывам!! Любите братосестринские отношения вудсии и водоворота и еще моего гиперсоавтора которая фиксит мои потерявшие точки «ё»💞💞
От Луни
Лол,мы чуть не сожрали друг друга из-за того, что я говорила, что "много лун" звучит лучше чем "тысяча лет" ВЗАЗПЗРЗПЗР
Ну и из-за е/ё
Ох уж эти ссоры обиды соавторов
Будут недолгими, не переживайте АХАЗПХА