Infinity youth

POV Чанёль

Я остановился у огромного дома. Высокий забор, белое здание с колонами, ухоженный сад... Всё выглядело до ужаса дорого. Охранник у входа строгим взглядом смотрел на прохожих, как и на меня, что остановился у самого прохода во двор.

Я просто должен сделать это... Я пообещал.

В голове продолжали крутиться слова Сыльги : " Твой отец не плохой", "Дай отцу второй шанс". Сжав кулаки, я сглотнул, делая шаг на встречу мужчине в костюме, что критичном смотрел на меня.

Я быстро сократил расстояние между нами, стараясь выглядеть максимально спокойно.

— Молодой человек, вы что-то хотели? — из дома выглянул мужчина средних лет в рубашке и очках, с блокнотом в руках.

— Я хотел бы встретиться с председателем Паком, — так же спокойно выдал я, осматривая просторную террасу этого особняка, вид которого вызывал у меня лишь удивление.

— Одну минуту, я спрошу у него, готов ли он вас принять... — вежливо выдал мужчина, заглядывая в свой блокнот. — Как вас зовут?

— Пак Чанёль, — уже нервничая выдал я, бросив взгляд на охранника, что нахмурится, услышав моё имя.

Оба мужчины переглянулись. Дворецкий тоже нахмурился, доставая из кармана ручку. Он ещё раз взглянул на меня, задумавшись, а потом просто продолжил разговор.

— Входите, я сообщу председателю, что вы пришли, — быстро выдал он, указывая на дверь, что вела в просторную гостиную.

Я сделал наш на порог дома и сразу мне в глаза бросилась дорогая мебель, техника, да и сам интерьер, в принципе, выглядел дорого.

— Можете пока присесть, — выдохнул мужчина, указывая на белый диван перед большим камином, в котором горел огонь.

Я быстро послушался и сел, начиная теребить рукав своей куртки от нервов. Я начал нервно кусать губы, а сердце начало прыгать в гиком от переживаний. Хотелось сейчас встать и убежать. Я так боюсь разговора с отцом?

Я вновь оглянул просторное помещение и мой взгляд зацепился за семейные фотографии, что стояли на кофейном столике прямо перед диваном, на котором я сидел. Схватив одну из фоторамок, я начал разглядывать изображенных людей.

Отец тут такой счастливый... Рядом с ним не мение счастливая женщина и радостная маленькая девочка лет шести, на лице которой красовалась широкая улыбка, а на щеках были милые ямочки. Сама женщина, если приглянуться, выглядело очень симпатичной. Идеальное лицо, большие глаза, хорошая фигура. Но меня кое-что смущало. Уж слишком она была похожа на маму. Это заставляло невольно сглотнуть от переливаниям.

— Председатель ждёт вас, — в гостиной вновь появился тот самый мужчина.

Я молча кивнул, положив фоторамку на место и поднявшись с места, чтобы последовать за самим мужчиной.
Мы поднялись на второй этаж и он указал мне на дверь в самом конце коридора.
Я уже пошёл к ней, намереваясь войти, как дворецкий меня остановил.

— Господин Пак, — я вновь обернулся к мужчине, что смотрел на меня с пониманием и сожалением в глазах. — Прошу, поймите своего отца. Хотябы выслушайте его...

Я отвёл взгляд. А потом кивнул резко открывая дверь самого помещения, в котором сразу заметил мужчину, что сидел за рабочим столом, смотря на меня, не отрывая взгляд.

— Чанёль, — слетело с его уст, как только он меня увидел. — Ты пришёл...

Я молча закрыл за собой дверь, проходя вперед, чтобы сесть на крыло напротив мужчины.

— Да, пап, — выдохнул я, застыв на месте в нескольких метрах от него самого.

— Я уж думал, ты больше никогда меня так не назовёшь, — спокойно, но с ноткой грусти в голосе выдал отец, выровнявшись.

Я кивнул, осознавая, что сам сказал это ему, когда он пришёл ко мне домой. Тогда я сказал, что не вызову его отцом, ведут меня его нет... Только сейчас вспомнил свои слова.

Я быстро пошёл к креслу у стола, садясь в него, положив ногу на ногу.

— Один мой друг... Очень близкий друг посоветовал мне придти к тебе и выслушать, — выдохнул я, смотря в пол и на свои руки, которыми я продолжал нервно теребить рукав своей куртки. — Он открыл мне глаза на то, что я должен узнать причину твоего поступка.

— Ты и не представляешь, как я рад, — полушёпотом выдал мужчина, а в его глазах уже появились слёзы.

— Ну, — выдохнул я, глянув отцу в глаза. — Я просто хочу узнать, почему ты бросил нас с Чимином.

Его глаза нервно забегали по всему помещению, а сам он нервно поджал губы, начиная немного трястись от нервов.

— Прости, Чан, я...

Мужчина начал выдавливать из себя какие-то урывки предложений, но даже это не очень получалось. Он вновь поднял взгляд на меня, а потом столкнулся с моим безразличным и холодным взглядом. — Ты, наверное, никогда не простишь меня. Ты так изменился с того времени.

— Прошло шесть лет, — так же безэмоционально выдохнул я. — Заешь, как живётся, когда тебе с 16 лет нужно обеспечивать себя и брата? Да, пап, я изменился. Я научился сдерживать себя и свои эмоции. Думаешь, хоть кому-то в этом мире было дело до моих чувств? Я вынужден был  держать себя в руках и не ныть, чтобы получать зарплату, а иначе меня бы выгнали с роботы. Я должен был притворятся спокойным, чтобы Чимину лучше жилось. Я не хотел, чтобы он переживал, и поэтому врал. Я носил маску все эти шесть лет. Я больше не тот жизнерадостный шестнадцатилетний парниша, которого ты знал. Этот мир не щадит детей, вот и меня не пощадил. Я попробовал даже самую ужасную работу. Я мог днями голодать, чтобы Чимину было, что есть. Я не ходил в школу, чтобы прокормить нас! Знаешь, какого это, когда все готовятся к экзаменам, а ты работаешь? Мне повезло, что мне помог друг. У меня не было денег на подготовку к экзаменам. Я чуть не провалил их!  Я еле выпустился  из школы. Потом этот университет... знаешь, как я был рад, когда стал совершеннолетними? Я мог меньше работать и получать больше. Я выжил. Мы оба выжили. Я и Чимин. Он сейчас почти дома не появляется. Он хочет быть успешным. Проводит целые сутки за книгами, надеясь в будущем не жить так, как приходилось в детстве. Мы научились выживать в этом мире без чьей-либо помощи, отец.

Глаза мужчины  просто налились слезами, что начали скатываться по щекам, не давая ему даже взглянуть на меня. Его руки затряслись, а глаза стали будто стеклянными.

— Заешь, какое у меня было выражение лица, когда я узнал о тех сбережениях, что ты нам начал присылать через год? — продолжал я, понимая, что уже просто не могу остановиться. — К тому времени я уже имел нормальную работу. Я не мог смотреть на ту паршивую кредитку , оставленную тобой. Если бы я взял деньги, то начал бы ненавидеть себя ещё больше. Я отдавал все деньги на еду брату, чтобы он не страдал из-за моих тупых принципов, из-за которых я сам был похож на ходячий скелет, — я вновь глянул на него, что сидел напротив. — Но тогда почему я продолжаю звать тебя отцом?!

Глаза мужчины расширились, а взгляд поднялся на меня, что продолжал сидеть в
своём кресле, не показывая почти никаких эмоций.

— Так ты... ты решил меня простить? — заикаясь выдал он, сдерживаясь, чтобы не обнять меня.

— Отец, — вновь выдал я, понимая, что произносит это слово непривычно. — Скажи, почему ты этом делал? Почему ты нас бросил?

Он нервно поджал губы, начиная сживайте кулаки от нервов.

— Во время моей первой поездки в Канаду, мне предложили открыть там бизнес. Это предполагало огромный заработок и переезд туда, но... — мужчина сглотнул, стараясь успокоиться. — На одном из званых ужинов я познакомился с женщиной. Я повёл себя, как импульсивный подросток. Тогда я не хотел возвращаться домой, но приехал, потому что там были вы. Уже через месяц меня вновь позвали в Канаду. Тогда я уже знал, что не вернусь в Корею, но вам не сказал, потому что думал, что заберу вас к себе через месяц. Но...  не думал, что моя "новая" жизнь так меня затянет. Я будто потерял контроль. Мой бизнес процветал. Я тогда уже успел жениться на той женщине. Я просто представлял, что может случиться, когда все узнают, что у меня есть дети от первого брака. Это был бы скандал.

— Так ты поменял нас на успешный бизнес? — Так же спокойно выдал я, но мой голос задрожал.

— Я потом понял, что точно не смогу вас забрать, поэтому и начал присылать вам деньги, — всё продолжал отец, а моё сердце сжималось всё сильнее с каждым словом. — Как только у меня появилась возможность увести новую семью в Корею, я сдала это. Я пошёл к тебе, чтобы извиниться, но. Ты меня и слушать не стал... А дальше... ты уже и сам знаешь. Моя новая жена поддержала мои мысли о воссоединение семьи. Она надеялась, что я вас заберу и мы будем жить, как одна большая семья, но... Я совсем не рассчитывал, что за это время вы такое прошили. Просто сейчас проклинаю сам себя. Ненавижу себя и боюсь смотреть тебе в глаза, — мужчина просто смотрел в стол, закрыв глаза, чтобы остановить поток слёз.

— Папа, я проклинал тебя всё время с того дня, как ты уехал,— выдохнул я, а в моих глазах тоже появились слезы. — Я слышал твой разговор по телефону. Ты тогда говорил, что не вернёшься в Корею. Я знал, что ты не вернёшься ещё до того, как ты уехал. Я проклинал и ненавидел тебя с того же момента, — я вытер рукавом куртки солёные слёзы, что лились по моим щекам. — Пап, я скучал, очень скучал! Я скучал по человеку и ненавидел  в один момент. Как это возможно? Сейчас... я просто рад тебя видеть.

— Чанёль, ты... Я так счастлив...

Отец встал со своего рабочего места, вытирая слёзы и пошёл в мою сторону с улыбкой на лице. Я тоже встал всё с тем же выражением лица, двинулись в сторону отца, чтобы обнять его.

Не знаю, как, но я простил ему всё. Всё поступки, все обиды — я простил всё. И всё это улетучилось, будто страшный сон. Я просто рад проснуться. Освободившись от оков ненависти к родному мне человеку, я просто хочу жить. Жить и всё...