Дикая

2 года назад

У одноклассницы был день рождения. Она пригласила всех в довольно дорогое кафе, надела короткое платье с пайетками и развлекала друзей смешными историями из жизни. Кара видела их смеющиеся лица там, за стеклом. Приходить было глупой идеей, конечно, никто её не ждёт.

— Заходить будешь? — окликнул один из опоздавших одноклассников и задержался на пороге, придерживая двери.
На раздумывания времени больше не было, и Кара шагнула вслед за ним. Шутки сразу же смолкли, повисло напряжённое молчание. Все смотрели на Кару, как на больную каким-то заразным заболеванием, что осмелилась принести заразу в цивилизованное общество.
Кара не придумала ничего лучше, чем шагнуть вперёд и протянуть имениннице подарочный пакетик.
— Я всего на секунду, — прозвучало жалко, — много дел. Но я принесла подарок. Там рамочка для фотографий, — девочка не торопилась принимать пакет, и Кара выглядела глупо, стоя с протянутой рукой. — Она красивая, — хотелось пояснить, что рамочка новая и стоила приличных денег, — поздравляю, — Кара огляделась и, не дождавшись, пока одноклассница заберёт пакет, поставила его на ближайший столик. — Хорошо вам повеселиться, — попятилась к выходу. — Увидимся! — и вылетела на улицу.
На подарок пошли все деньги, что у неё были. Полдня она провела перед зеркалом, гладила рубашку и старенькую юбку, чтобы выглядеть достойно. Но разве это важно, когда у тебя на шее висит ярлык «неблагополучная»?

Наши дни

В этой части города собирался всякий сброд. Говорили, здесь можно раздобыть наркотики и снять проститутку. Эти улицы обросли таким количеством городских легенд, что все родители строго-настрого запрещали своим детям даже смотреть в эту сторону. Естественно, если и организовывалась какая-то незаконная деятельность, то именно здесь.
В домах вплоть до третьего этажа окна закрывали ещё и решётки. Это создавало впечатление, что там, внутри сидят убийцы или сумасшедшие, хотя на самом деле это обычные люди пытались так себя обезопасить.
Кара свернула возле круглосуточного магазина, где стояли какие-то сомнительные личности, прошла мимо вывески ритуальных услуг, нарвалась на агрессивного бомжа у ломбарда и ровно в полночь стояла у дверей в подвал. Деревянная вывеска кривыми буквами гласила, что надо быть полным идиотом, чтобы зайти сюда без приглашения. Приглашение у Кары было, но на словах. Если Криса внутри нет, вполне возможно завтра в колледже станет на одного студента меньше.
Кара ещё раз мысленно повторила, зачем она пришла и так рискует: «Он сказал, что мне ничего не угрожает. Я могу просто посмотреть. Если не захочу, никто меня не заставит. А двести баксов на дороге не валяются».
Сзади раздались шаги, и компания из нескольких человек начала шумно спускать по лестнице к той самой двери, где стояла девушка. Чтобы не столкнуться с ними, Кара нажала на дверную ручку, намереваясь войти раньше, но изнутри дверь дёрнули на себя, и девушка упала на волосатую грудь воняющего потом великана в распахнутой рубашке.
— Заблудилась, малышка? — он обхватил её огромными ручищами.
— Нет! — Кара забилась в стальных объятиях. — Меня Крис пригласил! — сдавленно просипела. — Крис Ву!
Великан кивнул кому-то за её спиной и спросил:
— Ты позвал к нам ребёнка? Не ожидал от тебя, Крис.
Он отпустил её и заботливо поправил сбившуюся с плеча куртку.
— Я не ребёнок, — Кара вздёрнула подбородок. — Я уже окончила школу.
— Войдём и проверим, какая ты взрослая.
Кара обернулась и среди компании в четыре человека обнаружила своего проводника — Криса Ву. В чёрной кожаной куртке и рваных джинсах, с сигаретой в зубах он как раз и был тем парнем, которого мамы советуют своим дочерям избегать. Впрочем, все в его компании выглядели также: чуть навеселе, рассматривали пристально, с презрительной полуулыбкой, носили кожу и рвань и явно любили опасные приключения.
Великан распахнул тяжёлую дверь пошире и впустил сначала компанию парней и лишь самой последней — Кару.
Внутри стоял сигаретный смог. Дымом здесь дышали вместо воздуха. В глазах у Кары защипало, в горле защекотал подступающий кашель. По мере того, как они спускались ниже по ступеньках, до ушей доносилась музыка — тяжёлая и агрессивная. Затем снова возникла дверь, которую Крис открыл сам. Их странная компания ввалилась в помещение, залитое красно-жёлтым светом, оглушающей музыкой и дымкой под потолком. Кара ожидала увидеть здесь заполненный танцзал, а не ринг в центре три на три. Людей было немного, человек пятьдесят, они лениво передвигались по помещению с бутылками в руках, сидели на диванчиках, танцевали парами, прижимаясь друг к другу провокационно близко.
— Страшно? — раздался над ухом голос Криса.
— Нет! — отпрянула девушка. — Ты же помнишь наш уговор? Я только посмотрю.
Ву безразлично повёл плечами.
— Смотри. Но за просмотр здесь надо платить.
Кара растерялась.
— Ты не говорил мне об этом. Тогда я пойду, — она направилась к выходу, но Крис схватил её за локоть и грубо вернул обратно.
— Не будь дурой, — выдохнул ей в лицо сигаретный дым. — Стал бы я просто так светить перед тобой этим логовом? Нет, ты останешься и уйдёшь, когда я тебе разрешу.
— Да пошёл ты! — оскалилась девушка и напряглась, готовясь нанести удар.
— Прибереги свои силы, — он развернул её и толкнул в спину. — Я ничего тебе не сделаю, меня совершенно не привлекают твои кости. И по рукам ты здесь не пойдёшь, народ тоже предпочитает формы попышнее. Так что перестань огрызаться, как испуганный хомячок, сядь и жди, — подтолкнул девушку к пустому дивану.
— Чего ждать?
— Моей команды, — бросил Крис. — Я сейчас вернусь. Если ты сдвинешься с места, даже я здесь тебя больше не найду.
Так Кара осталась одна на скользком потрёпанном диване. На неё косились, ухмылялись в ответ на взгляд, но никто не подходил. Музыка слилась в один гул. Народ прибывал.
Вдруг свет погас. Кара вцепилась в подлокотник дивана и замерла. Затем стихла музыка и по залу в темноте пронеслась волна возбуждённого шёпота. Яркий луч света ударил в центр ринга, освещая только установленный там шест и погружая остальное помещение в полумрак. Из колонок под потолком потекла томная бессловесная мелодия. Кто-то шагнул из темноты, приподнял канаты и ступил в освещённый круг. Это была девушка. Она была похожа на миллионы офисных работников по всему миру в чёрных брюках и белой рубашке, и только яркий макияж и пышные локоны указывали на театральность её появления. Толпа приветственно заулюлюкала, кто-то выкрикнул её имя. Кара знала о существовании стриптиза, но никогда не видела его вот так — близко, откровенно и даже красиво.
— Так объявляют о начале, — рядом на диван плюхнулся Крис. — Не красней ты так, она всего лишь раздевается.
На танцовщице действительно спустя пару минут осталось только нижнее бельё — такое крохотное и прозрачное, что Кара отводила взгляд каждый раз, когда та позволяла себе слишком откровенные движения.
— Я не буду этого делать, — предупредила Кара и получила в ответ низкий раскатистый смех.
— Я ещё в своём уме, — со смешком ответил Крис. — Нет, для тебя — следующая часть.

После танца стриптизёрша прошла по залу и собрала в тонкие резиночки своего нижнего белья столько денег, сколько Каре хватило бы одеть себя и отца с ног до головы, как минимум. Перед тем, как засунуть купюру танцовщице в лиф, Крису было позволено провести жадной ладонью по её груди и ягодицам. Каре хотелось провалиться сквозь землю, чтобы не видеть всего этого.
— А теперь смотри внимательно, — той самой рукой, которая только что гладила чужую задницу, он вздёрнул её за подбородок, привлекая внимание к рингу.
Там уже стояли друг против друга две новые девушки. И они явно не собирались танцевать стриптиз.
— Они... будут драться? — выдохнула Кара.
— Да. Бои без правил. Весело, не правда ли? — глаза Криса сверкали азартом.
Так вот как можно было заработать двести долларов — достаточно выйти на ринг и победить.

По мере того, как девушки наносили друг другу удары, Крис комментировал:
— За каждые десять минут боец получает пятьдесят долларов. За двадцать минут можно заработать сотню. Ещё минимум сотню можно взять со ставок. Если народ поставит на тебя, поделим деньги восемьдесят на двадцать.
Кара не могла отвести взгляд от обессиленных, но не отступающих девушек. Разбитые губы, растрёпанные волосы — они были похожи на разбушевавшихся мартовских кошек.
— Ну что, не хочешь попробовать?
— Сегодня?!
Крис придвинулся ближе.
— Сегодня. Тебе же нужны деньги, — от его слов по спине Кары побежали мурашки. — Десять минут — пятьдесят баксов.
— Я не умею так драться.
— Я записал тебя в пару с такой же неопытной девчонкой.
— Ты меня уже записал?! Я не собиралась! Я не говорила! — возмутилась Кара и вскочила с дивана.
Крис тут же схватил её за руку и дёрнул вниз.
— Твой выход через пару минут, — прошипел он, больно сжимая запястье. — Ставки сделаны, — он кивнул на возбуждённый зал. — Ни тебе, ни мне не дадут уйти, пока мы не покажем бой.
— Но я...
— Продержись первые десять минут, и я заплачу тебе, как и обещал, двести баксов.

Девушка напротив — низкая и коренастая. Если она и дерётся в первый раз, то уж точно знает, что такое штанга и тяжёлая атлетика — об этом говорили накаченные руки и ноги. У Кары — ноль шансов, и десять минут покажутся вечностью.
Там, за канатами, в темноте улюлюкали жадные жестокие люди, которые хотели увидеть кровь и слёзы. Быстрый бой и победа им не нужны.
Противница бросилась на Кару первой, та еле успела увернуться и не получить локтем в нос. Сбить с ног не получилось — слишком крепкие ноги, чтобы подкоситься от неловкого удара Кары.
«Наверняка существует какая-то тактика, какие-то правила, — судорожно соображала девушка. — Но какие?!»
Ей пришлось упасть на пол и откатиться, чтобы избежать удара. Противницу явно забавляла её трусость.
Во время очередного рывка Кара вдруг вспомнила: «Это же бои без правил!» и схватила девушку за тонкий крысиный хвостик из жиденьких волос. Противница в ответ обхватила её накаченными руками и начала сдавливать. Кара захрипела от боли в рёбрах и... укусила обидчицу за плечо. Та взвизгнула и разжала тиски. Этой секунды Каре хватило, чтобы отскочить на приличное расстояние. В груди болело, перед глазами прыгали тёмные пятна. Девушка ухватилась за натянутый канат, чтобы не упасть позорно к ногам победительницы. В какой-то момент она моргнула, отвлеклась — мелькнула тень и боль пронзила бровь и волнами разошлась по голове, через позвоночник к каждой частичке тела. Кара судорожно вдохнула и почувствовала подступающую тошноту. Вместо звуков вокруг всё слилось в оглушающий гул в голове. Она прикоснулась к брови, и пальцы увязли в крови. Поле зрения начало стремительно сужаться... Кара покачнулась и упала на четвереньки.
«Сколько... сколько я простояла... — мысли сквозь вату, — пятьдесят долларов...»
Она подняла голову — прямо на неё неслась противница, чтобы добить массивным ударом ноги.

— Стоп! Бой окончен!
Недовольные крики.
— Хватит, я сказал!
Кара уткнулась раскалывающейся головой в прохладу пола и жадно дышала, пытаясь прогнать подступающую тошноту.
— Вставай, — её подхватили под мышки и безвольной куклой подняли с ринга. — Для первого раза хватит.
— Туалет... — пересохшими губами пробормотала Кара. — Туалет...
— Да разойдитесь вы! — крикнул её носильщик и поволок куда-то в темноту.
Вода была отрезвляюще холодной. Кара дёрнулась и открыла глаза.
Перед ней на корточках сидел Крис.
— Живая?
— Пить хочу...
Он набрал воду прямо из-под крана и протянул ей стеклянный стакан. Девушка осушила его и, откинувшись затылком на прохладный кафель, спросила:
— Сколько я заработала?
— У тебя разбита бровь, — нахмурился Крис.
— Сколько? — повторила Кара.
— Я дам тебе триста.
Кара вымученно улыбнулась.
— Сдачу я тебе не верну.
— Будешь должна мне первоначальные шесть тысяч, — усмехнулся он и поднялся. — Подожду снаружи. Если не выйдешь через десять минут, зайду без разрешения, — и хлопнул разбитой деревянной дверью.
Спустя условленное время Крис нашёл её рядом с унитазом. Рвоты больше не было, но голова кружилась так сильно, что не было сил подняться.
— Блять, если бы я знал, что ты такая слабая, — он переступил через унитаз и попытался её поднять. — Помоги мне хоть, вставай!
— Отдай мне деньги и позволь просто умереть здесь, — простонала Кара, не желая выпускать из рук холодную поверхность унитаза. — Я тебя ненавижу.
— Да-да, это естественно, — он переступил Кару и подхватил её поперёк туловища.
— Меня тошнит, отпусти, — она попыталась выпутаться из рук, но парень был гораздо выше и сильнее.
— Это похоже на сотрясение. Вставай. Тебе надо умыться, меня пугает твоя окровавленная рожа.
— Какое же ты чудовище... — Кара позволила выволочь себя из кабинки. — Меня чуть не убили там, а ты... Всё ради денег...
— Смею напомнить, что ты тоже пришла ради денег, — он поставил её возле умывальника, подпёр сзади коленом, чтобы она не сползла, и намочил барную салфетку. — На, вытри лицо.
В дверь туалета постучали, и после позволительного ответа Криса в туалет вошла девушка-официантка с пакетиком льда.
— Завтра будет фингал, — он забрал у Кары салфетку и сунул в руку лёд. — Приложи.
— Если меня спросят, что случилось, я всем всё расскажу, — в зеркале над умывальником они встретились взглядами.
Крис презрительно фыркнул и спокойно ответил, предупреждающе глядя ей в глаза:
— Тогда я тебя найду, выволоку на ринг и не буду вмешиваться, пока ты не перестанешь дышать.
И в его глазах ни грамма юмора, и Каре кажется, что он совсем не шутит.
— Домой, — она толкнула его локтем, вынуждая отступить и перестать прижимать её к умывальнику.
— Пошли, — он отошёл и выбросил окровавленную салфетку в мусорку.
— Но сначала деньги, — девушка протянула ладонь.
— А ты молодец! — ухмыльнулся Ву и полез в карман. — Цени мою доброту, — на её ладонь опустили три стодолларовые купюры.
Кара прищурилась и поднесла их к свету, пытаясь определить подлинность.
— Не оскорбляй меня подделкой, — обиженно проворчал парень. — У меня достаточно денег.
На выходе великан показал Каре палец вверх и подмигнул.
— Ты продержалась пятнадцать минут, это много для новичка, — пояснил Крис. — Поехали, я подвезу, — он направился к стоянке.
— Не хочу. Ни секунды не хочу находиться рядом с тобой, — Кара прислонилась плечом к стене и медленно двинулась в сторону остановки.
— Транспорт уже не ходит! — окликнул её Крис.
— Доползу, — отмахнулась Кара.
— Но с деньгами ты можешь не дойти.
Кара резко остановилась. Деньги — это важно, деньги, добытые кровью и потом в прямом смысле, терять нельзя. А район этот не самый благополучный.
Девушка медленно обернулась. Крис довольно ухмылялся, поигрывая ключами от машины.
— Хорошо, ты отвезёшь меня, но больше мы никогда, пожалуйста, никогда не увидимся, — она двинулась в его сторону.
— Никогда не говори никогда, — философски изрёк Крис, открывая перед ней дверь. — Мне вот с тобой было даже весело.
Кара устало откинулась на спинку сидения, закрыла глаза и выдохнула:
— Ненавижу, как же я тебя ненавижу...
Крис завёл авто, обернулся, чтобы через заднее окно проконтролировать свой выезд и никого не задеть, и мимоходом бросил:
— Не раскисай, мелкая, ты мне ещё шесть тысяч должна.

Перед домом он её высадил, всучил пакетик со льдом и напомнил, что если ей снова понадобятся деньги, она знает, где его искать. Кара отмахнулась и побрела к подъезду, но на крыльце остановилась и задала вопрос, который мучил её всю дорогу:
— Ты слишком заботлив. Признайся, ты заработал на мне сегодня, на ставках гораздо больше, чем заплатил мне.
Крис ничего не ответил. Он только заговорщицки подмигнул на прощанье, врубил музыку в салоне авто и уехал, махнув из окна рукой.
— Вот урод... — пробормотала Кара и вошла в подъезд.
Утром ей придётся придумывать сказку про упавший на неё шкаф и распухшую бровь, но это будет утром, а сейчас — спать. Голова раскалывалась, тело ныло, но от денег в кармане исходило успокаивающее тепло...