Цена иной реальности

Кто знал, что первый день в лагере обернётся испытанием? Хотя, это же академия ЮЭЙ, как-никак, тут каждый день испытания.

Не успев выйти из автобуса, Тоши осознала, что земля провались из-под ног. Все было бы замечательно, если бы класс не забросили в магический лес с магическими зверьми, которые по большей части, были монстрами из фильма «Чужой».

Только к вечеру ребята дошли до лагеря, где герои Дикие-дикие кошки накормили их и уложили спать.

Следующее утро было самым кошмарным для всего геройского факультета. Мало того, что они вчера бегали от полчищ «чужих» большую часть дня, потратили практически до предела причуды, измотанные и уставшие, так их еще и разбудили в четыре утра!

Класс 1–А, усталый и недовольный, шёл за старостой на место сбора. Бедные ученики не успели отдохнуть от вчерашнего испытания. Кто-то молча сонно шёл, кто-то был бодр, как староста, а кто-то был Тошитсу: злой, сонной, гаркающей на всех.

— Она такая страшная, когда не высыпается, — прошептал Денки. — Похожа на полную копию Бакуго!

— Перестань, — зевнул Эйджиро, — нет ничего хуже Кацуки!

— Да ты посмотри! Ворчит, гундит, впервые вижу её такой!

— Потому что она и есть полная моя копия! — посмеялся Кацуки, злобно потирая руки.

— Чё сказал? — кинула на него косой, недовольный взгляд Тошитсу, услышав разговор, а после оскалилась и прищурилась. Каминари испугался и отвернулся, Эйджиро посмеялся, а Кацуки довольно улыбнулся:

— Она прекрасна!

Класс пришёл на площадку, где их встретил Айзава-сенсей, который, на удивление, был бодр. Он объявил о начале настоящих учений для героев. Геройский факультет отправили в лагерь для укрепления и улучшения причуд, чтобы после они могли получить временные лицензии.

«Преодолеть свой лимит» было самой важной фразой на ближайшие дни.

Испытания на выносливость — самая ужасная участь любого причудного человека. Почему? Потому что это слабость любого, не то что героя, а просто человека с причудой. Преодолеть свой лимит — значит преодолеть свою планку выносливости причуды, увеличив её запас и силу.

Класс 1-А привели на огромную площадку с самыми разными атрибутами испытаний: стол со сладостями и едой, пещера на склоне горы, бочка с водой, высоко на вершине стоял электрический щиток и так далее.

Те, у кого была причуда с ограничением по времени активации, работали над тем, чтобы дольше её поддерживать. Мутанты и гибридные причуды тренировали органы и части тела, подвергающиеся мутации.

Момо ела всё подряд и превращала еду в предметы из своих жировых тканей. Рядом с ней сидел Сато, поглощавший всё сладкое. Чем больше Урарака обнуляла вес предметов, тем хуже ей становилось. Оджиро бил хвостом тело Киришимы, тем самым улучшая тело парня и свой хвост. Бакуго держал руки в горячей воде, чтобы раскрыть поры кожи для большого взрыва. Тодороки сидел в бочке, которая стояла на огне. Его задачей было эффективно использовать две стороны сразу. Токоями и его Тёмная Тень были в пещере и… что-то там делали. Тоши, Каминари и Серо отправились на склоны, где Денки испускал электричество и питал щиток, Ханто без конца пускал ленту из локтей, Джишин без конца воспроизводила землетрясение, медленно превращаясь в камень не по своей воле. Благодаря электричеству Каминари, слой земли разламывался и позволял ей использовать причуду дальше.

Было ли легко?

Однозначно нет. Типичная ситуация была у Токоями — Темная тень эффективно работала в темноте, а значит, там он терял контроль над собой. Чем, в принципе, и занимался парень — учился контролю. Каждый раз землетрясение становилось сильнее, ненамного, всего лишь на одну амплитуду. Максимум землетрясения Тоши — землетрясение магнитудой 6,0*. Такой балл опасен, но не так, как у отца Тоши; землетрясение магнитудой 9,0 — самое страшное и опасное явление, когда рушится всё, что может, вплоть до разломов литосферных плит. Добиться такой отметки тяжело, потребуются десятки лет изучения и тренировок.

Все два дня геройский факультет мучился на тренировках. Айзава-сенсей беспощадно заставлял детей тренироваться, отвешивал подзатыльники или ставил ловушки, когда кто-то халтурил, но также давал наставления и советы. Он был с классом все время и помогал каждому, поддерживал, мотивировал, оставался в минуты сложности.

***

Но это же все-таки летний лагерь, так ведь? Как тут не обойтись без любимых посиделок у костра и, конечно, страшилок. Хотя у Диких кошек уже был план на веселье студентов.

 — Первыми будут пугать класс В! На полпути будет остановка с бирками, на которых будут ваши имена. Вам необходимо вернуться со своей!

Этим прекрасным вечером было решено устроить соревнование — испытание на храбрость! Конечно, после таких тренировок в идеале было бы пойти и отдохнуть, что с большим энтузиазмом предлагала Тошитсу, но Айзава-сенсей лишь злобно посмеялся в ответ, объясняя, что ей только и нужно больше заниматься собой. В итоге она, скрепя сердце, отправилась в лес.

Полем соревнования был лес. Полукруг на пятнадцать минут в обход.

— Класс, который с помощью своей креативности и воображения заставит наложить соперников в штаны целую гору кирпичей, победит!

Первыми пугали В-класс, а теми, кого пугали, являлся А-класс. Ребят разбили на пары с помощью жеребьевки.

 — Отлично, я с Ураракой, — проквакала Тсую, подбегая к подруге.

 — Думаю, нас ничто не напугает.

 — Аояма, думаю, у нас всё получится.

Тоши развернула бумажку, на которой было написано число восемь. Ребята быстро разошлись и за несколько минут нашли свою пару — все, кроме неё. Обречённо пересчитав количество испытуемых, девушка поняла, что где-то стоит её пара. Ах, ну да, вон она, у самой кромки леса.

 — Видимо, судьба у тебя такая, — поддержал Оджиро потускневшего Мидорию. Тот лишь печально промычал. Джишин удивлённо подняла брови и, надув щеки, пошла к мальчикам.

 — Ничего он не один и не судьба, — сказала она и схватила Изуку за руку.

 — То-о-о-иши, — простонал тот радостно. — Как я рад!

Оджиро спешно удалился к своей паре. Девочка сложила руки на груди и косо осмотрела класс.

 — Ишь чего… судьба такая…

 — Успокойся, — посмеявшись, сказал Изуку. — Зато нам точно нечего бояться!

 — Мы и так знаем причуды класса В, и легко будет вычислить, кто это будет. А так боя…

 — Деку! Земляная!

Знакомое карканье, которое, в принципе, пугало каждого и ещё напугает в будущем. Сзади послышались громкие шаги и ворчание. Между Тоши и Изуку влез разъярённый Бакуго. Он снова бухтел, фыркал, тыкал пальцем на идущего сзади Тодороки, который был, как обычно, спокоен и невозмутим.

 — Каччан, ты сейчас своим криком всех перепугаешь, — нахмурилась Тоши, оглядывая друга с ног до головы.

Кацуки указал пальцем на Шото и обратился к Изуку:

 — Забирай двуликого, а я забираю Тошитсу! — он взял свою жертву за плечо и силком куда-то потащил.

Никто ничего не понял, особенно Тоши, пропустившая все произошедшее между Кацуки и Шото. Её тянул куда-то вглубь леса Бакуго как какой-нибудь извращенец. Изуку пытался понять, что произошло между этими двумя, а пока рядом стоявший Тодороки с мордой кирпичом молча наблюдал за своим сокомандником.

Рука парня крепко сжимала нежное девичье запястье, и в то же время её обладательница сопротивлялась всеми силами.

 — Каччан, отпусти меня! — Тоши вцепилась ногтями в руку Бакуго.

 — Ничего не знаю! Я не буду проходить испытание вместе с ним! — буркнул тот в ответ, оскалившись. — Мне с Деку было бы проще!

 — Ну так возьми Деку! — уперлась она ногами в землю. — Почему я сразу?

 — Что у них происходит? — спросила Момо, прикрывая лицо ладошкой.

 — Это называется любовь, — ответил Токоями на полном серьёзе.

 — В таком случае, — влезла Урарака, — из них бы вышла отличная пара!

 — Бакуго и Джишин, — скомандовал Тенья, — а ну прекратите!

 — Меня не ебет! Ты идёшь со мною в лес, и мы вместе проходим испытание! Мы всё… — начал тянуть на себя Тоши. — Вместе!

 — Я не пойду! — захныкала Тошитсу, упираясь сильнее ногами в землю. — Отпути!

 — Не путю, блять! — гаркнул Бакуго.

«Стоп, он сказал в конце? — успокоилась она на секунду и уставилась на свирепого одноклассника. — То есть мы что, не испытание будет проходить, а?..»

 — Мы не испытанием будем заниматься?! Отпусти! Сейчас же!

 — Чё? — остановился Каччан, уставившись на подругу. — А чем ещё можно заниматься в лесу помимо испыта… — он замер, и его осенило. На лице появилась ехидная улыбка до ушей. — Вот ты извращенка какая! — снова уставился парень на покрасневшую Тоши. — Что ж, терять нечего. Почему бы и нет? — сказал Бакуго, и на его щеках появился лёгкий румянец. — А вдруг я завтра сдохну?

 — Что?! Нет! Иди с Тодороки! — уперлась Тоши ногами в землю.

 — Не, я не из таких.

 — Так, ладно, Каччан, — подошёл миролюбиво Изуку и взял подругу за руку. — Отдай мне Тошитсу и иди с Тодороки в лес.

Кацуки грозно посмотрел в глаза Мидории.

 — Отпусти, мы не испытание идём проходить, взрослые дела не ждут!

 — Идиот… — покраснела Тоши, стыдливо прикрывая лицо.

 — Бакуго! — послышался строгий голос Дикой Кошки. — Ещё одна твоя выходка или услышим твой громкий голос, и ты будешь дисквалифицирован! Бери Тодороки и марш в лес!

 — Нет! — простонал тот обреченно, косясь на несчастного Шото.

Всем бы такое спокойствие, как у Тодороки. Пока «извращенец» обречённо уходил с Шото, Тоши не могла поверить в происходящее. Разговор зашёл на взрослую тему, ещё и с ним! Одно дело с Минетой, тут все понятно. А тут Кацуки, который даже не сопротивлялся и ничего не отрицал!

Изуку тихонько подошёл к отходящей Джишин, прикрыл рот ладошкой и спросил:

 — А какими взрослыми делами вы шли заниматься?

Испанский стыд. Тоши отвела лицо в сторону.

— Неважно. Просто забудь.

— Ага-ага!

 — Итак, котятки, все на старт!

Класс, разбившийся на пары, подошёл к старту. Первыми пошли Кьёка и Хагакуре. Их крики испуга были отчетливо слышны даже из глубин леса.

 — Что же нужно делать, чтобы Джиро напугать? — испугалась Тоши.

 — Не знаю, — поёжился Изуку. — Даже не по себе становится.

Следующими пошла «сладкая парочка» из Тодороки и Бакуго, от которых не услышали ни звука, ни крика. Да и чем можно их напугать? Ладно Каччан, ещё возможно, если постараться, но Тодороки? Дошла очередь до Очако с Тсую, которые задолго до начала предвкушали вкус страха. Кому-то тяжело, кому-то легко проходить этот квест, люди и в сорок боятся.

Что можно сказать про следующую пару? Изуку, может быть, где-то в глубине души боялся, но на данный момент морально не был готов. Сосредоточившись, он перестал бояться. Тоши же рисковала своей психикой — она была любителем хоррор-игр и фильмов ужасов. Фантазия богатая, может уйти далеко и надолго, даже популярные SCP или Outlast мимо её внимания не пройдут. Но если она тоже постарается и сосредоточится, то не будет бояться. Изуку и Тоши начали обсуждать испытание.

Запахло внезапно гарью. Высоким столбом повалил чёрный дым. Лес начала окутывать тьма. Дикие-дикие Кошки напряглись и начали оглядываться. Дети же подумали, что это усиление эффекта для испытания.

 — Жопа Бакуго взорвалась? — посмеялся Минета в стороне.

 — Настал момент нападения на землю… — послышался незнакомый мужской голос сверху.

«Они вернулись», — пронеслось у всех в голове. Вернулись те, кто обижен на этот мир и мечтает о мести за жестокость.

Злодеи.

Злодеи — самые сложные персонажи. Они олицетворяют всё худшее, что есть в людях и в человеческой природе. В них есть всё, чего боятся люди, с чем не хотели бы столкнуться в жизни. Снова злодеи против студентов академии. Снова большой риск. Снова ответственность организаторов и Академии за детей. Битва за битвой. Опыт за опытом. Мандали дала команду, выдержав минуту тишины:

 — Дети, бегите и не деритесь с ними! Услышали меня?!

Класс в панике скучковался и приготовился бежать. Тошитсу осмотрела каждого из своих. Часто немые глаза красноречивее уст. За секунду они успели обменяться двусмысленными взглядами: черт возьми, страшно, беги со всех ног! «Снова они здесь. Зачем на этот раз?» — приготовилась бежать Тошитсу, активируя причуду на всякий случай.

 — Староста, уводи своих!

 — Так точно! — отозвался Тенья, убегая к выходу. — Уходим!

Класс тронулся с места за старостой. Каждый бежал и сдерживал свой страх, бушевавший внутри. У всех появилось желание кричать, как обычные люди, и бежать. Но все ясно понимали, что так нельзя, была бы их воля, все через ужас ринулись бы на помощь учителям и героям, но приказ есть приказ. Тошитсу резко дала старт и тут же заметила, что рядом с ней нет Изуку. Парень стоял на месте, весь напуганный и… точно не собиравшийся бежать со всеми. «Нет, Изуку, не дури!» — взмолилась Джишин, прикусив нижнюю губу.

 — Изуку, идём! — позвала Тошитсу Мидорию.

 — Мидория! — окликнул староста.

Изуку бросил на окликнувших его друзей грозный взгляд, сжав кулаки, его тело покрылось причудой.

 — Идите без меня!

 — Что ты несёшь?! Здесь злодеи, с которыми нам не сразиться!

 — Мидория, уходим, сейчас же!

Милое привычное выражение лица Изуку сменилось на что-то устрашающее. Он повернулся к самой высокой скале.

 — Джишин! Стой!

 — Мандали, — приложил к груди руку Изуку, — я знаю, где он. Знаю!

«Он о том мальчишке, сыне Морских Коньков? Вроде мальчишка не использует причуду в знак отрицания героев», — подумала Тоши и частично покрыла себя броней.

Героиня дала согласие, но когда за Изуку она увидела ещё одного студента, то разгневалась:

 — Остановись!

 — Тошитсу? — удивился Изуку, увидев за собою подругу. — Ты что делаешь?

 — Ты не пойдешь один.

Зеленые глаза парня устремились на Мандали, которая была встревожена. Ладно, когда один студент отправился, но когда двое… сделав уверенное лицо, Изуку дал героине понять, что все будет хорошо.

 — Хорошо, — ответил Изуку, присоединившись к Тошитсу.

 — Отлично.

«Что бы ни случилось, я должна вернуться с Изуку обратно в лагерь, забрав Коту. Что бы я там ни увидела… все будет хорошо. С нами все будет хорошо», — успокаивала себя Тошитсу, глядя, как Тенья ведёт класс в руки к злодеям, поджидающих внизу.

***

Первое, что увидела пара, поднявшись на скалу, — злодей, который был готов уничтожить Коту, ревевшего и звавшего на помощь. Высокий громила в чёрном плаще возвышался над ребенком. В такие моменты Изуку зверел и становился неузнаваемым — используя причуду, он ринулся в атаку на врага. Сбив злодея с толку и отведя его в сторону, Тошитсу подбежала к Коте и заслонила собой. Деку отпрыгнул к Тоши и Коте.

Перед ними стоял мужчина со светлыми волосами и шрамом на левом глазу. Одет он был в темный плащ и белую маску со множеством маленьких отверстий и выглядел, как безумец.

Изуку, который искрился зелёными молниями, натянул на мрачное лицо добрую улыбку.

 — Всё в порядке, Кота. Я спасу тебя во что бы то ни стало!

Злодей от удара Изуку слегка пригнулся к земле и, поправляя волосы, тут же выпрямился. На его злобном лице сияла улыбка. Громкий смех раздался на весь лес.

 — Говоришь, что спасёшь «во что бы то ни стало»? Смешно! Впрочем, что можно было ожидать от подрастающего героя? Лезут везде со своей дурацкой ухмылкой, полной высокомерия. Тебя, значит, Мидория зовут? — рука злодея начала разрастаться мышцами. — Это здорово. Ведь насчёт тебя был дан приказ «убить на месте при первой возможности». Значит, на тебе и оторвусь по полной программе! Приготовься истекать кровью!

Мышцы из рук злодея превращались в огромные мускулы, ложись слоем друг на друга. Он пошёл в атаку на детей.

 — Защищай Коту! — крикнул Изуку, приготовившись к атаке.

Сглотнув и покрывшись мурашками, Тошитсу сильнее прижала к себе Коту и рванула в сторону.

Деку не успел, злодей ударил со всей силы так, что тот отлетел в скалу вместе с ударной волной. Мужчина прыгнул за ним.

 — Упс, чуть не забыл, — он замахнулся, приготовившись к удару, — где пацан по имени Бакуго? Надо всё-таки о своём задании не забывать.

Страх имеет огромную власть над человеческими душами. Страх делает нас жестокими и заставляет ненавидеть других людей. Настоящий ужас должен быть вкрадчивым, загадочным. Страх подкрался в сердце ребят бесшумно, на цыпочках, заполз в душу незаметно, затуманил разум. Когда ужас рвется наружу, разум становится бессилен, как лопнувшая парашютная стропа, и человек продолжает падать.

«Каччан?» — одновременно подумали они. Изуку потерял дар речи и забылся, получая от злодея множественные атаки. А Тоши… Тоши стояла как вкопанная, услышав, что злодеям даже не Изуку, как она думала, нужен, а Бакуго. «Зачем?» — висел вопрос в воздухе. Девушка услышала звук ужасающего удара, развалившего скалы и вызвавшего землетрясение.

Камни рушились на глазах и осыпались.

Деку вновь отлетел в сторону и врезался в скалу. Упав на землю, он схватился за левую руку. Неужели ранен?! Злодей подлетел к Изуку и снова замахнулся на него ногой.

 — Тишина в ответ? Это ответ «нет»? Ну что же, идём дальше!

 — Не трожь его! — вскрикнула Тошитсу, поднимая руки вперёд.

Глубоко под землёй что-то пробежало, появился бугорок, из-под которого должно было что-то вылезти. Злодей нахмурился и остановился. Прямо перед его носом появилась земляная стена, которая затормозила его. Деку хватило пару секунд, чтобы сообразить: он активировал причуду и пошёл в атаку. Тошитсу отпустила резко руки вниз, убирая стену, и почувствовала на себя взгляд злодея.

 — Отлично! Причуда земли? Семейка героев Джишин? Как я ждал встречи с отпрыском Озэму!

Тошитсу замерла на месте, услышав имя своего отца. Злодей переключился на неё. Она видела, как на неё летит он с кучей преобразовывающихся мышц, и…

Перед носом Тошитсу появился кулак злодея, а с правой стороны возник Мидория, удавивший его.

 — И это все? — спросил злодей, даже не шелохнувшись. — Это твоя причуда? Скорости даёт достаточно, но силёнок маловато!

Атака злодея. Деку снова отлетел в сторону от ударной волны и врезался в деревья и скалы. По злодею удар не прошёлся, и он обратился к детям, демонстрируя свою причуду во всей красе.

 — Моя причуда — Наращивание мускулов! — выдал враг, из которого вырастали мышцы тела. — Сила и скорость тканей была так высока, что они начинали нарастать поверх тела! И вы спросите, что же я хочу этим сказать? То, что я горжусь собою! А иначе говоря, наши причуды похожи, но ваши хуже во всех аспектах! Вы разделяете то, что чувствую я?! Почему я не могу перестать смеяться?! Спасёшь его во что бы не стало?! Ты себя видел?! Если ты не сможешь подкрепить слова действами, то они ничего не стоят!

Злодей пылал злостью и гордостью. Изуку был сильно избит и ранен, он не мог даже сдвинуться. Тошитсу, затаив дыхание, приготовилась к атаке, пока не почувствовала, что Кота убежал из-под её защиты.

 — Морские коньки. Папа и мама! Они… ты их так же мучал перед тем, как убить, как и сейчас?! — громко воскликнул он.

 — Кота! — побежала за ним Тошитсу, чуть не падая. Злодей тем временем переключил всё своё внимание на мальчика.

 — Да неужели… быть такого не может! Ты их сын? Вот это судьбоносная встреча! Одни дети про-героев, Морские коньки… — прорычал злодей, у которого правый глаз начал трансформироваться. — Из-за них у меня искусственный глаз!

 — Нет! Из-за таких, как ты, все так и заканчивается!

 — Глупый малый. Твои родители были слабы, чтобы добиться желаемого… поэтому, — он пошёл в атаку на Коту, — твои любимые мамочка и папочка мертвы!

«Блять», — выругалась Тоши, понимая, что сейчас все может обернуться плачевно. Она прыгнула на злодея, проткнув его плечо остриём глыбы и умудрившись ударить с ноги в челюсть.

 — Ну наконец-то! — выдал злодей, активируя причуду. — Началась движуха с нашими недогероями!

 — Здесь виноват только ты один! — выдала Тоши, приготовившись к атаке.

 — Наивная! — замахнулся он рукой на девушку.

 — Ставь на кон свою жизнь! — выкрикнул Изуку сзади. — И отвечай за свои слова! Один за Всех: 100%!

 — Один за Всех… — прошептала Тоши перед тем, как её унесло волной удара.

Из-за ударной волны всех детей раскидало по разные стороны. Одежда сгорела от концентрации причуды. Раздался грохот грохот, от которого злодей упал.

***

«Один за Всех 100%... значит, это все… правда, — открыла глаза Джишин. — Завалы. Надо выбираться». Рядом стоял плачущий Кота.

 — Там Мидория… Изуку… — всхлипнул мальчик.

 — Что? — испугалась девушка, резко встав на ноги. Под ногами оказалась вода. — Откуда?

Кота использовал свою причуды воды на злодее.

 — П… прекрати!

Самая страшная картина была впереди: злодей, лица которого не было видно из-за огромного количества мышц, душил и избивал Изуку, которого так же не было видно, лишь капли крови… его крови.

«И… Изуку», — ужаснулась Тошитсу, пытаясь найти знакомые кудри или лицо.

 — Сиди смирно, малец, с тобою позже разберусь!

 — Думаешь, я тебе позволю… — послышался голос Изуку, который сверкал причудой. — Убить его?! — прозвучал взрыв, злодей отлетел в сторону. — Один за Всех: 1000000%, Дэлавэр Детройт КРУШИТЕЛЬ!

Взрыв.

Поднялись ветер и пыль, заслонившие все вокруг. Куски скал летели во все стороны и падали, как дождь, на землю. Тоши едва успела в последний момент поймать Коту, который едва держался на ногах из-за силы взрыва, и заслонила его собой. «Какая мощь… не верю», — подумала она и закрыла глаза рукой от летевшего песка. Опустилась завеса пыли. Открыла свой взор на поле Луна. Настала гробовая тишина. Тоши с Котой открыли глаза и увидели пустоту: вместе того лагеря с лесами, кустами, была обшарпанная местность со сломанным скалами. Ни дерева, ни травы. Чистое поле и он.

Изуку Мидория. Деку.

…Стоял, облитый светом Луны. На нем не осталось никакой одежды, кроме потрепанных шорт. Подбитый глаз, израненное тело; кровь стекала с уголка губ ручейком. Его руки были фиолетовыми, что означало, что он больше не сможет использовать причуду. Пот лился со лба и падал на сухую землю.

Мурашки пробежались по её телу. Кота плакал, если не ревел:

 — Мой герой… мой… герой…

Иной раз, когда тишина кричит, приходится заглушать её самым громким, что у тебя есть.

Он закричал.

Так трудно кричать, чтобы тебя услышали, когда весь мир, похоже, затыкает уши, а то, что ты говоришь, — невероятно и попросту немыслимо.

Этот крик донесся до глубин сердца Тошитсу, и, не выдержав, заплакала. По её рукам и шее пробежались мурашки, чувствовала, как волосы на затылке поднялись от чувств. Ей стало… невыносимо тяжело смотреть на него. Но отчего? Что он себя всего изранил? Стал сильнее? Из-за Один за Всех? Или то, что он так жертвует собой? Всё вместе. «Черт возьми, всё вместе», — сказала она себе, уронив ещё одну слезу.

 — Уж лучше кричи, но не притворяйся равнодушным, — прошептала Тошитсу, встав на ноги.

 — Тоши, Кота, — улыбнулся изо всех сил Изуку, — вы в порядке!

Тошитсу молча бросилась на шею к Мидории, роняя слезы на его израненное плечо.

 — Спасибо, — прошептала она, плача.

Что сделал Мидория? Он едва смог поднять руку и обнять девушку, прижимаясь щекой к её волосам. Он понимал, что был виноват перед ней.