Глава 17
Шок. До меня еще не успело дойти то, что сейчас сказал Джун.
«В смысле невеста? Какая еще свадьба? Что он такое несет? – мои мысли потихоньку перерастали во что-то, что начинало порождать внутреннюю истерику, – Джун, наверное, шутит! Какие же у него несмешные приколы... Даже тупые». – утешаю себя.
Но постепенно осознание происходящего огромным молотом правды ударяет мне по голове. Я сжимаю в руках стаканчик с соком, в который медленно начинают падать соленые капли. Даже сил нет их сдерживать. Сейчас мне плевать даже на то, что их кто-то может увидеть.
– Намджун, – тихо произнесла я. Как бы я не старалась сказать это как можно более уверенно... Все катилось под хвост. Эмоции сейчас полностью главенствуют над моим разумом. Я не могу себя контролировать... – можно я выйду?
Не дождавшись ответа, я поплелась прочь из зала. Мысли в кучу... Даже не замечаю, как падает мой стаканчик, и содержимое разливается. Стою, оболокавшись на дверь, и пытаюсь сдерживать крик души. Я хочу кричать от боли и злобы. Мне хочется сейчас горы свернуть, но...
«Я не могу идти к нему, – твердила сама себе. – я же не знаю даже что сказать, как себя повести в такой ситуации...» – руки предательски трясутся, а ноги, наперерез разуму, уже поволокли меня к балкону, рядом с которым курил парень, нервно и громко стуча пальцами по подоконнику.
***
– Ты знал! – закричал Чимин, подскочив к лидеру, – ты знал, что у них отношения. Зачем ты при ней сказал о Марго?
Джун молчал. Ему самому было гадко от этой ситуации. Но это была его обязанность, можно сказать, даже долг.
Он давно заметил, что у этих двоих любовь. Парень знал, в каком положении находится Тэхен, но все же надеялся на то, что Ким сможет признаться девушке и разорвать их отношения без последствий для нее.
– А долго он ей мозги бы продолжал пудрить? – тихо выговорил Мон, опустив голову, – у него даже сил не хватило, чтобы все рассказать. Знаю, что залез туда, куда не нужно, но... Мне ее по-настоящему жаль. Эта девочка любит... Ты заметил, как она на него смотрит? – с горечью говорил Джун. Его глаза нервно бегают по залу, – она же души в нем не чает и полностью доверяют, а он... Слабак. – парень сжал руку в кулак.
Повисла гробовая тишина. Никто ничего не может сказать: одни от неловкости, а другие, потому что просто не знают, как себя вести в подобной ситуации.
Неожиданно Сара бросилась с места и направилась к двери, но ее успел остановить Юнги.
– Не иди за ней.
– Я не могу ее бросить! У нее же крыша может съехать! – сквозь слезы проговорила девушка. Она как никто другой знает, какая Т/и ранимая, и прекрасно понимает, что именно в этот момент в ее душе наступила полная разруха.
– Они должны решить все сами, –пытается утешить ее Мин, прижимая к себе. Ему очень больно наблюдать за своей девушкой, которая так сильно переживает за подругу.
Сара плачет, впервые перед всеми. Она вспоминает слова, которые когда-то давно произнесла Т/и. Это было еще тогда, когда их группа дебютировала.
«У меня есть кумир, но он очень далеко, и навряд ли нам удастся встретиться. Это просто идеал для меня, тот человек, который своими песнями помогает мне жить, думать и мечтать... Хоть это глупо и просто является моими мечтами, но... Мне кажется, он единственный, которого я смогу полюбить по-настоящему».
Тогда эти слова звучали наивно, но сейчас Сара поняла, о чем говорила та маленькая девочка. Она сразу заметила эту искру между ними. Как они буквально пожирали друг друга влюбленными и такими мечтательными глазами.
– Она же... Она... – захлебываясь слезами, девушка пыталась вырваться из объятий парня и все ему объяснить. Но Мин крепко зацепился в свою возлюбленную, тихонько поглаживая большой рукой ее хрупкую спину.
Все замерли. Только Чимин медленно подошел к окну, и еле слышно начал проклинать день, когда увидел на лицах этих девушек столько пустых слез.
***
Я стою за его спиной. Снова табачный дым, который заставляет глаза ещё больше слезиться. Я даже не знаю, что ему сказать... И зачем вообще пришла сюда?
«Нет, я знаю. Я хочу знать правду. Все, что он так долго скрывал. Пусть даже сне придется заплатить за эту высокую цену». – твердила я.
Медленно подошла к подоконнику и облокотилась на него, встав рядом с парнем. Слезы уже не капали, но руки все еще продолжали показывать мое внутреннее состояние, продолжив неумолимо трястись. Минуту мы простояли в тишине. Я слышала его тяжелое и нервное дыхание.
– Ты уже знаешь? – спустя несколько секунд, произнес Тэ.
– Да... Почему ты не рассказал все раньше? – дрожу, я все еще пытаюсь себя сдерживать, но голос уже звучит неубедительно. Снова противным ком слез встал в горле. Никогда не испытывала подобных чувств, находясь перед человеком. Он выдохнул табачный дым и потушил бычок, после чего уверенно произнес.
– А зачем? Тебе не нужно об этом знать. Не твоего ума дело.
Ступор. Такого ответа я не ожидала.
– А как же наши отнош...
– Не начинай, а, – недовольно выпалил парень, вытаскивая новую сигарету из кармана пиждака, – только не говори, что ты и правда думала, что у нас какие-то отношения.
«Что?! Что за бред ты несёшь, Тэхен?!» – голова разрывается, но я не осмеливаюсь произнести даже слово. А сердце медленно, но верно, начинает трескаться...
– А разве нет? – почти не дыша.
Тэхен усмехнулся. Кривая улыбка растеклась по его холодному и надменному, но в тоже время прекрасному лицу. Пошарив все в том же пиджаке, парень достал маленькую карточку.
«Это наше фото!»
Тэхен, держа в одной руке зажигалку, а в другой карточку, начал ее медленно поджигать. Мои глаза округлились. А тем временем парень медленно поднес горящую картинку к сигарете, раскуривая ее до тех пор, пока не повалил едкий дым. Еще где-то полсекунды парень наблюдай за тем, как сгорает единственная частичка, которая могла напомнить о наших отношениях.
– Неужели ты правда думала, что я могу любить такую как ты? – глумится. Тэ произносит это так, будто упрекает меня в моей же наивности и глупости. – Мне просто надоела скучная жизнь айдола, и я решил поиграть в любовь, но, видимо, не рассчитал, что ты окажешься такой наивной. – парень сделал очередную затяжку. Его безжалостные глаза смотрели куда-то далеко и, казалось, не передавали никаких эмоций.
Пока он говорил, я чувствовала, как моя душа потихоньку начала разлагаться. Глаза уже ничего не видели, их заполонили слезы, которые градом начали падать на пластиковую опору.
«Зачем? Тэ! Я не верю тебе... Нет, не могу, я не могу! Зачем ты только что почти сжег единственную память о нас, зачем ты сейчас мне все это говоришь?!» – сердце бешенно стучит в груди, из-за чего я не могу уже контролировать всхлипы. Такая слабая, когда он рядом, я полностью теряю самообладание... Эта карточка... Она мне дорога, как ничто иное... За что?! Я всё же набираюсь сил и произношу.
– Так значит все, что ты говорил и делал – это ложь?
Выдох. Дым невольно проникает в мои легкие, отчего становится немного больно.
– Да, – твердо, без каких-либо эмоций, выговорил Ким, крутя в руках почти обугленное фото.
Дрожащими руками я дернула его за рукав пиджака, развернув в свою сторону. Наши взгляды встретились... Сейчас на меня смотрит безжалостный и пустой парень, который безразлично рассматривает мое заплаканное личико с поплывшим макияжем.
– Скажи мне это в глаза, – не могу контролировать свои движения, одна боль сейчас, но... Все же где-то далеко в душе у меня до сих пор теплится надежда, что он сейчас, посмотрев мне в глаза, он скажет: «Ты что, маленькая, я же пошутил!» Но нет. Ответ оказался иным. Тэ потушил сигарету и, обхватив мои плечи, уставился своим равнодушным взглядом.
– Я тебя никогда не любил, понимаешь?! Если тебе станет легче, можешь меня даже ударить. Мне нет смысла тебе врать. – он надменно смотрит в мои глаза. - То, что я говорил, было для только для того, чтобы ты верила мне. Мне захотелось побывать твоим первым мужчиной. Но не подумал, что ты окажешься настолько жалкой и так сильно привяжешься ко мне. – без какого-либо чувство сожаления произносит он, – ты всего лишь никто, понимаешь, а Марго... Я ее люблю, сильно люблю. У нас скоро свадьба, возможно, даже и детишек заведем. Так что будь хорошей девочкой, исчезни из моей жизни, пока не натворила чего-нибудь, пустоголовая. Я наигрался, можешь быть свободна. – он слегка оттолкнул меня.
– Врешь, – я осмелилась это выговорить, – ты мне врешь, Ким Тэхен. Ты не можешь быть таким.
В ответ лишь ядовитый смех, и снова:
– Ты такая глупая, простушка. Ты же совсем еще ребенок, какая любовь может быть?! Ты даже любить-то не умеешь. Я вообще хотел тебя вые... Ну ты понимаешь, но сжалился. А теперь все, мелкая, проваливай, мне надоели твои страдания и нытье.
Я не выдерживаю. Звонкая пощёчина. Громкие крики. Не могу больше. Красный след остаётся на щеке парня.
– Ты... – дрожащим голосом проговариваю я, – Неужели... – я хотела что-то сказать, но отчаяние полностью поглотило меня, а лучик надежды исчез, вместе с моими представлениями о настоящей любви. – ты прав, я глупая и маленькая, – с каждым словом мой голос звучит тверже, - а ты пустой лгун. Как же подло, ты стал моей первой любовь, а потом вот так просто вытер ноги. – усмехнулась, – Я вспомнила то, что ты говорил... Прости, я не могу больше тебе доверять. Единственное, что я поняла: люди жалкие и слабые, они не могут контролировать свои животные инстинкты и из-за этого сами же ломают себе жизнь. Но ты не такой человек... Ты в десятки хуже, потому что сломал ее мне. Я не знаю, любишь ли ты там эту Марго или нет, но, – я медленно поднимаю на него почти неживые глаза, – я знаю, что ты любил меня... И я не могу понять, почему ты всячески скрываешь это. Понимаешь, я видела тебя насквозь, и каким бы ты сейчас себя не строил, я ни за что не поверю в то, что между нами ничего не было. Ты просто жалкий трус, Тэхен. – я пытаюсь его провоцировать. Я уверена, что он говорит мне неправду.
Неожиданно он швыряет стеклянную пепельницу в стену, так, что та разбивается на мелкие кусочки, один из которых оставляет на моей щеке небольшой порез. Белый пепел, витая в воздухе, медленно начинает оседать на мои огненные волосы. Я прикрываю глаза и вздрагиваю. Парень тяжело вздыхает и, почти крича, проговаривает:
— Что я, блять, должен еще сказать, чтобы ты нахер ушла отсюда? – он сжимает огромные руки в кулаки и, замахнувшись, кричит: – Пошла вон!
Я развернулась и медленно направилась к двери. Я нисколько не напугалась. Нет. Ну и оставаться наедине с ним я тоже уже не могла. Я поняла, что не дождусь от него правды. Но перед тем, как выйти, произнесла то, что давно хотела.
– Знаешь, а мое желание исполнилось. Я никогда уже не смогу забыть эти дни, а особенно тот, когда потеряла веру в людей и в любовь, – произнесла я, захлопнув дверь.