Глава 4
– Да сколько можно спать? – орала на всю комнату моя соседка, – ты так всю жизнь свою проспать можешь.
Я с трудом открыла глаза и сразу же посмотрела на циферблат наручных часов. Почти 7. Времени для преображения уже не осталось, поэтому на практику придется идти как бомж.
– А ты почему меня не разбудила? – возмущенно прошипела я.
Девушка лишь нахмурила брови и, показав язык, заявила, что будет ждать внизу.
Я поднялась с кровати и взглянула в зеркало. Растрепанные огненные волосы, мятая одежда и прилипшее к щеке перышко. Именно так должна выглядеть девушка-айдол. Молодец, продолжай в том же духе. Цокнув языком, я поплелась умываться и приводить свою полумертвую тушку в порядок.
«Почему я так волнуюсь... Мне очень страшно идти туда. Айщ, почему все так?» – голова разрывалась от огромной кучи мыслей. Они до сих пор не давали мне покоя.
Зал для тренировок оказался небольшим, но очень светлым и чистым. Видимо, тщательно готовились к нашему приезду. В самом дальнем углу уже сидели мои «коллеги» и что-то бурно обсуждали.
– А мне вот светленький нравится, спорим мы переспим? – со смелостью протягивая руку темноволосой, сказала Джинни, дочь директора.
«Фи, как противно. А хотя, о чем это я, это ведь такая великая цель!»
Я молча подошла к компании и, как обычно, залипла в телефоне. Но пока эта разукрашенная блонди строила свои грандиозные планы на Чимина, подошли парни.
– И снова здравствуйте, – улыбаясь, сказал лидер, – я надеюсь вы готовы к суровым тренировкам, пыткам и мучениям? – раздался звонкий смех. – Да ладно, я пошутил. Так, давайте вы для начала представитесь нам, а то как-то неловко получилось внизу.
Сара, та самая темноволосая, вышла вперёд и с серьезным, привычным для нее, тоном произнесла:
– Я Сара Паркер, лидер группы Н/г. Мы совсем еще «зеленые», поэтому просим относиться с пониманием к нашим косякам. Мы дебютировали 2 года назад и на данный момент не являемся очень популярной группой, поэтому мы надеемся на плодотворную работу с вами. – девушка поклонилась, как и подобает корейским традициям.
Если честно, она меня всегда удивляет. Столько выдержки и уверенности собралось в этой хрупкой девушке.
После недолгой паузы Сара указала на Джинни.
– Джинни Джей, обладательница сопрано, а так она является «лицом» нашей группы, – так же спокойно и даже хладнокровно продолжала Сара. К ней она относится очень сурово, потому что Джинни очень ветреная. Она всегда смотрит на парней, как на объекты, из которых можно выкачать дорогие подарки и с которыми не стыдно провести ночку. И, если эта лиса поставила себе цель, она не перед чем не остановится. От этого я еще больше прихожу в ярость, так как ее следующей целью был Чимин.
– Это Микаса Юна, ведущий танцор. Так как у нас нет хореографа, она сама ставит нам танцы.
Юна засмущалась и потупила глаза. За все это время я не раз ловила ее взгляд на Хосоке. Так, походу у кого-то любовь-морковь намечается.
– И последняя участница, Т/И. Она очень тихая и необщительная, так что не пугайтесь. Также она обладательница альта.
Я слегка наклонила голову и подняла взгляд. Парни с интересом рассматривали нас. Ну, даже не с интересом, а с удивлением. До них, как и до меня, ещё до сих пор не дошло, что мы будем жить и практиковаться все вместе.
После короткой паузы Джун сказал:
– Очень приятно познакомиться. Кстати, я совсем забыл сказать, ребята ещё не очень хорошо знают английский, так что если возникнут проблемы при индивидуальном занятии, обращайтесь ко мне.
«ЧТО?! Какие там еще индивидуальные занятия?! Это что вообще значит?»
Теперь я еще больше впала в ступор. Что вообще в головах у наших директоров творится?
– Все, хватит формальностей, – Намджун мило улыбнулся, – показывайте нам свой номер, а потом мы обсудим план дальнейших действий.
Как ни странно, наша группа отличается от типичных американских. Мы не танцуем полуголые и не поем про всякую чушь. Дело в том, что Сара прекрасный композитор, который пишет безупречные песни с очень глубокими текстами.
Мы успешно справились с поставленной целью. Парни удивлены. По их лицам понятно, что ни не привыкли видеть американскую группу именно в таком формате: без разврата и пошлости. А хотя... Одна из нас все-таки пыталась выделиться и показать свои прекрасные формы.
В ответ на наш «номер» посыпались аплодисменты. Как же неловко! Мне сейчас аплодируют мои же кумиры. Что вообще с этим миром происходит?
– Девчат, вы же знаете, что в конце этого месяца будет концерт? Сценарий вы получите через 2 дня. Хореографией с вами будет заниматься Джей-Хоуп, вокалом с каждой из вас будут заниматься отдельно наши вокалисты, а я и Юнги будем давать вам уроки композиторства. Все понятно? Сейчас вы пройдете по кабинетам и договоритесь обо всем с вашими «преподавателями».
Я все это время просто стояла и не понимала, что происходит. Чего-чего, а этого я точно не ожидала. Индивидуальные занятия... С ними... Кто там сверху надо мной шутит, а? Я думала такое бывает только в сказках или дорамах.
Пока я витала в облаках, не заметила, как около меня уже стоял парень.
– Эй, ты, – послышался бархатный голос со стороны. Я повернула голову и увидела Тэхена. Сейчас я была готова прямо тут коньки отбросить. Так близко. Я могу разглядеть его шикарное и идеальное лицо. А что еще нужно для счастья? – За мной.
Коротко, ясно и беспощадно. Он повернулся и пошел к выходу.
«Я не могу поверить во все это. Просто не могу. Как такое вообще возможно?! Разбудите меня!»
Радость, недоумение, смятение и дикое волнение сейчас бушуют внутри меня. Я иду за Тэхеном, как маленький ребенок. Ловлю каждое его движение, словно он какая-то диковинная вещь. Я настолько погрузилась в мир грез, что даже не заметила, как мы пришли к месту.
– Проходи, – уже не так жестко, но все же строго произнес Тэ, – здесь мы с тобой будем проводить большую часть времени. – легкая ухмылка скользнула по его ослепительному лицу.
Он улыбнулся? Мне кажется, я сейчас просто растаю. На меня смотрит высокий, красивый брюнет, с шоколадными глазами жадным и холодным взглядом.
– А ты ничего такая, – произнес он на корейском.
Мои глаза так округлились, что чуть не выпали. Он даже не подозревает о том, что я в совершенстве знаю корейский язык... Интересненько.
– Ну ты тоже ниче такой, – непринужденно выпалила я.
Теперь же глаза «полезли на лоб» у парня. А ещё говорят, что корейцы «узкоглазые», ага.
– Вау, так ты умненькая у нас оказывается, – нахально произнес Тэхён.
– Если только немного, – вальяжно протянула, переводя на него ехидный взгляд.
Неожиданно наши глаза встретились. Эти несколько секунд для меня оказались неземными. Парень, не отрываясь, смотрел мне в глаза, а я, в свою очередь, тонула в омуте его глаз.
– Слушай, а мы раньше не встречались? Ты мне кажешься очень знакомой. – нарушил тишину Тэ.
– Это навряд ли...
«Ага, не, ну твои-то фотографии у меня по всей комнате были наклеены, а вот насчёт своих я не уверена».
Я пытаюсь контролировать себя, но еле сдерживаю дрожь в теле.
– Ну тогда ладно. Но я скажу сразу, никаких отношений между нами не может быть. Думаю, ты понимаешь все, и тебе не надо объяснять, – он отвел взгляд.
Так сурово, сухо и надменно(?). Что простите? Неужели он правда подумал, что я буду вешаться на него? Почему-то стало обидно. Неужели все айдолы так думают? В этот момент все мои представления о милом мальчике Тэхене рухнули. Пара слов смогла так резко поменять мое отношение к нему. Сейчас я вижу не шикарного, загадочного парня, которому я минуту назад готова была поклоняться, а обычного, зазвездившийся эгоиста-мажора. Неплохо так. И с этим человеком я буду проводить большую часть времени.
«Так вот оказывается какой он, мой идеал. Такой же как и Джинни: пустой и надменный».
– И ещё, – он повернулся ко мне и слегка прижал к стене так, что я уперлась носом в его грудь, – не пялься на меня, бесит.
Запах дорогого парфюма в перемешку с мятным запахом жвачки и запахом сигарет(?) накрыл меня с головой. Бешеная ярость и злоба тут же исчезли, и на смену им пришло желание накинуться на него. Мда, видимо не зря он переживает. Тело начало колотиться с новой силой.
«Боже, этот запах, я сейчас умру».
Сглотнув, я взяла себя в руки и решила играть по его правилам.
– И не собираюсь даже, – резко оттолкнула его. Сейчас в моей душе идет война. Одна часть меня всячески отталкивает этого человека, уверяя, что он полный мудак, а другая хочет его расцеловать. Но все же... Я понимаю, людей нельзя обожествлять, но для меня он был идеалом, образ которого в один момент просто разрушился.
«Что, не ожидал? Я не позволю себя оскорблять. Раз так, я согласна на эту коварную и сладостную игру, в которой ты уже одержал первую победу»