Глава 13.
***
Губы сминают клитор, все-таки заставляя приглушенный стон вырваться из пересохшего горла, но ты быстро берешь себя в руки, перекрывая доступ к кислороду обожженной рукой и уверенно заглядывая во внимательные нахальные зрачки. Парень обводит чувствительную точку языком и медленно опускает его вниз, дальше, мучительно долго изучая каждую алую складку. Терпение окончательно утекает вместе с остатками смущения, когда он нагло отрывается от влажной кожи и оставляет невинный поцелуй у живота, и ты сжимаешь седые пряди сильнее, притягивая мужчину обратно к себе, зло впиваясь в бесноватые глаза.
- Начал, так уж, будь добр, заканчивай…, - ты отвернулась куда-то в сторону и тихо прошептала, - за отлиз любой каприз…
Мужчина хрипло смеется, видимо услышав последнюю реплику и тяжело дышит почти в самую кожу, цепляя чувствительные ткани губами:
- Будет сделано, моя госпожа.
Органы стремительно расплавляются под кожей, когда длинные костлявые пальцы оглаживают влажный вход, собирая смазку, а язык плавным движением снова обводит клитор, пуская вспышку удовольствия через позвоночник, слабыми вибрациями отдающимися в каждой частичке послушного разгоряченного тела. Спина непроизвольно изламывается, и ты сипло стонешь сквозь зубы, проклиная существо, создавшее этого самовлюбленного напыщенного павлина с садистской натурой.
- Твою ма-
- Заткнись.
Мужчина влажно облизывает пальцы, продолжая смотреть вверх, на тебя, и медленно вводит два пальца, наблюдая за тем, как изламываются тонкие брови и расширяется грудная клетка. Грубые подушечки надавливают на чувствительные неровные стенки, проникая глубже и растягивая и без того податливые мышцы. Закусываешь губу и все-таки отводишь взгляд, зажмуривая глаза до цветных кругов и передергивая озябшими плечами, и не можешь понять, добрался ли наконец до оголенной кожи колючий сквозняк, или это вспышки разливающейся внутри неги заставляют табуны мурашек пробежать по изломленному телу.
***
- Эй, ты там не откинулась?
Его голос сухо вибрирует внутри растопленного, как сливочное масло, сознания, пока ты пытаешься взять себя в руки. Он держит тебя на грани. Слишком долго, чтобы не лишиться хотя бы частички рассудка, и он понимает это. Понимает это, и продолжает сладкую пытку, не доставая пальцы из влажного пульсирующего влагалища, даже когда приторно сладко, фальшиво беспокоиться о тебе. Ты опускаешь взгляд, пытаясь сфокусировать изображение, но зрение работает как старый фотоаппарат на холоде – сидящий перед тобой мужчина расплывается, будто находится за вспотевшим от жара стеклом или мыльной плотной пленкой. Его хриплое тяжелое дыхание эхом гуляет под каменными сводами, и ты понимаешь, что не одна здесь на грани – все это время он сдерживался, хоть и явно наслаждался происходящим.
Зрение резко приходит в норму, и ты пытаешься приподняться, но тело отказывается слушаться – мужчина разводит длинные пальцы «ножницами», и ты, уже не стесняясь, громко стонешь, в надежде, что хотя бы это даст понять, насколько яростно ты будешь выбивать дерьмо из него, если он сейчас же не сделает что-то большее.
Ты опускаешь глаза еще ниже, пытаясь унять мелкую дрожь. Мужчина пристально, нахально наблюдает за приоткрытыми искусанными губами и вздымающейся грудью и медленно убирает пальцы с характерным влажным звуком, звучащим более пошло и откровенно, чем все то, что было до этого момента. Его светлые влажные волосы, так привычно зализанные назад, сейчас небрежно растрепались, а бледные скулы с полупрозрачной кожей покраснели, заставляя выглядеть хозяина тела более живым, чем до этого момента.
«Это даже… мило»
Темные боксеры приспущены, и ты на пару секунд залипаешь на его руку, обхватившую возбужденный член. Синие вены то и дело проступают на тонких костях, грубо выделяющихся на тыльной стороне ладони, пока пальцы сжимаются чуть сильнее и смазывают бледную каплю смазки, проступившую на темной головке.
Он усмехается, замечая твой взгляд, и убирает ладонь, наконец приподнимаясь с колен и громко прохрустывая затекшей шеей. Хидан насмешливо оскаливается и тянет твое непослушное тело на себя за локти. Ноги ожидаемо подкашиваются, но ты успеваешь ухватиться одной ладонью за его плечо. Ребра в очередной раз сдавливают чужие сильные руки, и земля резко уходит из-под ног – мужчина с легкостью поднимает тебя вверх и довольно шепчет в пересохшие потрескавшиеся губы, когда чувствует, как слегка подрагивающие ноги испуганно обвивают его торс, а руки сцепляются за затылком:
- Ну что, начнем, бабочка?
***
Его тело не было похоже на те, которые обычно описывают в дешевом порно или которые являются идеалом любого бодибилдера – назвать Хидана Дио Брандо этого мира было бы просто не реально. Сухие мышцы натягивались под тонкой полупрозрачной кожей, создавая самовлюбленному хозяину костлявого тела аристократичный, если не вампирский вид, сводящий с ума любого, пересмотревшего или перечитавшего фантастического романа, человека. Находись он в «Сумерках», определенно был бы Джаспером Калленом. Черт, а ведь действительно подходит…
Грубые пальцы до боли впились в бока, и Хидан влажно смазанно провел губами по нежной коже на шее. Ты сжала ноги сильнее, прижимаясь к поджарому телу, случайно выдавливая из него недовольный рык.
- Блять, ты все еще в этих ботинках, ослабь хватку, дура… Ха…
Ты, будто бы извиняясь, уткнулась губами в макушку и расслабила уставшие ноги, стараясь не отключиться прямо в таком положении. Широкие ладони немного подняли тебя повыше и вцепились в голые ягодицы, оставляя глубокие синяки на коже и приводя долю сознания в нормальное состояние.
Спину жгуче ободрало – уничтоженное в хлам ощущение реальности испарилось почти до конца, и ты не заметила, как мужчина впечатал тебя в неровную стену рядом с алтарем, выбивая из уставших легких последний воздух. Ты попыталась заглотнуть хоть каплю кислорода, но на верхние выступающие шейные позвонки бесцеремонно надавили, заставляя нагнуться вниз, и впился в онемевшие губы, проводя языком по зубам и вызывая новую волну дрожи глубоко внутри. Перед глазами снова поплыли разноцветные круги, но на этот раз ты успела. Успела ухватиться за спасительный островок этой еще неисчезнувшей вселенной – на противоположной стене на широком выступе висел медный круг с перевернутым треугольником внутри.
«Никогда такое не видела…»
Опора за спиной исчезла, и ты испуганно впилась ногтями в шею парня. Пара шагов и… Рраз! Тело принимает горизонтальное положение, падая на наклонную поверхность некогда богато украшенного алтаря. Перед глазами всплывает покрасневшее хмурое лицо, хищно нависшее сверху, заглядывающее в самую душу, пытаясь найти хоть какой-то отклик. И ты откликаешься. Как ни странно, но ранее будто бы рассыпанное на мелкие песчинки тело медленно собирается, стоит тебе лишь окунуться в этот неизведанный темный омут с головой, и ты стремительно тонешь, с радостью захлебываясь вязкими эмоциями.
Хриплый голос возвращает в привычную динамичную реальность:
- Кажется, кто-то после такого точно в ад попадет... Но ты же не против?
Тыльная сторона ладони удрученно падает на глаза, уже насильно погружая окружающий мир в темноту.
- Не против, придурок...