131-135 (исправленно)
Глава 131. Как я могу удержать тебя
Почувствовав, как ослабевшая рука Бай Аосюэ соскользнула вниз, Цзюн Еян обнял ее. Его тело сильно тряслось. Часть одежды на его плече пропиталась кровью и издавала запах ржавчины. Цзюн Еян пожалел, что в этот момент не потерял обоняние.
- Сюэ... я не могу потерять тебя…
- Сюэ... у меня нет ничего, кроме тебя, только ты.…
- Как мне удержать тебя?…
Его печальный и отчаянный голос был подобен звуку сольной виолончели, ужасно одинокий, погрузившийся в холодное отчаяние. Сжимая руки, принц боялся, что Бай Аосюэ внезапно исчезнет.
Сейчас Бай Аосюэ чувствовала сонливость из-за чрезмерной потери крови. Казалось, она наполовину спит, наполовину бодрствует. В трансе она услышала рев Цзюн Еяна, словно он - загнанный в ловушку зверь, отчаявшийся и беспомощный.
Ей захотелось поднять руку и коснуться его лица. Она давно хотела это сделать, но не успела раньше. Он был мужчиной, но его кожа была нежнее, чем у нее, что немного ее расстраивало.
Теперь она, наконец, обрела мужество, но ее руки стали тяжелыми, как свинец. У нее совсем не было сил, и она хотела закрыть свои потяжелевшие веки. Ей хотелось заснуть, потому что она очень устала.
- Сюэ, не оставляй меня, - проговорил Цзюн Еян. Он всхлипнул. Его голос был хриплым и прерывистым, шокируя окружающих. Принц вдруг почувствовал, что самая важная часть его сердца постепенно уходит.
- Аа-а!! - его гневный рев разнесся по небу и потряс землю.
Его чернильно-черные волосы зашевелились. Вокруг него поднялся вихрь, свистели порывы ветра, цепляя края одежды. Его величественная аура теперь казалась такой печальной. Даже Чжао, который стоял рядом с ним, отшатнулся и упал, в неверием глядя на фигуру хозяина.
Наблюдая за сумасшедшими действиями Цзюн Еяна, Чжао был напуган и встревожен одновременно. Поведение хозяина в конце концов причинит принцессе боль!
- Хозяин! Пожалуйста, успокойтесь! Теперь самое главное - спасти принцессу! Она еще дышит! Не будьте импульсивны, хозяин. Вы причините боль принцессе, если будете продолжать это делать! - Чжао не мог приблизиться к Цзюн Еяну, поэтому ему пришлось кричать из-за сильного ветра.
Он просто надеялся, что Цзюн Еян услышит его.
Ветер постепенно начал успокаиваться. Фигура, окруженная вихрем, замерла, все еще отказываясь отпускать Бай Аосюэ.
- Да. Моя Сюэ должна быть жива! - пробормотал Цзюн Еян, словно разговаривая сам с собой.
Когда Чжао услышал это, он немедленно подбежал к неповрежденному экипажу и вскочил на прежнее место кучера, направив карету в сторону Цзюн Еяна.
- Господин, давайте сначала вернемся в город и найдем врача, который остановит кровотечение принцессы! –
Цзюн Еян внезапно повернулся и посмотрел на Чжао. Его темные глаза завораживали и были глубоки, как бесконечная бездна!
- Чжао, немедленно отправь сообщение, чтобы Цзы Юаньюэ пришла ко мне. Я даю ей только полдня. Моя Сюэ не может ждать слишком долго, - тихо и хрипло скомандовал Цзюн Еян.
Чжао ничего не сказал. Он достал сигнальный огонь и послал его в небо. С громким хлопком фиолетовый свет унесся вверх.
Та, что случайно оказалась в столице, увидела его. Она удивленно приподняла свои красивые брови, неторопливо убирая в стол всевозможные серебряные иголки. Она немедленно встала и направилась к резиденции пятого принца.
Цзюн Еян осторожно поднял Бай Aoсюэ и положил ее в карету. Его движения были мягкими, так как он боялся причинить ей боль.
Девушка нахмурила свои тонкие брови. Ее щеки были бледны, на них не было никакого румянца. Кровь, хлынувшая изо рта, высохла и свернулась в струпья, глубоко раня Цзюн Еяна.
В груди у нее торчал меч. Он вошел прямо в ее грудь и пронзил ее миниатюрное тело. Кровь, которая первоначально текла беспрерывно, была остановлена внутренней силой Цзюн Еяна, но он чувствовал, как жизнь уходит из нее. Его сердце наполнилось страхом, которого он не испытывал уже много лет. Это было очень больно.
Чжао осторожно вел карету так быстро, как только мог, стараясь не трясти ее.
- Чжао, поторопись, - донесся из кареты встревоженный голос Цзюн Еяна.
- Да, господин, - он снова увеличил скорость, пот выступил у него на лбу, когда он взмахнул хлыстом.
- Чжао, разве мы еще не приехали? - не прошло и минуты, как снова раздался голос принца.
Он вытер холодный пот и сказал:
- Хозяин, через минуту. Я вижу ворота.
Принц испытал огромное облегчение, но, когда он увидел нахмуренные брови Бай Аосюэ и ее бледное лицо, у него случился приступ острой боли в груди.
«Я сказал, что буду защищать ее. Я сказал, что ей никто не причинит боль. Почему, в конце концов, именно я ранил ее? Правда ли, что я проклят? Правда ли, что меня никогда не будут любить? Правда ли, что, чем ближе я становлюсь к кому-то и чем больше я хочу быть с ней, тем больше я причиняю ей боль?» - спрашивал себя Цзюн Еян, не зная, кто сможет ответить на его вопросы.
Увидев карету, солдаты, охранявшие столицу, беспрепятственно пропустили ее. Чжао повел карету обратно к резиденции принца. Он не смел медлить ни минуты.
В это время Цзы Юаньюэ, получив сигнал, ждала в резиденции. Конечно, она вошла через заднюю дверь и сбежала от стукача Цзюн Ухэна. Теперь она сидела за каменным столом в бамбуковом дворе, пила чай и ждала своего хозяина.
Мастер посылал ей сообщения только тогда, когда она была ему нужна. Только когда хозяина атаковали яды и демонические энергии в его теле нуждались в контроле, она могла смотреть на темную фигуру через плотные занавески кровати. Она была известна как знаменитый врач на Великом континенте, спасая бесчисленное количество людей и убивая не меньше.
Никто не знал, что ее хозяином был уродливый принц династии Чэнси. Большинство со смехом отмахивались от слухов о Цзюн Еяне. В конце концов, жизнь - это сочетание правды и лжи.
У задней двери резиденции, под прикрытием Чжао и нескольких слуг, Цзюн Еян вывел Бай Аосюэ из кареты. Его движения были невероятно нежны от страха, что Бай Аосюэ сломается от одного прикосновения.
- Цзы Юаньюэ здесь? - спросил Цзюн Еян глубоким голосом. Все чувствовали тревогу в его голосе.
- Отвечаю Вашему Высочеству, госпожа Юаньюэ уже давно ждет вас в бамбуковом дворе, - почтительно ответил один из слуг, на лбу которого выступил холодный пот. Яростная аура Цзюн Еяна не позволяла им вообще поднять голову.
- Во дворе Сюэ должны быть соглядатаи Цзюн Ухэна. Идем в бамбуковый двор, - скомандовал принц.
Независимо от ситуации, его аура всегда была полна бесконечного величия, которое не позволяло сопротивляться
- Мы поняли, - серьезно ответили несколько слуг.
Цзюн Еян махнул Чжао, а затем пошел по тихой и незаметной тропинке с Бай Аосюэ на руках, направляясь прямо к бамбуковому двору.
- Сюэ, подожди. Я могу спасти тебя. Даже не думай о том, чтобы оставить меня! Не пытайся меня бросить! - серьезно сказал Цзюн Еян, прижав свой лоб к лбу Бай Аосюэ.
- Не оставляй меня одного.… - его вздох и мольба ошеломили Бай Аосюэ, которая пребывала в полубессознательном состоянии. Хотя это движение было очень слабым, Цзюн Еян почувствовал его.
Несмотря ни на что, он не отпустит ее, потому что она была первой, кто поддержал его за руку! Она первая его спровоцировала. Она заставила его почувствовать то, о чем он даже не мечтал. А теперь она хочет уйти после того, как сбила его с толку?! Это невозможно. Он не отпустит ее!
Думая об этом, Цзюн Еян неосознанно сжал руки, не подумав, что его сила в данный момент заставляет девушку чувствовать себя неуютно.
- Хм... - простонала она от боли, но глаз не открыла.
Цзюн Еян был потрясен, услышав ее голос. Опустив взгляд вниз на Бай Аосюэ, которая нахмурила свои красивые брови, он понял, что только что перенапрягся и быстро ослабил хватку.
- Сюэ, тебе больно? Я делаю тебе больно? - глядя на бледное лицо жены, он почувствовал грызущую боль в сердце. Он шептал, то ли спрашивая Бай Аосюэ, то ли самого себя.
У входа в бамбуковый двор несколько человек направились к ним. Увидев выражение лица Цзюн Еяна и Бай Аосюэ в его объятиях, они потрясенно посмотрели друг на друга.
- Где Цзы Юаньюэ? Пусть она придет в бамбуковую хижину, - сказал Чжао. Он боялся, что приближение людей будет раздражать Цзюн Еяна.
Когда слуги услышали это, они поняли, что дела плохи, и было не время для дальнейших расспросов, поэтому они поторопились в бамбуковый двор, чтобы пригласить Цзы Юаньюэ.
Цзюн Еян вошел в бамбуковую хижину, сел рядом с кроватью и крепко обнял жену. Он боялся, что она исчезнет в любой момент.
Эту сцену увидела Цзы Юаньюэ, когда вошла. Человек, который раньше был величественным и могущественным, теперь был беспомощен. Кончики его пальцев побелели, а сжатые губы были бескровны.
Он даже не заметил ее появления, просто смотрел на женщину в своих объятиях. В его глазах были вина, любовь и решимость.
Чжао сказал Цзы Юаньюэ:
- Женщина в руках хозяина - это госпожа. Что бы ни случилось сегодня, ты должна спасти ее. Если нет, ты знаешь, на что способен хозяин.
После этого Чжао больше не смотрел на Цзы Юаньюэ. Он почтительно обратился к Цзюн Еяну:
- Хозяин, Цзы Юаньюэ здесь.
Принц медленно поднял голову. Его тонкие губы были бескровны. В глазах не было прежнего безразличия, но они были такими же острыми, как всегда. Когда Цзы Юаньюэ уже собиралась поклониться, ее остановили.
- Давай обойдемся без этого. Иди сюда и посмотри на Сюэ. Чжао, теперь ты можешь идти.
Чжао поклонился и вышел, закрыв за собой дверь. Цзы Юаньюэ не смела медлить. Хотя она и была в замешательстве, но, будучи умной, понимала, что в данный момент лучше ничего не спрашивать, и просто выполнять свою часть работы.
- Хозяин, держите госпожу крепко. Не прикасайтесь к мечу и не тряситесь, - Цзы Юаньюэ заслужила свое звание самого известного врача на континенте. Независимо от того, где она была и кто был рядом с ней, она быстро входила в свою роль.
Подняв руку, Цзюн Еян нежно коснулся лба Бай Аосюэ, чтобы вытереть с него пот. Его жест был естественным, но он потряс Цзы Юаньюэ.
Женщина достала маленькие ножницы, которые всегда носила с собой, разрезала пропитанную кровью одежду Бай Аосюэ, прислушиваясь к сердцебиению.
Она сильно нахмурила красивые брови, думая о том, как справиться с травмой Бай Аосюэ.
- Как она? - после долгого молчания прозвучал хриплый голос Цзюн Еяна, и он был очень обеспокоен.
Цзы Юаньюэ не осмеливалась терять время:
- Я не знаю, кто причинил вред госпоже, но он, должно быть, хотел ее убить. Первоначально он хотел пронзить прямо ее сердце, но я не знаю, почему он промахнулся на полдюйма.
Выражение лица принца не слишком изменилось, но кончики пальцев были ужасно белыми.
- Ты можешь спасти Сюэ? – Цзюн Еян посмотрел на Цзы Юаньюэ, не мигая. Его глаза были полны ярости.
Цзы Юаньюэ была удивлена шокирующим взглядом хозяина. В ее сердце поднялась буря. В тот момент она знала, что если скажет, что она не может, Цзюн Еян убьет ее без колебаний!
Этот человек, которого она видела лишь однажды на высоком помосте, был священен и неприкосновенен. Он был равнодушен, беспощаден, скрытен и необуздан, что заставляло людей жаждать его.
Теперь она была так близко к нему, это было выше ее самых смелых мечтаний.
Больше всего ее потрясло то, что человека, который прошел через многие трудности, в конце концов свергли другие. Теперь она обнаружила, что он не был ни хладнокровным, ни равнодушным. Но его нежность была отдана только одному человеку.
Сглотнув, Цзы Юаньюэ искоса взглянула в глаза Цзюн Еяна и сказала:
- Я могу!
Глава 132. Человек, который сошел с алтаря
После того, как Цзюн Еян услышал слова Цзы Юаньюэ, его тело, которое было как натянутая струна от нервного напряжения, наконец немного расслабилось, но его разум не отдыхал ни мгновения. В его взгляде на Цзы Юаньюэ больше не было холода.
- Что тебе нужно? - снова спросил Цзюн Еян. Он должен убедиться, что его Сюэ цела.
- Пусть приготовят немного теплой воды. У меня есть остальное, - негромко сказала Цзы Юаньюэ.
Цзюн Еян кивнул, выглянул наружу из бамбуковой хижины и сказал:
- Чжао, приготовь теплую воду. Поторопись.
Чжао, который ждал снаружи, быстро пошел исполнять.
Глядя на Цзюн Еяна, Цзы Юаньюэ хотела что-то сказать, но остановилась.
- Что ты хочешь сказать? - медленно спросил принц. Он даже не поднял головы. Он просто смотрел на Бай Аосюэ, но казалось, он мог видеть выражение лица Цзы Юаньюэ.
Цзы Юаньюэ была потрясена, но все же почтительно спросила:
- Хозяин, меч в груди госпожи нужно вытащить сейчас, но этот процесс будет очень болезненным. Я хочу спросить, нужно ли мне приготовить обезболивающее для госпожи?
Сердце Цзюн Еяна отчаянно затрепетало. Он действительно не хотел, чтобы человек, занимавший все его сердце, снова почувствовал боль.
- Нет нужды ... Вытащите его. Я могу вынести такую легкую боль... - Бай Аосюэ, которая была без сознания, внезапно заговорила.
На самом деле, она не совсем потеряла сознание. Она только была в пограничном состоянии. Время от времени она слышала их разговоры. Что касается анестезии, то она никогда не нуждалась в таких вещах.
В ее предыдущих словах не было ничего особенного. Когда она сражалась в джунглях Вьетнама, она использовала швейцарский армейский нож, чтобы разрезать лодыжку и вытащить пулю.
Во время всей процедуры она ни разу не закричала от боли.
Хрупкость? О... Она никогда не нуждалась в чем-то подобном.
Она была Бай Аосюэ, у которой не было иного выбора, кроме как быть сильной!
По сравнению со спокойной девушкой, двое других присутствующих были шокированы.
Цзюн Еян был потрясен, потому что услышал голос Бай Аосюэ. Он чувствовал себя как во сне и думал, что это иллюзия, поэтому не смел пошевелиться. Он боялся, что причинит ей боль, если снова двинется. Он предпочел бы испытать боль сам.
Однако Цзы Юаньюэ была шокирована решимостью и спокойствием Бай Аосюэ. Как будто длинный меч не застрял в ее теле. Как будто не она была тяжело ранена.
Спокойная и мудрая, равнодушная и холодная, сильная и непокорная - вот первое впечатление, которое Бай Аосюэ дала Цзы Юаньюэ.
Это была странная женщина, но она не раздражала. Напротив, она восхищалась ею.
До сих пор Цзы Юаньюэ не осмеливалась внимательно смотреть на Бай Аосюэ. Ее прекрасное лицо было бледным и бескровным, как чистая белая бумага. Загадочные глаза были плотно закрыты. Ее ресницы были похожи на крылья бабочек. Они были такими хрупкими, как будто один взмах мог их сломать. Нос у нее был маленький и тонкий, а нежные губы плотно упрямо сжаты.
Она казалась несравненно уязвимой, но была бесконечно упрямой. Отчужденной и непокорной одновременно.
- Но Сюэ ... это будет больно, я не хочу, чтобы ты ... - нерешительно сказал Цзюн Еян. Он посмотрел на Бай Аосюэ, и его голос был полон нежности, которую он даже не заметил.
Бай Aoсюэ не ответила. Не из-за того, что она не хотела говорить. Уходящая жизнь забирала у нее все силы.
Цзюн Еян знал, что никогда не сможет изменить убеждения этой упрямой женщины. Он знал это с самого начала, не так ли? Еще в самом начале он проиграл, и проиграл охотно.
- Хорошо, нет необходимости готовить обезболивающее, - Цзюн Еян тихо вздохнул. Он уступил.
Хотя она уже знала результат, Цзы Юаньюэ все еще была немного удивлена. Хозяин, вы действительно другой.
- Хозяин, я вытащу этот меч или вы? - осторожно спросила Цзы Юаньюэ.
Принц нахмурился и сказал без колебаний:
- Конечно, я.
Цзы Юаньюэ кивнула. Она так и думала.
- Хозяин, действуйте быстро, вытаскивая меч. Ваша рука не может дрожать. Его нужно немедленно вытащить. Этот меч не может оставаться в теле госпожи слишком долго. Чем дольше он остается, тем больший ущерб будет нанесен госпоже, - снова осторожно предупредила Цзы Юаньюэ.
Цзюн Еян кивнул:
- Иди готовься как можно быстрее. Я знаю, что делать.
Цзы Юаньюэ тоже не смела терять время. Для Бай Аосюэ в данный момент каждая потраченная впустую минута означала конец жизни. То есть теперь они все мчались наперегонки со смертью и временем!
- Сюэ. Я не позволю тебе уйти от меня. Если кто-то попытается отнять тебя у меня, я убью его, неважно, бог он или демон! - сказал Цзюн Еян глубоким голосом. Его лоб был прижат к лбу Бай Аосюэ.
Властные и величественные нотки в его голосе были непререкаемы. Однако, если внимательно прислушаться, можно было услышать, что этот величественный человек испугался. Его голос дрожал, а кончики пальцев побелели. Он сжал Бай Aoсюэ еще более плотно.
Почему он так испугался? Никто, кроме него, этого не поймет. Это потому, что он никогда не получал любви. Когда эта пара сияющих глаз посмотрела на него, и когда она выбрала его, он наконец понял, что такое тепло. Теперь, получив его, он не мог ее отпустить.
Он был как наркоман. Попробовав тепло Бай Аосюэ, он отказывался отпускать ее. Он просто хотел чувствовать тепло и чувствовать себя хозяином снова и снова. Он знал, что одержим, но никогда не жалел об этом. Разве человек, родившийся в темноте и жаждущий тепла, отпустит, получив то, что ему не должно принадлежать?
- Хозяин, мы готовы. Во-первых, я запечатаю несколько акупунктурных точек госпожи серебряными иглами, которые могут предотвратить вытекание крови. Ее жизненная сила в данный момент крайне нестабильна, поэтому несколько акупунктурных точек должны быть запечатаны, - сказала Цзы Юаньюэ. Она вынимала одну за другой свои драгоценные серебряные иглы, глядя на Цзюн Еяна.
Принц кивнул, а затем девушка воткнула серебряную иглу в каждую главную акупунктурную точку Бай Аосюэ.
- Госпожа, чувствуете что-нибудь неудобное? Пошевелите пальцами, если это так, - Цзы Юаньюэ посмотрела на Бай Аосюэ. Она боялась, что Бай Аосюэ плохо себя чувствует.
Видя, что ее пальцы не двигаются, Цзы Юаньюэ почувствовала облегчение. Взглянув на Цзюн Еяна, Цзы Юаньюэ торжественно кивнула, показывая, что он может вытащить меч.
Принц посмотрел на рукоять, торчащую из груди Бай Аосюэ. Он вдруг почувствовал, что дыхание у него неровное, и ладонь опять неизбежно затряслась.
Он использовал этот длинный меч, чтобы ударить ее своими собственными руками. Он смутно помнил, что ему вдруг стало тепло, когда он ударил ее. Оказалось, что она обняла его в это время.
Цзы Юаньюэ посмотрела на Цзюн Еяна, думая, что он расстроен, но она не знала, насколько больно ему было в данный момент.
- Хозяин, вы готовы? Мы должны сделать это как можно скорее! - еще раз напомнила Цзы Юаньюэ.
Цзюн Еян пришел в себя от голоса Цзы Юаньюэ. Он глубоко вздохнул и взялся за рукоять меча, пытаясь сдержать дрожь.
Он решительно убивал многих людей. Он не помнил и не считал их, но ни разу не моргнул и не вздрогнул. Однако на этот раз он почувствовал, что меч слишком тяжел, чтобы его можно было вытащить.
- Сюэ, это может быть больно. Я знаю, что ты сильная, но на этот раз тебе не нужно сопротивляться, - медленно произнес Цзюн Еян и снова вытер холодный пот со лба Бай Аосюэ.
В следующее мгновение он внезапно напрягся и в мгновение ока вытащил длинный меч из груди Бай Аосюэ, в то время как его руки неудержимо дрожали. Девушка не издала ни звука.
К счастью, перед возвращением в столицу Цзюн Еян сломал другой конец длинного меча. В противном случае, как больно было бы Бай Аосюэ, когда он вытаскивал его!
В тот же момент Цзы Юаньюэ начала применять лекарство.
Наконец, Бай Аосюэ почувствовала облегчение, когда длинный меч был вытащен, она полностью отключилась.
Носовым платком, смоченным в теплой воде, Цзы Юаньюэ вытерла кровавое пятно на груди Бай Аосюэ. Перевязав рану, она почувствовала полное облегчение.
- Господин, госпожа, вероятно, впадет в кратковременную кому. В этот период мы должны присматривать за ней. Если у нее начнется лихорадка, ее состояние ухудшится. Если она сможет благополучно пережить сегодняшний день, ее рана очень скоро заживет, - сказала она. Одновременно она разбирала свои вещи.
Цзюн Еян кивнул, показывая, что понимает. В этот момент он уже снял с Бай Аосюэ верхнее платье и положил ее на мягкую кровать.
- Я пропишу несколько тоников, которые будут питать жизненную энергию и кровь госпожи. Пусть она принимает их три раза в день, и она постепенно восстановится через неделю. Сегодня я останусь здесь. Я уеду завтра, когда ее состояние полностью стабилизируется, - продолжила Цзы Юаньюэ.
Цзюн Еян повернулся к ней и сказал:
- Сегодня я позабочусь о Сюэ. После того, как ты выйдешь, позволь Чжао отвести тебя в аптеку. Кстати, помоги мне подобрать юбки Сюэ. Не позволяй никому узнать. Сейчас Цзюн Ухэн серьезно сомневается во мне. Я не могу позволить ему подловить меня.
Цзы Юаньюэ осторожно кивнула. Хотя у хозяина было очень плохое здоровье, она не осмелилась уговорить его отдохнуть. Может быть, даже если бы его рвало кровью, он не оставил бы госпожу и на полшага.
Вздохнув, Цзы Юаньюэ тихо ушла. Она не хотела нарушать покой в этой комнате.
- Сюэ, я подожду, пока ты проснешься, - Цзюн Еян сидел рядом с кроватью, нежно держа руку Бай Аосюэ. Их пальцы переплелись.
Едва договорив, Цзюн Еян внезапно выплюнул полный рот крови, которая была потрясающе красной. Принц держался за грудь. Он негромко кашлянул и замолчал.
Вытерев кровь с уголка рта, он улыбнулся, как будто смеялся над самим собой. Он сказал:
- Я сказал, что никто не может забрать мою Сюэ!
Кончик его пальца скользнул по векам Бай Аосюэ, а затем опустился вниз, коснувшись ее щеки и обведя контур ее лица. В его сердце была небывалая полнота.
Неужели он навсегда потеряет свою возлюбленную? Он никогда не допустит, чтобы такое случилось! Ни в коем случае!!
Когда Цзы Юаньюэ вышла, она увидела Чжао, который покорно охранял дверь.
- Господин Чжао, - девушка почтительно поклонилась. В глазах этих людей Чжао и Налан Юхонг были недосягаемы.
Поклон тоже был необходим. Чжао убрал ножи и слегка взглянул на Цзы Юаньюэ. Он сказал:
- На этот раз вы сделали большой вклад. В любом случае, я хочу поблагодарить вас по собственной воле. Это не от имени хозяина.
Цзы Юаньюэ была озадачена, услышав слова Чжао. Она посмотрела на его холодное и красивое лицо.
- Хозяйка пострадала за хозяина. Я должен выразить свое удовлетворение, поскольку вы спасли госпожу, потому что она наша единственная госпожа. Вы это понимаете? - он снова опередил вопрос Цзы Юаньюэ, что позволило ей подтвердить свою догадку.
Человек, который всегда был равнодушен и высокомерен, действительно сошел с алтаря ради одного человека.
- Господин Чжао, если сегодня я не смогу спасти госпожу, господин убьет меня? - еще хотела спросить Цзы Юаньюэ.
Чжао наклонился и посмотрел на нее. Он сказал с презрительной улыбкой:
- Вы ошибаетесь. Хозяин вас не убьет. Он убьет всех. Он убьет всех в этом мире.
Глава 133. Все они были шахматными фигурами
Чжао знал, что если Бай Аосюэ не выживет, многие люди умрут. Он не был уверен, будет ли он одним из этих мертвецов, но у него не будет никаких жалоб, что бы ни случилось.
Цзы Юаньюэ, однако, была полностью потрясена словами Чжао. Он убьет всех во всем мире. Оказывается, та противоречивая и несравненная женщина была важнее великой цели хозяина в его сердце.
Пока Цзы Юаньюэ вздыхала, она искренне завидовала Бай Аосюэ. Она бы действительно ни о чем не жалела, если бы получила любовь от такого мужчины.
- А как насчет твоей задачи? - спросил Чжао, глядя на ошеломленную Цзы Юаньюэ. У него все еще были некоторые сомнения относительно причины, по которой Цзы Юаньюэ смогла прийти сюда так быстро.
Услышав вопрос Чжао, Цзы Юаньюэ поспешно пришла в себя и ответила:
- Все сделано. Первоначально я была в Мобэе, но некоторое время назад мать министра Яна в столице серьезно заболела. Я получила информацию, что должна свернуть дела и вылечить ее. Мне нужно было воспользоваться случаем, чтобы узнать о мыслях министра на данный момент. Если он не предатель, мы могли бы привлечь его на нашу сторону, это будет хорошо для нашего хозяина.
Чжао кивнул в знак согласия. Министр Ян действительно был праведным человеком и пользовался глубокой поддержкой народа, и он негодовал на Цзюн Ухэна. Если привлечь такой талант, в будущем у хозяина было бы много преимуществ.
Вероятно, это хороший план той лисы, которая прячется в темноте и высчитывает, подумал Чжао, прищурившись. И тут Чжао Е, который отдыхал у себя, вдруг яростно чихнул.
- Э-э... неужели я заболел? Ну, Юаньюэ случайно оказалась в столице. Я должен позволить ей прийти сюда и проверить, когда она будет свободна... – сказал себе Чжао Е. В своем уме он начал плести интриги, которые могли бы заманить людей в ловушку.
- Что ж, вам следует остаться в столице на некоторое время. Сейчас и хозяин, и принцесса находятся в не очень хороших условиях. Теперь мы должны быть бдительны, - спокойно сказал Чжао и кивнул.
Отведя Цзы Юаньюэ в аптеку, Чжао остался во дворе, думая о том, что произошло сегодня. Казалось, что люди, которых они встретили сегодня, имели зуб на хозяина. Нужно провести тщательное расследование их личностей. Он осторожно поднял руку, и к нему подошли две темные фигуры.
- Что я могу для вас сделать, господин Чжао? - почтительно спросил человек в черном.
Это были теневые стражи из резиденции пятого принца. За исключением Цзюн Еяна, они подчинялись только голосу Чжао.
- Соберите силы, чтобы тайно выяснить личности этих людей. Я должен узнать в течение одного дня, кто хотел доставить хозяину неприятности. Дайте мне знать, что происходит снаружи. Не проболтайтесь о ранах хозяина и принцессы. Если информация просочится, немедленно убейте информаторов, - холодно сказал Чжао и посмотрел на аптеку.
В эти дни у хозяина не будет времени, чтобы заняться всеми этими вещами. Во всяком случае, он должен положить конец всему, что несет вред для хозяина.
- Понял. Как сейчас хозяин, господин Чжао? - тревожно спросил человек в черном.
Они очень беспокоились о Цзюн Еяне и Бай Аосюэ. Пятый принц был их единственным хозяином. Естественно, они очень волновались.
Глядя на теневых стражей, Чжао был удовлетворен. Он был очень рад их заботе. И преданность, и верность были необходимы.
После того, как Чжао и Цзы Юаньюэ приготовили лекарство и одежду для Бай Аосюэ, они наткнулись на обеспокоенного Чжао Е. Управляющий был немного удивлен, когда увидел их вместе, но у него не было времени расспрашивать.
- Люди из императорского дворца пришли с приглашением. Хозяина и принцессу вызывают во дворец. Я думаю, Цзюн Ухэн узнал, что они уезжали из столицы. У него были сомнения, поэтому он вызвал хозяина, чтобы вызнать правду, - Чжао Е волновался, поэтому выражение его лица было мрачным.
Хотя он знал, что на Цзюн Еяна напали, он все еще не владел конкретной ситуацией. Чжао Е чувствовал себя немного неловко. Чжао нахмурился. С самого начала он знал, что информация об отъезде из столицы дойдет до императора, но не ожидал, что Цзюн Ухэн будет так взволнован. Их попросили пройти во дворец, как только они вернутся.
- Где хозяин? - видя, что Чжао молчит, Чжао Е снова спросил.
Взглянув на встревоженного управляющего, Чжао негромко сказал:
- Боюсь, что ни хозяин, ни принцесса не смогут сегодня пойти во дворец.
Чжао Е был поражен. Он подавил беспокойство в своем сердце и спросил:
- Почему?
- Принцесса была ранена. Сейчас она в большой опасности. Хозяин абсолютно точно не сможет уйти сейчас, - Чжао произносил одно слово за другим, глядя на Чжао Е.
Чжао Е нахмурил брови. Он был потрясен, услышав, что Бай Аосюэ получила травму, но еще больше он был недоволен этим. Травма принцессы определенно повлияет на хозяина, а именно этого Чжао Е не хотел видеть.
- Как она могла пострадать? Кто это сделал? - спросил Чжао Еe. Он, не мигая, смотрел на Чжао, даже не пытаясь скрыть недовольство.
Чжао тихо вздохнул. Он выглядел озадаченным, что удивило Чжао Е. Они были знакоми с Чжао уже много лет, и он редко видел другие выражения на его ледяном лице. Как мог Чжао Е не удивиться?
Бай Аосюэ произвела на управляющего плохое впечатление. С тех пор, как она появилась, хозяин был первым, кто изменился. Теперь даже всегда безразличный Чжао, изменился тоже. Это было не очень хорошо.
- Это сделал хозяин. Сегодня они попали в засаду. Хозяин был атакован ядами, и он использовал свою внутреннюю силу, которая почти заставила его потерять рассудок. Это принцесса смогла вернуть его обратно, - Чжао просто уточнил, что произошло сегодня. Он не хотел говорить больше, обнаружив, что Чжао Е недоволен.
Глаза Чжао Е широко распахнулись. Он не ожидал, что хозяина можно так запросто вернуть обратно. Обычно его связывали железной цепью каждый раз, когда яды активизировались, чтобы предотвратить его временное психическое расстройство, которое могло повредило ему и другим. Чжао Е никогда не думал, что Бай Аосюэ сможет вернуть Цзюн Еяна, когда тот потеряет рассудок. Как это случилось?
Чжао Е снова посмотрел на Чжао, надеясь, что тот расскажет ему подробности.
- Чжао Е, сегодня я скажу это в последний раз. Мне все равно, что ты думаешь о принцессе, но, пока я здесь, я не позволю тебе причинить ей боль. Она – наша единственная хозяйка. Так что забери свои мысли обратно. Я могу притвориться, что ничего не знаю, но если хозяин узнает, никто из вас не выживет, - сказал Чжао. Он серьезно посмотрел на Чжао Е и Цзы Юаньюэ. Выражение в его глазах потрясло их.
Потому что Чжао, с которым они были знакомы, заботился только о Цзюн Еяне. Ко всему остальному он всегда был безразличен, как живой мертвец. Однако теперь он так сильно заботился о Бай Аосюэ, что только доказывало, что она превыше всего в сердце хозяина.
- Я не хочу больше ничего говорить. Вы оба очень умны, и многое понимаете. Это первый и последний раз, когда я вам напоминаю. В следующий раз не вините меня за грубость, - Чжао посмотрел на молчавшего Чжао Е.
Повернувшись к Цзы Юаньюэ, Чжао сказал:
- Если вам нужно отварить лечебные травы, идите прямо в бамбуковый двор. Я не пойду туда.
Цзы Юаньюэ была потрясена словами Чжао. Услышав, что он обращается к ней, она быстро кивнула и больше ничего не сказала. Она испытывала те же чувства по отношению к Бай Aoсюэ как Чжао Е. Честно говоря, она восхищалась ею. Ее пронзил такой длинный меч, но она не кричала от боли. Цзы Юаньюэ никогда не обладала настолько сильной волей, чтобы вынести это.
Вероятно, она о чем-то догадалась после слов Чжао и ее восхищение Бай Aoсюэ только возросло. Как можно не восхищаться такой женщиной? Никто не осмеливался встретиться с хозяином, когда на него нападали яды, но она рисковала своей жизнью, чтобы спасти его. Она действительно была рада, как и Чжао, что мастер смог найти такую женщину.
Когда Чжао ушел, Цзы Юаньюэ и Чжао Е все еще стояли на месте.
- Управляющий Чжао Е, позвольте мне кое-что сказать. Я не знаю, почему вы в таком настроении, но я думаю, что с этого момента лучше его сменить. Сегодня вы не видели всего. Вы можете подумать, что принцесса потащит хозяина вниз, но, наоборот, меч в грудь принцессы вонзил именно хозяин, если то, что я предполагаю, верно. На самом деле, нормальные женщины были бы в шоке или убежали бы при таких обстоятельствах. Однако принцесса была готова пожертвовать собой, чтобы спасти хозяина. Как можно быть недовольным такой женщиной? Более того, это хозяин выбрал ее. Управляющий Чжао Е, не вмешивайтесь в его дела, - слова Цзы Юаньюэ были резкими,что разозлило Чжао Е.
В его глазах горел гнев. Но, Цзы Юаньюэ не боялась. Она посмотрела на него и продолжила:
- Вы думаете, что я зашла слишком далеко? Но я сказала то, что думаю. Я надеюсь, что вы подумаете об этом. Вам лучше не показывать свои эмоции сегодня хозяину, потому что в этом случае он вас убьет!
Больше Цзы Юаньюэ ничего не сказала. Она поспешно ушла, так как принцесса ждала лекарства. Сегодня она и господин Чжао просветили управляющего. Она надеялась, что он сможет вести себя прилично.
В конце концов, все они были лишь шахматными фигурами в руках хозяина. Хотя они могли умереть в любой момент, они были готовы пожертвовать собой.
Однако, если хозяин разозлится, он уничтожит их в мгновение ока. Неужели управляющий Чжао Е думает, что, раз хозяин изменился, он будет относиться ко всем по-другому? Если так, то он неисправим.
Цзы Юаньюэ слегка покачала головой, надеясь, что управляющий не зайдет слишком далеко.
Чжао уже прибыл в бамбуковый двор раньше, чем они. Он докладывал Цзюн Еяну новости.
Услышав это, принц холодно и презрительно улыбнулся. Он сказал:
- Пошлите кого-нибудь сжечь курорт Жулань на Западной горе столицы. Убейте всех на этом курорте. Поскольку Цзюн Ухэн настолько свободен, что у него даже есть время заботиться обо мне, я найду для него какое-нибудь занятие.
Когда Чжао услышал это, его тело отчаянно затряслось, но он не осмелился сказать больше. Настроение хозяина сейчас было очень неустойчивым. Он не мог гарантировать, что хозяин не оттолкнет его, если он скажет еще хоть одно слово.
Курорт Жулань был одним из любимых курортов императора. Он отправлялся туда и отдыхал несколько дней, когда у него было время. Он должен впасть в ярость, как только его сожгут. У него не будет времени заботиться о хозяине.
- Кстати, после сожжения курорта Жулань ты лично пойдешь во дворец и уничтожишь эту надоедливую статую! Если бы мне не нужно было присматривать за Сюэ, я бы уничтожил ее сам. Такая грязная вещь должна исчезнуть. Так как Цзюн Ухэн так дорожит ею, я позволю ему испытать чувство потери! - в глазах Цзюн Еяна был волнующий холодный свет.
Однако скрытая грусть уже маячила на горизонте. Чжао знал, что его хозяин негодовал и в то же время жаждал этого. Чжао беспомощно вздохнул и кивнул. Он сказал:
- Понял.
- Ну, теперь ты можешь идти, - принц махнул рукой и повернулся, чтобы посмотреть на Бай Aoсюэ. Холод в его глазах исчез, сменившись любовью и заботой.
- Хозяин, как принцесса сейчас? Нужно ли мне говорить ее служанкам, что она ранена? - осторожно спросил Чжао.
Цзюн Еян сказал, не оборачиваясь:
- Сюэ станет лучше. Завтра отправляйся за Мумиан и другими. Сегодня оставьте нас в покое.
Поклонившись, Чжао медленно вышел и тихо закрыл дверь.
Глава 134. Обнаружить, что это не он, после пробуждения
Как и приказал Цзюн Еян, курорт Жулань сгорел дотла. Никто из тех, кого послал Цзюн Ухэн, так и не вернулся. Император взбесился и отдал приказ немедленно казнить любого, кто поджег курорт.
Министерство наказаний и без того было очень занято, а министры Центрального суда пребывали в панике. Казалось, грядут неприятности, но они еще не знали, что это был только тлеющий фитиль. Худшее было впереди.
Цзюн Ухэн был очень расстроен. Утром Е Жаоцзюэ и Луоянь пришли вместе и попросили его разрешить их брак. Луоянь все прояснила, а также рассказала Е Жаоцзюэ о споре между ней и Цзюн Ухэном. Это поставило императора в неловкую ситуацию.
Е Жаоцзюэ был упрямым человеком. Он не желал ничего обсуждать. Как мог Цзюн Ухэн не понять смысла его слов? Если он не согласится, Е Жаоцзюэ откажется от своей должности генерала и будет просто обычным гражданином. Это была голая угроза. Но теперь у него не было выбора.
Все солдаты уважали генерала Е и хотели следовать только за ним. Пока у него не было другого генерала, который мог бы завоевать сердца людей. Если Е Жаоцзюэ уйдет, армия будет страдать от низкого морального духа, появится сильное напряжение. Что же ему делать?
По крайней мере сейчас Е Жаоцзюэ нельзя было уволить. Когда он обучит преемника, он найдет возможность расправиться с генералом. И он, конечно же, выставит ему львиный счет!
Однако, когда Луоянь станет женой Е Жаоцзюэ, эта угроза станет больше. Пока он был в затруднительном положении, снаружи пришло сообщение, что ходят слухи о любви между Е Жаоцзюэ и Луоянь, но кто-то пытается помешать им быть вместе.
Простые люди, несомненно, должны были почитать Е Жаоцзюэ. Когда они услышали эти сплетни, они начали переживать и болеть за влюбленных. Если Цзюн Ухэн запретит их брак, он станет злодеем в глазах народа. Ему ничего не оставалось, как согласиться. С другой стороны, Бай Аосюэ все еще была под его контролем. Он не боялся восстания Е Жаоцзюэ. Если генерал вступит в заговор против императора, он заставит Бай Аосюэ убить его собственными руками!
Думая об этом, Цзюн Ухэн был уверен, что этот раунд за ним.
Разведчик сообщил, что карета из резиденции пятого принца уехала из города. Цзюн Ухэн был сбит с толку. Он планировал вызвать Бай Аосюэ во дворец, чтобы узнать правду, и не ожидал, что снова получит плохие новости. Его любимый курорт Жулань сгорел дотла. Он отправил людей, чтобы потушить огонь, но никто не вернулся.
- Вы все ни на что не годитесь! Что вы можете для меня сделать? - Цзюн Ухэн энергично смел все со стола, задыхаясь и громко ругаясь.
Все министры были срочно вызваны во дворец. В этот момент они не осмеливались произнести ни слова, лишь слушая, как император изливает свой гнев.
- Скажите что-нибудь! Вы что, тупые? Разве у вас нет дара болтать? Почему бы вам не заговорить сейчас? - Цзюн Ухэн прищурился, глядя на съежившихся министров, и гнев в его сердце был жесток до непримиримости.
- Ваше Величество, пожалуйста, успокойтесь! Берегите свое тело! - ученый из Императорской академии попробовал увещевать его.
Когда заговорил один, остальные, конечно, последовали его примеру. Цзюн Ухэн выслушивал одну лесть за другой. Хотя в душе он все еще был несчастлив, эти слова его очень удовлетворили.
- Ваше Величество, группа дворцовой стражи уже выслана. Я верю, что они скоро арестуют бандитов! Мощная сила дворцовой стражи очевидна для всех нас, - тут же сказал другой министр.
Цзюн Ухэн постепенно успокаивался. Увидев это, они продолжали льстить ему. Когда император уже собирался отпустить министров, маленький евнух поспешно вбежал во дворец.
- Что за дерзость! Разве вы не видите, там Его Величество? Почему вы так торопитесь? - его остановила стража у дверей.
Цзюн Ухэн ясно услышал шум снаружи. Он снова нахмурился. Что сегодня происходит? Все вызывало у него беспокойство.
- Ваше Величество! Ваше Величество! У меня для вас важные новости! - маленький евнух, остановленный стражником, крикнул у ворот.
Внезапно в зале воцарилась тишина, и пронзительный голос евнуха эхом разнесся по залу. Когда министры услышали, что есть большие новости, они снова занервничали. Они боялись еще одной большой беды!
Сердце Цзюн Ухэна внезапно сильно забилось, он сказал евнуху Чжао:
- Впусти его. Я хочу знать, что за большие новости.
Брови и глаза евнуха Чжао задрожали, но он подавил беспокойство в своем сердце:
- Впусти его.
Как только охранник услышал приказ, он тут же отпустил евнуха. Тот, спотыкаясь, вошел в зал и опустился на колени, затаив дыхание. Цзюн Ухэн посмотрел на евнуха, и его брови нахмурились еще сильнее.
Евнух Чжао всегда умел наблюдать за речью и поведением человека. Он сказал резким голосом:
- Почему еще не докладываешь? Его Величество ждет!
Маленький евнух был потрясен голосом евнуха Чжао. Он не смел дышать, но несколько раз поклонился Цзюн Ухэну.
- Сегодня я по приказу наложницы Юн сходил в Императорский сад за вещами. Мы случайно проходили мимо императорского кабинета. Мы услышали звук тяжелых предметов, падающих на землю, и звук бьющегося фарфора. Я думал, что Ваше Величество в комнате, но я несколько раз крикнул, и никто не ответил. Я обнаружил, что дела идут плохо, и отправился в кабинет под руководством наложницы Юн, - евнух углубился в подробности, словно припоминая.
- Я пришел в императорский кабинет с наложницей Юн и обнаружил, что Вашего Величества нет в кабинете, так что нам стало намного легче. Но под столом было много кусочков белого нефрита. Когда я зашел за наложницей Юн, я увидел скульптуру, которую видел на банкете несколько дней назад. Это была белая нефритовая скульптура, присланная несравненным принцем, и она уже была сломана, - чем больше евнух говорил, тем тише становился его голос, но он настаивал на своем.
Тело Цзюн Ухэна на высоком троне стал чрезвычайно жестким, всю доброту как ветром сдуло. Крепко сжав кулаки, он сказал:
- О чем ты говоришь? Скажи это еще раз!
На сердце маленького евнуха похолодело от голоса Цзюн Ухэна, но он все же собрался с духом и громко сказал:
- Скульптура в императорском кабинете разбита! - он крепко зажмурился и не осмеливался взглянуть на императора.
Как только его слова прозвучали, сердце евнуха Чжао пропустило удар. Он знал, что случится что-то плохое. Министры не осмеливались говорить. Некоторые люди, знавшие кое-что из внутренней истории, стонали про себя. Все они понимали важность этой скульптуры. Хотя были те, кто не знал ее происхождения, и не были так напуганы, как другие, они также нервничали, глядя на холодное выражение лица Цзюн Ухэна.
- Хорошо! Хорошо! Хорошо! Очень хорошо! - император сказал «хорошо» четыре раза подряд. Он крепко сжал кулаки. Казалось, что его взгляд может убивать людей. Никто не осмеливался смотреть прямо на него.
- Отправляемся в императорский кабинет! - громко сказал он.
В данный момент он просто хотел увидеть скульптуру и подтвердить то, что сказал евнух. Остальное его не волновало. Министры внимательно следили за Цзюн Ухэном. Они все дрожали. Когда они пришли в императорский кабинет, их сердца уже бились практически в горле.
Цзюн Ухэн вошел в кабинет и увидел там наложницу Юн. Она приказывала людям собрать кусочки белого нефрита. Такая сцена заставила Цзюн Ухэна потерять рассудок. Он шагнул к наложнице Юн, поднял руку и сильно ударил ее!
- Сука! Что ты делаешь!
Никто этого не ожидал. Все знали, как сильно Цзюн Ухэн любил наложницу Юн, и они не думали, что наложница будет избита за скульптуру. Более того, они не ожидали, что всегда элегантный император, будет иметь такую жестокую сторону! Наложница Юн упала, схватившись за покрасневшее от удара лицо и неверяще посмотрела на Цзюн Ухэна. Но император даже не взглянул на нее. Он обернулся и посмотрел на всех присутствующих. Его глаза были холодными и мрачными.
- Стража! - громко крикнул Цзюн Ухэн.
Охранники, которые ждали снаружи, немедленно вошли и встали рядом.
- Убейте сегодня всех, кто дежурил в Императорском кабинете! - яростно и холодно сказал Цзюн Ухэн, не обращая внимания на побледневших служанок и евнухов.
Такое поведение заставило министров испугаться. Никто не осмеливался его разубеждать. Телохранители схватили евнухов и служанок и увели их. Всю дорогу слышались крики и мольбы о пощаде. Но Цзюн Ухэн был равнодушен.
- Пошлите кого-нибудь окружить дворец! Никому не позволено уходить без моего приказа! Я хочу посмотреть, кто осмелится бросить мне вызов! - сердито прорычал он.
В этот момент Цзюн Ухэн походил на поверженного льва, лишенного достоинства и грации.
В то же самое время Цзюн Еян в бамбуковом дворе сидел рядом с Бай Аосюэ. Он не отдыхал и не ел. Он даже не знал, сколько крови выкашлял. Яды в его организме распространялись, но все они подавлялись им с помощью внутренней силы.
Он очень четко представлял себе свое физическое состояние на данный момент. Он не знал, как долго сможет контролировать поток токсинов, но в любом случае, он должен продержаться до завтра!
Когда Чжао пришел в бамбуковый двор, дверь не была закрыта. Он увидел, что Цзюн Еян кашляет кровью, но он вытер уголки рта, как будто ничего не произошло, и все еще заботился о Бай Аосюэ.
Он знал, что в данный момент не может убедить хозяина лечить себя. Но он не мог видеть его таким. Если так пойдет и дальше, Цзюн Еян рано или поздно опять станет одержимым!
- Хозяин ... - тихо позвал Чжао, входя в бамбуковый дом.
- Ну, как дела? - легко спросил Цзюн Еян.
- Скульптура была разрушена, а курорт Жулань сожжен. Брак между генералом Е и принцессой Луоянь был утвержден, - он докладывал обо всем по порядку.
Цзюн Еян выслушал, удовлетворенно кивнул и ласково посмотрел на Бай Аосюэ. Он сказал:
- Сюэ, брак между дядей и Луоянь был улажен. Ты будешь счастлива.
- Ну, ты можешь идти, - скомандовал Цзюн Еян.
- Господин ... ваша рана, - Чжао хотел что-то сказать, но передумал.
Цзюн Еян наверняка знал, что он собирается сказать.
- Тебе не нужно меня уговаривать, - перебил он, - Я все равно останусь до завтра и посмотрю состояние Сюэ.
Зная, что уговоры бесполезны, Чжао тихо отступил, надеясь, что принцесса скоро поправится. Цзюн Еян остался возле кровати, крепко держа Бай Аосюэ за руку, и тихо позвал:
- Сюэ...Сюэ, - пока он произносил это имя, он забывал о боли.
На следующий день солнечные лучи осветили брови и глаза Бай Аосюэ, согревая ее как всегда. Бай Аосюэ медленно открыла глаза и ощутила теплый солнечный свет на лице. Чувство, что это действительно хорошо - быть живым, вернулось снова.
Она встретилась взглядом с очень радостной Мумиан.
- Мисс! Вы не спите! Отлично, отлично!
Она думала, что сможет увидеть его после пробуждения…
Глава 135. Сегодня я должна его увидеть
Если бы Бай Аосюэ проснулась на несколько минут раньше, она наверняка увидела бы Цзюн Еяна. Сначала принц намеревался остаться с Бай Аосюэ до пробуждения, но он больше не мог подавлять токсины в своем теле. Он не хотел делать ничего такого, о чем пришлось бы потом жалеть.
- О! - Цзюн Еян тяжело закашлялся, снова выдавив кровь. Его лицо было бледным, как бумага.
Черные глаза стали еще более безумными, чем когда-либо прежде. Чжао вошел вместе с Мумиан и другими и только что увидел, как Цзюн Еян кашляет. Они были потрясены и встревожены.
Как раз когда они собирались что-то сказать, внутренняя сила Цзюн Еяна сильным ветром атаковала их. Чжао оттолкнул Вэньси и Мумиан, и оттащил Хонсю, потянув ее за воротник, чтобы увернуться от удара.
Когда Цзюн Еян обернулся, в его глазах вспыхнул янтарный свет. Он был поразительно загадочен. Кровь в уголках его рта была стерта не полностью и непрерывно текла вниз.
Мумиан и другие увидели это. Они не знали, что произошло. Хотя Чжао сказал им, что их мисс ранена, они не ожидали, что принц тоже ранен. Они тихо вскрикнули, но их больше беспокоила безопасность Бай Аосюэ.
- Хозяин. Я привел сюда Мумиан и других, - стоя в дверях, почтительно произнес Чжао, опустив глаза.
- Пусть придет Цзы Юаньюэ, - глубокий голос Цзюн Еяна донесся до его ушей.
Он не осмеливался задерживаться. Чжао сразу же пошел искать девушку.
- Мумиан и остальные, можете войти, - Цзюн Еян все еще крепко держал руки Бай Аосюэ и не смотрел на них.
Служанки переглянулись и быстро вошли в бамбуковый двор.
- Ваше высочество... - Мумиан сначала хотела что-то сказать, но увидела лежащую на кровати Бай Аосюэ, и ее сердце внезапно сжалось.
Вчера мисс была в порядке. Как она могла лежать здесь без сил сегодня? Мумиан почувствовал панику, ей казалось, что Бай Аосюэ уйдет в любой момент.
- Мисс! Что случилось с мисс? Ваше высочество? - Мумиан подошла к Бай Аосюэ с болью в сердце и посмотрела на Цзюн Еяна, притворяясь спокойной.
Хонсю и Вэньси вошли вслед за ней, плотно нахмурившись.
- Я попросил вас прийти сюда сегодня, чтобы кое-что объяснить. Внимательно слушайте, - Цзюн Еян не ответил на вопрос Мумиан.
Мумиан и другие поняли, что то, что скажет Цзюн Еян, должно быть очень важно. Все они серьезно кивнули и сказали:
- Пожалуйста, продолжайте, Ваше высочество.
- Я уеду на несколько дней. Дата возвращения неизвестна. Сюэ останется на вашем попечении. После того, как я уйду, здесь меня заменит человек. Вы можете продолжать жить как обычно. Не беспокойтесь о том, что происходит во дворце. Просто хорошо заботьтесь о Сюэ и дайте ей выздороветь, - голос Цзюн Еяна был легким и звучал слабо.
Когда он договорил, принц крепко сжал тонкие пальцы Бай Аосюэ и неохотно опустил руки. Он не хотел уходить.
- Ваше высочество, что мы должны сказать, если мисс заговорит о вас, когда проснется? - осторожно спросила Мумиан.
Цзюн Еян был удивлен и горько улыбнулся. Он сказал:
- Сюэ не будет думать обо мне, когда проснется.
Когда Мумиан хотела сказать что-то еще, Чжао привел элегантную женщину в бамбуковый двор.
- Хозяин, Цзы Юаньюэ здесь, - почтительно сказал он.
Цзюн Еян кивнул и сказал:
- Подойди и посмотри на Сюэ.
Цзы Юаньюэ не смела мешкать, взяла аптечку и быстро подошла к кровати. Она осторожно пощупала пульс, проверила температуру Бай Аосюэ и, убедившись, что в ране нет кровотечения, тоже почувствовала огромное облегчение.
- Как она? - хотя Цзюнь Еян был немного встревожен, когда увидел, что Цзы Юаньюэ не говорит, он все еще спокойно спросил.
- Поздравляю! Принцесса прошла самый опасный период, и теперь это не большая проблема. Пока о ней хорошо заботятся через какое-то время ей станет лучше, - напряженные нервы Цзы Юаньюэ тоже немного расслабились.
И ее слова позволили остальным немного успокоиться.
- Господь благословляет доброго человека! Мисс непременно станет лучше! - радостно сказала Хонсю Вэньси. Вэньси тоже улыбнулась и кивнула. Мумиан тихо вытерла слезы. Как раз когда все погрузились в счастливое состояние, Цзюн Еян снова сплюнул кровь.
- Ах! - Мумиан, стоявшая рядом, первой увидела это и закричала.
Чжао поспешил на помощь Цзюн Еяну, и Цзы Юаньюэ пощупала его пульс.
- Господин Чжао, что случилось с принцем? - Мумиан и другие с тревогой спрашивали Чжао.
- Господин, вас нужно лечить немедленно. Токсины движутся по меридианам, и ваше тело находится на грани кризиса, - спокойно сказала Цзы Юаньюэ.
Однако ее рука, нащупывающая пульс Цзюн Еяна, сильно дрожала, потому что она знала, что на этот раз все очень серьезно! Это было выше ее ожиданий. После того, как Чжао услышал, что сказала Цзы Юаньюэ, он со стуком опустился на колени, и этот звук заставил всех застыть в шоке.
- Господин, умоляю вас! Пожалуйста, сначала получите лечение. Хозяин, ваше тело не выдержит такого рода страданий! - сказал Чжао, глядя на Цзюн Еяна печально и искренне.
Как раз перед тем, как все пришли в себя, Цзы Юаньюэ тоже опустилась на колени рядом с Чжао.
- Господин, принцессе будет лучше. Вы же не хотите, чтобы принцесса беспокоилась о вас после выздоровления? - осторожно сказала Цзы Юаньюэ, но беспокойство в ее глазах не было фальшивым.
Хотя Мумиан и другие не знали, что происходит, но они не могли не видеть слабость Цзюн Еяна. Они также знали, что принц, должно быть, заботился о мисс всю ночь.
- Идите скорее отдыхать, Ваше высочество. Мы хорошо позаботимся о мисс, - Мумиан и двое других посмотрели друг на друга, заговорив одновременно.
Цзюн Еян также знал предел своего тела, поэтому он не стал упираться. Несмотря на то, что он хотел дождаться пробуждения Бай Аосюэ, чтобы первым человеком, которого она увидит, был он. Но в любом случае у него было слишком много дел. Он не мог здесь оставаться!
- После того, как Сюэ проснется, если она действительно спросит меня, ты скажешь ей, что мне нужно кое с чем разобраться и уехать на несколько дней, - приказал Цзюн Еян.
Чжао и Цзы Юаньюэ поняли, что Цзюн Еян согласился, и были очень счастливы.
- Мы все сделаем. Пожалуйста, скорее идите отдыхать. Вы должны быстро поправиться. Хотя мы, служанки, не знаем, что произошло, мы знаем, что мисс очень заботится о Вашем высочеств, - искренне сказала Мумиан.
Цзюн Еян прислушался к ее словам, и его холодные губы изогнулись изящной дугой, отчего все были совершенно ошеломлены. Он был холоден, властен и великолепен.
Вскоре после того, как они отослали Цзюн Еяна, Бай Аосюэ проснулась. Увидев рядом Мумиан, Бай Aoсюэ почувствовала себя немного разочарованной. Она все еще чувствовала себя в безопасности из-за холодного аромата бамбука, державшегося на кончике ее носа. Бай Аосюэ знала, что это был запах Цзюн Еяна.
Хонсю быстро передала ей воду и сказала:
- Мисс, выпейте немного воды. Есть ли сейчас какой-нибудь дискомфорт?
- Где Цзюн Еян? - невольно она произнесла имя, которое привиделось ей во сне.
Мумиан и другие девушки были ошеломлены. Через несколько секунд они поменялись в лицах. Мумиан посмотрела на Вэньси вместе с Хонсю, надеясь, что она сможет объяснить. Вэньси дернула уголком рта, но спокойно сказала:
- Мисс, принцу нужно было кое-что сделать, и он уехал на несколько дней.
Но ее глаза не смотрели на Бай Аосюэ. Глядя на Вэньси и остальных, Бай Аосюэ испытывала некоторые сомнения в своем сердце. Но вошла Цзы Юаньюэ и прервала ее.
- Принцесса, вы проснулись? Как вы себя чувствуете сейчас? - Цзы Юаньюэ поспешно подошла пощупать пульс.
Бай Аосюэ вспомнила, что именно эта женщина лечила ее, и не мешала ей.
- Где Цзюн Еян? Ты знаешь? - Бай Aoсюэ, очевидно, не поверила Вэньси. Цзюн Еян, должно быть, серьезно ранен. Для него было невозможно заниматься чем-то другим.
Цзы Юаньюэ должна это знать. Так как она была из людей Цзюн Еяна, а также врачом, если Цзюн Еян ранен, он обратится к ней. Судя по лечению, которое она ей дала, ее медицинские навыки должны быть превосходными.
Услышав вопрос Бай Аосюэ, рука Цзы Юаньюэ, щупавшая пульс Бай Аосюэ, слегка дрогнула. Хотя это было очень слабое движение, Бай Аосюэ все же ощутила его.
- Есть кое-что в Мобэе, с чем должен разобраться сам хозяин. Он помчался туда рано утром, - осторожно сказала Цзы Юаньюэ, опустив голову.
Цзы Юаньюэ слышала от Чжао, что принцесса была очень умным человеком. По сравнению с хозяином она могла быть даже более проницательной. Нужно быть более осторожной.
- О, неужели? Сколько времени это займет? - спросила Бай Аосюэ, казалось бы случайно.
Цзы Юаньюэ сказала:
- Я не знаю.
- А... это из-за его травмы. Или я должна поверить, что вы потеряли представление о его ядах? - с улыбкой спросила Бай Аосюэ. Хотя ее голос был очень мягким, он все же напугал Цзы Юаньюэ.
Девушка быстро подняла голову и посмотрела на Бай Аосюэ. Глаза Бай Aoсюэ не моргали и ничего не скрывали. Она позволила Цзы Юаньюэ посмотреть на нее.
- Я хочу видеть Цзюн Еяна, - Бай Аосюэ безразлично посмотрела на врача. Ее слова без сомнения заставили Цзы Юаньюэ почувствовать, что человек перед ней – ее госпожа.
- Принцесса ... - Цзы Юаньюэ смущенно посмотрела на Бай Аосюэ.
- Пусть Чжао придет сюда. Сегодня я должна увидеть Цзюн Еяна, - не дожидаясь, пока Цзы Юаньюэ продолжит, снова сказала Бай Аосюэ.
В данный момент она все еще была очень слаба. Ее тело перенесло слишком большую нагрузку. Это было чудо, что она могла продолжать так говорить. Ее сердце все еще немного болело, но она ни разу не нахмурилась. Цзы Юаньюэ посмотрел на профиль Бай Аосюэ. Солнечный свет отражался от края окна и освещал ее. Казалось, что она покрыта слоем золотого света, святая и непокорная.
Плотно сжатые тонкие губы демонстрировали какое-то шокирующее упрямство. Ресницы мягко трепетали. Когда на нее падал солнечный свет, казалось, что она хрупкая и сломается от одного прикосновения, но на самом деле она была несравненно сильна.
Цзы Юаньюэ открыла рот и хотела что-то сказать, но не знала, что, потому что в глубине души знала, что такую принцессу не проведешь. Цзы Юаньюэ нашла отражение своего хозяина в Бай Аосюэ, они оба были гордыми, неуправляемыми и необузданными. Уверенность и величие в ее глазах ослепляли и завораживали.
- Принцесса, я слышал, что вы хотите меня видеть, - стройное и прямое тело медленно появилось рядом с Бай Аосюэ, двигаясь против света. Голос был низким, с оттенком магнетизма.
Казалось, это был голос Цзюн Еяна.