111-115(исправлено)
Глава 111. Пришло время увидеть предков
Бай Аосюэ наклонила голову, и ее глаза проследили за голосом. Она увидела быстро приближающуюся фигуру в одежде такого же цвета, что и у нее.
- Сюэ, когда ты познакомилась с принцессой Луоянь? - удивленно спросил Цзюн Еян.
- Ну ... Принцесса Луоянь влюблена в моего дядю, и, естественно, я ей тоже нравлюсь, - подумав, медленно ответила Бай Aoсюэ.
Рука Цзюн Еяна, державшая Бай Аосюэ, внезапно напряглась. Он считал, что его любви достаточно для Сюэ, и было бы лучше, чтобы другие не вмешивались, даже женщины!
- Принцесса Луоянь, - Бай Аосюэ вежливо поклонилась, в этом жесте не было ни излишнего смирения, ни высокомерия.
Луоянь оценила ее фиолетовое платье, прекрасное, как у феи.
- О, это платье очень красиво смотрится на тебе, я не зря привезла его из Мобея, - принцесса с восхищением посмотрела на девушку.
Только на Бай Аосюэ платье могло раскрыть волшебную красоту и ауру, которую должна иметь юбка.
Когда Бай Аосюэ услышала слова Луоянь, она с сомнением оглянулась на Вэньси и Хонсю, только чтобы увидеть, как Вэньси кивнула головой, показывая, что принцесса говорит правду.
- Спасибо, что прислали мне платье. Мне оно очень нравится, - Бай Aoсюэ сказала вежливо, но слегка отчужденно.
Луоянь нахмурилась.
- Аосюэ, я не подлизываюсь к тебе из-за Е Жаоцзюэ, или лучше сказать, что я начала с идеи приблизиться к тебе, но, после нескольких дней наблюдения, я также обнаружила, что ты достойна моей дружбы. Мне нравятся такие женщины, как ты. Ты как люди Мобэя, никогда не притворяешься.
Луоянь говорила правду. Наблюдение за Бай Аосюэ в эти дни было прорывом, и она сочла ее достойной того, чтобы подружиться. И то, что Бай Аосюэ сказала Е Жаоцзюэ в день своего замужества, заставило Луоянь по-настоящему понять ее. Именно такие женщины были наиболее достойны сердечной дружбы.
Бай Аосюэ уже более-менее поняла темперамент жителей Мобэея. Они были прямолинейными и откровенными, никогда не говорили окольными путями. Их симпатии, признательность и ненависть проявляются без колебаний.
Такому человеку легче жить, не скрывая своей истинной природы, и быть свободным.
- Принцесса Луоянь слишком уважительно относится ко мне, - Бай Аосюэ слегка рассмеялась, и ее тон стал менее обходительным и вежливым.
Луоянь, естественно, почувствовала перемену в Бай Аосюэ и была очень счастлива. Как бы то ни было, она надеялась стать ей настоящей подругой, она верила, что они разделяют одни и те же убеждения.
Бай Аосюэ считала, что принцесса ни в коем случае не причинит ей вреда. Для нее было разумно искать к ней подход. В конце концов, Луоянь очень любила ее дядю.
Чтобы прорваться через непобедимую крепость Е Жаоцзюэ, она должна начать с Бай Аосюэ.
И Бай Aoсюэ действительно оценила принцессу. Во всяком случае, у нее появится новый друг, ей было полезно подружиться с Луоянь, и это не принесло бы никакого вреда. Она также надеялась, что Луоянь сможет завоевать сердце Е Жаоцзюэ. В конце концов, ее дядя был одинок слишком много лет. Должна быть женщина, которая могла бы сражаться на поле боя и путешествовать вместе с ним.
Принцесса была создана как раз для него!
- Аосюэ, тебе не нужно скромничать. Ты заслуживаешь моей признательности, - Луоянь искренне посмотрела на Бай Аосюэ.
Девушка была слегка удивлена и сказала:
- Тогда я приму эту благодарность.
Она умела говорить правильные вещи и хорошо знала, что ей следует делать в определенных обстоятельствах. Излишняя скромность затруднила бы установление дружбы между ними.
- Ха-ха... Вот так правильно! - Луоянь весело рассмеялась. Она была очень рада, что Бай Аосюэ стала ее другом.
- Сюэ ... нам пора идти во дворец, - напомнил Цзюн Еян.
Бай Aoсюэ почувствовала некоторое недовольство. Глядя в обвиняющие глаза пятого принца, она догадалась, о чем думает Цзюн Еян, вероятно, он был несчастен, потому что она надолго оставила его одного.
Луоянь также внимательно посмотрела на Цзюн Еяна. На нем была нефритовая маска, и, за исключением холодных тонких губ и узких глаз, остальное было плотно прикрыто. Но даже эти две части лица были настолько привлекательны, что уродливое лицо, скрывавшееся под маской согласно слухам, можно было упустить из виду.
В это время Цзюн Еян сосредоточил все свое внимание на Бай Аосюэ, как будто ничего вокруг не существовало. Его черные глаза отражали ее прекрасное лицо.
- Кстати, зачем принцесса Луоянь пришла сегодня во дворец? - Бай Aoсюэ не хотела заморачиваться поведением принца. Она лениво посмотрела на Луоянь и спросила.
Услышав это, Луоянь вспомнила о цели своей поездки.
- Я чуть не забыла, хорошо, что ты упомянула об этом. Императорская наложница Юн пригласила меня посетить Императорский сад. Я пойду, навещу тебя в следующий раз, - Луоянь нежно погладила ее по голове.
Когда Бай Аосюэ услышала слова Луоянь, уголок ее губ дернулся, она догадалась, что здесь будет скрытая опасность. Лю Манюнь уже была настороже из-за стремления Цзюн Ухэна заполучить Луоянь, не говоря уже о том, что принцесса Мобэя была намного красивее наложницы.
- Тебе лучше быть осторожнее. Эта женщина не очень хорошая, - напомнила Бай Aoсюэ. Она не хотела, чтобы Луоянь попала в неудобную ситуацию, если она действительно станет ее тетей.
Принцесса подмигнула Бай Аосюэ и сказала:
- Не волнуйся, я родилась во дворце и видела много женских фокусов. Если императорская наложница Юн захочет подразнить меня, я буду отбиваться и позволю ей самой попробовать горькие плоды!
Бай Аосюэ сразу вспомнила, что Луоянь была принцессой королевской семьи. Для нее интриги женщин во дворце были обычным делом, как обед или ужин.
Девушка немного успокоилась и медленно произнесла:
- Принц и я идем к императору. Если у тебя будет время в будущем, ты можешь прийти в резиденцию пятого принца, чтобы увидеть меня.
- Или я вернусь через три дня, и ты сможешь приехать прямо в резиденцию генерала, - помолчав, добавила Бай Аосюэ.
Как только Луоянь услышала второе предложение, она поняла намек Бай Аосюэ и с восхищением похлопала ее по плечу:
- Как и ожидалось, у нас есть общие темы для разговоров. Я приеду в резиденцию генерала через три дня. А сейчас не буду мешать вам и пятому принцу.
Луоянь давно обнаружила, что взгляд Цзюн Еяна почти заморозил ее до смерти.
- До свидания, пятый принц, - Луоянь повернулась, чтобы посмотреть на Цзюн Еяна, и не скрывала злорадства в глазах.
Цзюн Еян равнодушно сказал:
- Берегите себя.
Хотя его тон был безразличным и мягким, Луоянь все же чувствовала, что он не может дождаться, когда она, наконец, исчезнет. Больше не задерживаясь, принцесса последовала за ожидающим евнухом и вошла во дворец раньше, чем Бай Аосюэ.
- Нам тоже пора идти. Должно быть, он ждет очень долго, - безразлично произнес Цзюн Еян и посмотрел на высокую дверь.
Бай Аосюэ увидела стремление победить в его глазах. Свет скрывался в темноте, сосуществуя с ней. День, когда свет пробьется сквозь тьму, может стать днем, когда Цзюн Еян добьется успеха.
Не думая больше ни о чем, Бай Аосюэ покачала головой и вошла во дворец. Во всяком случае теперь она заключила союз с Цзюн Еяном. Если он хочет получить трон, она просто поможет ему! Для нее не имело никакого значение, будет ли она сидеть на этом высоком посту.
Едва они вошли во дворец, евнух Кан Шэнг, ожидавший в стороне, бросился им навстречу.
- Наконец, пятый принц и пятая принцесса прибыли. Я ждал тебя очень долго, - евнух улыбнулся и подмигнул Бай Аосюэ.
Бай Aoсюэ знала, что он пошутил. Она не смогла удержаться от смеха и сказала:
- Прости, что заставила тебя ждать.
Цзюн Еян был недоволен, видя, как они смеются, не испытывая угрызений совести. Но теперь, оказавшись во дворце, он должен быть осторожен.
- Приветствую пятого принца и пятую принцессу, - почтительно склонился Кан Шэнг. Теперь он был уже не так легкомыслен, как раньше.
- Обойдемся без этого. Где мой императорский брат? Отведи нас к нему в гости, - сказал Цзюн Еян.
- Его Величество в Зале Мойю. Он приказал мне проводить принца и принцессу, - ответил Кан Шэнг.
Бай Аосюэ не могла не приподнять брови, когда услышала о зале Мойю. Она не понимала, что собирается сделать Цзюн Ухэн.
Цзюн Еян холодно улыбнулся и сказал:
- Показывай дорогу.
Кан Шэнг удивленно посмотрел на принца. Он никогда не видел, чтобы Цзюн Еян говорил с такой силой.
По пути Бай Аосюэ и Цзюн Еян все время очень ласково разговаривали, создавая впечатление, что они влюбленная пара.
Через некоторое время они добрались до Зала Мойю. Бай Аосюэ и Цзюн Еян переглянулись. Оба они увидели безразличие в глазах друг друга.
- Ваше Величество, прибыли пятый принц и пятая принцесса! - Кан Шэнг почтительно посмотрел на императора.
Цзюн Ухэн сидел в переднем дворе Зала Мойю и отдыхал с закрытыми глазами. Когда он услышал слова евнуха, то махнул рукой и сказал:
- Можете идти.
После того, как все слуги ушли, он открыл глаза:
- Подойдите и садитесь. Вчера я был счастлив и слишком много выпил.
- Благодарю, - Цзюн Еян медленно пошел к императору, держа за руку Бай Aoсюэ.
- Ваша свадьба была моим желанием, а также последним желанием нашего отца, - с чувством произнес Цзюн Ухэн.
- Совершенно верно. Сюэ - это человек, с которым мне суждено было встретиться. Я, конечно, буду хорошо с ней обращаться, - ласково сказал Цзюн Еян, а затем поднял руку Бай Аосюэ и нежно посмотрел на нее.
Бай Аосюэ было неудобно под нежным взглядом Цзюн Еяна. Она неестественно сказала:
- Принц относится ко мне очень хорошо. Я должна поблагодарить императора за этот брак, позволивший мне найти свою идеальную судьбу.
Цзюн Ухэн все время смотрел на этих двух людей, боясь пропустить малейшее несоответствие. Но, судя по их глазам и выражению лиц, никакого подвоха не было. Он не мог не задаться вопросом, действительно ли Цзюн Еян испытывает чувства к Бай Аосюэ.
- Ха-ха... если так, то я принял правильное решение устроить этот брак, - Цзюн Ухэн громко рассмеялся.
Тем не менее, он думал, что если Цзюн Еян действительно влюблен в Бай Аосюэ, должна ли она принять ответные меры?
- Вообще-то, сегодня я тоже хочу кое-что объяснить Аосюэ. Кстати, пусть Аосюэ навестит нашего отца. В конце концов, она стала членом нашей королевской семьи, - медленно произнес Цзюн Ухэн, внимательно глядя на Цзюн Еяна.
Глава 112. Я не буду тебя благодарить
Когда Цзюнь Еян услышал слова императора, он кивнул:
- Ты прав, мой императорский брат. Я тоже так думаю. Когда-то моя мать дала мне один предмет и сказала, что только моя принцесса может открыть его. С тех пор он хранится в моем дворце. Я принесу его сюда. Пожалуйста, позаботься об Аосюэ для меня.
Глаза Цзюн Ухэна загорелись:
- Конечно, иди. Я сказал Кан Шэнгу, чтобы он все подготовил. Когда ты вернешься, мы пойдем на поклонение.
Цзюн Еян кивнул, а затем перевел взгляд на Бай Aoсюэ:
- Сюэ, подожди меня. Мой дворец далеко отсюда. Тебе лучше немного отдохнуть.
Бай Аосюэ, конечно, догадалась, что Цзюн Еян сделал это намеренно. Не было никаких сомнений в том, что Цзюн Ухэн спросит ее о прогрессе. Ей нужно было немного времени.
- Хорошо. Просто идите, ваше высочество. Я буду ждать вас здесь, как вы сказали, - Бай Аосюэ послушно кивнула.
Цзюн Еян встал и без колебаний пошел прочь. Увидев, что он ушел, Цзюн Ухэн поднялся и зажег благовония. Он медленно спросил:
- Как дела?
Бай Aoсюэ повернула голову в его сторону, ее глаза были пустыми, взгляд расфокусированным. Она посмотрела на Цзюн Ухэна и сказала:
- Хозяин, Цзюн Еян все еще не полностью доверяет мне. Вчера я не смогла ходить по его дворцу. Мне еще нужно немного времени.
В это время казалось, что Бай Аосюэ превратилась в бездушную марионетку. Видя это, Цзюн Ухэн понял, что Бай Цивэй не солгал ему. Повелитель души сработал.
Хотя Повелитель души был наркотиком, для полного контроля над отравленным человеком нужно было дать ему понюхать этот уникальный фимиам, чтобы яд начал действовать.
- Ты должна как можно скорее завоевать доверие Цзюн Еяна. Войди в его кабинет и найди его связь с министрами и его экономический источник, - прищурился Цзюн Ухэн.
Бай Aoсюэ тупо кивнула. Она была очень похожа на человека, чья душа находится под контролем.
На самом деле Бай Аосюэ презрительно усмехалась в своем сердце. Такие мерзкие персонажи как Цзюн Ухэн могли использовать только беспринципные трюки, подобные этому.
После того, как Бай Аосюэ кивнула, император тихо погасил благовония. Видя, что девушка все еще не пришла в себя, Цзюн Ухэн встал и открыл окно.
- О... что со мной случилось? - тихо произнесла Бай Аосюэ.
Цзюн Ухэн медленно подошел и спросил:
- Аосюэ, что случилось?
Бай Aoсюэ притворилась, что она дезориентирована и растерянно посмотрела на Цзюн Ухэна:
- Ничего. Ваше величество, вы не почувствовали странный аромат?
Цзюн Ухэн сказал со спокойным лицом:
- Странный аромат? Откуда? Я ничего не заметил.
Бай Аосюэ удивилась:
- Это странно. Я просто почувствовала легкий аромат.
- Наверное, это из-за цветов во дворе - я только что открыл окно. Цветы в Зале Мойю экзотические и ароматные, так что ничего удивительного в том, что их запах немного непривычен, - тихо произнес Цзюн Ухэн, как будто то, что он сказал, было правдой.
Слушая его слова, Бай Аосюэ смяла рукава. Она высоко оценила актерское мастерство императора. С ним очень трудно иметь дело из-за его первоклассного притворства и сложного ума.
- Я поняла. Я такая невежественная, - лицо Бай Аосюэ внезапно просветлело.
Видя, что Бай Аосюэ перестала спрашивать, Цзюн Ухэн отбросил свои сомнения относительно нее. Насколько он помнил, человек, съевший яд, не должен почувствовать запах ладана. Он получил неверную информацию? Или это было потому, что Бай Аосюэ не была подготовлена, когда впервые почувствовала запах ладана?
Бай Аосюэ не ожидала, что существует связь между ядом и ароматом благовоний. Если она продолжит спрашивать, у Цзюн Ухэна снова могут возникнуть сомнения.
- Ничего страшного в этом нет. Очень немногие люди могут войти в Зал Мойю, так что не удивительно, что ты об этом не знала, - объяснил император.
Бай Аосюэ испытывала некоторые сомнения:
- Интересно, известно ли вам, что наложница Юн устраивает сегодня пир во дворце, чтобы поприветствовать принцессу Луоянь?
Если честно, Бай Aoсюэ все-таки несколько беспокоилась за Луоянь. В конце концов, они сейчас не в Мобэе. Некоторые вещи будут непонятны принцессе. Зная личность Лю Манюнь, она определенно найдет способы избавиться от Луоянь. Она не могла позволить императору отвлечься на других женщин. До сих пор в этом дворце не было ни одной беременной наложницы, что, вероятно, было связано со средствами Лю Манюнь!
А женщины с сильной личностью, такие как Луоянь, не в состоянии ужиться с Лю Манюнь. Более того, вокруг наложницы Юн было много прихлебателей и сплетников.
Когда Цзюн Ухэн услышал нечаянные слова Бай Аосюэ, его глаза внезапно похолодели. Он спросил:
- Когда это будет?
Когда Бай Аосюэ увидела его лицо, она поняла, что Лю Манюнь скрыла от Цзюн Ухэна тот факт, что она пригласила принцессу. Кажется, Лю Манюнь действительно не могла прождать ни одной лишней минуты.
- Незадолго до того, как я вошла во дворец, я встретила принцессу Луоянь у ворот. Она рассказала мне, что наложница Юн пригласила ее посетить Императорский сад и полюбоваться цветами, - подробно рассказала Бай Аосюэ.
Цзюн Ухэн внезапно крепко сжал кулаки, его глаза стали невероятно холодными и жесткими. Похоже, Лю Манюнь не восприняла его слова всерьез.
Цзюн Еян вернулся как раз вовремя.
- Сюэ, что случилось? Почему ты выглядишь такой бледной? - когда принц вошел в дом, он увидел, что Бай Аосюэ оперлась руками о стол.
Услышав его слова, Цзюн Ухэн сразу же обратил внимание на Бай Аосюэ, когда та подняла голову.
- Все в порядке, сегодня мой желудок испытывает дискомфорт. Только что он немного заболел, - прошептала Бай Аосюэ, напустив на себя хрупкий вид, что заставило Цзюн Еяна огорчиться.
- Ты съела что-нибудь не то? - первым спросил Цзюн Ухэн.
При звуке его голоса глаза Цзюн Еяна внезапно сузились. Он подошел к Бай Аосюэ и сказал:
- Я думаю, что это потому, что ты ничего не ела вчера.
Цзюн Ухэн тут же кивнул:
- Похоже, что Аосюэ сегодня плохо себя чувствует. Ей лучше вернуться во дворец и отдохнуть. Посещение предков может подождать несколько дней. Поскольку Аосюэ уже принадлежит королевской семье, это лишь вопрос времени, когда она посетит их.
Посещение предков было не чем иным, как уловкой, чтобы отослать Цзюн Еяна. Поскольку все предки были мертвы, срочной необходимости в их посещении не было. Теперь, убедившись, что Бай Аосюэ стала его послушной марионеткой, сердце Цзюн Ухэна было приковано к Императорскому саду. У него не было времени болтать с ними. Недомогание Бай Аосюэ дало ему отличный повод уйти. Он был очень доволен.
Бай Аосюэ была согласна с ним от всего сердца. Она действительно не хотела навещать предков.
- Благодарю вас, Ваше величество, - слабо произнесла девушка.
Цзюн Еян сделал вид, что с благодарностью смотрит на Цзюн Ухэна:
- Спасибо, императорский брат, тогда мы уйдем, - затем он осторожно поддержал руку Бай Аосюэ.
- Может, лучше пусть Aoсюэ отдохнет здесь. Я велю позвать доктора, - сказал Цзюн Ухэн с притворным беспокойством.
Бай Аосюэ покачала головой:
- Я ценю вашу заботу. Болезнь желудка Aoсюэ существует в течение длительного времени. У меня дома есть лекарство. Вам не нужно беспокоиться об этом.
- Если так, то тебе следует вернуться и принять его, - Цзюн Ухэн не стал настаивать.
Цзюн Еян тоже не горел желанием остаться. Поддерживая Бай Aoсюэ, он вышел из зала Мойю.
Цзюн Ухэн продолжал наблюдать за ними, пока они не исчезли из вида. Вскоре вошел маленький евнух:
- Ваше величество, пятый принц уже уехал. По дороге они встретили господина Кан Шэнга, принцесса перекинулась с ним парой слов. Кажется, они находятся в очень хороших отношениях.
Цзюн Ухэн кивнул и сказал:
- Отправляемся в сад.
Он задавался вопросом, когда отношения между Кан Шэнгом и Бай Аосюэ стали настолько хорошими.
Бай Аосюэ и Цзюн Еян только что сели в карету и собирались покинуть дворец. Бай Аосюэ отпустила руку Цзюн Еяна и откинулась на мягком диване:
- Ты слышал наш разговор с Цзюн Ухэном, верно?
Цзюн Еян знал, что она имеет в виду, но ничего не сказал. Бай Аосюэ заметила, что принц хранит молчание и спросила:
- Может, мне стоит сообщить ему какую-нибудь полезную новость?
Цзюн Еян все еще не произнес ни слова. Все его тело было окружено холодной аурой. Бай Аосюэ не могла не нахмуриться, она понятия не имела, что он имеет в виду.
Однако она ничего не сказала и закрыла глаза, чтобы передохнуть. Тишина в карете была удручающей.
- Сюэ ... - медленно произнес Цзюн Еян своим хриплым, низким, очень привлекательным голосом.
Бай Аосюэ молча подняла на него взгляд. Черные, как у феникса, глаза Цзюн Еяна стали янтарными, но никто не заметил превращения. Он серьезно посмотрел на девушку:
- Ты действительно съела Повелителя души?
Бай Aoсюэ кивнула:
- Я съела его. Но я его не проглотила.
Конечно же, вот о чем он думал. Аура вокруг Цзюн Еяна внезапно похолодела еще сильнее. Он уставился на Бай Аосюэ:
- Ты никогда не задумывалась о последствиях? Что, если ты случайно проглотила бы его?
Бай Аосюэ не понимала, почему Цзюн Еян так разозлился, и сказала:
- Но правда в том, что я этого не сделала.
Глядя на Бай Аосюэ, Цзюн Еян была немного расстроен, потому что она была так беспощадна к себе, и немного сердит, потому что она была так безответственна!
Но он не хотел сердиться на нее, поэтому ему пришлось подавить свой гнев:
- Впредь не рискуй.
Бай Aoсюэ кивнула:
- Не беспокойся. Мы так давно знаем друг друга. Ты уже должен знать, что я за человек. Цзюн Ухэн получит свое за то, что сделал со мной. Я буду мучить его тысячами способов в будущем. Я абсолютно не тот человек, который молча будет страдать.
Услышав это, Цзюн Еян хотел погладить ее по голове, но тут карету сильно тряхнуло. Если бы не руки Цзюн Еяна, Бай Аосюэ упала бы с мягкого дивана.
- Он ищет смерти!
- Проклятый вор! Хватай его!
Снаружи все еще раздавались крики, но два человека в карете погрузились в тишину.
Цзюн Еян поймал Бай Аосюэ, и расстояние между ними сократилось почти до одного сантиметра.
Руки девушки легли на плечи принца. Она недоверчиво посмотрела на него своими прекрасными глазами. Ее щеки начали быстро покрываться румянцем.
Цзюн Еян сжал Бай Aoсюэ в своих объятиях, любуясь ее безупречным лицом. Он чувствовал себя удовлетворенным. Если бы не шум снаружи, это была бы прекрасная сцена.
Почувствовав неловкость, Бай Аосюэ быстро стряхнула руки Цзюн Еяна изящным поворотом. Сев обратно на мягкий диван, она слегка отвернулась и неловко кашлянула:
- Кхм.... не буду тебя благодарить.
В уголках его губ появилась смутная улыбка. Она была такой высокомерной красавицей. Даже ее застенчивость была невероятно заносчивой…
- Что там случилось? - равнодушным голосом спросил Цзюн Еян кучера.
Глава 113. Оставь его и иди со мной
- Мой господин. Двое нищих бросились через дорогу, - нервно ответил кучер.
Бай Аосюэ не собиралась вмешиваться, но, когда она услышала слова людей снаружи, то, что она собиралась сказать, застряло у нее в горле.
- Вы позорные маленькие попрошайки! Чертовы жуки! Я убью вас! - донесся сердитый мужской голос.
Он словно вернул Бай Аосюэ в те дни на углу Уолл-Стрит, где хорошо одетые люди не замечали, как ее беззастенчиво ловили за кражу хлеба и ругали такими же словами. Ее жизнь в то время можно было описать как тьму без надежды увидеть завтрашнее солнце. Она всегда думала, что раз уж она выжила в этом мире, ее существование было для чего-то необходимо. Поэтому она всегда старалась выжить, какими бы позорными средствами ей не приходилось пользоваться.
Позже она встретила ту маленькую циничную негодяйку с яркими и блестящими глазами. Негодяйка, которую она жестоко избила, так как считала воровство лишь средством выжить, сказала, что воровство - это работа.
Она стала одной из немногих подруг в ее короткой жизни, и всегда хотела украсть у нее деньги.
- Вообще-то я не хочу быть воровкой. Но иногда я хочу, чтобы кто-то стоял рядом и говорил мне, что все, что я делаю, правильно.
- Со временем многие вещи меняют свое направление. Но, к сожалению, в то время никто не сказал мне, правильно это или нет. В любом случае, я иду туда, куда считаю правильным. Даже если я в конце концов пойму, что это неправильно, что с того? Мне просто нужно идти по той дороге, которую я выбрала.
- Ты же знаешь, что все люди в мире поступают так же. Может быть, даже просто взгляд или случайная фраза может помочь им.
- Я не люблю воровать...но я люблю деньги! С деньгами, я смогу купить много вещей. Я смогу избежать голода или холода и защититься от ветра и дождя.
- Деньги могут дать мне чувство безопасности.
- Знакомо ли тебе чувство, когда просыпаешься поздно ночью и думаешь, что вернулся к тому времени, когда желудок растянут из-за чрезмерной еды?
- В такое время я чувствую себя дешевкой. Мой желудок не выносит хорошей еды. Может быть, я рождена, чтобы страдать.
- Но именно поэтому я должна красть больше и копить богатство, чтобы компенсировать свое сожаление.
Бай Aoсюэ на мгновение замерла. Казалось, она снова вспомнила ту негодяйку, словно услышала ее слова рядом с собой. Хотя, в конце концов, она все же украла у нее много денег.
Больше они с ней не встречалась. Ее собственная слава безжалостной убийцы распространилась по всей стране.
Возможно, в минуты душевной боли и горького разочарования чья-то своевременная помощь может все изменить. Когда-то она хотела, чтобы кто-то спас ее тоже.
Думая об этом, Бай Аосюэ подняла голову, и, глядя на Цзюн Еяна, сказала:
- Помоги им.
Принц заметил изменение выражения Бай Aoсюэ. Если он не ошибся, Бай Аосюэ сначала не хотела вмешиваться в это дело. Почему она в один миг передумала?
Настроение у нее сейчас было слишком подавленное. Казалось, она беспомощна и в отчаянии.
Цзюн Еян подумал об этом и крепко сжал кулаки. Он не знал, что с ней случилось. С самого первого дня знакомства с ней он не верил, что она действительно просто первая дочь премьер-министра. Настоящая Бай Аосюэ, дочь премьер-министра, никогда не выходила из своего будуара. Она была робкой трусихой.
Даже если бы она действительно изменилась из-за того, что едва избежала смерти, он не поверил бы, что она станет таким человеком.
Между ним и Бай Аосюэ было много общего. Смертоносный дух от убийства тысяч людей не был ложным, и ощущение самоизгнания, погружения в темноту тоже нельзя подделать.
Но самое главное - это ее способ убивать людей. Женщина в семье чиновника должна была долго бояться даже убийства маленького животного. Но для Бай Аосюэ убийство людей, казалось, было самым обычным делом.
Как могла эта Бай Аосюэ быть той трусливой дочерью премьер-министра?
Но он был с ней уже долгое время. Цзюн Еян был уверен, что Бай Аосюэ вовсе не собиралась заманивать его в ловушку, и именно поэтому он позволил своему сердцу открыться для нее.
- Чжао, - тонкие и сексуальные губы Цзюн Еяна слегка приоткрылись.
Двое нищих снаружи, которые остановили карету, ворвавшись в центр дороги, были пойманы сильным мужчиной. На их лицах не было ни страха, ни вины.
- Два маленьких жучка. Наконец-то я вас поймал! Я обязательно забью вас до смерти! - сердито выругался силач, хватая двух маленьких нищих.
Люди вокруг него указывали на них, но никто не собирался помочь или остановить его. Двое маленьких нищих свирепо уставились на силача:
- Ты плохой человек! Ты обманул нас и забрал наши деньги! Теперь ты говоришь, что мы украли твои вещи!
Услышав слова маленького нищего, силач встревожился и поднял руку, чтобы ударить его. В конце концов, эти маленькие нищие были детьми. Они не могли сопротивляться такому сильному человеку. Они могли только смотреть, как падает его кулак.
В глубине души они чувствовали отчаяние. Неужели они действительно умрут вот так? Их младшая сестра ждала, когда они вернутся.
Маленькие попрошайки в отчаянии закрыли глаза и стали ждать, когда на них обрушится этот огромный кулак. Как раз в тот момент, когда кулак был всего в сантиметре от лица одного из мальчишек, его движение резко прекратилось.
- Отпусти их. И уходи, - Чжао равнодушно посмотрел на силача.
Услышав это, его гнев вышел из сердца:
- Откуда ты явился? Как ты смеешь мешать мне делать доброе дело!
Глаза Чжао вспыхнули холодным светом:
- Кажется, ты уже сделал выбор, - равнодушно сказал он.
Не дожидаясь ответа, Чжао приложил тридцать процентов своей силы, чтобы сжать его руку.
- Ах! - боль была невыносимой. Силач закричал.
Рука, сжимавшая маленьких нищих, разжалась. Они упали на землю и потрясенно посмотрели на Чжао. Окружающие зеваки не ожидали, что такое случится и озадаченно смотрели на него.
Как раз перед тем, как они пришли в себя, из кареты донесся ясный негромкий женский голос:
- Чжао, вернись.
Чжао отбросил мужчину и сказал:
- Да, принцесса.
Все были потрясены тем, что в карете сидела принцесса.
- Если ты хочешь отомстить, то можешь прийти в особняк пятого принца и найти меня. Это я спасла этих двух детей. Если захочешь устроить неприятности, я буду ждать, - раздался равнодушный голос Бай Аосюэ.
Никто не осмелился заговорить.
Чжао шагнул к карете. Вскоре экипаж уехал по освободившейся от препятствий дороге.
Большинство присутствующих были жителями столицы. Они были наслышаны о действиях Бай Аосюэ, особенно об ее изменениях в недавнее время, о которых людям было интересно говорить. Никто не смел ее раздражать.
Пока они не вернулись в резиденцию, Бай Аосюэ и Цзюн Еян не разговаривали, каждый думал о своем.
- Ваши высочества принц и принцесса, мы прибыли, - почтительно сказал кучер снаружи.
Хонсю и Вэньси уже ждали. Цзюн Еян первым вышел из кареты, а затем помог Бай Аосюэ. Девушка вышла и посмотрела на две маленькие фигурки на углу улицы.
Неожиданно эти двое маленьких нищих последовали за ними. Бай Аосюэ стояла неподвижно и смотрела на две фигуры вдалеке. Двое маленьких нищих на мгновение заколебались и потрусили к ним.
- Большое вам спасибо за сегодня, - хором сказали они и опустились на колени.
Бай Аосюэ спокойно произнесла:
- Встаньте. У мужчин золото на коленях. Вы можете преклонить колени перед землей и своими родителями, но никогда не преклоняйтесь перед другими! Возвращайтесь.
Два маленьких нищих переглянулись и почтительно сказали Бай Аосюэ:
- Большое спасибо за спасение наших жизней. Мы Моли, Мошанг. Сейчас мы ничего не можем для вас сделать, но однажды обязательно вернем сегодняшнюю благодать!
Затем они встали и поклонились Бай Аосюэ, а затем ушли, высоко подняв головы. Бай Аосюэ посмотрела на две маленькие гордые спины. В ее глазах мелькнула тень признательности. То, что произойдет в будущем, зависит от них самих.
Когда она повернулась, чтобы уйти, к ней приблизилась элегантная фигура. Бай Аосюэ с улыбкой наблюдала, как Ци Лянге подходит к ней, гадая, что он собирается делать.
Когда Цзюн Еян увидел Ци Лянге, его брови внезапно слегка сдвинулись. Неужели он действительно думает, что его не существует? Как он смеет смотреть с такой любовью на Сюэ!
Видимо, он готов умереть!
Когда Чжао посмотрел на своего хозина в этот момент, он подсознательно отошел на несколько шагов. Когда хозяин зол, пострадать могут все!
- Аосюэ... - медленно произнес Ци Лянге, глядя на Бай Аосюэ.
- Зачем ты пришел сюда? Не хочешь присесть? - с улыбкой спросила девушка.
Ци Лянге смотрел на Бай Аосюэ и у него не хватало духу доставить ей неприятности.
- Нет... отец прислал мне срочное сообщение. Я уезжаю сегодня, - сказал с улыбкой Ци Лянге, ожесточив свое сердце.
Когда Бай Аосюэ услышала это, она догадалась, что в Наньюэ должно быть случилась чрезвычайная ситуация, поэтому Ци Лянге был вызван обратно.
- Тогда быстрее возвращайся. Еще увидимся, если у нас будет шанс, - сказала она равнодушно, ее глаза были спокойны.
У нее не было сожаления о расставании. В жизни было восемь трудностей, и за исключением любви и разлуки, она испытала все остальное. Ничто не могло поколебать ее.
- Аосюэ, сегодня я здесь, чтобы спросить тебя... ты хочешь поехать со мной в Наньюэ? Персиковые цветы в горах Бэйян в Наньюэ прекрасны, когда они в полном цвету. Если хочешь посмотреть, можешь оставить его и пойти со мной, - Ци Лянге медленно протянул руку, глядя на Бай Аосюэ.
Его глаза словно цветы персика были похожи на сверкающее весеннее озеро. Казалось, в них существуют тысячи слов, которые невозможно произнести.
Ветер дул в лицо, и его черные волосы мягко развевались, казалось, сотни и тысячи персиковых цветов в полном цвету текли из ниоткуда, пересекаясь позади Ци Лянге. Он был прекрасен.
Глава 114. И она, и весь мир – мои
Бай Аосюэ никогда не думала, что Ци Лянге позовет ее с собой.
Когда Цзюн Еян услышал, что сказал несравненнй принц, его темные, как у феникса, глаза внезапно наполнились гневом, и их янтарный цвет начал проявляться. Убийственная аура распространилась вокруг. Очевидно, он был разъярен так, что это почувствовали даже окружающие люди, но Цзюн Еян только злобно улыбнулся.
Чжао, стоявший за ним, ясно понимал, что его хозяин очень, очень сердится! Страж спокойно сделал шаг и заблокировал собой хозяина от слабого взгляда Ци Лянге.
Только когда настроение Цзюн Еяна резко менялось, его глаза становились янтарными, мало кто знал об этом.
Если бы Ци Лянге обнаружил это, он несомненно стал бы копать дальше. Кто знает, какие это вызовет последствия. Он должен принять меры предосторожности. Тайна его хозяина не должна быть раскрыта пока великая задача не будет выполнена!
Ци Лянге уже подозревал Цзюн Еяна. Когда он увидел его в императорском дворце во время последнего банкета, ему показалось, что он уже видел пятого принца раньше, но он не мог вспомнить подробностей, пока Сусяо не напомнил ему. Да, он был тем самым человеком. Во всем мире только этот человек мог сравниться с ним.
Темный король, повелитель ночи!
Никто не знал его местонахождения, никто не видел его истинного облика, но Ци Лянге как-то имел с ним дело. В то время Темный король тоже носил маску. В отличие от белой нефритовой маски Цзюн Еяна, его маска была черной без каких-либо сложных узоров.
Голоса у них были разные, но спины очень похожи. Оба были худощавыми, но крепкими. Даже если на них навесить тысячу фунтов всякой всячины, они никогда не согнутся! Ци Лянге мог сказать, что это был один и тот же человек, бросив всего один взгляд на их спины. Они были так похожи. Он считал, что не ошибся.
Но глаза Темного короля были янтарными, а глаза Цзюн Еяна - темными. Однако в прошлом внешний вид матери Цзюн Еяна был широко известен. Она была невероятно красивой, но самое главное, у нее были яркие янтарные глаза.
Когда Ци Лянге подумал об этом, он начал подозревать, что Цзюн Еян и есть Темный король. Он знал о сущестовании препаратов, которые могут изменить цвет глаз. Таким образом, шансов на то, что Цзюн Еян был Темным королем, было значительно больше.
Думая об этом, Ци Лянге испугался. Если Темным королем, известным своим жестоким, злобным и мятежным характером, был Цзюн Еян, то что он собирается делать? Зачем ему скрывать свои способности?
Люди, которые могут так долго таиться и терпеть, самые опасные.
Ци Лянге оставалось только ждать подходящей возможности, чтобы раскрыть правду.
Но теперь императорский отец написал ему письмо и призвал его как можно скорее вернуться в Наньюэ. Из письма было видно, что действия людей Темного короля уже привели страну в смятение.
Он должен вернуться, чтобы решить эти проблемы как можно скорее. Хотя династия Наньюэ процветала, всегда была опасность восстания первого принца. Единственное, что беспокоило Ци Лянге, - это сотрудничество первого принца и Темного короля, которое поставит династию Наньюэ под угрозу.
Или же ему самому грозит опасность. В конце концов, теперь он находится в Чэнси, что делает его пассивным наблюдателем. Он должен все обдумать.
Если Цзюн Еян был Темным королем, он мог бы обыграть его. Ци Лянге решил выяснить это. Для того, чтобы достичь своей цели, ему было необходимо использовать Бай Aoсюэ. Хотя Ци Лянге не хотел этого делать, у него не было выбора.
Наньюэ не может попасть под чужой контроль! Ему было суждено править Наньюэ! Ему было суждено править всем миром!
Думая об этом, Ци Лянге был полон решимости. У него могли быть миллионы женщин, но была только одна Наньюэ!
- Какая жалость, Сюэ не хочет покидать меня. Несравненный принц, боюсь, я вас разочарую, - Цзюн Еян знал, что Ци Лянге собирается испытать его, но он посмел вовлечь Бай Аосюэ.
Бай Aoсюэ может принадлежать только ему! Никто не может желать ее! В этом циничном взгляде, злобной улыбке и слегка прищуренных глазах был сарказм и, более того, издевка. Его черные, как у феникса, глаза были ясными и такими же глубокими, как водовороты, способные засасывать людей в свои пучины.
Цзюн Еян протянул свою сильную руку и обнял Бай Аосюэ, которая казалась маленькой и хрупкой, когда стояла рядом с ним в его объятиях. Пятый принц гордо поднял голову и с презрением посмотрел на Ци Лянге. Провокация в его глазах была несомненной.
Бай Аосюэ почувствовала облегчение, когда увидела поведение Цзюн Еяна. Она знала, что уловка Ци Лянге его не обманет. Потом она осознала, что считала Ци Лянге своим другом, но он использовал ее. Всю свою жизнь она больше всего ненавидела, когда ею пользовались. Кто бы это ни был, она никогда не будет иметь с ним ничего общего!
Ци Лянге, не мигая, смотрел в глаза Цзюн Еяна. Он боялся что-нибудь упустить.
Однако он все равно был разочарован. В его темных глазах не было никакого янтарного проблеска.
- Пятый принц, не будьте таким категоричным. Я не думаю, что я хуже вас, и я заслуживаю Aoсюэ. Может быть, Aoсюэ передумает, - Ци Лянге слабо улыбнулся. Он был полон уверенности.
Когда Цзюн Еян увидел, что Ци Лянге так непрошибаем, он ничего не показал, хоть и был недоволен. Вместо этого, он полностью подтвердил свою плохую репутацию.
- Несравненный принц, а вы действительно самоуверены. Хотя моя внешность не идет ни в какое сравнение с вашей, я гораздо яснее понимаю, что произошло в нашей спальне, чем вы. Я думаю, что Сюэ не захочет покинуть меня. Хахахаха… - Цзюн Еян похабно рассмеялся, его слова заставили Бай Аосюэ мгновенно покраснеть от смущения!
Когда все присутствующие услышали слова Цзюн Еяна, их глаза расширились от шока.
Хонсю и Вэньси знали, что Цзюн Еян лжет, но Чжао и кучер были действительно потрясены! Они прекрасно знали, насколько невинным и застенчивым был их хозяин.
Но он произнес эти бесстыдные слова прилюдно! Где же их холодный и свирепый хозяин?! Кто этот человек, который не стыдится говорить глупости?!
Чжао и кучер потрясенно смотрели на небо. Неужели любовь действительно может превратить гения в идиота? Если это была сила любви, они бы предпочли даже не пытаться!
Ци Лянге не ожидал, что Цзюн Еян скажет такие бесстыдные слова. Более того, он не ожидал, что Бай Аосюэ и Цзюн Еян станут настоящими мужем и женой.
Он всегда верил, что такая гордая женщина как Бай Аосюэ не будет подчиняться прихотям других. Как она могла добровольно выйти замуж за такого принца? Было невозможно представить, что они уже консумировали свой брак.
Ци Лянге посмотрел на Бай Аосюэ с недоверием, надеясь, что она будет отрицать это. Однако его ждало разочарование.
Он видел только румянец, поднимающийся по красивой щеке Бай Аосюэ. Она ударила Цзюн Еяна по руке с застенчивостью и гневом, но не посмотрела на Ци Лянге.
Когда Бай Аосюэ услышала, что сказал Цзюн Еян, она была так взволнована, что не могла дождаться, чтобы избить его до смерти. Он действительно разрушил ее репутацию! Но теперь она не могла отрицать этого. Кроме того, верил ли в это Ци Лянге или нет, не заботило ее. Она не стала утруждать себя объяснениями.
- Несравненный принц, вам лучше вернуться. Я не покину Его Высочество. Цветы персика в Наньюэ могут быть сколь угодно прекрасны, но они не так хороши, как деревья жакаранды на заднем дворе резиденции пятого принца. Они мои любимые, - Бай Aoсюэ сжала руку Цзюн Еяна. Она серьезно посмотрела на Ци Лянге, и в ее глазах были сложные чувства, которые невозможно было прочесть.
Бай Аосюэ была действительно жестокой. Если бы он был ей небезразличен, она бы сделала все, чтобы защитить его, но если он разочаровал ее, его жизнь или смерть не имели к ней никакого отношения.
Даже если этот человек вырвет свое сердце прямо у нее на глазах, возможно, она только поморщится от того, что сцена немного жестокая. Больше она ничего не почувствует.
Она всегда была хладнокровной. Кто-то раньше говорил, что по сравнению с волками и ястребами она больше похожа на змею. Для ее описания использовались такие слова как холодность и безразличие. Все были ее добычей, и единственным отличием между ними была преданность.
Как и сейчас, она знала, что эти слова причинят боль Ци Лянге. Но она все равно это сделала. Свет надежды в его глазах постепенно потускнел.
- Это правда? Может быть, ты также не любишь пеларгонию, - Ци Лянге печально посмотрел на Бай Аосюэ.
Бай Аосюэ мягко улыбнулась и медленно произнесла:
- Я не люблю слишком красивые вещи. Они настолько ослепительны, что либо сожгут меня либо будут слишком мимолетными. Боюсь, я не смогу их удержать.
- Ха-ха... так оно и есть. Я вижу, - Ци Лянге улыбнулся. Казалось, он что-то понял.
Цзюн Еян не выказывал никакого нетерпения по поводу их запутанного разговора, потому что он знал, что его Сюэ навсегда принадлежит ему!
- Не буду тебя провожать, - равнодушно сказала Бай Aoсюэ.
Это был приказ убираться. Ци Лянге слегка приподнял голову, в его глаза больше не были печали.
- Аосюэ, может быть, ты не знаешь, что ты ... самое ослепительное существо. Многие люди бросаются вперед за этим лучом света. Они хотят всегда владеть им и уничтожат его, если не смогут удержать. У нас будет достаточно времени, Аосюэ, мы еще встретимся когда-нибудь, - Ци Лянге посмотрел на Бай Аосюэ и сказал то, что он думал.
Он хотел обнять ее, но ему мешал Цзюн Еян, который уже видел, о чем он думает. Как мог Ци Лянге не заметить провокацию в его глазах? Но в данный момент у него не было свободного времени, чтобы сразиться с пятым принцем. Если он не сможет решить проблему в Наньюэ, то не получит того, что хочет.
Думая об этом, Ци Лянге не стал дожидаться ответа Бай Аосюэ. Он повернулся и решительно вышел.
Бай Аосюэ проследила за ним взглядом. Они не вернулись в дом, пока не увидели, как он подошел к карете на углу улицы.
- Ваше Высочество, мы должны вернуться как можно скорее. Я буду спешить, так что, может быть, поездка будет немного ухабистой. Ваше Высочество, боюсь, вы испытаете дискомфорт, - осторожно сказал Сусяо, глядя на задумчивого Ци Лянге.
Однако принц, казалось, не расслышал его слов. Он откинулся на спинку мягкого кресла. Внешность и голос Бай Аосюэ возникли и эхом отозвались в его сознании.
- Сусяо, иногда, чем меньше ты можешь получить, тем больше ты этого хочешь, пусть даже всеми правдами и неправдами. Я хочу весь мир и красавицу! - Ци Лянге зло рассмеялся. Смех, который не соответствовал его темпераменту, заставил Сусяо похолодеть.
Он боялся, что ситуация в мире вот-вот изменится.
Глава 115. Последствия чрезмерной уверенности в себе
Бай Аосюэ совсем не скучала по Ци Лянге после его ухода. Дружба между ними исчезла в тот миг, когда он использовал ее для интриг против Цзюн Еяна.
Как говорится: дружба - самая дорогая и самая дешевая вещь.
Некоторые люди использовали бы свою жизнь, чтобы защитить свою дружбу, в то время как другие отказались бы от своих друзей или полностью использовали их.
Бай Аосюэ посмеялась над собой и молча вернулась в свою комнату.
- Цзюн Еян, я сегодня немного устала и хочу отдохнуть. Кстати, я хочу как-нибудь повидать Налан Юхонга, - прежде чем Бай Аосюэ вошла в свою комнату, она повернулась, чтобы посмотреть на Цзюн Еяна.
Принц взглянул на усталое личико Бай Аосюэ, зная, что вчера она не очень хорошо отдохнула. Он подавленно сказал:
- Иди отдохни. Я приду, чтобы поужинать с тобой. Что касается Хонга, ему потребуется несколько дней, чтобы вернуться.
Бай Аосюэ кивнула и приказала Хонсю и Вэньси:
- Когда Мумиан вернется, пусть она придет сюда.
- Конечно, Ваше Высочество, - поклонились служанки.
Увидев это, Бай Аосюэ развернулась и вошла в свою комнату. Цзюн Еян смотрел, как закрывается дверь, но не собирался уходить.
- Ваше Высочество, у вас есть еще какие-нибудь распоряжения? - Вэньси и Хонсю переглянулись и почтительно спросили Цзюн Еяна.
Чем дольше они общались с пятым принцем, тем более загадочным он им казался.
- Сегодня вы не сказали ничего лишнего во дворце, не так ли? - не глядя на них, небрежно спросил Цзюн Еян.
Но они знали, что вопрос адресован им.
- Отвечая Вашему Высочеству, мы только сказали, что у мисс Бай не было конкретных движений, и она все еще не доверяет нам, - серьезно сказала Вэньси, ничего не упуская.
Цзюн Еян кивнул и сказал:
- Теперь можете уйти. Пусть слуги на кухне приготовят больше еды, которую любит Сюэ.
Служанки почтительно поклонились:
- Пожалуйста, извините нас, - они обе оценили принца еще больше. Раз он так заботится о мисс, значит, она ему очень нравится.
После того, как Хонсю и Вэньси ушли, Цзюн Еян еще раз посмотрел на закрытую дверь Бай Аосюэ и отошел.
Хотя Ци Лянге уехал, это не означает, что он сможет безопасно вернуться в Наньюэ. Не исключено, что он внезапно умрет по дороге домой. Поскольку он осмелился нагло позариться на Бай Аосюэ, он должен быть готов к последствиям.
Кроме того, он воспользовался ею. Хотя Бай Аосюэ ничего не сказала, он почувствовал ее разочарование. Его любимая была несчастлива. Как он мог позволить Ци Лянге жить спокойно?
Думая об этом, его глаза феникса слегка сузились, в них внезапно появился холодный свет.
- Чжао, - равнодушно сорвалось с его тонких губ.
В одно мгновение к Цзюн Еяну подошла темная фигура.
- Мой Король, каков ваш приказ? - Чжао опустился на одно колено с абсолютным послушанием и верой.
Цзюн Еян заложил руки за спину. Его глаза потемнели.
- Скажи им следовать за Ци Лянге всю дорогу. Лучше всего, если они смогут убить его на полпути. Если нет, не позволяйте ему благополучно вернуться в Наньюэ!
«Как он посмел соблазнить мою женщину у меня на глазах? Неужели он действительно думает, что я слабак?»
- Если бы не неподходящее время, я бы сам убил Ци Лянге. Кажется, он не хочет быть императором Наньюэ. Скажи Ци Сяолиню, что, если он хочет получить трон, это возможно, но он должен дать мне что-то взамен.
Чжао был очень взволнован, когда услышал слова Цзюн Еяна. Наконец, их решительный и безжалостный хозяин вернулся!
Помня об этом, он почтительно отсалютовал и серьезно ответил:
- Да, мой король.
Цзюн Еян вспомнил слова Бай Аосюэ и сказал:
- Сообщи Хонгу, что он должен вернуться в течение пятнадцати дней. Сюэ нужно поговорить с ним. Я не хочу, чтобы она ждала его слишком долго.
Когда Чжао услышал его слова, его воодушевление внезапно исчезло. Его хозяин не изменился. Он был тем самым молодым человеком, который упал в медовый горшок любви. Хотя он был очень счастлив, что мастер смог найти свою возлюбленную, страдали именно подчиненные.
Чжао вновь оплакивал Налан Юхонга. Он понимал, что чувства некоторых людей не годятся для всеобщего обозрения, как, например, их хозяин, который думает так, а действует иначе.
Как только Цзюн Еян все устроил, прибыл управляющий резиденцией.
- Ваше Высочество, то, что вы приказали, уже решено. Несколько министров в центральном правительстве больше не поддерживают его величество. Они уже выбрали свои позиции, - покачивая веером, управляющий Чжао Е посмотрел на принца.
На самом деле, управляющий Чжао Е в значительной степени был военным советником Цзюн Еяна. Большинство стратегий были спланированы именно им. Он хитро и коварно смотрел на людей своими лисьими глазами.
Цзюн Еян изогнул губы и удовлетворенно улыбнулся:
- Молодец. Я всегда говорил, что могу не торопиться. Я ждал так много лет, но теперь, я не хочу больше ждать.
Чжао и Чжао Е некоторое время молчали, прислушиваясь к словам господина. Они знали, почему он не хочет ждать.
- Ваше Высочество, неужели Бай Аосюэ действительно так важна для вас? - серьезно спросил Чжао Е. Он не мог устоять перед своим сомнением.
Цзюн Еян поднял свои глаза феникса и повернулся, чтобы равнодушно посмотреть на управляющего:
- Чжао Е, она твоя принцесса.
Когда Чжао Е услышал его слова, он понял, что был настолько откровенен, что непочтительно отозвался о Бай Аосюэ. Но слова Цзюн Еяна также заставили их полностью осознать ее место в сердце принца.
Чжао Е беспомощно покачал головой. Он хотел что-то сказать, но остановился.
Глядя на его выражение лица, Цзюн Еян понял, что он хочет сказать:
- Я понимаю твои сомнения, но так как Сюэ - мой выбор, я определенно буду защищать ее.
Мирные глаза Цзюн Еяна внезапно заблестели холодным светом.
- Но если ты все еще хочешь что-то сделать, чтобы проверить ее, не вини меня за невежливость. Помни, она твоя принцесса, а также твоя госпожа.
Оба подчиненных вздрогнули, услышав слова Цзюн Еяна. Они не были шокированы титулом «принцесса», но обращение «госпожа» оказалось выше их предположений.
Возможно, другие люди не могли понять важность титула «госпожа», но как доверенные последователи Темного короля, как они могли не понимать? Госпожа, с которой следовало обращаться как с Темным королем, разделяла с ним все богатство, честь и высшие права.
- Хозяин ... но ... - у Чжао Е все еще оставались некоторые сомнения. Он не мог не попытаться убедить Цзюн Еяна.
Принц взглянул на управляющего холодным взглядом, который заставил его умолкнуть.
- Поскольку ты называешь меня своим господином, то должен знать, что никто никогда не может судить о моем выборе, - гордо сказал Цзюн Еян.
- Господин ... вы ускоряете планы ради принцессы? - после минутного молчания снова спросил Чжао Е.
Цзюн Еян не ответил. Он просто смотрел в сторону императорского дворца. В его глазах появилось замешательство, но в следующую секунду оно снова сменилось яростью.
- Ради чего... кто знает? – оставив эти интригующие слова, Цзюн Еян исчез в мгновение ока.
Чжао Е посмотрел в ту сторону, куда ушел господин, и сказал себе:
- Бай Аосюэ... я посмотрю, что ты можешь сделать.
Чжао, который еще не ушел, сказал холодным тоном:
- Я полагаю, вам лучше этого не делать. Я не знаю ваших мыслей, но я уже признал Бай Aoсюэ как госпожу.
После этого он последовал за Цзюн Еяном, оставив потрясенного Чжао Е на том же месте. Он не ожидал, что даже Чжао, самый загадочный человек рядом с Цзюн Еяном, примет Бай Аосюэ.
Управляющий заставил себя улыбнуться. Раз ведущий игрок признал ее, какие оправдания у него были, чтобы противиться?
- Забудь об этом. Как подчиненные, мы должны поддерживать выбор хозяина! Как мы можем помешать ему? - Чжао Е беспомощно вздохнул, но ему стало еще более любопытно, что за человек Бай Aoсюэ.
Бай Aoсюэ не отдыхала. После того, как Мумиан вернулась и подробно отчиталась о своих действиях, она начала строить планы на будущее.
Но самым шокирующим было другое известие, которое принесла Мумиан, что Су Цяньцянь и Бай Лэй были найдены мертвыми в переулке! Она слышала, что их кто-то убил. Местные власти уже взялись за это дело. Бай Цивэй не собирался проводить расследование об этом. Трусы в доме Су даже закрыли дверь для посетителей.
Исходя из злого выражения лица Мумиан, Бай Aoсюэ могла строить свои догадки. Предположительно, кто-то распустил слух и приписал ей смерть Су Цяньцянь. Вероятно, кто-то ненавидел Су Цяньцянь, поэтому он или она наняли кого-то, чтобы убить ее.
Думая об этом, Бай Аосюэ не могла сдержать улыбки. Люди все такие же. Они следуют общей тенденции. Сплетни причиняют боль больше всего, но эти преступники никогда не понимали, что они натворили!
- Мисс! Над чем вы смеетесь? Эти люди ужасны! Они не понимают вас! Я только что поссорилась с некоторыми! – Муминан топнула, с тревогой глядя на Бай Aoсюэ.
С глазу на глаз Мумиан все еще нравилось называть Бай Aoсюэ мисс.
Хонсю кивнула, но Вэньси нахмурилась.
- Мисс, нам нужно выяснить, кто распространяет эти слухи? - по сравнению с Хонсю и Мумиан, Вэньси мыслила более разумно.
Бай Аосюэ потягивала первоклассный зеленый чай из чашки.
- Мумиан, ты должна знать, что мы никогда не сможем управлять сердцами и устами людей, - равнодушно сказала она, - После того как ты найдешь одного, на его место придет следующий. Этот процесс бесконечен. Так что не тратьте свое время или энергию на этих подонков. То, что мы должны сделать, это вытащить вдохновителя!
Все погрузились в глубокое раздумье.
- Вэньси, вы, девочки, идите и тайно расследуйте, быть может, вы сможете выяснить, кто убил Су Цяньцянь. Я хочу посмотреть, кто меня подставил! - Бай Аосюэ дико рассмеялась, и ее окружила злая аура.
- Понятно, мисс! - серьезно ответили служанки. Они тоже хотели посмотреть, кто посмел оклеветать их хозяйку!
Бай Aoсюэ посмотрела на них. Их было всего четверо, включая Бай Аосюэ. Сейчас у нее не было ни людей, ни ресурсов. Ей приходится полагаться на Цзюн Еяна. Возможно, с его точки зрения это не имело значения, но Бай Aoсюэ так не думала. Она никогда ни от кого не зависела в прежнем мире. Когда она пришла в этот мир, она снова стала тем, кем была раньше.
Она была Бай Аосюэ, и она всегда должна напоминать себе, что ей нельзя ни на кого полагаться, что она может сделать все сама!
- Похоже, мне пора обзавестись своими собственными силами... - вздохнула Бай Аосюэ.