76-80
Глава 76. Восемь хлыстов, которые обрубают отношения
Бай Фэй и Бай Аосюэ сражались и не ожидали этой подлой атаки со стороны. Из-за этого Бай Аосюэ не успела полностью избежать нападения со спины.
- Стой! – крикнул Бай Фэй. Для него было редкостью встретиться с таким соперником, как Бай Аосюэ, этот факт взволновал и шокировал его, и он еще больше хотел сразиться с ней!
Но теперь его люди не слушаются его приказа и используют грязные методы.
Рукоять меча в руке теневого стража ударила Бай Аосюэ прямо в голову, она уклонилась, но удар пришелся в раненое плечо.
- Хсс... – девушка вздрогнула от боли, рана на плече разошлась. Хотя она изо всех сил старалась не издавать ни звука, но эта боль словно проникла в костный мозг и мучила ее.
Она еще не успела восстановиться, но уже участвовала в столь интенсивном сражении. К тому же это тело было слишком слабым, и если бы не ее дьявольские тренировки в последние дни, она бы не смогла продержаться до сих пор.
Ее красное платье уже не скрывало расплывшиеся пятна свежей крови.
Эта короткая заминка позволила теневому стражу подлететь и схватить ее. Он равнодушно сказал:
- Не обижайтесь, мисс, это приказ милорда!
Сказав это, он стянул руки Бай Аосюэ за спиной, и этот рывок снова повредил ее плечо, очевидно, что он этого не заметил.
Бай Фэй быстро бросился к теневому стражу и закричал:
- Отпусти мисс!
Страж без выражения посмотрел на него и сказал:
- Бай Фэй, не забывай, что приказал милорд!
Как только Бай Фэй услышала его слова, он повернул голову и посмотрел в сторону Бай Цивэя. Но, увидев, что Бай Цивэй хмурится и смотрит на него, он принял решение.
- Мисс, не обижайтесь! - беспощадно сказал Бай Фэй и больше не смотрел в ее сторону.
Что касается его решения, Бай Аосюэ не была удивлена, этот мир делился на слабых и сильных, и умные выбирали то, что полезно для них. Но сегодняшнее решение Бай Фэя обрекло его на противостояние с Бай Аосюэ в будущем!
- Хе-хе...- девушка слегка улыбнулась, когда теневой страж сжал ее руки и направился в сторону Бай Цивэя.
Однако Бай Фэй, который шел следом, обнаружил запах крови. Сначала он думал, что он исходил от него, но только сейчас понял, что этот запах шел от Бай Аосюэ.
Он обнаружил, что цвет ее левого рукава немного отличается от цвета ее красного платья, он был немного тусклее. Ее одежда была пропитана кровью! Зрачки Бай Фэя сузились, он не думал, что девушка сражалась с ним, несмотря на травму.
У нее было повреждено левое плечо, но она не обнаружила ни малейшей слабости. Бай Фэй не мог не восхищаться ею.
Бай Аосюэ не сопротивлялась и позволила теневому стражу подтащить ее к Бай Цивэю.
Боль в плече и сочащаяся кровь - это пустяки. Сегодня ее главная задача - позволить Бай Цивэю заплатить цену, причем стоимость сегодняшнего дня еще не определена!
Налан Юхонг слегка нахмурился. Только сейчас, когда теневой страж ударил по плечу Бай Аосюэ, он почувствовал, что у него упало сердце. Пока он не увидел ее побледневшее лицо, он скрывался в темноте, чтобы наблюдать за шоу. Но Бай Аосюэ была ранена, и если бы все это стало известно Цзюн Еяну, он будет наказан!
Он даже не мог себе этого представить!
По сравнению с ним, Ци Лянге казался более расслабленным, просто глядя на бескровное лицо Бай Аосюэ, он слегка нахмурив брови.
- Она была ранена сегодня утром, - решительно сказал он. Несмотря на то, что мастерство Бай Аосюэ сегодня было очень впечатляющим, это было явно не так хорошо, как в тот день, когда он увидел ее впервые.
В то время движения Бай Аосюэ были решительными и аккуратными, не было лишней суеты. Но сегодня в ее тактике было много дыр, появились лазейки, и если бы Бай Фэй сражался с ней насмерть, то Бай Аосюэ могла сильно пострадать.
Услышав слова Ци Лянге, Сусяо не мог не взглянуть на девушку, но не нашел ничего необычного, кроме бледного лица. Озадаченный, он посмотрел на принца, надеясь на подсказку.
- Ее левое плечо было повреждено, и на него только что пришлось два тяжелых удара. Эта травма появилась недавно, она не успела затянуться. Какая, на самом деле, необыкновенная настойчивость и упорство! – с удивлением сказал Ци Лянге. Он действительно втайне восхищался ею.
Эта женщина уникальна, она похожа на одинокого зверя, гордого и высокомерного, презирающего товарищей и не нуждающегося в них. Она борется в одиночку, даже будучи раненой, и зализывает раны по ночам. Но, как только наступает день, она становится непревзойденной королевой!
Такая женщина сможет творить историю! С очаровательной внешностью и безумной смертельной привлекательностью! Чем больше вы ее узнаете, тем больше вас затягивает в эту опасную ловушку.
Пока Ци Лянге размышлял, Бай Аосюэ уже подошла к Бай Цивэю. Глядя на ее равнодушный вид, злоба в его сердце разгоралась все сильнее.
- Где Бай Лэй! Почему хлыст еще не принесли!？ - Бай Цивэй внимательно смотрел на девушку, надеясь, что на ее лице появится намек на страх.
Но он был разочарован, увидев, как Бай Аосюэ снисходительно смотрит на него, словно увидела какую-то мелкую вещь под ногами.
Бай Цивэй больше не мог выдержать такой взгляд. Ведь он был премьер-министром, возвышался над десятками тысяч человек. Народ восхищался им, чиновники льстили ему, но перед Бай Аосюэ он был не больше чем пыль!
Он был ее отцом, и даже если он никогда ничего не делал для нее, но в ее теле текла его кровь, и это было неоспоримым фактом. Даже если он захочет ее смерти, Бай Аосюэ должна будет подчиниться!
Думая об этом, узел в сердце Бай Цивэя слегка ослаб, и его взгляд изменился.
Бай Аосюэ не знала, о чем он думает, в этот момент она просто подсчитывала в уме, как ей проучить Бай Цивэя, не получив при этом серьезных травм.
Бай Лэй, который только что прибыл, был покрыт холодным потом, услышав крик Бай Цивэя.
- Господин, ваш слуга уже здесь! - затаив дыхание, дворецкий подошел к дверям малого двора.
Бай Цивэй бросил на него взгляд и сказал:
- Быстро принеси кнут! Я должен сегодня преподать хороший урок этой злобной девчонке! Это беспредел, я премьер-министр или просто украшение!？
В глазах Бай Аосюэ мелькнула издевка, но она хранила молчание. Бай Цивэй, глядя на нее, холодно фыркнул:
- Сегодня я научу тебя, как быть дочерью моей семьи!
Бай Аосюэ холодно сказала:
- Прежде чем учить меня, сам стань человеком. Чему животное в человеческой коже может научить меня?
Бай Цивэй не ожидал от нее таких слов. Его грудь заходила ходуном от гнева, указывая пальцем на Бай Аосюэ, он заорал:
- Это так ты говоришь с отцом? Это действительно отвратительно! Негодная женщина!
Бай Лэй посмотрел на Бай Цивэя и поспешно протянул ему кнут:
- Господин, ваш слуга принес кнут.
Бай Цивэй взял кнут в руки и безразлично посмотрел на девушку, в его острых глазах не было следа былого безумия, он стал более спокойным. Но в этом взгляде не было ни малейшего намека на родственные чувства.
- Бай Аосюэ, сегодня ты преклонишь колени и ударишь головой в пол тридцать раз. Тогда я не буду использовать против тебя семейный закон, ты останешься моей первой дочерью, вызывающей зависть. Но если ты посмеешь восстать против меня, не обвиняй меня в безжалостности, я непременно накажу тебя за это! – сказал Бай Цивэй, глядя на Бай Аосюэ свысока.
Девушка лишь улыбнулась:
- Бай Цивэй, я не поклонюсь тебе, даже если придется умереть сегодня! Кроме того, я бы не хотела быть твоей дочерью ни в одной из своих жизней!
Бай Цивэй закричал:
- Встань на колени! Сегодня я научу тебя по семейному праву предков, за беззаконие, которое опозорило мой дом!
Последние слова Бай Цивэя шокировали всех присутствующих. Никто не мог себе представить, что, будучи отцом, он оскорбляет своих детей за грехи. И тот, кто произносит такие слова - премьер-министр, которым все восхищаются!
Бай Аосюэ мрачно улыбнулась, но не из-за себя, а из-за мертвой Бай Аосюэ.
В своем сердце она тихо спросила: «Бай Аосюэ, ты когда-нибудь думала, что в глазах твоего отца ты была тем, кто не должен был приходить в этот мир? Он дал тебе жизнь и поднял тебя, и сегодня я возьму на себя это так называемое семейное право за тебя. С этого дня я больше не буду думать об этой нелепой привязанности!»
Ее мрачный опустошенный вид ужалил в сердце многих людей.
- Даже если ты умрешь, я не встану на колени! - холодно сказала Бай Аосюэ. Решительность и твердость ее слов пронзила сердце каждого.
Ее слова невероятно разозлили Бай Цивэя. Держа длинный хлыст, он указал на нее:
- Хорошо, раз так, я изобью тебя, пока не попросишь пощады!
Затем он поднял руку, взмахнул кнутом и хлестнул по Бай Аосюэ. Девушка не пыталась спрятаться и не закричала. От блеска ее сияющих глаз Бай Цивэю стало тревожно.
- Ппах！- хлыст яростно ударил по белоснежному маленькому телу.
Мгновенно ярко-красные рукава разорвались, обнажая кожу!
Ни Налан Юхонг, ни Ци Лянге не ожидали, что Бай Аосюэ не станет уклоняться. Они не двигались, потому что думали, что она избежит удара. Увиденное повергло их в шок.
Когда хлыст Бай Цивэя ударил, Бай Аосюэ не повела даже бровью, лишь слабо сказала:
- Бай Цивэй, я позволю тебе ударить восемь раз. Эти восемь ударов - свидетельство восьми лет жизни матери, это также время, чтобы исчезли все признаки привязанности. Эти восемь ударов разорвут наши отношения, после восьми ударов я больше ничего не буду должна тебе!
Глава 77. Бай Аосюэ мертва!
Услышав ее слова, Бай Цивэй испугался, но хлыст в его руках не ослабел. Вместо этого он приложил еще больше силы, и хлыст, ударив тело Бай Аосюэ, уже был запятнан кровью.
Бай Цивэй словно не замечал этого, он все больше и больше распалялся:
- Бай Аосюэ, даже если я ненавижу тебя, я не разорву с тобой отношения. Пока от тебя будет хоть какая-то польза, даже не думай о разрыве семейгых уз со мной. Пока я, Бай Цивэй жив, ты останешься моей дочерью! - Бай Цивэй безжалостно посмотрел на девушку.
Когда он заговорил, Налан Юхонг, прятавшийся в темноте, только пришел в себя от шока, который вызвали слова Бай Аосюэ. Наблюдая за тем, как Бай Цивэй избивает ее хлыстом, а она совсем не сопротивляется, Налан Юхонг не осмеливался больше стоять на месте. Она и так ранена, а этот выродок только делает все еще хуже.
Если об том узнает Цзюн Еян, здесь никто не выживет!
Налан Юхонг только сделал большой шаг, как услышал громкий яростный рев:
- Бай Цивэй! Остановись！
Услышав гневный окрик, страж Бай Фэй быстро повернул голову и посмотрел в сторону входа.
Там стоял Е Жаоцзюэ, и при виде сцены, в которой Бай Цивэй избивает Бай Аосюэ, его глаза от злости стали совершенно алыми, голубые вены вздулись на лбу, лицо исказилось от гнева. Е Жаоцзюэ в этот момент выглядел так, что все невольно сделали несколько шагов назад. Таким генерала они еще не видели.
Они знали, что он был безжалостным на поле боя, но не боялись его. Теперь один только вид генерала заставил их испугаться как никогда раньше! Даже стоя поодаль можно было ощутить его силу и ярость.
В этот момент, мало кто мог понять гнев в сердце Е Жаоцзюэ. Он с самого начала переживал, что Бай Аосюэ будет страдать, поэтому примчался без остановки. К счастью, он еще мог контролировать свои страхи. Никто не мог понять его настроение, когда он, шаг за шагом, приближался к двору Бай Аосюэ, особенно, когда он увидел трупы, валяющиеся на земле. Сердце Е Жаоцзюэ сошло с ума.
Прежде чем войти в маленький двор, он молился в своем сердце о том, чтобы Бай Аосюэ была в целости и сохранности, но все молитвы мгновенно развалились, когда он вошел!
Он увидел Бай Аосюэ, стоящую неподвижно перед Бай Цивэем и принимающую так называемый домашний закон, а Бай Цивэй, словно безумный хлестал ее кнутом.
У Е Жаоцзюэ внезапно заболело сердце. Ранняя смерть его сестры была его печалью в течение всей жизни, и теперь, когда сестра оставила только одного ребенка, он не позаботился о ней, и она так пострадала.
Чувства вины и гнева смешались в сердце Е Жаоцзюэ и превратились в обиду на Бай Цивэя!
Когда Бай Цивэй увидел Е Жаоцзюэ, он не остановил хлыст в своей руке, вместо этого, он с яростью обрушил его на тело Бай Аосюэ.
- Е Жаоцзюэ, это дело моей семьи Бай, тебе лучше быстро уйти! - Бай Цивэй посмотрел него, пытаясь придать своему взгляду неумолимость.
Сердце Синчжи и остальных солдат в это время горело от гнева, но еще больше они боялись, что Е Жаоцзюэ потеряет рассудок и сделает нечто сумасшедшее. Генерал славился своей любовью к Бай Аосюэ, и теперь, когда ее так оскорбили, если он не слетит с катушек, они не поверят!
- Бай Цивэй, я повторю еще раз, остановись, убери хлыст и не оскверняй свой дом такими грязными вещами! - сказал Е Жаоцзюэ, сжав кулаки, его глаза налились кровью.
Яростное давление в его голосе давало понять, насколько сильно он сдерживается.
Бай Цивэй с презрением сказал:
- Е Жаоцзюэ, ты всего лишь дядя этого отродья, а я отец, который дал ей жизнь. Я выполняю семейный закон. Если вы хотите устроить проблемы, то дождитесь, пока я не закончу наказание, и мы вместе пойдем к императору и посмотрим, на чьей стороне правда.
Е Жаоцзюэ не ожидал, что Бай Цивэй так скажет и от злости его затрясло.
- Отродье? Бай Цивэй ты... У тебя вообще нет совести. Ты был так красноречив, когда просил, чтобы Ванцин вышла за тебя замуж, а теперь ты называешь ее дочь отродьем? Бай Цивэй, сегодня я убью тебя, чтобы отомстить за годы ненависти Е Ванцин! - сказал он.
Кто бы мог подумать, что Бай Цивэй, такой всеми уважаемый джентльмен, будет использовать столь презрительные слова, чтобы оскорбить свою родную дочь!
Бай Цивэй, услышав, что Е Жаоцзюэ хочет убить его, холодно сказал:
- Женщины - это не что иное, как предмет для передачи, я сказал это, но не думал, что твоя простая и глупая сестра поверит моим словам и влюбится в меня, ха-ха...
Он саркастически улыбнулся, но не понял, что его волчьи слова заставили многих возненавидеть его.
Услышав жестокое и безжалостное признание Бай Цивэя, Е Жаоцзюэ наконец не выдержал и взревел:
- Бай Цивэй! Сегодня ты должен заплатить цену за оскорбление Цин и Сюэ!
Он бросился к Бай Цивэю и даже несколько солдат не смогли остановить его.
- Старший брат！Не будь импульсивным! - закричал Синчжи, но, к сожалению, он был не в состоянии остановить ярость генерала.
Бай Цивэй смотрел на Е Жаоцзюэ, но, несмотря на ужас в сердце, он сразу же сказал Бай Фэю:
- Остановите его! Генерал осмелился посеять в моем доме хаос, я не могу этого позволить!
Несколько человек, услышав его приказ, направились к Е Жаоцзюэ. Бай Фэй и группа теневых стражей перекрыли ему дорогу, так что не было никакого способа немедленно добраться до Бай Аосюэ. Глядя на стражей, Е Жаоцзюэ рассмеялся.
- Ха-ха-ха... Бай Цивэй, я не думал, что ты все еще используешь этих теневых стражей, но не забывай, кто тренировал их для тебя в то время. И теперь ты используешь людей, которых тренировала Ванцин, ты наверное умирал от зависти?
Услышав слова генерала, все были ошеломлены, они не думали, что эти теневые стражи на самом деле были учениками матери Бай Аосюэ. Бай Цивэй стал похож на кота которому прищемили хвост. Он со страхом посмотрел на генерала и закричал:
- Е Жаоцзюэ, те бесполезные стражи уже давно мертвы! - сказав это, еще один хлыст яростно обрушился на Бай Аосюэ.
Зрачки Е Жаоцзюэ мгновенно сжались, глядя на когда-то белую нежную кожу, теперь покрытую рубцами и кровью, у него словно кровоточило сердце.
Все присутствующие упустили, что почти бескровные губы произносили цифры.
Только в темном углу маленького двора Луоянь смотрела на покрытую кровью маленькую фигуру Бай Аосюэ и увидела, как шевельнулись ее губы.
- Семь？- прошептала принцесса.
Несмотря на то, что ее голос был очень тихим, Синчжи услышал ее и повернулся:
- Принцесса Луоянь, сейчас не время считать, скорее остановите генерала! Генерал такой импульсивный, это плохо для мисс и для него!
Луоянь не хотела уговаривать Е Жаоцзюэ, но сегодня она была на его стороне. Сегодня, Е Жаоцзюэ, я не остановлюсь!
Но ее озадачило поведение Бай Аосюэ. Она думала, что Бай Аосюэ не из тех, кто спускает обиды, но сегодня она стоит неподвижно перед Бай Цивэем, это заставило Луоянь засомневаться в своей правоте. Видимо характером племянница Е Жаоцзюэ сильно отличается от генерала!
Думая об этом, Луоянь не заметила трупы на земле, и то, что Бай Аосюэ сказала семь.
- Смотрите, он ваш генерал, ваш старший брат, вы должны доверять ему! Следуйте за ним безоговорочно! - Луоянь с любовью посмотрела на Е Жаоцзюэ.
Синчжи, услышав ее слова замолчал. Да! Они все должны верить, что Е Жаоцзюэ прав!
Генерал ударил теневого стража ногой, а затем сказал:
- Бай Цивэй, ты думаешь, что без Ванцин ты добился бы своей сегодняшней славы? Теперь твои времена прошли!
Это было тайной в сердце Бай Цивэя, ведь он смог занять должность премьер-министра именно благодаря Е Ванцин, которая когда-то давала ему советы. Если бы не она, возможно, он не смог бы занимать свой пост сегодня, но также именно из-за ума Е Ванцин он начал завидовать ей. А в сочетании с наговорами Су Цяньцянь он все больше и больше отдалялся от нее.
Он ценил талант Е Ванцин, но также ревновал к ее интеллекту. Теперь он стоит на вершине этого великолепия, но до тех пор, пока существует Е Жаоцзюэ, он все время будет помнить, что он полагался на женщину, чтобы достичь славы!
Как он может не ненавидеть, не гневаться, не обижаться?
- Е Жаоцзюэ, заткнись! Е Ванцин мертва! Даже если она была умна, ее дочь - это позор! Она слабая и некомпетентная! Никакой пользы! - сказал Бай Цивэй с ненавистью, и снова поднял длинный хлыст в руке и нацелил его прямо в лицо Бай Аосюэ!
Увидев это, Е Жаоцзюэ закричал:
- Бай Цивэй прекрати! Не причиняй боль Аосюэ!
Тем не менее, Бай Цивэй уже обезумел от слов Е Жаоцзюэ и не обращал внимания на бледное лицо Бай Аосюэ. В этот момент из тени вылетел камень и ударился в хлыст Бай Цивэя. Хотя это было лишь незначительное препятствие, но хлыст отклонился и ударил руку Бай Аосюэ.
Бай Цивэй, увидев, что кто-то прячется в темноте, закричал:
- Кто это? Убирайся!
- Ох.. Рука соскользнула, премьер-министр Бай, я смущен, - Ци Лянге медленно вышел из темноты, и в словах его было сожаление.
Бай Цивэй было ошеломлен, он не знал, сколько времени Ци Лянге там простоял и как много успел увидеть.
- Премьер-министр Бай, сейчас не время злиться.
Бай Цивэй не понял его слов. Но в этот момент он увидел бледное лицо Бай Аосюэ, ее темные бездонные глаза, и хлынувшие из нее густые волны убийственной ауры.
- Восемь. Восемь ударов. Бай Аосюэ мертва, - шевельнулись тонкие бескровные губы.
Глава 78: Жестокий рост
Голос Бай Аосюэ был негромким, но все присутствующие практиковали боевые искусства, так что услышали ее.
- Восемь？- повторила Луоянь, озадаченно глядя на Ци Лянге.
Но лишь увидела, что глаза Ци Лянге сияли, глядя на Бай Аосюэ, словно он видел только ее одну. Такой взгляд был ей знаком. Когда она впервые увидела Е Жаоцзюэ, она выглядела точно так же. Думая об этом, Луоянь не могла не испугаться.
- Аосюэ! Какие глупости ты говоришь! Тебе сейчас не хорошо, быстрее подойди к дяде, дядя научит этих скотов и отвезет тебя домой! – осторожно уговаривал Е Жаоцзюэ.
Он ужасно боялся, что Бай Аосюэ слишком близко воспримет обидные слова, сказанные Бай Цивэем. Она меньше всех в этом мире заслуживает таких страданий. С самого рождения у нее не было права выбора, а отец оскорбил ее, но она не была некомпетентной и бесполезной. Бай Аосюэ перенесла столько страданий и трудностей, которые она не должна была терпеть. Особенно сейчас, глядя на разорванное красное платье и окровавленное тело, он чувствовал боль!
Услышав слова Е Жаоцзюэ, девушка слегка приподняла голову, открыв бледное, но кристально чистое лицо с легкой улыбкой.
Ее улыбка ввела в недоумение многих людей, но Е Жаоцзюэ знал, что она улыбалась, чтобы ободрить и успокоить его.
- Дядя, я в порядке, эти восемь ударов я получила добровольно. После этих восьми хлыстов у меня больше нет никаких отношений с Бай Цивэем! – равнодушно сказала Бай Аосюэ.
Услышав эти слова Бай Цивэй нахмурился и закричал:
- Бай Аосюэ! Я твой отец, и от меня зависит, разорву я отношения или нет!
Сказав это, хлыст в его руках снова устремился к Бай Аосюэ. Все испугались за нее, но когда они подняли глаза, хлыст был легко пойман ее рукой.
Крепко сжав кнут, глаза Бай Аосюэ холодно посмотрели на Бай Цивэя, их взгляды столкнулись друг с другом.
Эта напряженная атмосфера заставила всех смотреть, не мигая.
Густая убийственная аура Бай Аосюэ и ее невероятное высокомерие были настолько агрессивны, что даже стоявший в отдалении Е Жаоцзюэ слегка нахмурился, он никогда не замечал, что у его племянницы была такая чудовищная убийственная духовная сила.
Даже он не мог сравниться с ней.
Пока Е Жаоцзюэ сомневался, Бай Цивэй снова заговорил:
- Бай Аосюэ, я приказываю тебе отпустить!
Девушка, услышав его слова, ничего не сказала, но сила в ее руках как будто слегка ослабла. Бай Цивэй также почувствовал это и, улыбаясь, быстро вытащил хлыст из ее руки.
Но в следующий миг Бай Аосюэ крепко сжала кончик хлыста, а затем с силой вытащила из рук Бай Цивэя!
- Бай Цивэй, я приняла решение, и никто не может возражать! - холодно сказала Бай Аосюэ, взяв хлыст.
Ее движение было столь стремительным, что рукоять вырвалась из ладони Бай Цивэя с обжигающей болью.
Бай Цивэй смотрел на нее уже не безумно и гордо, но все еще властно, и сказал раздраженно:
- Я еще не закончил. Ты недостаточно пострадала сегодня!
- Быстро, схватите ее!
Теневые стражи, окружавшие Е Жаоцзюэ, разделились, отправив одного. Он двинулся к Бай Аосюэ.
Девушка смотрела на нападающего стража, приподняв брови и улыбаясь. Эти люди действительно искали смерти, а раз так, она выполнит их желание!
Очевидно, что теневой страж даже не догадывался о ее мыслях, для него это было легким заданием! Это также шанс выслужиться!
Наблюдая за приближением теневого стража, Е Жаоцзюэ закричал:
- Синчжи, защити Аосюэ!
Даже не дожидаясь его приказа, Синчжи уже сделал шаг вперед, но в следующий момент замер на месте. Он увидел, что Бай Аосюэ взмахнула скрученным длинным хлыстом, быстро ударив по телу теневого стража, и тот не смог увернуться.
Толпа в шоке наблюдала за умелыми движениями Бай Аосюэ, она не дала теневому стражу ни малейшего шанса. Пока он пытался уклониться, хлыст следовал за ним, и ни один удар не пропал зря. Его новая и неповрежденная одежда тут же стала изорванными лохмотьями, и кровь выплескивалась от ударов хлыста.
Страж даже представить не мог, что Бай Аосюэ так глубоко скрывает свои способности. До этого, видя ее битву с Бай Фэем, он был готов к кулачной драке, но после того, как ее избил хлыстом Бай Цивэй, он не думал, что она сможет хотя бы стоять.
Но Бай Аосюэ была такой цепкой, избивая его хлыстом все сильнее!
Похоже, что у хлыста были глаза, он не отпускал его. Страж был в шоке, пытаясь увернуться, но при этом внимательно следил за Бай Аосюэ, надеясь, что она допустит ошибку.
Но каково же было его разочарование, когда вместо того, чтобы показывать недостатки, она лишь увеличила интенсивность.
Страж с негодованием уставился на Бай Аосюэ, быстро вытащил три дротика из рукава и бросил их в ее сторону! Он думал, что девушка отдернет свой хлыст назад и ударит по этим дротикам. Тогда у него был шанс приблизиться к ней!
Страж прыгнул и в мгновение ока приблизился к Бай Аосюэ.
Глядя на ее встревоженные глаза, он мрачно улыбнулся и, сжав кулаки, ударил в голову. Судя по всему, он хотел убить ее с одного удара!
Она заставила его растеряться, как он мог не злиться и не ненавидеть. Он должен убить ее, чтобы разрешить ненависть в своем сердце!
Видя, что его кулак вот-вот ударит Бай Аосюэ, страж с гордостью посмотрел на нее, но лишь увидел насмешливую улыбку. Тонкая рука изящно взмахнула, изображая панику. Теневой страж посмотрел на изящные движения Бай Аосюэ, и его руки немного замедлились, но в следующий момент его шея похолодела. Страж в шоке посмотрел на девушку и торопливо отдернул руки. Он поспешно схватился за хлыст, обернувшийся вокруг его шеи, но его торопливость лишь стянула его сильнее, он едва мог вздохнуть.
Он не предполагал, что Бай Аосюэ лишь слегка взмахнет рукой, и хлыст, как ядовитая змея, обернется вокруг его шеи.
Если бы хлыст не был таким жестким, он бы подумал, что это не хлыст, а духовная змея!
Страж с тревогой потянул за хлыст, Бай Аосюэ смотрела равнодушно, но ее руки сжимались все сильнее.
- Ты думал, что подкравшись ко мне один раз, сможешь подкрасться и во второй? – слабо спросила она.
Теневой страж с ужасом посмотрел на Бай Аосюэ:
- Ты только что сделала это намеренно!
Он озвучил свои мысли, но его сердце от возмущения прыгало как обезьяна.
Девушка посмотрела на ошеломленное выражение его лица и с презрением сказала:
- Ты думаешь, что с твоим умением даже тайная атака будет успешной? Не будь слишком самоуверенным! – ее тон был безразличным, но с уникальным холодом и брезгливостью.
Стройные и нежные белые пальцы, крепко сжимали длинный хлыст, миниатюрная фигурка стояла необыкновенно прямо, лицо хоть и бледное, но это никак не повлияло на ее волнующую красоту.
- Ты... – теневой страж протянул руку и указал на Бай Аосюэ, но слова не были произнесены, и его голос замер навсегда.
Бай Аосюэ с силой натянула длинный хлыст и за мгновение сломала его шею!
Теневые стражи, которые сражались с Е Жаоцзюэ, остановились, и все посмотрели на Бай Аосюэ, только чтобы увидеть, как девушка мягко отпустила длинный хлыст. Ее глаза Феникса посмотрели на всех присутствующих.
- Я уже говорила, что никто не выживет. Вы должны убить меня или приготовиться к смерти! – легко произнесла Бай Аосюэ, как будто она говорила о несущественных вещах.
Синчжи и остальные смотрели на нее в это время, и чувствовали, что ее аура сильнее, чем у генерала Е, в ней было больше королевского величия!
Повернув голову, чтобы посмотреть на Ци Лянге, Бай Аосюэ медленно произнесла:
- Несравненный принц, если у вас есть способности, чтобы смотреть шоу, их должно хватить, чтоы случайно не потерять здесь свою жизнь!
Ци Лянге не мог не улыбнуться, уловив иронию ее слов.
- Аосюэ...ты...Убиваешь людей...? - Е Жаоцзюэ с удивлением посмотрел на девушку, его голос дрожал.
Бай Аосюэ улыбнулась ему:
- Дядя, у меня нет выбора. Если я не убью сегодня, завтра убьют меня, а я не хочу умирать! Так что, черт возьми, это могут быть только они.
Е Жаоцзюэ внезапно обнаружил, что когда-то тонкая и робкая племянница, которая нуждалась в его защите, молча выросла без его ведома. Хотя такой рост был жестоким.
Она заставила себя вырасти, не полагаясь на холодный, зловещий мир.
Теперь Бай Аосюэ уже стала взрослой, а он продолжает относиться к ней, как к маленькой племяннице, которая когда-то тянулась к нему за обьятием. Е Жаоцзюэ смотрел на Бай Аосюэ, и видел маленькую девчушку с большими влажными глазами, прячущуюся за дверью, и воскликнул:
- Дядя хотел бы защищать Аосюэ всю жизнь!
Е Жаоцзюэ с облегчением улыбнулся, а его холодное лицо смягчилось, с удовлетворением и сожалением. Он пропустил ее взросление, но теперь он ничего не упустит, наблюдая как Бай Аосюэ шаг за шагом идет по пути к вершине!
- Я горжусь тем, как ты выросла! - Е Жаоцзюэ слабо вздохнул, но убрал руку и больше не сражался с Бай Фэем.
В это время Бай Фэй еще нападал на него, но он был уже на пределе. Даже группой они не были противниками генералу Е.
Бай Аосюэ посмотрела на руку Е Жаоцзюэ и с благодарностью улыбнулась, он смог понять ее!
- Дядя, подожди, пока Аосюэ решит эти мелочи и пойдет вместе с дядей домой! - ее глаза блеснули, а губы изогнулись изящной дугой.
Глава 79. Хорошо, я отпущу тебя!
Глядя на улыбку Бай Аосюэ, Е Жаоцзюэ в этот момент подумал, что может последовать за ней хоть на край света. Закончив говорить, он обернулся и посмотрел на Бай Цивэя, который стоял позади, и улыбка в тот же миг исчезла с лица генерала, как будто вообще никогда не появлялась. Остались только равнодушие и безразличие.
В это время сердце Бай Цивэя уже взволнованно трепыхалось в груди, он никогда не думал, что Бай Аосюэ на самом деле собирается разорвать с ним отношения и покинуть резиденцию.
Он думал, что его взрыв ярости может напугать и сдержать ее, но все получилось совсем наоборот, и в этот момент он уже пожалел об этом.
- Не волнуйся, хотя я разорвала с тобой все связи, но твоя кровь по-прежнему течет в моем теле. Я не причиню тебе вреда и не убью тебя, - сказала Бай Аосюэ.
Никто не мог понять, о чем она думает и что собирается делать.
Услышав эти слова, Бай Цивэй вздохнул с заметным облегчением. Теперь он полностью понял характер Бай Аосюэ, она была крепким орешком, который трудно разгрызть. Но если он сможет использовать добрые слова и свой дар убеждения, она будет послушной бессловесной марионеткой, и пока он не перегнет палку, она не будет сердиться и, возможно, будет следовать его приказам.
Но теперь, когда он уже повел себя так, места для переговоров не осталось, и, думая об этом, Бай Цивэй не мог не ругать себя за импульсивность. В конце концов, это было всего лишь приданое, и если бы он полностью контролировал Бай Аосюэ, она бы сама отдала ему все, но он был словно одержим. Сейчас, думая об этом, Бай Цивэй хотел дать себе два пощечины!
Бай Аосюэ смотрела, как на лице Бай Цивэя одно выражение сменяется другим, и холодно фыркнула:
- Но ты должен понести ответственность за то, что сделал сегодня! Мои горничные сильно пострадали! Они даже не могут двигаться!
Бай Цивэй почувствовал недовольство, услышав ее слова, но он ничего не сказал, так как не верил, что Бай Аосюэ сможет найти того, кто наказывал ее служанок.
Бай Аосюэ не думала об этом, просто холодно посмотрела на него:
- Как говорится, нельзя поощрять безобразие, но здесь так много посторонних людей. Вы не планируете принимать гостей?
Ее слова действительно напомнили Бай Цивэю. Он посмотрел на толпу людей, заполнивших маленький двор, и нахмурил брови. Он был слишком взволнован и не обращал на это внимание, но только сейчас увидел, что на самом деле здесь много посторонних.
Только при одной мысли, что они стали свидетелями его жестокости, Бай Цивэй снова начал волноваться. Если бы не Бай Аосюэ, то его истинного лица, возможно, никто бы не увидел! Думая об этом, он яростно поднял руку и указал на Бай Аосюэ.
Видя, как он испугался за свой имидж в этот момент, девушка с презрением улыбнулась:
- Что, все еще хотите предоставить людям бесплатное шоу?
Эти дразнящие слова вернули здравомыслие Бай Цивэю. Он смущенно убрал руку и горько уставился на нее.
- Гм, гм... Несравненный принц и принцесса Луоянь сегодня посетили мой дом, мы должно быть заставили вас смеяться. Сегодня у нас нет времени, чтобы развлечь вас, надеюсь, вы не возражаете, если мы встретимся в другой раз и поужинаем? - Бай Цивэй слегка кашлянул, скрывая смущение.
Ци Лянге и Луоянь не могли не услышать намек в словах Бай Цивэя, они переглянулись, у каждого в сердце были свои расчеты.
- Ха-ха... Поскольку у премьер-министра Бай нет времени сегодня, этот принц покинет вас и назначит другой день, чтобы посетить ваш дом, - Ци Лянге слабо улыбнулся. Улыбка мелькнула всего на мгновение, но уже могла произвести сенсацию.
После таких слов Луоянь ничего не оставалось, как удалиться, ведь сейчас у нее был не тот статус. Но когда-нибудь она останется как тетя Бай Аосюэ!
- Премьер-министр Бай, позвольте откланяться! - Луоянь посмотрела на Бай Цивэя и перевела взгляд на Е Жаоцзюэ, но тот все еще сердечно смотрел на Бай Аосюэ.
- Принцесса Луоянь, несравненный принц, простите, что не провожаю! Бай Лэй, проводи гостей! - Бай Цивэй напустил на себя величественный вид и приказал дворецкому.
Тот сразу же ответил:
- Да, господин, этот слуга проводит несравненного принца и принцессу Луоянь до ворот.
На самом деле Бай Лэй не осмеливался оставаться здесь. Как только он услышал слова Бай Аосюэ его сердце дрогнуло. Хоть она и сказала, что не навредит Бай Цивэю, это не значит, что она не навредит ему!
Он был слугой, и даже если бы она захотела убить его, чтобы рассеять гнев, возможно, Бай Цивэй, не колеблясь, пожертвует им. А он все еще не хотел умирать. Теперь господин отпустил его, и это было не очень хорошо.
Луоянь слабо вздохнула, перестала ностальгировать и быстро отвернулась. Ци Лянге также удалился, не задерживаясь, но перед уходом он со значением посмотрел на Бай Аосюэ. Дворецкий Бай сразу же побежал за ними.
Увидев, что непрошенные гости ушли, Бай Цивэй сразу же повернул голову, чтобы посмотреть на Бай Аосюэ:
- Чего тебе еще надо?
Девушка лишь усмехнулась:
- Мне нужны те собаки, которые причинили боль моим служанкам.
Бай Цивэй с гордой улыбкой произнес:
- Ты не сможешь их найти, я давно их отпустил!
Бай Аосюэ с насмешкой посмотрела на него и сказала:
- Как неловко, ты отпустил их, а я вернула их обратно, - она указала пальцем на ворота. Бай Цивэй также посмотрел в этом направлении и увидел, как во двор входят несколько слуг и сопровождающие их смущенные охранники. При виде них он чуть не выплюнул кровь.
- Мисс, вы приказали мне доставить этих людей, слуга справился и всех поймал! - увидев Бай Аосюэ, охранник улыбнулся во весь рот, совершенно не обращая внимания на гневный взгляд Бай Цивэя и полный двор трупов.
Девушка удовлетворенно кивнула:
- Молодец, как тебя зовут?
Охранник взволнованно ответил:
- Отвечаю на вопрос мисс, этого слугу зовут Ван Хуэй!
Бай Аосюэ слабо кивнула:
- Ван Хуэй, ты пойдешь со мной.
- Спасибо, мисс! - Ван Хуэй взволнованно кивнул.
В этот момент Бай Цивэй пришел в ярость, Бай Аосюэ без спроса забирает людей из его резиденции, как он мог не сердиться?
- Бай Аосюэ! Ты ни во что не ставишь отца!？ - яростно прорычал он.
Услышав его слова, девушка с презрением улыбнулась:
- Нет.
Ее простой и ясный ответ заставил Бай Цивэя захлебнуться словами. Он не ожидал, что Бай Аосюэ просто не даст ему лица. В этот момент сердце Бай Цивэя уже тысячу раз перевернулось.
Бай Аосюэ не было никакого дела до его мыслей. В этот момент она просто хотела все исправить, а затем уйти, у нее не было никакой ностальгии по этой семье.
- Ван Хуэй, приведи сюда этих людей, - Бай Аосюэ посмотрела на слуг, которые все еще сопротивлялись.
Ее слова хотя и прозвучали безразлично, но несли в себе убийственное намерение. Несколько слуг, услышав это, закричали:
- Бай Аосюэ, зачем вы заставили нас ловить, мы всего лишь действовали по приказу! Вы обманываете себя, вы получите возмездие!
Бай Аосюэ не могла не рассмеяться.
- Я, Бай Аосюэ, прожила здесь так много лет. Вы избили моих служанок, и говорите, что я не должна вас искать, тогда с кого мне спрашивать? Неужели мои служанки заслуживают того, чтобы их избили?！- Бай Аосюэ беспощадно смотрела на слуг.
Видя ее гнев в этот момент, они поняли, что она по-настоящему разозлилась, но все еще отказывались признавать вину.
- Кто велел им быть такими непослушными? Жизнь слуг такова - непослушание должно быть наказано! - один из слуг с ненавистью посмотрел на Бай Аосюэ.
Девушка медленно подошла к ним и сказала:
- Это вы, ребята, заслуживаете такого обращения! Вы презираете свое достоинство, вы смотрите на себя сверху вниз, как вы хотите заставить других уважать вас?
Слуги замолчали, им нечего было ответить.
- А вот мои служанки дорожат своим достоинством, даже если вы их убьете, они не предадут его. В этом разница между вами и ними, - ее слова заставили всех задуматься.
Но один все еще упорствовал:
- Ну и убивайте! Не думайте, что мы будем бояться вас, для таких людей, как вы, люди как кузнечики.
Услышав его претенциозные праведные слова, Бай Аосюэ не могла не улыбнуться:
- Что, ты правда думаешь, что я не посмею убить тебя?
Дерзкий слуга с яростным лицом посмотрел на нее:
- Дерьмо, если бы я знал, что вы будете создавать мне проблемы, я определенно изнасиловал бы и убил этих двух маленьких сук! Даже смерть этого стоит! Ха-ха...
Он не знал, что его слова действительно разозлили Бай Аосюэ.
- Убить тебя? Но я действительно не собиралась этого делать, - сказала она, опустив голову.
Как только слуга услышал слова Бай Аосюэ, он сразу же вырвался из рук охранника и встал с наглым взглядом:
- Раз уж вы не убьете меня, поторопитесь и отпустите меня!
- Хорошо! Я отпущу тебя, - спокойно сказала Бай Аосюэ.
Слуга посмотрел в ее сторону, и увидел, как в ее глазах мелькнула вспышка невероятно холодного света. Держа в руках длинный меч, девушка медленно подняла руку. Пока слуга не успел отреагировать, она быстро двинулась. Острый меч, мерцающий холодом, бросился в глаза всем.
Кровь брызнула двумя фонтанами. Только увидев длинный меч в ее руках, слуга опустил глаза, его ноги были отсечены у колен.
- Ааааа-ааа!!! - заорал он от боли.
Бай Аосюэ стряхнула кровь с меча и улыбнулась:
- Теперь ты можешь идти. Я же сказала, что не убью тебя.
Злое выражение на ее красивом маленьком личике поражало своей враждебностью и заставило людей задрожать от страха.
Глава 80. Отчаяние Бай Цивэя
Они еще не успели далеко уйти от маленького двора, как услышали пронзительные крики боли.
Бай Лэй вздрогнул, и в глубине души не мог не порадоваться тому, что вовремя унес ноги. Если бы он не ушел, возможно, теперь это были бы его крики. Он никогда еще не чувствовал такой благодарности к Бай Цивэю.
Услышав вопли, интерес Ци Лянге снова возрос, и он уже хотел развернуться, чтобы остаться и посмотреть, как услышал холодный голос Луоянь:
- Несравненный принц не тот человек, который поступает опрометчиво. Если вы хотите сблизиться с Аосюэ, вам не стоит этого делать, хотя вы можете в это не верить.
Луоянь автоматически определила Бай Аосюэ, как близкого человека, даже называя ее по имени. При этом она совсем не подумала, что сама еще ни разу не разговаривала с ней.
Ци Лянге, услышав насмешливые слова принцессы, замедлил шаг, его персиковые глаза замерцали.
- О, это то, что случилось с принцессой Луоянь, как я понимаю? - Ци Лянге остановился, но не повернулся.
Крики вдали уже затихли, но Сусяо все еще был шокирован. Ци Лянге в этот момент выглядел так, будто он собирался убить человека, как он мог не удивляться.
Луоянь посмотрела на принца, она была озадачена, ведь она была уверена, что не ошиблась. Она видела его сильный интерес и восхищение Бай Аосюэ, уж с этими эмоциями она была знакома!
Но в этот момент в глазах Ци Лянге кроме легкой заинтересованности не было никаких эмоций, что заставило Луоянь засомневаться. Но если она все же права, а Ци Лянге так хорошо все скрывает, то можно сказать, что несравненный принц слишком глубок, и она не может видеть его насквозь. Ци Лянге действительно удивил ее.
- Я думаю, что несравненный принц должен был понять такие простые слова, что тут сложного? - Луоянь взглянула на него.
- Я могу только сказать что нельзя это сравнивать, наши условия совершенно разные, не стоит путать! – принцесса слегка покраснела, но прикусила губу с некоторой провокацией.
Услышав ее слова, Сусяо уже хотел разозлиться, но Ци Лянге слабо взглянул на него, и слова, которые уже дошли до его горла, провалились обратно. Как будто ничего не случилось, Ци Лянге опустил персиковые глаза и слегка улыбнулся.
- Ха-ха... Принцесса Луоянь не должна так к этому относиться, я всего лишь хотел пошутить с принцессой, кажется, это было неудачно, - казалось бы небрежная фраза Ци Лянге заставила принцессу задохнуться.
Луоянь, услышав Ци Лянге, пренебрежительно фыркнула:
- Принц смотрит на людей свысока, даже дети в Мобэе умеют шутить. Я не такой уж мелкий человек!
Ци Лянге слегка прищурился, словно лиса, которая преуспела в своих действиях.
- Раз принцесса Луоянь так говорит, Лянге спокоен, - сказал он с видимым облегчением.
Принцесса глянула на него, его смиренный вид не мог обмануть ее, она лишь холодно фыркнула, ожидая, когда он снова заговорит.
- На самом деле Лянге ничего не говорил, это были слова принцессы Луоянь, которая еще не вышла замуж за генерала, но уже ведет себя как генеральша. Принцесса Луоянь действительно героиня среди женщин! - подшучивал Ци Лянге.
Глядя на лицо Луоянь, меняющее цвет с белого на красный, он собрался уйти.
Услышав, как принц насмехается над ней, принцесса рассердилась и застыдилась. Она не рассматривала себя как генеральшу, ей просто понравилась Бай Аосюэ. Эта девушка казалась равнодушной, но была такой же раскованной и безрассудной, как женщины Мобэя, и она хотела подружиться с ней.
Но слова Ци Лянге также напоминили Луоянь, что в ее собственных словах была какая-то лазейка, и если бы их услышали посторонние, поднялась бы большая суета!
- Ци Лянге, я обязательно выйду замуж за генерала, это всего лишь вопрос времени! Не нужно напоминать мне! - даже зная, что слова Ци Лянге были с подвохом, она все еще не могла проглотить злость в своем сердце.
Шаги принца не замедлились, и он не повернулся, когда сказал:
- Тогда поздравляю принцессу Луоянь и желаю побыстрее реализовать мечту!
Луоянь снова вздрогнула и шаг за шагом догнала Ци Лянге:
- Хм! Вы не должны слишком гордиться собой, я также напоминаю вам, что Бай Аосюэ собирается замуж за другого, так что вам лучше задушить эти мысли в своем сердце!
После этого она быстро ушла, просто не давая Ци Лянге времени на ответ. Несравненный принц посмотрел ей вслед, слегка улыбнулся и медленно покачал головой:
- Как я могу думать об этом, хе-хе...
Дождавшись, пока ее спина не исчезнет из виду, Ци Лянге повернул голову и посмотрел на молчавшего Бай Лэя:
- Ты можешь вернуться, этот принц уходит.
Тот все это время стоял в стороне, стараясь минимизировать свое присутствие, но, услышав слова Ци Лянге, сразу же кивнул как клюющая курица:
- Этот слуга вернется, чтобы доложить господину, что несравненный принц ушел! – сказав это, он умчался быстрее ветра.
Бай Лэй обнаружил, что независимо от того, был ли он рядом с Бай Аосюэ или Ци Лянге, они оба оказывали на него огромное давление. Аура Бай Аосюэ была такой тяжелой, что удушала, а ее враждебность могла ранить на расстоянии. Находясь рядом с несравненным принцем, нужно всегда опасаться его хитроумных ловушек и расчетов.
Принц снова повернул голову и посмотрел в сторону маленького двора Бай Аосюэ, и, слегка вздохнув, быстро ушел.
Сусяо с ужасом смотрел на Ци Лянге, неужели то, что сказала принцесса Мобэя, правда? Что происходит между его собственным принцем и этой свирепой женщиной Бай Аосюэ?！
Думая об этом, Сусяо яростно покачал головой, надеясь, что это всего лишь неудачная шутка Луоянь. Как может его принц влюбиться в такую грубую женщину, только вежливая и мягкая мисс Му может соответствовать принцу!
Сусяо быстро поспешил за господином, отбросив абсурдную шутку принцессы.
Он не знал, что его мудрый хозяин запутался.
На самом деле принц мало заботился о словах Луоянь. Он чувствовал в сердце какое- то томление, но не думал, что это любовь с первого взгляда, это просто невозможно, он не верил в любовь между мужчиной и женщиной. Он никого не любил и ни о ком не заботился. Принц оценивал людей лишь с той точки зрения, интересны они ему или нет.
Так было и с Бай Аосюэ, в начале он просто заинтересовался ее тайной жизнью и использованием ядов. Но почему он был так обеспокоен и зол из-за того, что Бай Аосюэ была ранена, он совсем не понимал своих мыслей. Возможно, ему понадобится больше времени, чтобы раскусить ее, а также понять свои собственные мысли.
Принц подумал, что он, наконец, разобрался в своих противоречиях.
В этот момент, стоя на высокой стене, окружающей резиденцию Бай, он посмотрел в сторону маленького двора Бай Аосюэ и улыбнулся:
- Мы скоро увидимся!
Бай Аосюэ не было дела до душевных волнений Ци Лянге в это время. Она только что проучила этого жесткого слугу, но гнев в ее сердце не уменьшился. Только взглянув на черные от синяков щеки Вэньси и ее окровавленную одежду, огонь в сердце Бай Аосюэ полыхнул с новой силой.
Несколько слуг, с самого начала вопившие о несправедливости, видя, что она настолько решительна, не смели больше открывать рот, они все опустили голову.
- Продолжайте говорить, что это вы замолчали? - Бай Аосюэ слегка вздохнула.
Слуг дрожали, как сито.
- Вы сегодня так избили мою служанку, но думали ли вы когда-нибудь, что беда так быстро обрушится на ваши головы? – слабо спросила Бай Аосюэ.
Они не смели говорить. Бай Аосюэ было лень разбираться с этим дальше, она повернула голову, чтобы посмотреть на Ван Хуэя и сказала:
- Возьми этих людей, каждому всыпьте по тридцать ударов доской и сто ударов по ногам!
Услышав ее приказ, Ван Хуэй проглотил слюну и быстро кивнул:
- Подчиняюсь приказу мисс! - сказав это, он велел своим людям принести доски.
Бай Цивэй увидел, что Бай Аосюэ вообще не обращает на него внимания и мгновенно вспыхнул!
Он терпел все это, даже позволил Бай Аосюэ еще раз защитить себя, но, как говорится, борясь с собаками, надо также смотреть на их владельца. Вместо того, чтобы просить совета у него, Бай Аосюэ самовольно управляла ими, как Бай Цивэй мог не сердиться!
Но в тот момент, когда Бай Цивэй отдал приказ избить ее служанок, он не спрашивал разрешения Бай Аосюэ.
Глядя на то, как она игнорирует его, последняя нить здравомыслия в голове Бай Цивэя была полностью разорвана.
Так как Бай Аосюэ настолько снисходительна и так трудно поддается контролю, какая от нее польза?! Такая дочь не только не поможет, но доставит ему бесконечные неприятности, так что лучше отбросить эту пешку!
Думая об этом, Бай Цивэй посмотрел в глаза Бай Аосюэ, и его взгляд был еще более жестоким и решительным!
Он посмотрел на нескольких охранников, оставшихся в маленьком дворе. Увидев, что кроме Бай Фэя, остальные теневые стражи смотрят на него, ожидая приказа, сердце Бай Цивэя окончательно ожесточилось. Незаметно повернувшись, Бай Цивэй провел рукой по горлу, а затем снова посмотрел в сторону Бай Аосюэ.
Стражи сразу поняли идею Бай Цивэя, и, хотя они испытывали шок, но не отказались. Они будут безоговорочно подчиняться его командам, и раз Бай Цивэй чувствует, что Бай Аосюэ не имеет больше никакой ценности, они должны от нее избавиться.
Стражи подмигнули Бай Цивэю.
Бай Цивэй верил, что Цзюн Ухэн будет на его стороне, и, даже если Бай Аосюэ умрет, он сможет женить пятого принца на Бай Сусюэ, в любом случае ее гораздо легче контролировать.
Что касается Е Жаоцзюэ, то он не заботился о нем. Можно будет сказать, что генерал покончил с собой. Под защитой теневого стража сердце Бай Цивэя быстро успокоилось и все казалось намного проще.
Но он не думал об этом. Он собирался убить не кого-то другого, а собственную плоть и кровь, свою родную дочь!
Бай Цивэй, увидев, что момент был подходящим, слегка кивнул головой, и несколько теневых защитников мгновенно двинулись вперед. Это произошло слишком быстро и их действия застали всех врасплох.
Два человека осадили Бай Аоюэ, остальные пошли блокировать Е Жаоцзюэ.
Бай Аосюэ увидела, что Бай Цивэй наконец решил убить ее, и, хотя она все еще была немного разочарована, но в ее действиях не было ни малейшего намека на ошибку. Вытащив кинжал из рукава, она, не колеблясь, повернулась к одному из стражей. Хотя рана на плече все еще кровоточила, но это не повлияло на ее игру. Спустя короткое время Бай Аосюэ прикончила обоих стражей.
- Бай! Ци! Вэй! - девушка повернула голову, ее глаза были холодны как лед, когда она произнес имя Бай Цивэя.