5 часть
Мы ещё несколько дней побыли с братом вместе — гуляли по набережной, завтракали в маленьких прибрежных кафе, обсуждали турнир и смеялись над забавными моментами, которые остались за кадром стрима. Ренат всё повторял, что моя победа — это и его победа тоже, а я в ответ напоминала, кто научил меня читать соперников по выражениям лица.
Потом настал день расставаний. Я уезжала в Москву, а Ренат — в Грузию, домой, к нашим родителям и друзьям. Мы обнялись на прощание у входа в аэропорт.
— Сестрёнка, я так тобой горжусь, — брат слегка взъерошил мне волосы, как в детстве. — И не забывай: если что — я всегда на связи. И в следующий турнир — снова вместе!
— Конечно, — я улыбнулась, стараясь не показать, как грустно расставаться. — Береги себя в Грузии. И передавай привет горам!
— Обязательно! — он подмигнул и направился к своему терминалу.
Я глубоко вдохнула и пошла к выходу на посадку.
Полёт прошёл гладко, и вот я уже спускалась по трапу в московском аэропорту. Прошла паспортный контроль, получила багаж и направилась к выходу в зону прилёта. Вокруг суетились люди, звучали объявления рейсов, кто‑то радостно обнимался после долгой разлуки.
И вдруг я замерла. В зоне ожидания, прямо у стеклянных дверей, стоял Анар. Он был в своей любимой тёмно‑синей куртке, с рюкзаком через плечо, и внимательно всматривался в поток выходящих пассажиров. В руках он держал небольшой букет белых лилий — простых, но очень изящных. Когда наши взгляды встретились, его лицо озарилось широкой улыбкой. Он тут же шагнул ко мне навстречу.
— Привет, чемпионка! — Анар подошёл, на секунду заколебался, а потом всё‑таки обнял меня — крепко и искренне. — С возвращением в Москву! И ещё раз — поздравляю с победой. Это было по‑настоящему круто.
Я невольно рассмеялась, чувствуя, как внутри всё теплеет:
— Анар, ты... Ты что, правда приехал меня встретить? И ещё с цветами?
— А как же иначе? — он чуть отстранился, но руки с моих плеч не убрал. — Ты вернулась после такой победы — и я должен был быть здесь. К тому же мы ведь договаривались встретиться в кафе. Но сначала — давай я помогу с чемоданом.
Он ловко подхватил мою сумку, и мы направились к выходу.
— Знаешь, — я посмотрела на него, — это самый приятный сюрприз после возвращения. Спасибо.
— Всегда пожалуйста, — Анар улыбнулся. — Так что насчёт кафе? Я уже выбрал место — там делают потрясающий капучино и лимонный пирог. Как раз для чемпионского настроения.
— Звучит идеально, — кивнула я. — Поехали.
Мы вышли из аэропорта, и Анар галантно открыл передо мной дверь машины. Солнце пригревало по‑весеннему, в воздухе чувствовалась свежесть, а рядом шёл человек, который искренне радовался моим успехам.
«Как же всё‑таки здорово возвращаться туда, где тебя ждут», — подумала я, садясь в машину.
Мы сидели в уютном кафе с большими окнами, за которыми мелькали спешащие по своим делам москвичи. На столе перед нами дымились чашки капучино, а рядом лежал недоеденный лимонный пирог — тот самый, что Анар так расхваливал.
Разговор лился легко: мы обсуждали турнир, вспоминали самые напряжённые моменты, смеялись над забавными оговорками ведущего. Анар живо изображал, как Глеб пытался блефовать с парой двоек, а я в ответ пародировала серьёзное лицо Вадима, когда тот пытался «прочитать» соперников.
— А помнишь, как ты сделала паузу перед тем финальным ходом? — Анар рассмеялся. — Я чуть не вскочил с кресла от напряжения! Ты держала всех в напряжении секунд десять, не меньше.
— Да, старалась выдержать драматическую паузу, — я улыбнулась, делая глоток кофе.
В этот момент телефон Анара, лежавший экраном вверх на столе, завибрировал. Пришло сообщение. Анар машинально взглянул на экран — и я случайно заметила имя отправителя: «Лера Симка».
Внутри всё неприятно сжалось. Ревность, острая и неожиданная, подкатила к горлу. В голове вихрем пронеслись мысли: «Он так тепло со мной разговаривает, улыбается, а ему в этот момент пишет другая девушка... Может, она для него важнее, чем кажется?»
Но я тут же взяла себя в руки. Улыбка не дрогнула, голос не изменился. Я слегка наклонилась вперёд, будто бы чтобы лучше расслышать следующую шутку Анара, и сделала вид, что увлечена разглядыванием пирожного.
Анар, поглощённый чтением сообщения, не заметил моего мимолётного замешательства. Он быстро напечатал ответ, отложил телефон и вернулся к разговору. Мы ещё немного поговорили о турнире, о планах на будущее, о том, как здорово было снова встретиться после долгой разлуки.
Позже Анар подвёз меня домой. Всю дорогу я старалась держаться как обычно — улыбалась, поддерживала беседу, рассказывала забавную историю про то, как Ренат пытался научить меня играть в нарды во время отдыха. Но где‑то внутри всё ещё саднило от того короткого мгновения, когда я увидела имя «Лера Симка» на экране его телефона.
Как только Анар попрощался и отъехал от подъезда, я достала телефон — и тут же раздался звонок. Это был Ренат.
— Привет, сестрёнка! — его бодрый голос прозвучал в трубке. — Ну, как встреча с Анаром? Всё прошло круто?
Я попыталась ответить как можно более беззаботно:
— Да, всё отлично. Посидели в кафе, поговорили, он подвёз меня домой...
Но Ренат, похоже, уловил что‑то в моём голосе.
— Погоди, — он вдруг стал серьёзнее. — Что‑то не так? Ты какая‑то... не такая. Говори, что случилось.
Я помолчала, потом вздохнула:
— Просто... во время разговора Анару пришло сообщение от какой‑то Леры Симки. И мне стало как‑то неприятно. Я не показала виду, но внутри всё сжалось.
Ренат на мгновение задумался:
— Так, понятно. А ты у него спросила, кто это?
— Нет, — призналась я. — Не захотела выглядеть ревнивой или навязчивой.
— Сестрёнка, — брат заговорил мягче, — ревность — это нормально. Главное — не держать всё в себе. Если тебя что‑то беспокоит, лучше спросить напрямую. Иначе эти мысли съедят тебя изнутри.
— Наверное, ты прав, — я прислонилась к стене подъезда. — Просто не хочу портить то хорошее, что между нами начало складываться.
— А ты не испортишь, — уверенно сказал Ренат. — Если говорить спокойно и честно, это только укрепит доверие. Анар — нормальный парень. Он поймёт.
Я глубоко вдохнула:
— Ладно. Может, я и правда слишком накрутила себя. Спасибо, братец. Как там Грузия?
— Отлично, — рассмеялся Ренат. — Но сейчас главное — ты. Помни: я всегда на связи. И если Анар тебя хоть чуть‑чуть расстроит, дай знать — я приеду и устрою ему лекцию о том, как надо обращаться с моей сестрой!
Я не смогла сдержать улыбку:
— Договорились. Люблю тебя, братик.
— И я тебя. Всё будет хорошо. Верь в себя и в людей, которые тебя ценят.
Мы попрощались, и я поднялась в квартиру. В голове всё ещё крутились слова Рената. Может, он и прав — честность и открытость действительно важнее страха показаться уязвимой?
На следующий день я решила взять неделю передышки от всего: от стримов, общения, соцсетей и даже новостей. Хотелось просто выдохнуть после напряжённого турнира и всех эмоций, которые на меня нахлынули.
Я отключила уведомления в мессенджерах, поставила телефон в режим «не беспокоить» и посвятила первые два дня себе: спала сколько хотела, читала старые любимые книги, гуляла по парку недалеко от дома, пила какао с корицей и просто смотрела в окно, наблюдая, как меняется погода — то солнце, то внезапный апрельский дождь.
На третий день раздался звонок. Это был Ренат. Сначала я колебалась: может, не брать? Но потом решила, что брат наверняка волнуется, и нажала «принять вызов».
— Алло? — мой голос прозвучал чуть сонно — я как раз дремала в кресле с книгой на коленях.
— Сестрёнка! — голос Рената был бодрым и немного встревоженным. — Наконец‑то ты взяла трубку! Я уже начал думать, что ты пропала без вести. Всё в порядке?
— Всё хорошо, — я улыбнулась. — Просто решила взять паузу. Отключиться от всего на недельку.
— А, понял, — Ренат немного помолчал. — Слушай, я, конечно, уважаю твоё желание отдохнуть, но... Ты точно в норме? После нашей последней беседы мне показалось, что тебя что‑то сильно тревожит.
Я вздохнула и села ровнее:
— Да, есть такое. Просто... после встречи с Анаром осталось какое‑то странное послевкусие. Помнишь, я рассказывала про сообщение от Леры Симки? Так вот, я тогда ничего не сказала, сделала вид, что всё нормально, но внутри всё равно скребло.
— Ага, — протянул Ренат. — И что теперь? Ты из‑за этого взяла паузу?
— Отчасти, — призналась я. — Хотелось разобраться в себе. Понять, что именно меня задело. Потому что, с одной стороны, это может быть просто коллега, а с другой... я вдруг осознала, что начинаю к Анару испытывать что‑то большее, чем просто симпатию. И от этого любая мелочь начинает казаться важной.
— Понял, — брат говорил спокойно, рассудительно. — Знаешь, сестрёнка, я вот что скажу: пауза — это хорошо. Но не превращай её в побег. Если тебя что‑то беспокоит, лучше поговорить с ним начистоту. Не обязательно с упрёками или претензиями — просто скажи: «Анар, меня задело, когда во время нашего разговора пришло сообщение от другой девушки. Давай проясним, что это значит для тебя».
Я помолчала, обдумывая его слова:
— Ты прав. Наверное, я просто боялась испортить то, что только начало складываться.
— Но если это что‑то стоящее, оно выдержит честный разговор, — уверенно сказал Ренат. — А если нет... значит, оно того и не стоило.
— Спасибо, братец, — я почувствовала, как внутри становится легче. — Ты всегда знаешь, что сказать.
— Ну, я же старший брат, — в его голосе прозвучала улыбка. — Моя святая обязанность — вытаскивать тебя из эмоциональных лабиринтов.
Вечером я решила постримить — просто посмотреть шоу «Мама в 16» в прямом эфире и пообщаться с аудиторией. Хотелось отвлечься, вернуться к привычному ритму и почувствовать поддержку своих зрителей.
Я запустила стрим, устроилась поудобнее, поправила камеру и обратилась к чату:
— Привет, ребята! Сегодня без стратегий и турниров — просто смотрим «Мама в 16» и болтаем о жизни. Кто со мной?
Чат сразу оживился: кто‑то присылал смайлики с попкорном, кто‑то шутил про героев шоу, кто‑то делился своими подростковыми историями. Атмосфера была лёгкой и уютной — именно то, что мне сейчас нужно.
Но через какое‑то время поток привычных сообщений прервали настойчивые уведомления:
«Пашаева, глянь стрим Анара!»
«Он там с Лерой, в обнимку! Равшан снимает — зацени!»
«Смотри, смотри, это ж надо!»
Любопытство и тревога боролись внутри меня. Я всё же открыла вкладку с трансляцией Анара. На экране действительно были Анар и Лера Симка — они сидели рядом, Лера слегка прислонилась к его плечу, оба улыбались. Равшан вёл съёмку, что‑то оживлённо рассказывал и периодически показывал их крупным планом.
Сердце на мгновение сжалось. В груди поднялась волна ревности и разочарования — я вдруг отчётливо осознала, насколько мне небезразличен Анар. Но я глубоко вдохнула, взяла себя в руки и вернулась к своему стриму.
Спокойным, ровным голосом я обратилась к чату, стараясь, чтобы в интонации не прозвучало ни капли боли:
— Ребята, я посмотрела. И хочу сказать вот что: мы с Анаром — друзья. Он может общаться и проводить время с кем захочет. Это его жизнь и его выбор. А мы сейчас смотрим сериал, так что давайте не отвлекаться.
В чате повисла короткая пауза — зрители, похоже, не ожидали такой прямой и спокойной реакции. Потом посыпались сообщения поддержки:
«Ты крутая, Пашаева!»
«Правильно, не надо из‑за этого переживать!»
«Твой стрим круче, чем их обнимашки!»
«Мы с тобой, не обращай внимания!»
Я улыбнулась — искренне, впервые за вечер:
— Спасибо, ребята. Вот за это я вас и люблю. А теперь смотрите: героиня только что узнала, что беременна в 16 лет, и её мама в шоке. Поехали дальше!
Я сосредоточилась на шоу, комментировала сцены, шутила над некоторыми ситуациями, отвечала на вопросы в чате. Постепенно неприятное ощущение от увиденного отошло на второй план. Вместо него появилось что‑то другое — лёгкость и уверенность.
Я поняла: неважно, что там происходит у Анара. Важно то, что я делаю здесь и сейчас. У меня есть своё дело, свои зрители, которые меня поддерживают, и своя жизнь, которая не должна зависеть от чьих‑то объятий на чужом стриме.
После стрима я заглянула в телефон и увидела сообщение от Лёхи Денджера:
«Манюнь, я видел всё. Так что пригоняй ко мне и ребятам в Сербию. Тут спокойно, красиво, и никакой драмы. Только горы, кофе и пиво по вечерам с ребятами. Что скажешь?»
Я замерла, перечитывая сообщение ещё раз. В груди что‑то дрогнуло — предложение звучало как приглашение в другую реальность. Никаких сообщений от Анара с Лерой, никакого напряжения, никаких домыслов. Только смена обстановки, новые впечатления и, возможно, шанс посмотреть на всё со стороны.
Мысленно я пробежалась по последним дням: турнир, победа, встреча с Анаром, тот неприятный момент со стримом... И поняла, что сейчас именно то время, когда нужно сделать шаг в сторону — перезагрузиться.
«А почему бы и нет?» — подумала я. — «Лёха всегда был надёжным другом, а Сербия — место, где можно отдышаться и собраться с мыслями».
Решившись, я быстро напечатала ответ:
«Лёнь, спасибо. Я согласна. Прилетаю, как только получится. Скажи, что привезти?»
Ответ пришёл почти мгновенно:
«Себя и хорошее настроение. Остальное найдём. Буду встречать в Белграде. Добро пожаловать в перезагрузку!»
Сердце забилось чуть быстрее — от предвкушения и лёгкой тревоги перед неизвестностью. Я открыла приложение авиаперевозок, выбрала ближайший рейс до Белграда и купила билет на послезавтра.
Затем пошла собираться. Достала дорожную сумку, аккуратно сложила несколько футболок, джинсы, лёгкую куртку на случай прохладных вечеров. Кинула в боковой карман книгу, которую давно хотела дочитать, зарядку для телефона, наушники. Подумала и добавила серебряный кулон — тот самый, подарок Лёхи, — на удачу.
Пока складывала вещи, в голове крутились мысли:
«Может, это и есть то, что нужно? Не убегать, а просто взять паузу. Посмотреть на всё издалека. Понять, что для меня действительно важно — и кто».
Закончив сборы, я села на край кровати и открыла чат с Ренатом. Набрала сообщение:
«Брат, у меня новости. Я еду в Сербию к Лёхе. На пару недель — просто выдохнуть, перезагрузиться. Не волнуйся, всё под контролем. Сообщу, как доберусь».
Через минуту пришёл ответ:
«Ого! Круто, сестрёнка! Рад, что ты решила сменить обстановку. Правильно. Отдохни как следует, наберись сил. И передавай привет Денджеру! Буду ждать рассказов и фото!»
Я улыбнулась. Как же хорошо, когда есть брат, который всегда поддержит.
В этот момент на экране всплыло ещё одно уведомление — от Анара:
«Привет. Видел твой стрим. Ты была молодец — держалась очень достойно. Хотел позвонить, но не стал мешать. Может, завтра встретимся? Есть о чём поговорить».
Я на секунду замерла, глядя на сообщение. Потом аккуратно закрыла его, не отвечая. Сейчас важнее было сосредоточиться на предстоящем путешествии.
«Сначала Сербия, — подумала я, убирая телефон. — А потом — посмотрим».
Эти два дня я не отвечала Анару — просто не была готова к разговору. Вместо этого сосредоточилась на сборах: перепроверила документы, доложила в сумку пару книг и зарядку для ноутбука, ещё раз убедилась, что все важные вещи на месте.
Утром я поехала в аэропорт. Прошла регистрацию, досмотр, заглянула в кафе выпить кофе перед полётом. Всё это время телефон лежал в сумке — я сознательно не доставала его, чтобы не поддаться искушению проверить сообщения от Анара.
Наконец, пройдя все процедуры, я села в самолёт. Когда лайнер начал набирать высоту, я прислонилась лбом к иллюминатору и глубоко вздохнула. Вид за окном — облака, похожие на пушистые острова, — успокаивал. Я включила плейлист с любимыми мелодиями, надела наушники и закрыла глаза. Впервые за долгое время почувствовала, что могу просто быть здесь и сейчас, без тревожных мыслей и вопросов.
Через несколько часов самолёт приземлился в Белграде. Я прошла паспортный контроль, получила багаж и направилась к выходу из терминала. И замерла на пороге — меня встречали!
Лёха Денджер стоял впереди всех, широко улыбаясь, в своей неизменной кепке и кожаной куртке. Рядом с ним — Рома Мокривский в яркой футболке, Даша Юечка с букетом полевых цветов, Вадим Эвелон с фирменной ироничной ухмылкой и... Лера Морфи.
— Ну наконец‑то! — Лёха первым шагнул ко мне, раскинув руки. — Добро пожаловать в Сербию, манюнь!
Я не успела ничего сказать — слёзы сами покатились по щекам. Всё напряжение последних недель, тревога, сомнения — всё разом отпустило. Я бросилась к Лёхе, обняла его крепко‑крепко.
— Спасибо, — прошептала я, глотая слёзы. — Спасибо, что позвал...
— Да ладно тебе, — Лёха похлопал меня по спине. — Мы же команда. А команда своих не бросает.
В этот момент ко мне подошла Лера Морфи. Без лишних слов она обняла меня с другой стороны — тепло, по‑дружески.
— Привет, — тихо сказала она. — Рада, что ты здесь.
Я отстранилась, вытерла слёзы и улыбнулась:
— Просто... много всего навалилось.
— Вот и отлично, — вмешался Рома. — А теперь — в машину! Давайте проговорим план на день.
Мы отошли в сторону, чтобы не мешать потоку пассажиров, и встали полукругом.
— Итак, — начал Лёха, — сначала едем в тот самый ресторан у крепости Калемегдан — там подают лучший чевапчичи в городе. Потом — прогулка по Белграду: Старый город, парк Ташмайдан, может, заглянем на Скадарлию.
— А после отдыха в отеле, — подхватила Даша, — вечером собираемся у меня на вилле. Вадим привезёт своё знаменитое домашнее пиво, будем болтать, смеяться и, может, сыграем пару партий в покер — но только для удовольствия, без ставок.
— Идеальный план, — улыбнулась я. — Звучит как настоящая перезагрузка.
— Именно это нам и нужно, — подмигнул Вадим. — Никаких турниров, стримов и прочей суеты. Только солнце, еда, друзья и разговоры ни о чём и обо всём сразу.
— Согласна на всё, — я рассмеялась, чувствуя, как внутри разливается тепло.
Мы загрузили мои вещи в большой внедорожник и двинулись в путь. По дороге я оглядела своих друзей и вдруг поняла: хочу остановиться у Леры — так будет комфортнее и душевнее.
— Лера, — обратилась я к ней, — а можно я остановлюсь у тебя на это время? Мне кажется, так будет удобнее — и нам будет больше времени поболтать.
Лера тут же просияла:
— Конечно! С радостью! У меня просторная квартира в центре, комната для гостей свободна. Будем пить кофе по утрам и болтать до ночи.
— Отлично, — поддержал Лёха. — Значит, сначала ресторан, потом заселяемся к Лере, отдыхаем, а вечером — встреча у Даши. Все согласны?
Все дружно закивали и одобрительно загудели.
По дороге в ресторан мы смеялись, делились новостями, показывали друг другу смешные видео. Рома устроил мини‑викторину на знание сербских слов, Даша учила меня правильно произносить «добро пожаловать», а Вадим рассказывал забавные истории из своих путешествий.
Когда мы подъехали к ресторану, я почувствовала, что впервые за долгое время по‑настоящему расслабилась. Солнце светило ярко, воздух был наполнен ароматом цветущих деревьев, а рядом шли люди, которые искренне рады были меня видеть.
«Всё будет хорошо», — подумала я, выходя из машины. — «И неважно, что осталось позади — важно то, что происходит здесь и сейчас».
Вечером мы собрались у Лёхи на просторном балконе — с видом на подсвеченный огнями Белград, с деревянным столом, уставленным закусками и кружками домашнего пива Вадима, с мягкими пледами на случай вечерней прохлады.
Лёха разлил пиво по кружкам, протянул мне одну и, глядя прямо в глаза, сказал:
— Так, манюнь, давай выкладывай как есть. Что там у тебя с Анаром? Что за драма?
Ребята дружно закивали, подтянулись ближе. Рома прислонился к перилам, Даша села рядом со мной и ободряюще сжала руку, Вадим скрестил руки на груди с серьёзным видом, а Лера устроилась напротив, внимательно глядя на меня.
Я глубоко вдохнула, сделала глоток пива — оно оказалось лёгким, с приятной горчинкой — и начала рассказ:
— Всё началось с того, что Анар встретил меня в аэропорту после возвращения из отпуска. Было так приятно, что он приехал, привёз цветы... Мы пошли в кафе, разговаривали, всё было здорово. А потом ему пришло сообщение — я случайно увидела имя отправителя: «Лера Симка».
— О‑о, — протянул Рома. — И что дальше?
— Внутри всё сжалось, — призналась я. — Стало неприятно, хотя я старалась не подавать виду. Анар, кажется, даже не заметил моей реакции. А потом, когда я вела стрим с «Мамой в 16», чат начал спамить, чтобы я посмотрела стрим Анара. Я заглянула... и увидела их вместе с той же Лерой — они сидели в обнимку, а Равшан их снимал.
— Ну и ну, — покачал головой Вадим. — И ты промолчала?
— Да, — я пожала плечами. — Сказала в чате, что мы с Анаром друзья и он может встречаться с кем хочет. Но внутри было так паршиво... Я не отвечала ему два дня, а потом увидела сообщение Лёхи — и решила: надо сменить обстановку.
— И правильно сделала, — твёрдо сказала Лера. — Иногда пауза — лучшее решение.
— Но самое странное, — продолжила я, — что я даже не уверена, чего именно хочу. С одной стороны, Анар мне симпатичен. С другой — я не знаю, что между нами. И эта неопределённость выматывает.
— Поняла, — кивнула Даша. — Ты не столько ревнуешь, сколько боишься неопределённости. Боишься, что потратишь эмоции, а окажется, что для него это просто дружба.
— Точно, — я благодарно улыбнулась ей. — Именно так.
Лёха задумчиво покрутил кружку в руках:
— Слушай, манюнь. Вот что я думаю: ты имеешь право на свои чувства. И на то, чтобы о них сказать. Если Анар — нормальный парень, он поймёт. А если начнёт увиливать или делать вид, что проблемы нет, — значит, он не стоит твоих переживаний.
— Мудрые слова, Денджер, — усмехнулся Вадим.
Рома хлопнул в ладоши:
— А я вот что скажу: пока не спросишь — не узнаешь. Но прежде чем звонить Анару, дай себе время. Отдохни, посмотри на всё со стороны. Может, через неделю ты поймёшь, что эта история не стоит и выеденного яйца. Или, наоборот, убедишься, что он тебе действительно нужен.
— В точку, — поддержала Лера. — Сейчас у тебя есть шанс перезагрузиться. Погуляй по Белграду, поболтай с нами, расслабься. А решение примет твоя отдохнувшая, ясная голова.
Даша подняла кружку:
— За перезагрузку! За то, чтобы разобраться в себе и принять верное решение!
Мы чокнулись кружками. Я почувствовала, как напряжение, копившееся неделями, понемногу отпускает.
— Спасибо, ребята, — искренне сказала я. — Спасибо, что выслушали. И что дали мне это время и это место, где можно просто быть собой.
— Всегда пожалуйста, — улыбнулся Лёха. — Мы же команда. А команда своих не бросает.
Вадим разлил ещё пива:
— Теперь рассказывайте, что тут у вас было, пока я в командировке пропадал...
Вечер плавно перетекал в ночь. Город внизу мерцал огнями, воздух наполнялся ароматами цветущих деревьев, а мы смеялись, шутили, делились историями — и я впервые за долгое время чувствовала себя по‑настоящему свободной и понятой.
Лёха с Лерой обняли меня — тепло, по‑дружески, будто говоря без слов: «Мы рядом, всё будет хорошо». Я почувствовала, как напряжение последних дней понемногу отпускает, а на смену ему приходит ощущение защищённости.
В этот момент мой телефон завибрировал — на экране высветился видеовызов от Рената. Я улыбнулась и нажала «принять».
На экране появились сразу трое: Ренат в своей любимой футболке с принтом карты Грузии, Сэм с неизменной кружкой кофе в руке и Равшан, который тут же расплылся в широкой улыбке:
— Пашаева! — воскликнул Равшан. — Ну наконец‑то мы тебя видим! Ты там совсем пропала с радаров!
— Привет, сестрёнка, — Ренат наклонился ближе к камере. — Как ты? По глазам вижу — уже лучше, да?
Я рассмеялась:
— Да, намного лучше. Ребята меня так встретили... У Лёхи на балконе сидим, пиво пьём, болтаем.
— О, значит, план сработал, — довольно кивнул Ренат. — Я Лёхе ещё тогда шепнул: «Забери её оттуда, дай ей воздух».
— Эй, я сам додумался! — возмутился Лёха, но все только рассмеялись.
Сэм, до этого молча улыбавшийся, наконец вставил слово:
— Пашаева, мы тут все переживали. Но рады, что ты взяла паузу и уехала туда, где тебя поддержат. Это мудрое решение.
— Спасибо, Сэм, — я почувствовала, как к горлу подступает комок благодарности.
Равшан вдруг посерьёзнел, откинулся на спинку стула и посмотрел на меня внимательно:
— Кать, — начал он, — Лера — она маленькая, 18‑летняя девушка, которая не знает, что такое любовь, и видит её в Анаре. Она влюблена в него, это правда. Но между ними ничего нет и быть не может. Он к ней относится как к младшей сестре — опекает, помогает с монтажом, подсказывает по стримам.
Я замерла, переваривая услышанное. В груди что‑то дрогнуло — смесь облегчения и досады на саму себя за то, что накрутила столько без реальных оснований.
— Но поговори с Анаром, — продолжил Равшан. — Он места себе не находит. Ты его игнорируешь, он не понимает, что случилось. Переживает, спрашивает у всех, не знают ли где ты, почему не отвечаешь. Вчера чуть ли не ко мне за советом пришёл.
Ренат кивнул:
— Он правда волнуется. Я с ним разговаривал вчера — он сказал, что чувствует, будто сделал что‑то не так, но не понимает, в чём дело.
— То есть он не с ней? — уточнила я, всё ещё не до конца веря.
— Нет, — твёрдо ответил Равшан. — У него на уме только ты. Он мне сам говорил: «Если бы не Катя, я бы вообще не стал стримить в этом месяце».
Лёха слегка сжал моё плечо:
— Видишь, манюнь? Иногда всё оказывается проще, чем кажется. Ты накрутила себе драмы на пустом месте.
Лера мягко добавила:
— И знаешь что? Даже если бы что‑то и было — ты всё равно крутая. Ты заслуживаешь того, кто будет выбирать тебя без всяких «но» и «если».
Даша подняла кружку:
— За правду, за друзей и за то, чтобы всё встало на свои места!
Мы снова чокнулись. Я глубоко вдохнула, чувствуя, как тяжесть, давившая на плечи последние дни, постепенно уходит.
— Спасибо вам всем, — тихо сказала я. — Вы даже не представляете, как мне сейчас легче стало.
Ренат подмигнул:
— Вот и отлично. А теперь — бери телефон и пиши Анару. Прямо сейчас. Не тяни.
Рома хлопнул в ладоши:
— Точно! И скажи ему, чтобы завтра прилетел в Белград. Будем его тут встречать с оркестром!
— Ну, это уже перебор, — рассмеялась я.
— Ладно, без оркестра, — согласился Рома. — Но с пивом и чевапчичи — обязательно.
Я покачала головой, улыбаясь:
— Сначала надо просто поговорить. Честно и открыто.
— Вот это правильный настрой, — одобрил Сэм.
— Молодец, сестрёнка, — улыбнулся Ренат. — Мы в тебя верим.
Я посмотрела на экран, на лица братьев и друзей — таких разных, но таких родных — и почувствовала, как внутри разливается тепло. Взглянула на огни ночного Белграда за спиной друзей, вдохнула свежий вечерний воздух и поняла: пора сделать шаг навстречу — не только Анару, но и своим чувствам.
Достав телефон, я открыла чат с Анаром и набрала первое сообщение за эти дни:
«Анар, привет. Извини, что не отвечала. Мне нужно было время. Давай поговорим? Я в Белграде, у Лёхи. Если хочешь — приезжай. Тут красиво, и друзья будут рады тебя видеть».
Нажала «отправить» и подняла глаза на ребят. Все улыбались — кто‑то одобрительно кивал, кто‑то показывал большой палец вверх.
— Ну вот, — сказала я с облегчением. — Шаг первый сделан.
Я отправила сообщение Анару и на мгновение замерла, глядя на экран. Сердце билось чуть быстрее обычного — смесь тревоги и надежды.
Через пару минут пришёл ответ:
«Катя, спасибо, что написала. Прилететь сейчас не смогу — у меня тут срочные дела по стримам, уже всё расписано на неделю вперёд. Но мы можем решить всё по телефону. Давай созвонимся? Прямо сейчас, если ты готова».
Я глубоко вдохнула и ответила:
«Согласна. Буду ждать звонка».
Ребята вокруг заметили моё волнение. Лера слегка сжала моё плечо, а Лёха подмигнул:
— Всё будет хорошо, манюнь. Просто будь честной — и с ним, и с собой.
Телефон зазвонил почти сразу. Я встала и отошла чуть в сторону от компании, к перилам балкона, откуда открывался вид на ночной Белград. Огни города мерцали внизу, где‑то вдалеке слышались звуки музыки и смех прохожих.
— Алло, — тихо сказала я, принимая вызов.
— Катя, привет, — голос Анара звучал непривычно взволнованно. — Спасибо, что написала первой. Я... я правда переживал. Ты вдруг пропала, не отвечала, и я не понимал, что случилось.
— Анар, — я сглотнула, подбирая слова, — мне было непросто. Помнишь, когда мы сидели в кафе, тебе пришло сообщение от Леры Симки? Я случайно увидела имя...
— А, это, — он вздохнул. — Послушай, между мной и Лерой ничего нет. Она совсем юная, смотрит на меня как на наставника. Мы работаем вместе над новым форматом стримов. Всё, что ты видела на стриме... это просто дружеское объятие. Она смеялась, чуть не упала, а я её подхватил. Получилось, наверное, двусмысленно, но ничего больше.
— Я поняла, — прошептала я. Внутри разливалось облегчение — такое сильное, что чуть не подкосились ноги. — Просто... когда я увидела вас вместе на стриме Равшана, мне стало больно. Я не хотела этого показывать, но внутри всё сжалось.
— Прости, — в голосе Анара прозвучала искренняя печаль. — Я должен был догадаться, что это может тебя задеть. И должен был сразу тебе всё объяснить. Но ты перестала отвечать, и я боялся навязываться.
— Я взяла паузу, чтобы разобраться в себе, — призналась я. — Уехала в Сербию к Лёхе и ребятам. Хотела понять, что чувствую. И поняла... что ты мне небезразличен.
На том конце провода повисла короткая пауза. Потом Анар тихо сказал:
— Катя, ты мне тоже небезразлична. Очень. Я хотел тебе это сказать ещё тогда, в кафе, но не успел — пришло то дурацкое сообщение. А потом ты отдалилась...
— Давай начнём сначала? — предложила я. — Без недомолвок и догадок. Будем просто говорить друг другу всё, что чувствуем.
— С радостью, — его голос потеплел. — И как только у меня появится окно в графике, я прилечу в Белград. Хочу увидеть тебя, погулять с тобой по городу, показать, какой он красивый днём.
— Буду ждать, — улыбнулась я.
— И ещё, — добавил Анар, — спасибо, что дала мне шанс всё объяснить. Это много для меня значит.
— И тебе спасибо, что был честен, — ответила я.
Мы поговорили ещё немного — о том, как идут дела у каждого, о моих впечатлениях от Белграда, о планах на ближайшие дни. Разговор получился лёгким и тёплым, словно мы никогда и не отдалялись.
Когда мы попрощались, я вернулась к друзьям. Они терпеливо ждали, не перебивали, хотя было видно, что сгорают от любопытства.
— Ну? — не выдержал Рома.
Я улыбнулась — на этот раз по‑настоящему, широко и свободно:
— Всё хорошо. Мы всё прояснили. Он приедет, как только сможет.
Лёха поднял кружку:
— За честные разговоры и вторые шансы!
Все дружно поддержали тост. Даша обняла меня:
— Я так рада за тебя!
Лера подмигнула:
— Видишь, иногда достаточно просто поговорить.
Я оглядела своих друзей, потом перевела взгляд на огни ночного Белграда. В душе было легко и спокойно. Впервые за долгое время я чувствовала, что всё идёт так, как надо.