7 курс. Глава 16
Для Кейт время будто перестало существовать. Всё смешалось — взрыв заклятия, падение Гарри, холодное безмолвие леса, дрожь в её собственных пальцах, когда она до последнего верила, что брат поднимется. Но Гарри не поднялся. И всё внутри неё оборвалось.
Она не знала, что в это же время он очнулся в странном, светлом пространстве, где его ждал Дамблдор, но в мире живых Кейт стояла на коленях в обломках битвы, не в силах дышать.
— Кейт, — голос Драко был хриплым, словно и он сам сражался за каждый звук. Он присел рядом, его руки сжали её плечи. — Смотри на меня. Не туда… на меня.
Она подняла взгляд, полный боли и пустоты.
— Он… он умер, Драко… — прошептала она, и губы её дрожали.
— Ты веришь, что всё кончено? — он тихо качнул головой, и в его глазах впервые не было привычной маски. — Поттер… твой брат слишком упрям, чтобы уйти.
И вдруг — искра надежды, слишком слабая, чтобы за неё уцепиться, но Кейт прижалась лбом к его плечу. Он обнял её так крепко, что на миг шум битвы исчез — остались только они.
А где-то между мирами Гарри стоял в белом тумане, слушая Дамблдора.
— Ты стал крестражем, Гарри, — мягко сказал директор. — Но Лорд сам разрушил то, что создал. Его заклятие убило только свою душу, скрытую в тебе.
Гарри молчал, глядя на кусок жалкой, жалобно всхлипывающей тени на полу.
— И я могу… вернуться?
— Если захочешь, — Дамблдор улыбнулся той самой тёплой улыбкой, которой всегда не хватало. — Но знай: твоя жизнь связана не только с твоей судьбой. Кейт — часть этого пути. Дар Смерти признаёт только истинного наследника, но лишь вдвойне сильного, если вы с сестрой вместе.
Гарри нахмурился:
— Значит, мы… потомки третьего брата?
— Да, — подтвердил Дамблдор. — Вот почему мантия скрывала вас так, как никого другого. Вы — настоящие обладатели Даров.
Когда Гарри сделал выбор и вернулся, Кейт всё ещё дрожала в руках Драко. Он шептал ей что-то ободряющее, странно неуклюже, но от этого честно.
— Я не дам им забрать и тебя, слышишь? Даже если всё рухнет.
Она подняла глаза, их лица оказались слишком близко, и Кейт почувствовала — ему страшно так же, как ей. Но именно этот страх делал его живым, настоящим, её.
И вдруг сердце пронзила горячая волна — не только боль за брата, но и странное чувство, что с Драко они стали частью чего-то большего, чем война.
Внутри, у самого края отчаяния, Кейт впервые позволила себе подумать: если Гарри найдёт дорогу назад — она больше не будет бояться держаться за то, что чувствует к Драко.