Глава 55. Париж
- Так, малышка, открываем ротик иии... - самолетик с зеленой штукой мне не понлавился.
- Нет, мама! Я не хочу эту зеленую кашу! Я хочу булочку с валеньем!
- Милая, это на десерт. Помнишь? Сначала суп, потом второе, и десерт!
- Давай булочку сначала? – мама улыбнулась.
- Тогда ты не захочешь суп и кашу, маленькая моя.
- Так, кто тут у нас говорил про булочки?
- Папочка плишел!!
- Привет, моя любимая озорница! А ну-ка покажи зубки.
- Еще один шатается и совсем не болит! Ко мне плидет Зубная фея?
- О да! И кстати, - папа наклонился для секлетика! – Я тут по дороге к вам встретил Зубную фею.
- Плавда?
- Да, представляешь? Она рассказала мне про твой зубик и спросила, что ты хочешь за него.
- Она даст мне монетку или конфетку?
- Ты знаешь, она открыла мне свой маленький секретик. Она сказала, что если зубки хорошие, ты питаешься правильно и чистишь их, то она их забирает в свою особую коллекцию.
- Мамочка! А можно мне ту зеленую кашу? Зубная фея сегодня плидет ко мне в гости!
- Конечно, дочка. Иди сюда. – я покушала эту не сладкую штуку, но это лади Зубной феи!
- Хочешь булочку, она еще тепленькая? – булочка была такая аппетитная, но я помотала головой. Зубик должен быть идеальным!
- Можно я погуляю немножко?
- Только недолго, ладно? – я пошла в палк к маленьким цветочкам, на котолые нужно дуть, и тогда они лазлетятся! Но я увидела стланного жука на одном из цветочков. Такого класивого и разноцветного, как на калтинках в детском саду! Крррасное тельце с челными пятнышками.
- Пливет, меня зовут Маррринетт, а тебя? – маленький жучок остановился и подвигал усиками. Кажется, я ему понлавилась. – А давай ты будешь девочкой? Я назову тебя...Леди! Как в мультике пло плинцесс! Леди и Маррринетт – лучшие длузья! – моя подлуга-жучок зашевелила усиками и залезла на мой пальчик. – Хочешь поиглать, Леди? Вот бы я была жучком и могла летать от цветочка к цветочку. О! Давай я покажу тебе кукол в магазине! – я аккулатно несла Леди к магазину, где мама часто покупает мне иглушки.
- Смотли, какая кукла! И такое платице класивое, как и ты, Леди! Жаль, что мама и папа не разлешат взять тебя ко мне в гости. У меня много кукол, и даже есть столик для чаепития.
- Маринетт, милая, мы собираемся домой! – кликнула мне мама.
- Ну вот, Леди, мне пола идти. Ты еще плилетишь ко мне? – Леди поползла своими клохотными лапками по моему пальцу и зашевелила усиками. – До сколого, Леди! – я дунула на подлугу-жучка, и она взлетела высоко-высоко к солнышку!
- Мама, папа! Я завела себе длуга!
- Да ты что! И как его зовут?
- Это моя подлуга-жучок по имени Леди! Она очень милая и холошая.
- Жучок? Она тебя не укусила?
- Неет, она очень дррружелюбная.
- А что за жучок, дочка?
- Такой крррасный с челными пятнышками. Я никогда таких не видела еще.
- Ах, ты про божью коровку.
- Я хочу иглать с кожьей боловкой! – такое легкое название!
- Божья коровка, малышка. – папа посмеялся и пощекотал меня. – Повторишь?
- Божья коррровка!
- Умница, Маринетт! Идемте домой скорее. Ты еще увидишься с твоей подругой Леди, дорогая. И не раз. – я взяла ррродителей за луки и весело плыгала домой.
Последний день в коллеже. Один из самых печальных и разбивающих сердце дней, которые только могут существовать. Одноклассники, не переставая, обнимали меня и говорили, что без меня коллеж опустеет, а учителя дарили теплые слова о хорошей учебе, являющаяся примером для подражания. Я не оглядывала коллеж, как это было с Парижем, потому то была уверена, что еще вернусь сюда навестить ребят. Тот вечер на выпускном прошел идеально и безумно трогательно. Мы до утра катались по огромному пустому городу, пели песни и иногда останавливались перекусить или немного подремать. А когда мы развезли всех по домам, Лука повез меня в место, откуда лучше всего был виден рассвет. Мы ничего друг другу не говорили, а просто, держась за руки, встречали новый день. Этот выпускной я запомню надолго.
В тот последний учебный день я должна была забрать свои документы и отправить их в Лондон вместе с некоторыми вещами из моей комнаты. Директор очень сентиментально попрощался со мной и уведомил меня, что секции откротся с начала нового учебного года.
- Мы все гордимся, что ты училась в нашем коллеже, Маринетт. Твое имя обязательно будет висеть в нашей школе, слово директора.
- Спасибо, месье. Я обязательно приеду навестить вас.
- Удачи тебе!
- Алло? Эллисон?
- Да, здравствуйте, Маринетт. В общем, я спросила у своих знакомых, и как раз на Харли-стрит есть свободная квартира, которая давно пустует. Она большая и просторная, и...
- Отлично! Она с мебелью?
- Как раз нет. Но я могу поискать еще, если хотите.
- Погодите, а почему она пустует?
- Арендаторы не хотели покупать свою мебель, так что быстро съезжали оттуда.
- А есть шанс заключить договор на долгое время?
- Вы хотите арендовать полностью пустую квартиру?
- Ну да. На год минимум.
- Хорошо, я договорюсь с арендодателями. Когда вы приедете?
- Завтра в... – я посчитала на пальцах с учетом разницы во времени. - ... в три тридцать будем уже в Лондоне.
- Отлично! Я вышлю точный адрес. Позвоните, как прибудете.
- Хорошо, спасибо вам, Эллисон.
- Всегда рада помочь, Маринетт! До встречи.
Вопрос с квартирой был решен, как и у Луки. Мы вместе сидели и выбирали для него квартиру, которая была не слишком далеко от Харли-стрит. Благодаря хорошим продажам его альбома, «котята» получили свою долю денег, так что у Луки не было совсем никаких проблем. Мы планировали отдать его машину с нашими коробками в грузовой отсек поезда и еле вырвали нужную дату, чтобы мы могли сразу забрать машину. Уже завтра я отправлюсь туда. Как долго я этого ждала! Но чем быстрее близился момент отъезда, чем быстрее тикали часы, тем больше воспоминаний и печали приходило ко мне. Я покидала свой родной город, который сделал из меня ту, кем я являюсь сейчас. Счастливое детство, школьная жизнь, мои друзья, Ледибаг и любовь. Каждый раз возвращаясь сюда, я буду с приятным теплом вспоминать все это и строить новые моменты и новые впечатления. Когда-то давно маленькая девочка, кладя крохотный зубик под подушку или задувая свечи на праздничном торте, загадывала желания, а потом смотрела на звезды и терпеливо верила, что эти мечты обязательно сбудутся. Маринетт Дюпэн-Чэн, шестнадцатилетняя девушка, которая пакует важные вещи в коробки, идет к своим мечтам.
Оглядывая мою комнату, можно не сразу заметить особые изменения. Мебель я куплю свою, так что я упаковала только самое необходимое: одежду, обувь, канцелярские принадлежности, компьютер, вешалки, пару плюшевых игрушек на память и фотоальбом, который был почти полностью забит фотографиями. Я не рискнула упаковывать шкатулку в коробку, так что надежно расположила ее в чемодане, который будет со мной в поезде. Мне попадались вещи из моего детства, старые дневники, свитер и шапочка Луки. Они все еще пахли его неповторимым запахом лайма, так что я смело положила и их в коробку. Постеры с Адрианом я со смехом оставила в комнате. Кстати, он, Амели и Феликс этим летом отправятся в Швецию и Германию, дабы переговорить с врачами. Адриан говорил, что врачей этих двух стран рекомендуют в первую очередь, так что все лето они будут заниматься поиском лекарства для пробуждения Эмили Агрест. А вот Габриэль Агрест останется в своем особняке в окружении полицейских. Мне стало его жаль – он останется совсем один, а семья уедет в больницы других стран. Я боялась, что лето у Адриана будет не самым лучшим. Кагами отправляется в родную Японию в гости к родственникам. Она хотела сопровождать Агрестов, но строгость родителей победила в этот раз. "KittySection" стали символом этого лета. Их зажигательные песни в летнем стиле звучали из каждого утюга, так что группе не стоило беспокоиться на счет отсутствия главного гитариста и солиста. Мои родители наняли пекарей, открыли интернет-сайт для заказов и услугу доставки. Семейная булочная так преобразилась и модернизировалась, что количество клиентов увеличилось до предела. А я продолжала грузить коробки в машину Луки.
- Твои в багажнике, мои на задних сиденьях, все верно? – уточнил Лука.
- Да, я их подписала на всякий случай. И как тут все вместилось?
- До Лондона всего пару часов. Так что и брать особо ничего не надо.
- Надеюсь ничего не пострадает по дороге. А что, если машину поцарапают? Или откроется багажник?
- Все будет хорошо, милая. – он чмокнул меня в щеку. – Мы готовы. Так ведь?
- Думаю, мы давно готовы. – я положила последнюю коробку и закрыла дверь машины. – Но до сих пор не могу поверить, что это случится завтра. Уже завтра, понимаешь?!
- Именно поэтому, тебе нужно погулять со всеми.
- Ты прав. Пора прощаться.
- Это ведь не навсегда. Закончим с делами твоей будущей квартиры и можем приехать на пару недель. Осуществим битвы водяными шариками в реальность. – мы посмеялись.
- Было бы здорово. – мой телефон завибрировал. – Это Алья. Мне пора. – я подбежала к нему и легко поцеловала. – До завтра?
- До завтра. Люблю тебя.
- И я тебя люблю. – Лука классически обернулся и сел в машину. Голову его я уже не видела, так как половина машины была в запечатанных коробках. – Я уже иду, Алья. Не ругайся!
Когда я пришла в парк, четверо друзей уже ждали меня. Их взгляды были другими. Все понимали, что это лето разделит нас, а осенью и вовсе они останутся без меня. Проглотив ком в горле, мы медленно пошли в никуда – просто гуляли по городу, обсуждая все на свете. Мы вспоминали знакомства и любовные треугольники, концерты и посиделки у Витале, интервью Альи с Ледибаг, и конечно же не забыли поворчать на итоговые тесты, которые мы все успешно сдали. Недавно мы узнали, что Хлоя все же уговорила свою мать взять ее в Нью-Йорк на лето. Их вертолет в аэропорт вылетал на следующий день после нашего с Лукой отъезда в Лондон. Кстати, мне в последний момент пришло письмо из столицы Англии. Они поздравили меня с победой и с нетерпением ждут моего прибытия для дальнейшего сотрудничества. Официальный логотип Стеллы Маккартни красиво светился на моем мониторе. Я пялилась на него минут пять, пока Тикки и Поллен не зашумели скотчем.
С воспоминаний мы перешли к обычным рассуждениям и планам на будущее. Наше расставание заставило нас разговаривать, как в последний раз. Но завтра они точно придут проводить меня. И я точно разрыдаюсь. Мы заходили за мороженым, болтали без остановки в кафе, рассматривали таблички героям у Эйфелевы башни, и решили на фоне гордости Парижа сфотографироваться. Попросив прохожего сделать снимок, глаза начали увлажняться. Чтобы не происходило, мы все будем рядом. Неважно какое проишествие или трудность одолеет нас, мы будем все вместе, как и на этом фото. Наша дружная компания, о дружбе которой можно снять сериал. Как мне хотелось, чтобы слова Адриана, сказанные им полгода назад, сбылись: мы все живем в одном городе и каждые выходные также веселимся, как и в школьные годы. Целая эпоха заканчивалась у меня на глазах. А может, что-то новое только начиналось? От этого и сердцу, и душе становится больно. Вернув нам телефон, мы в молчании смотрели на фото. Мы с Альей зашмыгали носами. Люди, находившееся на фото, сделали мою жизнь ярче в несколько раз.
Алья. Стала моей лучшей подругой с первой нашей встречи. Прогулки, ночевки, сплетни, шутки и слезы. Она помогала мне и с Адрианом, и с Лукой. Лучше ее мне подруги не найти никогда. Если бы не она, я бы так и осталась одинокой одноклассницей без лучшей подруги.
Нино. Самый озорной и энергичный. Благодаря его «влюбленности» ко мне, он нашел свою вторую половинку – Алью. Я буду всеми руками болеть за эту пару. Они ведь созданы друг для друга!
Кагами. Она – символ спокойствия и скромности. С виду она может показаться серьезной и неприступной, но на самом деле она – очень милая и заботливая девушка из Японии.
Адриан. Моя первая любовь. Как же долго я мучалась, составляла планы и всеми силами пыталась влюбить его в себя. Как бы то не было, он – мой лучший друг, и больше всего мне нравится быть с ним именно друзьями. Несмотря на строгое воспитание, Адриан всегда остается собой, и его никогда не одурманит популярность, как модели. Чтобы он не пережил, как бы ему не было плохо, он всегда был силен духом, и тем же заражал и нашу компанию.
Я не прощаюсь с вами, друзья. Никогда не попрощаюсь.
Опустевшая комната, к которой никто не будет прикасаться, возможно, несколько месяцев. Мой чемодан был готов. Тикки была в шкатулке, и без ее голоса мне было особенно жутко. Здесь висели постеры, горел монитор компьютера, в этой комнате я познакомилась с Тикки и уснула в объятиях Луки в наш первый день отношений. Эта комната всегда будет окунать меня в эти воспоминания и вызывать такие же эмоции, как и тогда. Здесь жили две Маринетт. Неуклюжая и забавная, а затем уверенная и немного повзрослевшая. Здесь я стала Ледибаг, здесь вершились почти все решения моей жизни, здесь я шила свои победные костюмы, которые осенью украсят подиум недели моды в Париже.
Родители в тишине сидели на кухне. Мама медленно мешала сахар в чае, а папа собирал закуски нам в дорогу.
- Мам, пап? – сказала я. Мне было как-то странно на душе. Холодно и грустно. Мурашки ежесекундно покрывали тело от предстоящей поездки.
- Маринетт, мы...хотим тебе кое-что сказать. – начала мама, но ее голос дрогнул.
- Дорогая, наша дочка так выросла. А ведь такая крошка бегала с куклами и платьями. – у папы тоже светились влажные глаза. Еще чуть-чуть и я сама не удержусь.
- Мы хотели тебе сказать, что вся наша семья безумно гордится тобой, особенно мы. Никогда не думала, что отпускать тебя будет так больно. – у мамы покапали слезы.
- Мам, прошу не плачь! – я бросила чемодан и подбежала к ней.
- Ох, Маринетт... - папа тоже обнял нас всех.
- Обещаю, я буду звонить и писать вам каждый день! И я не пропаду и буду учиться хорошо.
- Мы не хотим, чтобы Лондон вскружил тебе голову, дорогая. Ты всегда остаешься нашей маленькой Маринетт.
- И обязательно пригласи нас на новоселье. Может нам приехать к тебе через пару недель?
- Папуль, я справлюсь. Обещаю, я не подведу вас!
- Мы знаем, родная. – мы снова очень крепко обнялись. Слезы лились у нас троих.
- Я очень и очень сильно люблю вас!
- Мы тебя тоже, дочка. – сказал папа.
Мы вместе спустились вниз, где на улице уже ждал меня Лука около машины, который, видимо, тоже прощался с семьей у себя дома, судя по задумчивому и печальному взгляду
- Мы приедем следом, такси уже едет. Оставляй чемодан. – сказал папа.
- Тогда увидимся на вокзале. – сказала я, вытирая слезы и выходя на улицу.
Лука прислонился к машине и высоко поднял голову, оглядывая наш дом. Я тоже прилонилась и смотрела на родную булочную.
- Здесь мы впервые поцеловались. – тихо сказал он.
- Да. И вот мы стоим здесь. – продолжила я.
- Ты в порядке, Маринетт? – у меня снова покатилась одинокая слеза.
- Будет в порядке, даю слово. – с этими словами мы сели в машину и направились по знакомому нам обоим маршруту. Полгода назад мы ехали так на рожденственские каникулы в тот же Лондон. А сейчас мы едем туда жить настоящей английской жизнью. Вдруг мне пришло сообщение от Луи.
- «Слышал, что ты сегодня уезжаешь. Жаль, что не удалось попрощаться. Иди к своей мечте, Маринетт! До скорой встречи!» - я улыбнулась и выключила телефон. Я все время смотрела в окно, разглядывая родные места французской столицы. Как много может подарить родной город?
Увидев вокзал, тело затряслось. Совсем скоро мы перешагнем тот самый порог поезда.
- Мне нужно отдать машину погрузчикам в специальный вагон. Так что, увидимся у поезда, хорошо? – он увидел мое раздавленное лицо и крепко обнял меня. – Я знаю, милая. Мне тоже очень плохо.
Пройдя проверку, я прошла на платформу и снова оказалась маленькой девочкой в поисках знакомых лиц. И я нашла эти лица. Весь мой класс и мадам Куфффен стояли на платформе! Алья стояла во главе и снимала все это. Скоро присоединились и мои родители.
- Маринетт, наша английская леди! Как мы могли тебя все не проводить?! - прокричала Аликс.
- Мы собираемся оградить твое место за партой, чтобы никакой новенький не смел на него садиться! – продолжил Ким.
- Ты – кусочек пазла нашего класса, Маринетт! Без тебя идеальной картины не будет! – сказала Роуз.
- Освети весь Париж своими нарядами, Маринетт. - неожиданно вставил закрытый Натаниэль. А затем они хором сказали одну фразу.
- Пусть Лондон узнает нашу Маринетт!!! – я побежала и окружила себя их объятиями. Почему так больно расставаться? Нежданно для меня, Сабрина подошла ко мне и протянула подписанную фотографию Хлои.
- Хлоя собирается в Нью-Йорк и сказала отдать тебе, чтобы не забывать звезду класса. – Это было в духе Хлои, но я приняла подарок. – И я тоже буду скучать, Маринетт. Только не говори Хлое. – мы скромно обнялись с ней, и тут объявили наш поезд. Двадцать минут хватит, чтобы попрощаться со всеми. Я подошла к маме Луки, которая тепло протянула руки.
- Мой мальчик в надежных руках. – сказала она. – Берегите друг друга, ладно?
- Обязательно, мадам Куффен.
- Мой братец может иногда бесить, но это он из любви. – подошла ко мне Джул.
- Он никогда меня не бесил. Хотя, когда он выигрывает бои подушками, то немножко бесит. – мы оба посмеялись.
- А меня умиляет, когда ты выигрываешь. – Лука! – Я отдал машину и сразу бегом сюда. Должен ведь попрощаться с сестренкой. – они с Джул крепко обнялись. А я нашла глазами своих родителей и еще раз безумно крепко их обняла.
- К Англии прибавится еще один прекрасный человечек. – заботливо произнесла мама, поправляя мои волосы.
- Я буду скучать по вам. – папа протянул мне пакет с вкусностями, который каждое утро стоял на столе в ожидании моего похода в коллеж.
- Это вам в дорогу. Отправь нам фото обязательно!
- Спасибо, папуль. У меня сейчас будет обезвоживание от слез. – я оглянулась в сторону Луки, который тоже обнимал свою плачащую маму. Пятнадцать минут прощаний и объятий уже пролетели незаметно. Я подошла наконец-таки к своей любимой компании.
- Столько хочется сказать, да вот слова путаются в голове из-за слов.
- Ты еще успеешь не мало нам сказать, Маринетт. – сказала Кагами.
- Не будешь выходить на связь, я тебя убью! – Алья накинулась на меня.
- Знаю, подруга. Ты в любой момент из-под земли меня достанешься. – мы обе хихикнули. – Вы ведь будете приезжать ко мне, правда?
- Конечно! Кто-то ведь должен заставить город затусить! – усмехнулся Нино.
- Тетя Амели и Феликс захотят вернуться в Лондон в конце лета на пару дней. Так что обязательно увидимся! – мы в сотый раз за пару дней все обнялись, пока свисток не прервал нас.
- Пять минут до отправления! – прокричал кондуктор поезда. Я еще раз в спешке всех обняла и пожелала отличного лета. Взяв чемодан и руку Луки, мы перешагнули порог поезда. Сев на наши места, я не прекращала махать всем и даже не пыталась остановить рыдания, которые уже были делом привычки.
- Мы любим тебя, Маринетт!
- Удачи, Маринетт! – едва успевала разбирать крики моих родных и друзей. Алья тоже сдалась и ревела в плечо Нино. Роуз, Джул и Милена тоже были в шаге от слез. А когда поезд тронулся, сердце провалилось в пятки. Назад пути нет. Я крепко схватила Луку за руку, положила голову ему на плечо и тихо плакала.
Жизни всех людей, стоящих на этой платформе, связывала одна цепочка – любовь, укрепляющая связь между людьми каждую секунду. Мастер Фу и Марианна Ленуар тоже стояли на этой платформе, и их тоже связывала любовь всей жизни. Любовь друзей, любовь пар, любовь родителей. Она создает нас и не дает пасть духом. А когда хочешь получить другую любовь, хочешь побыть один, ни с кем не говоря, ты выходишь на улицу, и тебя встречает самый верный и долгий твой друг – город. Родной город даст тебе все, чего ты хочешь, воспоминания, места, людей и любовь. Он связал нас с Лукой когда-то, и теперь мы сидим вместе и едем покорять новый город.
Но одно я знала точно. Тем вечером на крыше, когда Лука показал мне тайное место и открыл мне глаза на ночной город, мы оба испытали по истине великое чувство, значение которого до сих пор сложно описать. Город дал нам это чувство, что затем породило сильную взаимную любовь.
Лука и я – околдованные Парижем.
P.s. Помните, как в самом начале моего рассказа я задала вам вопрос: кто сказал, что история моей любви закончилась? Уверяю вас, еще ничего не кончается, а только набирает свои обороты...
Конец первой части