Глава 38
Мы бежали. Бежали, держась за руки и едва сдерживая счастливый смех, который так и просился наружу. Я и Лука бежали мимо домов, машин, светофоров, куда глаза глядят. Я не была уверена, что взяла свой телефон. Мы максимально быстро и тихо оделись и убежали. Во второй раз. Не было чувства опасности или бунтарства. Я чувствовала свободу... Словно вырвалась из оков жизни супергероя и той же жизни обычной девушки из Парижа. Последний день в любимом городе должен заканчиваться именно так – нужно ощутить этот глоток свободы. Так места становятся красочнее и не такими незаметными, как днем с толпой людей. Убежав достаточно далеко от дома, чтобы нас случайно не услышали, мы остановились отдышаться. Я положила руки на колени и наклонилась, Лука сделал тоже самое. Я подняла голову на него, и меня словно переместили на месяц назад, в день, когда мы катались на коньках и убежали от того преследователя. В тот день мы были просто друзьями, у которых были чувства друг к другу. А кто мы сейчас? Странные французы, бегущие, как чокнутые! Я смотрела на Луку, переводя дыхание, а затем и он поднял голову, подарив мне свою светлую улыбку. А потом мы засмеялись. Не громко, чтобы не потревожить дорогой всем сон.
- Почему не все так делают? Это так добавляет адреналина! – сказала я, успокаиваясь.
- Это не входит в рамки приличия. Многие предпочитают спать по ночам. – Лука улыбался.
- Мы тоже любим поспать. Но как же порой тянет на улицу! – отдышавшись, мы пошли просто прямо по улице. Надеюсь, Лука взял телефон, и мы сможем найти дорогу обратно.
- Кажется, я поняла почему ты так часто сидишь на улице в Париже. – сказала я, не смотря на Луку.
- И почему же? – он вопросительно повернул голову. Но я не смогла нормально сформулировать свой ответ, потому что это чувство – непередаваемо.
- Здесь так тихо, словно весь город ушел по домам, лишь бы ты вышел на улицу. Будто весь город в нашем распоряжении!
- Так и есть, Маринетт. Мы можем делать все, что захотим. Эта ночь – наша. – он посмотрел на меня. Лука отдал свою шапочку мне, так как свою я забыла в спешке. Его волосы развивались на ветру, а его тот же серый шарф был неуклюже завязан. Я хихикнула и подошла ближе, чтобы завязать красиво. Лука наблюдал за моими движениями.
- Я надеюсь, ты и галстуки будешь мне помогать завязывать.
- Ты собираешься носить галстуки? – я подняла одну бровь.
- Ну, если буду работать в скучном офисе с бумажками, то почему нет?
- Ты можешь ввести свою моду на толстовки и футболки с рваными джинсами. – Лука уловил мой сарказм.
- Тебе не нравится моя мода? – теперь и он поднял бровь, но хитро улыбался. Я решила схитрить и поцеловала его, обхватив шею в знак отрицательного ответа.
- Если бы мне не нравилась твоя мода, я бы не надела твою шапочку. – он заулыбался. Ответ его удовлетворил.
- Между прочим, моя шапка тебе идет больше, чем мне. – он взял меня за руку. – Если хочешь, можешь ее забрать. Ах, Лука. Если бы он знал, что мне безумно нравится, как пахнет он и его вещи... Я часто по вечерам надевала его свитер и поднималась на верх посмотреть на город. Да, он до сих пор его не забрал, но я и сама не хочу его отдавать! Смешно, правда? Когда мы не могли видеться, этот свитер нес в себе часть Луки, он давал мне уют и чувство, что Лука рядом и обхватывает меня руками. В Лондон я его не взяла, чтобы у мамы не было вопросов.
- Ты в порядке? – неожиданно спросил Лука.
- О чем ты?
- На колесе ты была такой расстроенной, и я не стал сам звать тебя на ночную прогулку, чтобы еще больше не расстроить.
- Мне грустно, но это ведь не навсегда, да? Лондон так близко, что я могу, когда угодно вернуться. – Лука кивнул. – А ты? Тебе ведь понравилась поездка? Давай сделаем мини-выводы.
- Лучшая в моей жизни. – уверенно ответил он. – Каждый день открывал в тебе новую Маринетт. И еще больше привлек мое внимание. – он секунду помолчал. – Я понял, что люблю тебя по-настоящему. Без шуток.
- Ты сомневался?
- Нет, конечно нет. Просто здесь я взглянул на нас по-другому и... хочу, чтобы так было всегда. Мы вырастем, и что-то изменится, но то, что между нами сейчас должно продержаться лет до ста. – я улыбнулась и опустила глаза. – Я слишком сильно забегаю вперед, да?
- Мне нравится твой план. – я прижалась к нему и взяла под руку.
- И все-таки, ты знаешь, что делать с конкурсом?
- Если я хочу жить и работать здесь, то да. За неделю пришли несколько идей.
- Отлично. Будешь использовать меня и Алью, как моделей? – мы посмеялись.
- Да, думаю у вас с Адрианом один размер одежды.
- Откуда ты знаешь? – из него вышел смешок. Не стоило мне этого говорить.
- Ну...эм...
- Ты знала о нем все, да? – не похоже было, чтобы Лука выглядел обиженным. Он сам прекрасно все знал еще до наших отношений.
- Д-да. – ну а мне стало стыдно...
- Эй, я же шучу. – он поцеловал меня в щеку. – С радостью буду твоим манекеном.
- Надеюсь, Хлоя не будет сильно капризничать из-за моей одежды. Она и в принципе может отказаться надеть это! – я вспомнила, с кем я учусь. Хлоя может устроить скандал по любому поводу и выйти из него сухой. Всё всегда шло в ее пользу.
- Тогда выйду я. – заявил Лука.
- В женской одежде? – усмехнулась я.
- В моде не существует ограничений и правил. – «Черт возьми, какой же он бунтарь!»
- Как скажешь, милый. – я вздохнула. – Хоть бы все получилось. Мне даже не надо первого места, но и шестого мне не хочется. Габриэль Агрест - гениальный человек, но тянет меня именно сюда. Пусть мне достанется Лондон, он же мало кому нужен из модельеров! – конечно, я врала. Лондон – третий после Парижа и Милана в сфере моды.
- В любом случае, твоя работа будет лучше всех, не смотря на результаты. Одри Буржуа может быть чересчур придирчивой.
- Для этого там и будет Габриэль Агрест. Она уважает его, и они дружат.
- Поэтому Адриан и Хлоя дружат? Дружба семей?
- Скорее всего, но сейчас Адриан стал часто обращать внимание на поведение Хлои и пытается утихомирить ее.
- Может она не такой плохой человек, как я слышал? Популярность и власть просто вскружили ей голову.
- У Хлои есть сердце, она просто не умеет им пользоваться. – в глубине души, я верила, что Хлоя может быть доброй. Может я была слишком простодушной и оптимистичной. Но Лука согласился со мной.
- Добро всегда побеждает, просто для Хлои этот момент добра еще не настал.
- Да, пожалуй, ты прав.
Не знаю, сколько прошло времени, но мы дошли до огромной Темзы. С колеса обозрения она смотрелась намного меньше, а вблизи – огромной и даже бесконечной. У реки стало прохладнее, и я завязала свой шарф потуже. На улице до сих пор не было ни души, но во многих окнах с выключенным светом все еще светились гирлянды, а на крышах невысоких домов стояли декоративные олени и мини-Санты. Мы свернули и пошли вдоль реки, которая была покрыта едва заметными темными волнами от ветра. Темза тоже была во всей своей красе.
- Здесь даже дышится по-другому. – подметил Лука. – Вроде такой же большой город, как и Париж, но тут все по-другому. Валюта, Королева, всё! И такое мне очень нравится. Вот за что ты любишь Лондон.
- Я не вижу никаких недостатков! Ты видел, как приняли нас те студенты? Как будто мы свои!
- Тот Том точно хотел смотреться крутым в глазах друзей. Да и та девчонка с курткой тоже была дерзкой.
- И все же они нас не прогнали. Тем более ты так круто и душевно сыграл им! Они уже твои фанаты, говорю тебе.
- Меня интересует только одна фанатка. – улыбаясь сказал он. – Я видел, как ты веселилась, даже не зная слов. Тебе не важна популярность или узнавание артиста, тебе важно качество музыки, также, как и для меня. Я почему-то знал, что тебе может понравиться песня.
- Потому что она так похожа на твою музыку! А может ты так играешь и поешь, что буквально влюбил меня в себя.
- Правда? Мои песни помогли мне влюбиться в меня? – сейчас главное правильно донести свою мысль, мне показалось, что Лука не так меня понял.
- Та песня, наша песня. Она просто свела меня с ума от гаданий! Я ведь чувствовала тоже самое, что и в песне. Ты так четко прошелся по моим же чувствам! А я гадала про нас это или нет. – меня распирало от чувств. Вспоминая эту песню, я забывала, как дышать.
- Иначе и быть не могло. Все это время мою голову занимала...и занимаешь только ты. – Лука резко остановил нас и повернул меня к себе. Посмотрев ему прямо в глаза, я снова очутилась на концерте. Эти же глаза пели мне эти строчки, этот же взгляд говорил мне: «Разве ты не видишь этого?». Только из слов Луки я убедилась, что не зря гадала. Песня была, есть и будет только про нас.
- Песня, которую я играл на площади тоже в какой-то степени говорила о нас, но до всего. – и тут меня озарило.
- Девушка «в кедах и футболках» - это ты. – он взглянул на меня. Его глаза говорили мне: «Ты всегда попадаешь в точку, милая.»
- Ты все знаешь даже лучше меня. Я могу хоть каждую песню посвятить тебе. Песня с площади говорила о моих мыслях, когда я думал о тебе и Адриане. Я не сразу нашел это сходство, но это так.
- Мне однозначно стоит послушать ее песни. – мы стояли лицом к реке, облокотившись об железные ограждения. – Кто знает, сколько еще подсказок можно найти для себя. – Лука ничего не ответил, просто смотрел в никуда. О чем он думает? И тут последовал вопрос.
- Могу я задать один вопрос?
- Конечно. – мне не нравилась эта серьезная пауза и взволнованное выражение его лица.
- Если между нами все будет кончено, неважно как, ты будешь хоть иногда слушать мои песни? – он выделил слово «мои». Не ожидая вопроса такого характера, я не знала, что ответить. Зная себя, я могу впасть в депрессию и слушать песни Луки 24/7 в его свитере. Так что, просто «да» тут вполне подходит.
- Думаю, да. – коротко и быстро ответила я. Мне не нравилось говорить на эту тему. Я просто не стала продолжать отвечать и тоже уставилась на реку. Мы оба молчали. Я думала, что если Лука задал этот вопрос, то ему важен ответ. А будет ли он хотя бы вспоминать меня? Что мы будем делать порознь друг от друга? Такое мне еще не приходило в голову.
- Я люблю тебя. – он прервал молчание. Я тихо выдохнула, подвинулась ближе и обняла его. – Прости за такой вопрос. Я идиот.
- Не нужно. Сейчас все хорошо. Я тоже люблю тебя, Лука.
- Ты ведь скажешь, если что-то будет не так, да? – мы так и стояли в обнимку. Стало холоднее, но Лука согревал меня.
- Конечно, и ты тоже не держи все в голове.
- Договорились. – я поняла по голосу, что он улыбается. – Идем домой? Без моей шапки я начинаю простывать. – я посмеялась.
- Идём. – мы отстранились, Лука подал мне руку. Я взглянула на нее, потом на Луку, сделала шаг, и поцеловала его. Этот поцелуй нес в себе своего рода обещание, что мы не будем молчать, мы любим друг друга и решим любые проблемы. Я потеряла счет времени и перебирала холодные волосы Луки. Как же я люблю стоять так с ним и целоваться, будто нас никто не видит, будто всем плевать. Я могла целовать его вечно. Эти сладкие и долгие поцелуи опьяняли и кружили голову, заставляли сердце биться, как бешенное и откладывать любые дела и заботы. Этот поцелуй останется здесь, в нашем городе, где мы поняли, что любим друг друга бесповоротно. Семь дней – так мало для туристов, но так много и значимо для таких, как мы.
- Не знаю, который сейчас час, но... сегодня месяц, Маринетт.
- Ровно месяц, как мы вместе. – закончила я, а по щеке потекла слеза. Какой же счастливой я была!
Пол часа спустя мы уже были дома. По дороге обратно, мы говорили о планах в Париже. Я буду рисовать эскизы и шить, а Лука будет писать и петь свою музыку. Мне очень хотелось, чтобы нас обоих заметили! Если я талантлива, как мне утверждает Лука, он в принципе талантлив (это даже не нужно доказывать), то нас обязательно заметят.
Мы также тихо зашли домой, переоделись в пижамы и легли. Я думала о том, как буду скучать по этой огромной кровати с шуршащим одеялом, по белоснежным стенам и крохотной кухне. Как же я буду скучать с просто лежащим рядом со мной Лукой. Мне казалось, что я больше не увижу его таким, будто вижу его в последний раз. Мы не засыпали некоторое время, а просто смотрели друг на друга, держась за руки. Также молча мы и уснули.
Наш последний день в Лондоне был окончен.
- Подъем! Как у вас выходит ложиться рано и столько спать?
- Маааам.
- Вставайте, давайте! Эллисон скоро придет забрать ключи, а вы еще даже не умылись! – запахло кофе. Открыв глаза на миллиметр, Лука лежал на спине с закрытыми глазами, но было видно, что его тоже разбудили. Я повернулась к нему и положила руку на живот.
- Пора домой? – с хрипом спросила я.
- Да. – с отчаянным вздохом ответил Лука, накрыв мою ладонь своей.
Вставать было в два раза тяжелее чем в день приезда. Сколько же мы гуляли? На часах было около девяти утра и 31 декабря. Канун Нового Года. Через полтора часа мы должны сесть на поезд до Парижа, где нас будет ждать папа. Мы приедем дома и все снова вернется на круги своя. Досадно, но я не должна была жить одними мечтами о Лондоне.
- Я сварила всем кофе! – крикнула мама из кухни. Мы, едва передвигая ногами, дошли до ванной и умылись.
Выпив кофе и ничуть не взбодрившись, мы принялись убираться: сняли белье с кровати, помыли посуду и раковину в ванной, подмели пол и протерли пыль. Теперь квартира смотрелась, как в первый день: чистой, светлой и пустой. Затем пришла Эллисон и она была приятно удивлена чистоте.
- Вам не нужно было так прибираться! Обычно я сама готовлю все к следующим жильцам.
- Это в знак благодарности за такую квартиру. – любезно ответила мама. Эллисон буквально светилась! Немного времени точно освободились в ее графике.
- Это вам спасибо. Вы такие чудесные жильцы! Как будете снова в городе, звоните мне в любое время. – протараторила она.
- Обязательно, спасибо за вашу доброту. – поблагодарила ее мама и отдала ключи.
Попрощавшись с Эллисон, мы покинули белый дом с зеленой дверью, и от меня как будто кусок оторвали. Тело пронзила тоска: мы действительно уезжаем отсюда.
Мама заказала такси, и угадайте кто приехал? Приветливый Оливер! Будто он знал, что мы уезжаем.
- Вот уж не думал, что снова с вами увижусь, а потом смотрю вызов на знакомую улицу, не уж то мои французские друзья? Ха!
- Здравствуйте, Оливер. – поприветствовали его мы с Лукой. – Как ваше Рождество?
- Замечательно, ребята! Вся семья приехала к нам, вот дела! Давайте я вам помогу. – он любезно помог маме положить потяжелевшие чемоданы в багажник. Мы с Лукой захихикали снова. Сев в кэб, Оливер тронулся. Я повернулась к заднему стеклу машины в последний раз взглянуть на дом с зеленой дверью.
- До встречи, Харли-стрит. – прошептала я себе. Дом скрылся за поворотом.
Оливер без конца спрашивал у нас про наши каникулы, но внимательно слушал и удивился истории со студентами.
- Мало вы здесь пробыли! Вы столько все интересного не посмотрели! Старый город – наша гордость. Хотя вы жили на хорошей улице, но город-то огромный. – мы согласились с ним и попросили рассказать о его праздниках, нам правда было интересно! Они ездили за город со всей его большой семьей в их семейный дом. Представив такую картину большой семьи у елки с подарками и ужином, у меня встал ком в горле.
Высадив нас на вокзале, мы попрощались, как старые друзья – обнявшись. Оливер взял с нас обещание, что мы обязательно приедем снова и посмотрим все места, о которых он говорил. Пока мы выгружались я поглядывала на дома, машины, левостороннее движение, автобусы и прохожих. Запоминала все, что мой мозг мог себе позволить: речь, шум, виды. Лука тоже притих. Мы прощались с городом.
Когда подали наш поезд, у меня перехватило дыхание. Неужели так скоро?
У нас проверили билеты, и мы сели на наши места в поезде.
- Как себя чувствуете? Хотите домой? – спросила нас мама. – Вы странно тихие сегодня.
- Даже не спрашивай, мам. Даже не спрашивай. – сказала я и принялась доставать свой блокнот и наушники.
- Хотите я принесу вам чего-нибудь, Сабин? – спросил Лука.
- Не нужно, дорогой. Вам бы поспать, а то совсем вы вялые. – усмехнулась мама.
Через 10 минут поезд тронулся, я уставилась в окно, ожидая английскую картинку. Эмоции исчезли, и я чувствовала какую-то дыру в душе. Я могу преувеличивать из-за обычной тоски и грусти. Я распустила волосы, прикрылась шарфом и смотрела, как одни дома сменялись другими, на один миг мы снова приехали сюда. Красные автобусы, туристы, как на повторе. Но поезд шел в противоположную сторону.
Поезд домой набирал скорость, а пейзажи сменялись быстрее, пока не скрылись совсем. Начальник поезда поприветствовал пассажиров и пожелал приятного пути, в вагоне стояла спокойная атмосфера с туристами из разных стран. Я не особо слушала их, а ждала, когда мы въедем в тоннель под Ла-Маншем. А когда это случилось, я положила голову на плечо Луки и закрыла глаза.
- Маринетт, эй, милая. Почти приехали. – голос Луки пробудил.
- УВАЖАЕМЫЕ ПАССАЖИРЫ, МЫ РАДЫ ПРИВЕТСТВОВАТЬ ВАС В ПАРИЖЕ. НАШ ПОЕЗД ПРИБЫВАЕТ НА СЕВЕРНЫЙ ВОКЗАЛ, ПОГОДА В СТОЛИЦЕ ФРАНЦИИ – МИНУС 5 ГРАДУСОВ ПО ЦЕЛЬСИЮ СО СНЕГОМ. СПАСИБО, ЧТО ВЫБРАЛИ НАШИ КОМПАНИЮ И ЖЕЛАЕМ ВАМ ВСЕГО ХОРОШЕГО! – сказал уже на французском языке начальник поезда. Мы начали замедляться, в глаза бросилась родная Эйфелева башня и снег, которого мне не хватало в Лондоне. Дома все же было хорошо.
Выйдя из поезда, изо рта вышел холодный пар. Папа уже ждал нас с забавной табличкой: «Моя жена, моя дочь и ее парень.» Мы все посмеялись, крепко обнялись и поехали на такси домой. Но подъезжая к пекарне, мое чутье включилось вновь. Что-то было не так. Меньше всего я хотела, чтобы Бражник учуял, что я вернулась и снова взялся за свое. Я прижалась к окну и ждала знака.
- Что-то не так? – спросил Лука.
- Мне кажется, или... - но не успела я договорить, как я услышала оглушающий звук электрогитары. Таксист от испуга резко остановил машину и сзади послышался свист колес других машин.
- Бражник? – спросил Лука.
- Дети, немедленно выходите из машины и бегите домой.
- А вы? Догоните?
- Конечно, дочка. Не волнуйся за нас. – мы в ту же минуту вышли из машины и легко побежали, смотря по сторонам и прикрывая уши.
- Тебе нужно проведать Джул. Беги к ним.
- Нет, Маринетт, я провожу тебя.
- Все будет хорошо, милый, обещаю. – заверила его я. Лука быстро поцеловал меня и побежал в сторону своего дома, оглянувшись.
Я специально добежала до своего дома, сделала круг и что есть сил побежала к Мастеру Фу.
Мне нужна Тикки.