▶6◀
- Тебе понравилось это место, дорогой? - спрашивает Хюнкяр, когда они с мужем, отойдя от кондитерской, просто прогуливаются, ещё не решив, что делать дальше.
- Понравилось, любовь моя. Очень уютное место. Видно, что всё сделано с душой. Но больше мне понравилось другое, Хюнкяр. - Али-Рахмет улыбается точно мартовский кот и смотрит на жену.
- Что же это? - женщина встречается с ним взглядом.
- Ты называла меня любимым мужем.
- Я думала, ты знаешь об этом, Али-Рахмет. Что удивительного?
- Всегда приятно услышать это, Хюнкяр. - мужчина касается губами её руки и снова улыбается.
Пока чета Фекели решает, как поступить, путь им пригрождают Йылмаз, Мюжгян и Керему-Али, вероятно тоже вышедшие на прогулку. Коляску с Керемом-Али везёт Йылмаз, Мюжгян идёт рядом наблюдая за сыном, который с интересом смотрит по сторонам. Когда на нос малышу садится красивая бабочка, мальчик весело смеясь пытается поймать её, но детским ручкам не хватает ловкости, чтобы справиться с быстрым насекомым и бабочка улетает.
Девушка первой заговаривает с супругами. Заметно, что, в отличие от мужа, Мюжгян очень рада переменам к лучшему, произошедшим в жизни отца. В последний раз, когда она его видела, мужчина был чернее тучи.
- Отец, госпожа Хюнкяр! - обращается с искренней улыбкой. - Как я счастлива снова видеть вас вместе!
- Спасибо, дочка! - отвечает Али-Рахмет, крепче сжимая руку жены.
Спасибо, Мюжгян. - Хюнкяр улыбается . - Как ты? Как Керем-Али? Он так вырос. Дай Аллах, малыш здоров?
- Спасибо, госпожа Хюнкяр. Всё хорошо. Как Вы? - девушке приятно такое внимание. Она ещё раз отмечает про себя, насколько они гармоничная пара.
- Пойдём, дорогая! - вмешивается не выдержав Йылмаз. - Керем-Али устал.
Мюжгян переводит взгляд на сына. Малыш, кажется совсем не замечая взрослых увлечённо наблюдает за играющими неподалёку детьми постарше.
- Керем-Али пока занят, дорогой. Что случится, если мы немного поговорим? Мы давно не видели отца.
- О чём говорить с...этой, Мюжгян? - мужчина переводит взгляд на Хюнкяр. Смотрит презрительно. Госпожа Фекели встречает его с готовностью. Смотрит так уверенно, что уже через несколько минут Йылмаз отводит глаза, не справляясь с напором.
- Отец! - обращается, наивно полагая, что нашёл цель попроще. - Ты совсем не ценишь себя?
- Что ты имеешь в виду, Йылмаз?
- отвечает Али-Рахмет, только что пристально следивший за стычкой взглядов.
- Где была твоя жена всё это время? С кем?
- Что ты пытаешься сказать, Йылмаз? - спрашивает Мюжгян, уже предчувствуя скандал.
- У этой ведьмы хватает наглости гулять под руку с отцом как ни в чём не бывало, после того, что я видел? - говоря это Йылмаз разве что слюной не брызжет, так ему хочется ударить побольнее.
- Что же ты такое видел, Йылмаз, позволь узнать, раз позволяешь себе говорить о моей жене в таком тоне.
- Пойдём, жизнь моя! Не будем портить нашу прогулку. - Хюнкяр старается увести мужа. Вокруг их компании уже начинают собираться зеваки, в надежде на бесплатное представление.
- Сейчас пойдём, душа моя! - Али-Рахмет гладит её по руке, успокаивая. - Только послушаем, как низко пал человек, которого я считал своим сыном.
- Отец... - Мюжгян забирает Керема-Али на руки. Малыш начинает капризничать. Ему не нравится толпа.
- Одну минуту, дочка. Говори, Йылмаз. Не тяни время. Что ты видел?
- Твоя жена поэтому так старается увести тебя, потому что боится, что ты узнаешь правду и больше не сможешь смотреть на неё таким влюблённым взглядом? Я всё равно скажу, отец, не позволю тебе жить в неведении. Несколько дней назад я зашёл в кондитерскую за сладостями. Мюжгян попросила. И что я там увидел?! Твоя дорогая супруга беседовала с каким-то мужчиной, который просто пожирал её глазами. А уж как она улыбалась... Почему ты не спросишь у женщины, которую сейчас с таким рвением защищаешь, чем эти двое занимались, когда никто не видел?! - он переводит взгляд на Хюнкяр. - Что случилось?! Он оказался так плох в постели, что ты решила вернуться?! Твоя жена - шлюха, отец, а ты всё ещё заглядываешь ей в рот...
Али-Рахмет отпускает руку Хюнкяр, которую только что держал в своих, подходит к названному сыну и точным ударом впечатывает кулак в его лицо. То ли от неожиданности, то ли от силы удара Йылмаз пошатывается и падает. Оказавшись на мостовой сплёвывает кровь из разбитой губы и продолжает кричать оскорбления уже в адрес обоих.
Мюжгян усаживает сына в коляску и протягивает руку мужу, чтобы помочь подняться.
- Ты идёшь, Йылмаз? - спрашивает раздражённо. - или ещё недостаточно повеселил народ?
- Мужчина поднимается сам и зло смотрит в сторону Али-Рахмета, который уже успел вернуться к Хюнкяр.
- Твоя рука, Али-Рахмет... - женщина едва не плачет, глядя на разбитые костяшки пальцев мужа. Удар получился действительно сильным.
- Ш-ш-ш... Душа моя, это пустяки. Ничего серьёзного нет. - он обнимает её только крепче прижимая к себе. От этого женщине только ещё больше хочется плакать. Не сомневается. А она...
Мюжгян скомканно извиняется и прощается. Это всё что девушка может сделать. Взгляд Йылмаза всё ещё мечет молнии. Керем-Али засыпает в коляске. Поняв, что больше ничего интересного не будет, народ расходится. Теперь несколько дней будет о чём поговорить.
- Хюнкяр? - Али-Рахмет заставляет её просмотреть в глаза, заметив, что женщина опустила голову, уйдя в безрадостные мысли. - Пойдём?
- А? Да, пойдём, жизнь моя. - Хюнкяр вдруг замечает что они так и стоят посреди улицы. Она держит в своих руки мужа.
Путь до отеля проходят молча. Али-Рахмет огорчён и зол. Даже если то, что произошло можно было ожидать. Йылмаз никогда не смирится. Стоит ли надеяться, что когда-нибудь он будет говорить о Хюнкяр с уважением? Ещё и дома наверняка устроит скандал. В душе госпожи Фекели тоже раздрай. Даже не из-за слов Йылмаза, она вряд ли услышит от него что-то хорошее, даже если совершит самый лучший поступок. Её поражает поведение мужа. После того, что с ними случилось, после того, как она ушла он не стал даже слушать. Хотя был в праве засомневаться или потребовать у неё ответ. Поэтому когда забирают ключи и ни с кем не заговаривая входят в номер слёзы всё же находят выход и проливаются ручьями по щекам. Женщина присаживается на самый краешек кровати и отворачивается к окну, чтобы скрыть их. Али-Рахмет садится рядом и кладёт руки на плечи любимой.
- Душа моя? - шепчет.
От этих слов Хюнкяр только сильнее плачет.
- Хюнкяр? Посмотри на меня.
Хюнкяр разворачивается к нему лицом. Даже не пытается стереть слёзы, которые всё никак не остановятся.
- Тебя задевают слова Йылмаза? Конечно заденут. - мужчина спрашивает, одновременно стирая пальцами со щёк дорожки слёз.
- Ты...Ты даже ничего не спросишь, Али-Рахмет?
- О чём мне спрашивать, любовь моя? Разве не знаю Йылмаза? Достаточно того, что видел и слышал сам.
Женщина порывисто обнимает мужа. Тот теряется только мгновение, вскоре уже крепко прижимает к себе.
- Всё. Всё прошло. Прошло. Больше никто не сможет обидеть тебя душа моя.
- Я... Я люблю тебя, Али-Рахмет. - всё, что может сказать.
- А я люблю тебя, Хюнкяр. Люблю больше жизни.
Мужчина не выпускает из рук, пока всхлипы не затихают.
- Хочешь, отдохнём немного? - спрашивает отстраняясь.
- Можно. Я только умоюсь. И нужно обработать твою руку.
- Пустяки. Не волнуйся, душа моя.
- Не спорь, дорогой. Пойдём. - Хюнкяр встаёт уводя за собой мужа. Он спокойно идёт следом даже радуясь такой заботе любимой.
Какое-то время супруги проводят в ванной, приводя себя в порядок. Хюнкяр занимается рукой Али-Рахмета, осторожно обрабатывает ранки.
Когда наконец-то заканчивают и входят в комнату, раздаётся стук в дверь.
- Кто там? - спрашивает госпожа Фекели.
- Мама, я могу войти? - у дверей Демир.
Супруги встречаются взглядами.
- Входи...