Глава 15
Когда жизнь кардинально меняется, тебе ничего не остается, как плыть по течению. Все удары жизни ты сначала воспринимаешь со слезами на глазах и с таким разочарованием, с которым ты никогда раньше не сталкивался. Ведь все плохое, кажись, происходило с другими людьми и как ни странно всегда проходило мимо тебя. Так всегда и было, пока один день навсегда не изменил жизнь Лейлы. Можно было сколько угодно себя обманывать, успокаивая себя тем, что все это было предписано свыше и что ничего нельзя было изменить, но и холодной головой понимать, что все так сложилось из-за ее бездействия и трусости.
Лейла стояла под обильной струей холодный воды, обняв себя руками и тихо всхлипывала. Горячая вода давно иссякла. Но температура воды волновала ее меньше всего, изменение которой так и осталась ею незамеченной, так как внутренний жар никак не убавлялся.
- Лейла, ты там? - голос Асада
заставил ее вздрогнуть и закрыть кран.
- Лейла, выходи или я щас войду.
Она все также стояла без движений и смотрела как ручка ванной двери все сильнее и сильнее дергается.
Лейла понимала, что дверь, по которой он начал бить, не выдержит и в секундах он ворвется сюда и, что он увидит ее в совсем неподобающем виде, но оцепенение, в котором она щас находилась, не проходило.
- Не заходи. Я... я щас выйду, -
потянулась она за халатом и еле как двигающимися пальцами заставила себя ее надеть. Сразу взбрело в голову чья она, длина достигала вплоть до ступней.
Голова закружилась, ноги отказывались держать ее. Последнее, что она увидела это навесной потолок с тонкой светящейся линией в качестве подсветки и тысяча застывших водяных капель, которые вот вот засохнуть, оставляя после себя неприятные следы.
Услышав грохот за дверью, Асад не мешкая ворвался и наткнулся на лежащую девушку, чье состояние тут же привело его в содрогание. Кожа была вся красной, что нескольких местах уже виднелись ожоги. Посиневшие губы и белое, будто потерявший цвет лицо свидетельствовали о долгом нахождении под холодной водой. Опустившись на карточки, чтобы поднять ее на руки, его рука случайно задела верхний край ее халата и слегка обнажила вверх груди. Его глаза невольно застыли на родимом пятне, с размером ноготь его большого пальца, которое не так хорошо выделялась из-за красноты ее кожи, как ему хотелось. Вдруг мысль коснулась головы, за которое он сразу поругал себя: «увидеть бы его еще раз на белой словно мрамор коже».
На своих руках Асад ощущал ее как невесомую куклу, которую он нес с такой осторожностью и с таким трепетом, как будто каждый миллиметр ее тела был подобен хрусталю. Он волновался за нее. Тысяча плохих мыслей успело провертеться в его голове по пути от ванной до спальни сестры, куда он ее положил и быстро укрыл от своих глаз.
Что делать дальше, голова быстро сообразила. Сегодня без происшествий эта ночь не закончится и пока все идет размеренно надо и остальное взять в руки. Не отводя глаз от Лейлы, он достал из кармана телефон и позвонил сестре.
Как бы там не было ее честь он своими руками не запятнает и горечь ее судьбы в свои руки не возьмет.
- Хадижа, быстро возвращайся
домой. Как можно скорее. Что случилось увидишь дома, - отвертелся он от потока вопрос, которые грозились на него обрушиться.
- Брат, но я на смене. С тобой все хорошо? - возразила она.
- Хадижа, быстро. Давай собирайся,
Заур уже ждет на выходе. Он привезет тебя.
Касаться ее тела и трогать ее ожоги, как бы не надо было их обработать, он не хотел. Просто не мог. Скорую вызывать он не спешил, чтобы не поднимать ненужный шум. В этой деле он полностью доверял сестре - врачу, которая в своей профессии считалась одной из лучших специалистом.
Решив дела с сестрой и обдумав весь план, что делать и как ему поступить дальше, он присел на кресло и направил свой взгляд на Лейлу. Та тихо спала.
Гнев его немножко утихомирился, уступив место состраданию, ибо
лежащей в белой постели девушке хотелось не навредить, а наоборот защитить и скрыть от всех невзгод и бед.
Он до сих пор не мог понять, что произошло и как так оказалось, что она стала женой его друга, а потом и вовсе он нашел ее убегающей по среди леса в темной холодной ночи. Столько вопросов, которых ему хотелось ей задать, зная также, что будет сложно ей поверить и даже убежденный в том, что во многом она ему солжет.
Пусть придет в себя. Если не сегодня, так завтра она обязательно все ему расскажет.
Лейла, как будто вняла его просьбе, дрогнула веками и глухо застонала. Дышать давалось трудно. Тело жгло, как будто ее только что вытащили из огромной пламени огня. Несколько минут прошли в недоумении происходящего, отчаянно пытаясь понять где она и что происходит, как вдруг реальность происходящего и горькость сегодняшнего дня осенило все ее подсознание. Слезы горячими ручейками скатились из глаз, обжигая и так пылающую кожу.
- Успокойся! - знакомый голос ее
встревожил. Она повернулась к нему лицом и встретилась с его полным сострадания взглядом.
Сердце защемило. Она была рада не увидеть в его темных глазах черную безразличную пустоту, но и в то же время ей не хотелось, чтобы он жалел ее.
Она расплакалась и от неспособности зашевелить даже пальцем горько разрыдалась.
- Лейла, у тебя ожоги на теле.
И Ты больше часа провела под холодной водой, и видимо по этой причине онемение конечностей.
Лейла вопросительно уставилась на него, требуя объяснений того, как он намерен поступить дальше, ибо щас, если она в таком состоянии, вроде должна лежать в больнице.
- Я позвонил сестре. Она окажет тебе
первую помощь, а потом отвезет в больницу.
На ее вопросительный взгляд о том, почему он сам не вызвал скорую, он ответил: - Я не стал, чтобы у тебя не возникло проблем из-за того, что ты была наедине с мужчиной в его доме.
Сердце Лейлы сжалось. Даже в такой момент он подумал о ней, подумал о ее чести. Как она с ним поступила, как гнусно обманула. Видимо Аллах1 разъединил наши дороги, ибо такой человек как я не заслуживает на оставшуюся жизнь рицкъ (предписания Всевышнего) с мужчиной, который отодвигает себя и свои принципы на второй план, ради целомудрия девушки.
Их немой разговоров прервал телефонный звонок. На дисплее засветилась имя Адама. Асад встал со стула и нервно прошелся по комнате.
Но на благо Лейле не ответил, которая считала секунды, пока ждала, когда комнату опять заполнит былая тишина.
- Черт, - выругался Асад и разбил телефон об стену. Лейла вздрогнула и собрав все силы еле как приподнялась с кровати.
- Я виновата, прошу прощения. Но
пожалуйста не говори ему, что я здесь. Не отдавай меня ему. Он вырулит эту ситуацию как ему выгодно. Он отвезет меня обратно и запрет.
- Зачем ему это? Не строй из себя
жертву! Разве ты не знала за кого выходишь? Разве ты не знала, что он женат?
- Клянусь не знала. Он обманул меня.
Валлах1и обманул. И то я сама узнала обо всем. Его жена пришла сегодня. Рассказала мне обо всем.
- Все знают, что он женат. Все ваше
село в курсе. А как это могло скрыться от тебя и твоей семьи?
- Вот так вот сумел скрыть! Как ты не
понимаешь и не видишь? Я именно по этой причине убежала от него. Если бы я знала, разве смогла бы так подло поступить с девушкой, которая сердцем чувствует то же, что и я?!
- Только у тебя есть сердце? Только Твое твое сердце чувствует?
Его слова холодными мурашками прошлись по теле. Тишина окутала дом.
Признаться ему? Зачем? Если правда способна умертвить живого человека в сердце другого, то почему не солгать?!
Чего взять от этой горькой правды?!
- Я не знала, что вы друзья! Не знала.
Если бы она знала, как эти слова будут ей дорого стоить и что они в скором времени обрушатся на нее снежным комом с невозвратимыми последствиями, наверное, она рассказала бы все, ничего не скрывая, но в данный момент очередную ложь она сочла единственным спасением.