Глава 5
Ей казалось просто чудесным возвращаться домой в зябких сумерках. Пустые улицы, освещённые жёлтыми фонарями, пронизывающий холодный ветер, который бился о лицо, унося прочь все мысли и освобождая её от чувства вины за, казалось бы, мысленное изменение жениху. Её разум был не в ладу с сердцем. Единственное ,чего она так отчаянно желала в этом мире, увы она не чувствовала. Вкус свободы стал почти не ощутимый. С каждым уходящим днём она чувствовала, как болото, в которое она сама полезла, затягивает её всё глубже и глубже. Самой выбраться было почти уже невозможно.
Стук её каблуков эхом раздавался по всей улице. Открыв ворота, она зашла во двор. Свет на кухне был выключен и она с облегчением вздохнула, обрадовавшись возможности расслабиться и побыть одной. Взгляд невольно упал на велосипед. Железный конь, у которого даже было имя, жалостливо стоял около гаража и манил покататься. Она улыбнулась. Сколько раз она переодевалась в отцовскую одежду, в которой невозможно было различить кто по настоящему является наездником, и каталась по ночным улицам маленького села. Однажды всё таки она была поймана. Её выдали скрытые под кепкой волосы, которые невзначай распустились на плечи. Парень до конца дома ехал за ней, а спустя неделю вышел на связь. Попытки расположить к себе смелую наездницу не обвенчались успехом.
Успокоившись тем, что она ещё вдоволь успеет объездить всё село, она присела на ступеньку лестницы и стала снимать обувь. Вряд ли этот приставучий обрадуется, когда узнаёт о её ночных прогулках. Но это её мало волновало, тем более если она не позволяла себе выходить за рамки приличия, прежде чем вопрос коснётся её отца или будущего мужа. Сняв с себя пальто, а за ним и остальную одежду, она небрежно бросила их на пол и устало легла на кровать, прикрыв глаза.
День был сегодня восхитительный и сделался он таким благодаря совсем незнакомому человеку. В памяти опять ожил его образ: именно такой, который больше всего соответствовал её требованиям. Внешне идеального человека она не искала, так и принца на белом коне она давно не ждала. Но душевные качества были у неё всегда в приоритете и ни под каким предлогом не могли быть вычеркнуты из списка требований. Самое лучшее, она считала, что может дать мужчина своей женщине это чувство защищённости. Убеждённость в том, что она всегда будет любима и ценима. Как за каменной стеной, она чувствовала себя только за спиной отца. Не было ничего надёжнее, чем отцовские объятия. И вместе с этим она вспомнила, как впервые, находясь в лифте с Асадом, волна спокойствия окутала её с ног до головы. Может это и есть начало чего-то большого.
Мыслями она перенеслась на несколько часов назад, позволив счастливой и дурацкой улыбке расползтись по лицу. Этот малознакомый человек умело подкрадывался к сердцу, заставляя её его биться чаще. Своё необъяснимое состояние она не считала влюбленностью. Она всё сводила к тому, что это просто временная забава, которая обязательно пройдёт через несколько дней или должна пройти.
- Вставай, ты уже несколько часов спишь, - услышала она недовольный голос матери. Она даже не заметила, как заснула. Взяв что-то из шкафа и приказав ей быстро встать, Нериман вышла. Из кухни доносились громкие голоса. Поняв, что нагрянули гости, она не хотя потянулась за платьем и вылезла из-под одеяла.
Проверив телефон на наличие новых сообщений и следом разочаровавшись их отсутствием, она лениво направилась на кухню шаркающими ногами.
За столом сидели тёти со стороны матери. Она искренне им улыбнулась. Сколько любви и заботы таилось в каждой из них. Три сестры характером и внешностью не отличались. В каждой можно было найти и подружку своих лет и старшую сестру, которая сумеет дать совет, и маму, которая поддержит, если будет нужно и успокоит.
- А вот и наша невеста! - обратили они на неё внимание. - Сном насытиться не можешь?!
- Добро пожаловать! - поприветствовала она всех. - Вы когда приехали то? Давно уже? - судя по тому, что они пили чай с аппетитным на вид тортом, то можно было догадаться, что да. Порядок в доме ей был знаком. Нериман всегда сначала предлагала горячие блюда, а потом уже поила чаем.
- Уже час. Ждали тебя. Принесли тебе такие подарочки! - заблестели их глаза, вызывая у неё неподдельный интерес.
- Ты выбрала уже платье? Не говори мне, что ты и сегодня забыла.
Серьёзный вид мамы позабавил её.
- Не волнуйся, мама. Самое красивое платье будет на твоей дочери, - вспомнив насколько безразлично она отнеслась к выбору самой главной части составляющего её праздничного дня, вдруг стало горестно. И она поймала себя на мысли, что холод вместе с жалостью к себе медленно распространяется по ее венам. И всё громче хочется кричать: "Вырвите из груди сердце, которое не способно любить."
Золотая тонкая цепочка с кулончиком в виде порхающей свободной птицы привели её в восторг. Снимать его не хотелось, но Нериман быстро велела его отдать, ибо все подарки предназначались для приданого невесты. Не малый восторг вызвал чёрный кружевной пеньюар из полупрозрачного гипюра с широкими рукавами и с прорезями по всей длине, которые красиво оголяли руки. Длинный пеньюар, схваченный тонким атласным поясом на талии, отлично гармонировал с цветом её каштановых волос, с лицом, которое по детски опухло после сна и с алыми губами.
- Кто-то не устоит! - с ноткой поддразнивания сказала Асие, младшая тётя, оставшись с племянницей наедине.
- Ась, перестань, - посмотрела она на неё и скорчила недовольную гримасу. Ком отвращения пристал к горлу. Сколько она не старалась в голове мыслями не коснуться этой темы, она каждую ночь ножом резала её по частям. От представления, что однажды ей придется отдать себя ему, её тело с ужасом содрогалось.
- А ты была влюблена в Ахмеда? - неожиданно спросила она для Аси, которая беззаботно печатала что-то в телефоне.
- Мы с ним в толку и не были знакомы, - тётя отложила телефон. Поразмыслив несколько секунд, Асие позволила себе перенестись в прошлое.
- У меня был другой молодой человек. Общались, любили друг друга. Потом, когда Ахмед отправил людей свататься, отец дал им слово. Я плакала, истерила, но пойти против твоего дедушки не смогла.
- А что ты тому парню сказала? Просто оставила его ничего не объяснив?
- Рассказала всё. Он предлагал сесть в машину и поехать с ним. Тогда часто так делали. Но я не осмелилась.
- Как так? Я не знала! Почему ты так струсила?! Почему ты не сказала бабушке? - вопросы посыпались один за другим. Её не устраивал такой несправедливый расклад прошлого.
- Всё уже прошло. Я смирилась уже давно, - её глаза, которые всегда светились весельем, вдруг стали грустными. - Но я знаю одно, выйдя бы я за него, моя жизнь была бы совсем иной. Любовь и привыкание не стали бы для меня синонимичными.
- А ты его сразу приняла? То есть когда ты привыкла к нему? - в каждом её ответе она видела своё будущее.
- Я представляла другого. Это было самой большой ошибкой, но иначе не получалось. Воображение само рисовала мне везде его образы. Потом после рождения ребёнка я его отпустила. Забываешь, конечно, но тоска по себе прошлой остаётся.
- То есть ты скучаешь по ему?
- Нет, - отрицала она, - Я скучаю по той себе, которая смогла бы обрести настоящее счастье рядом с любимым человеком.
- А теперь ты не счастлива? - задавать так много вопросов было на неё не похоже, но каждый ответ был для неё важен.
- Конечно, счастлива. У меня есть дети, муж, который меня уважает и заботится, всё есть у меня - воздала она хвалу Аллаху. - Мы не знаем, Аллах знает. Разговаривала ты меня, - недовольная своей излишней болтливостью, она шутливо ругая ее за допрос, вышла, оставив её одну в комнате. Мысли, которые итак были запутаны, теперь превратились в кашу. Переодевшись в длинное платье, она присоединилась к гостям.
Вымыв посуду после гостей, она полчаса постояла перед зеркалом, пробуя разные увлажняющие маски на лицо. Чистая кожа была подарком природы, но сохранять блеск и гладкость помогали разные народные методы. Разговор с тётей снова и снова прокручивался у неё в голове.
Шёл моросящий дождь. Слушая как тяжёлые капли дождя барабанят по крыше, она уже долгое время лежала без сна, переворачиваясь с боку на бок. Слишком много мыслей было, чтобы спать. Ход мыслей прервал внезапный звонок в мобильный телефон, звук которой в глухой тишине ночи показался ей оглушительным. Посмотрев на высветившиеся цифры на дисплее, она догадывалась кто это. Она еле сдержала себя, чтобы не ответить. Если будет нужно позвонит ещё раз, для дружеского звонка итак слишком поздно. Телефон затих. Она с нетерпением начала ждать следующего, уверенная в том, что он позвонит. Так и случилось. Нарушая уставшуюся тишину после последних гудков она приложила его к уху.
- Не разбудил? - его тихий голос эхом раздался в ее голове. Ее потрясло то, что чей-то мужской голос может заставить ее сердце замереть.
- Нет, я не спала, - также тихо ответила она. - Но собираюсь, - тонко намекнула она на то, что не собирается долго разговаривать.
- Успеешь ещё! Завтра куда надо? Встретились бы! - он не просил о встрече, а ставил перед фактом.
- Я завтра никуда не собираюсь, - отрезала она. - И с каких пор мы начали встречаться. Один раз погуляли и на этом закончим, - никакого смысла продолжать этот разговор, а тем более встречаться она не видела. Она была неравнодушна к этому человеку, а значит безопаснее было держаться как можно подальше.
- А где ты живёшь? - не обращая внимания на её слова, продолжал он:
- Хочу приехать!
- С чего бы это!
То, что она что-то скрывает, он понимал. Гуляя сегодня несколько часов вместе, она старательно избегала всех вопросов касаемо её жизни. Сначала он сводил это к тому, что знакомы они всего лишь день, но когда она отказалась говорить свою фамилию и где живёт, пришёл к пониманию, что она по тихому решит скрыться. Этого нельзя было допустить, ибо Асад начинал проникаться к ней всё большей симпатией.