Глава 5.
– София? Уитни? Это кто-то из девушек? – перебивает Эддисон.
– Да, это девушки. Хотя нет, София скорее женщина, – она делает еще глоток и смотрит, много ли осталось в бутылке. – Уитни, в общем-то, тоже. Получается, это женщины.
– Как они выглядят? Мы можем сопоставить их имена…
– Они не из Сада, – сложно истолковать ее взгляд, она смотрит в равной степени насмешливо и с сожалением. – У меня была жизнь и прежде. Я же не в Саду родилась. Во всяком случае, не в том Саду.
Виктор переворачивает фотографию, пытается прикинуть, сколько времени это могло занять. Такие масштабы, такая детализация…
– В первый день он только начал, – говорит Майя, проследив за его взглядом. – Сначала нанес внешние линии. А потом в течение двух недель занимался расцветкой и узором. А когда все было готово, в саду появилась еще одна Бабочка. Он, как Бог, создавал свой собственный маленький мир.
– Расскажи нам о Софии и Уитни, – просит Виктор и решает на время оставить татуировку. Он догадывается, что происходило после, но готов даже признаться в собственной трусости, лишь бы не слушать об этом сейчас.
– Я жила с ними.
Эддисон достает блокнот из кармана.
– Где?
– В квартире.
– Нужно…
– Расскажи нам о квартире, – перебивает Виктор.
– Вик, – возражает Эддисон. – Ничего она нам не расскажет.
– Расскажет, – отвечает Виктор. – Когда будет готова.
Майя молча наблюдает за ними, гоняя бутылку по столу, как хоккейную шайбу.
– Расскажи нам о квартире, – повторяет Виктор.