five
30 ноября 2017.
Сегодня пятница, что само собой является неким праздником, но из праздников это ещё не всё. Сегодня ещё и последний день ноября, а это значит, что сегодня день рождения Сёмы и ему исполняется 20 лет. Господи, я просто не верю, я помню его десятилетие так, будто это было вчера, а ведь прошло столько времени, но время нам ни по чём, и несмотря на всё мы до сих пор дружим. Честно, я очень рада тому, что мы общаемся, потому что он – это просто самый лучший друг, который может быть. Сёма всегда поддержит меня, да, повозмущается, скажет, что я ебанутая, но поддержит, и всего, что мы прошли вместе уже не вспомнить, потому что вместе мы прошли всё. А ещё я рада тому, что Глеб понимает, что мы с Сёмой просто друзья, лучшие, но не более, и рада тому, что он сидит сейчас рядом.
Только вот самого именинника я уже часа пол как не видела, да и вообще народ потихоньку расходится, потому что время уже часа три, а начали мы в восемь. Ну, а вообще, я считаю, что праздник удался, и никто даже не уехал на скорой, как это было в прошлом и позапрошлом год
Мы с Глебом выходим на улицу, чтобы покурить и просто проветриться. Улица встречает нас холодным ветром и моргающим у ворот фонарём. На календаре в телефоне уже первое декабря. Вот и зима наступила, через месяц новый год, уже 2018, как же всё-таки быстро идёт время, и каждый раз, когда я об этом задумываюсь становится всё страшнее.
– Холодно, – я пытаюсь сильнее укутаться в своё пальто, но, кажется, его пора бы сменить на пуховик, потому что мёрзнуть мне надоело.
– Иди ко мне, – тихо говорит парень и прижимает меня к себе. С ним становится теплее, даже на душе как-то теплее становится в объятиях блондина, да, я втрескалась по уши. Я так привыкла к Глебу за этот короткий промежуток времени, и точно могу сказать, что он – тот, кто мне нужен. В этом парне я чувствую что-то своё, такое родной, хоть и до конца неизведанное. Наверное, это первый раз, когда я так в кого-то влюбилась, и я надеюсь, что потом не останусь у разбитого корыта, – Снег пошёл, – и правда. Так красиво. Первый снег это всегда так красиво.
Глеб обнимает меня крепче и целует в макушку, и мы идём с ним в дом, но уже не возвращаемся в зал к народу, а идём на второй этаж на поиски свободного места. Мы занимаем, кажется, последнюю свободную комнату с маленькой полутораспальной кроватью. Да, это спальное место явно не предназначено для двоих, но кое-как мы умещается там с Глебом и засыпаем в обнимку.
1 декабря 2017.
Просыпаюсь я от какого-то грохота в коридоре и резко дергаюсь. Я всё ещё сплю в объятиях блондина и с ним так тепло и уютно, что я бы вообще не вылезала из кровати. Я достаю из-под подушки телефон и смотрю на время: 14:09, нормально так поспали. Рядом спит Глеб, его лицо такое спокойное и расслабленное, что я решаю запечатлеть это. Шум в коридоре утихает, а я убираю телефон обратно, прикрываю глаза, и ложусь к парню на грудь, обнимая его. И я просто не могу описать словами то, как мне хорошо с ним, я чувствую, словно у меня в животе порхают бабочки, и мне ни на минуту не хочется с ним разлучаться.
Я пролежала так, наверное, минут двадцать до того момента, как проснулся Глеб. Он слегка потянулся и поглаживая, провёл рукой по моей спине.
– Доброе утро, – я поворачиваю к нему голову и улыбаюсь.
– Доброе, – он тоже улыбается в ответ и обнимает меня двумя руками.
Мы валяется ещё минут десять и всё-таки встаём с кровати. Внизу сидит человек десять. Кто-то пьет чай с остатками торта, кто-то похмеляется пивом, Сёма вон вообще коньяк хлещет, а рядом с ним блондинка, кажется, её зовут Саша и они учатся вместе.
Я иду на кухню, чтобы сделать себе чай, и Глеб поддерживает мою идею. Я завариваю себе дешманский чай из пакетика, а блондин в кухонном шкафу отыскивает банку растворимого кофе, и мы выходим в зал, располагаясь на диване рядом с полуспящим Владом.
Время около пяти и такси привезло нас к моему дому. Мы стояли в обнимку возле подъезда и я краем глаза я видела, как на нас смотрела бабка с первого этажа, делая вид, что поливает цветы на подоконнике. Иногда я задумываюсь над тем, какая же скучная у них жизнь, правда ведь, все лучшие годы позади, и все, что остаётся – вспоминать прошлое, ну и наблюдать в своё окошко за всем происходящим. Я думаю, для меня старость – страшнее смерти, это будто бы ты живой мертвец, но что больше всего удивляет меня в стариках это, наверное, то, что они так спокойно относятся к собственной кончине, откладывают деньги на похороны, и обсуждают кто из их одноклассников или старых друзей уже помер. Страшно.
Глеб уже собирается уходить, но я останавливаю и беру обеими руками его лапу.
– Даже на чай не зайдешь?
– Ну как же я откажусь от такого чая, – он улыбается и мы вдвоем идём в подъезд.
Я пропускаю парня в квартиру и закрываю дверь. Он стягивает кроссовки и оставляет куртку на вешалке, и мне почему-то так приятно видеть его в своей квартире. Он будто бы идеально сюда вписывается.
– Глеб, – зову парня, пока ставлю чайник, – Расскажи про свою семью.
– Ну, – он тихо вздыхает, – Батю своего я никогда не видел. Растила меня мама сама. Раньше бабушка с дедом помогали, а потом дед умер, и бабушка за ним пошла. Нечего больше и рассказывать. Расскажи про своих лучше.
– Да мне тоже нечего особо рассказывать. У меня из родственников отец только. Мама умерла, когда мне года четыре было, я её плохо помню, пару моментов только. Папа со своими родственниками давно не общается, так что, мы с ним вдвоём.
Разговор о родителях на том заканчивается и мы с парнем пьём чай, не отлипая друг от друга. Я так не хочу, чтобы он уходил, потому что в последнее время на меня давит одиночество и пустая квартира, пару дней назад у меня даже промелькнула мысль завести кота. А что, всегда ведь приятно приходить домой, зная, что дома кто-то тебя ждёт, пусть даже и кот. Но Глеб, конечно, лучше кота.
После чая мы решаем посмотреть фильм, но Глебу кто-то звонит. Парень обещает мне, что завтра мы обязательно увидимся и он уезжает по каким-то срочным делам. Это уже не первый раз, когда он говорит про какие-то свои дела, но что за дела я не знаю. Он никогда не упоминал в разговорах моего отца, а точнее его деятельность, и уж я не думаю, что он со мной ради своей выгоды. Но всё-таки я бы хотела узнать больше о том, чем занимается Глеб.
3 декабря 2017.
Меня снова будит будильник, и выключая его я сажусь на кровати. Я не могу вылезти из-под одеяла, потому что меня дико морозит, ещё и голова болит. Всё-таки я встаю, чтобы найти на кухне аптечку и взять градусник. Пока меряю температуру завариваю себе чай, а градусник уже показывает 38. Блять. Ну, на учебу я точно не пойду.
Мне звонит Глеб, когда я с чашкой чая возвращаюсь в постель.
– Доброе утро, проснулась? – его голос достаточно бодрый и радостный
– Доброе, ага, – а вот мой не особо.
– Заехать за тобой?
– Нет, я не пойду на пары.
– Почему?
– Плохо себя чувствую.
– Заболела? Может привезти что-нибудь надо? – он правда волнуется за меня, и это вызывает у меня волну бабочек где-то внутри.
– Нет, спасибо, не надо ничего вроде.
– Я тогда съезжу на одну пару, а потом к тебе приеду, хорошо?
– Угу.
Я бросаю телефон рядом и улыбаюсь. Я просто не знаю каких богов нужно благодарить за Глеба. Я так бесконечно рада тому, что он появился в моей жизни, потому что он – это что-то новое для меня, хотя бы потому, что он не пытается использовать меня ради своей выгоды, и я чувствую, что его чувства ко мне настоящие и искренние.
Я открываю глаза от неожиданного звонка в домофон, а я и не заметила как уснула, видимо, слабость всё-таки победила меня. Я нажимаю на кнопку, открывая дверь подъезда, и жду пока парень поднимется. А пока жду случайно замечаю свое отражение в зеркале, и оно меня не впечатляет, потому что сейчас я больше похожа на какое-то чучело лохматое в одеяле. Ну, а что, я же болею, мне можно.Через минуту я же вижу Глеба в глазок и открываю ему дверь.
– Привет, – Глеб оставляет пакет около входа стягивает свои кроссовки и целует меня в щеку.
– Привет.
– Как чувствуешь себя?
– Так себе.
– Я тут заехал фруктов тебе купил, лекарств в аптеке, – он берет тот пакет, оставленный у порога.
На кухне блондин по-хозяйски раскладывает всё по местам, включает чайник и заваривает мне Терафлю нужной температуры, заставляет выпить ещё пару таблеток, уверяя, что они точно мне помогут. Он так заботится обо мне, прям как мамочка, хотя даже она обо мне не успела так позаботиться, как Глеб сейчас.
Затем парень раскладывает в зале диван, укутывает меня в два пледа, включает на телевизоре фильм и ложится ко мне, а я, выбравшись из кокона одеял двигаюсь ещё ближе к Глебу и кладу голову ему на грудь.
– Глеб, ты никогда не рассказывал чем занимаешься, – я не могу больше молчать, потому что мысли просто разрыв голову, а фильм все равно какой-то неинтересный.
– А ты точно хочешь это знать? – блять, да, если я спросила, значит я точно хочу знать это, ну что за вопросы.
– Да.
– Ты же знаешь, что твой отец главный, – я киваю, ещё бы не знать, – А как все устроено знаешь?
– Не особо.
– Ну, смотри, ближайшее окружение твоего отца это человек десять, они занимаются самым важным – поставками, документами, проверками и прочим. У каждого района есть свои, так скажем, кураторы. Рома передаёт нам товар, а мы отдаем его мелким диллерам и барыгам, а так же следим, чтобы долги вовремя возвращались. И я надеюсь, что твой отец не прикончит меня из-за того, что я рассказал тебе это.
– То есть, ты куратор?
– Ага.
Ну, теперь хоть что-то прояснилось, но в голове по-прежнему путаница и неразбериха.