XXVII
- Здравствуй, Элеонор.
- Здравствуйте, Луиз, - поздоровалась девушка. - Познакомьтесь, это ваша внучка Роуз.
Женщина с улыбкой посмотрела на малышку. Нел не могла не приехать к женщине. Прошел месяц, затем еще один и еще. Нужно было сделать это раньше, но она не могла. Было слишком тяжело. Слишком больно.
Луиз была рада видеть Элеонор и Роуз. По правде говоря, она уже давно ждала этой встречи. Нел сидела на диване и смотрела, как женщина играет с маленькой девочкой. На ее лице была настоящая и счастливая улыбка. Вскоре малышка уснула, а Луиз налила еще чаю.
- Он звонил мне тогда, - тихо сказал она. - Перед тем, как все произошло. Я рада, что ты была в его жизни, Элеонор. Он любил тебя очень сильно.
На глазах девушки вновь появились слезы, и она опустила голову.
- Он был хорошим сыном. Моим маленьким мальчиком. А Роуз так на него похожа, - говорила Луиз, глядя на спящего ребенка.
- Она очень на него похожа, - смахнув слезы, ответила Нел. - Мне очень жаль, что наше знакомство прошло тогда не очень хорошо.
- Ничего, Элеонор. Я сама виновата. Я была плохой матерью.
- Том так не думал.
- Думал, Нел. Я знаю, - вздохнула женщина. - Но, все же, он был моим сыном, и я любила его. Всегда буду любить.
- Да, я тоже.
- Знаешь, он оставил для тебя кое-что, - Луиз поднялась и подошла к шкафу. - Он просил передать тебе это, когда придет время.
Пока Луиз искала что-то в шкафу, Элеонор взяла газету, лежащую на столе. Развернув ее, девушка увидела заголовок «Серийный убийца Томас Хардман был казнен посредством смертельной инъекции 15 января». Тяжело вздохнув, она провела пальцами по его фотографии и поджала губы. Все еще больно. Всегда будет больно.
- Вот, держи, - Луиз протянула Нел конверт. - Он написал его уже давно.
- Спасибо, - кивнула девушка. - Спасибо вам, Луиз.
- Спасибо что приехала, Элеонор. Если будет время, приезжай еще. Я буду рада видеть тебя и Роуз. Теперь вы моя семья.
- Мы приедем, обязательно приедем, - Элеонор обняла женщину и взглянула на телефон. - Нам пора, Джейк уже приехал.
- И куда вы отправитесь?
- В Лондон, - Нел аккуратно взяла дочь на руки и улыбнулась. - Думаю, нам нужно уехать из штатов. Вы можете приехать к нам, когда пожелаете, Луиз. Роуз нужна бабушка.
- Ох, милая, - вздохнула женщина. - Я уже слишком стара для перелетов. До свидания, Элеонор. Пока, Роуз.
- До свидания.
Нел еще раз обняла женщину и вышла из дома.
- Готова? - спросил Джейк, помогая девушке усадить Роуз в кресло.
- Да, готова.
- Ты точно хочешь уехать?
- Да, да, Джейк. Я хочу уехать. Слушай, я не буду в обиде, если ты останешься. Твоя жизнь здесь.
- Нел, о чем ты говоришь? - улыбнулся мужчина. - Я еду с вами, и я давно это решил.
Пять лет спустя.
- Повесишь?
- Да! - маленькая девочка с двумя светлыми, вьющимися хвостиками схватила новогоднюю игрушку и повесила ее на елку. - Сюда?
- Да, - ответила Нел, распаковывая новый набор гирлянд. - Тебе нравится?
- Она такая огромная! - Роуз подняла голову и чуть не упала назад, оглядывая большую елку. - Она больше меня!
- Только не упади, маленькая моя, - рассмеялась девушка, наблюдая за дочерью.
Очередное Рождество в Лондоне проходило под музыку и огромное количество блестящих украшений.
- Уильям! Иди к нам! - крикнула Нел.
Мальчик трех лет, услышав голос мамы, поднялся с пола и, взяв игрушку, медленно пошел к ней, держась рукой за диван.
- Вот так, - Нел подхватила сына на руки и поднесла его к елке. - А теперь повесь игрушку.
Уильям заворожено смотрел на огромное дерево, которое для него было самым настоящим чудом. Повесив игрушку, малыш радостно захлопал в ладоши, чем вызвал смех Элеонор.
- А когда придет папа? - спросила Роузи, пытаясь распутать одну из гирлянд.
- Уже должен прийти, - Нел взглянула на часы. - Соскучилась?
- Да. Он пошел за подарками?
- С чего ты взяла?
- Ну, это ведь он всегда покупает подарки для нас?
- Нет, - Элеонор усадила сына на подушки. - Подарки приносит Санта и кладет их под елку.
- Но Санты не существует! - рассмеялась девчушка.
- Кто тебе сказал это?
- Лисса из моего класса.
- Ну, Лиссе, может быть, и покупают подарки родители, а вам двоим их приносит Санта, - Нел поправила хвостики малышки и легонько щелкнула ее по носу.
- Мама?
- Что?
- А папа придет на завтрашний ужин?
Элеонор внимательно посмотрела на дочь, не понимая, что она имеет в виду.
- Папа всегда с нами ужинает, милая.
- Папа Джейк да, но не мой папа.
- Джейк тоже твой папа, милая.
- Так папа не придет.
Элеонор вздохнула и, присела рядом с дочерью.
- Роуз, твой папа всегда рядом с тобой.
- Но почему я его не вижу тогда?
- Не обязательно видеть человека, чтобы любить, милая, - Нел обняла девочку и поцеловала в макушку. - Он живет в твоем сердце и всегда будет рядом с тобой.
- И с тобой?
- И со мной.
- И с Уиллом?
- Да, - девушка снова поцеловала дочь. - Со всеми нами.
Прошло много времени, но Элеонор все еще не могла забыть его. Да, Томас сделал много ужасных вещей, но все же, она его любила. Порой, девушке казалось, что он и правда приглядывает за ней и Роуз. Может быть, это было и так. Теперь она была счастлива. В ее жизни появился Уильям, который стал еще одной вселенной для девушки. Раньше она мечтала о большой семье, теперь у нее было двое детей и огромная собака, которую Джейк подарил Роуз на ее день рождения.
- Мы дома! - послышался мужской голос в коридоре, а затем и громкий лай.
- Папа! - закричала Роуз и, бросив гирлянду, побежала к отцу.
Нел подхватила на руки малыша Уильяма и тоже вышла в коридор. Она смотрела, как Джейк поднял на руки Роузи и закружил ее. Девочка восторженно кричала и смеялась. Затем мужчина крепко обнял ее и, поцеловав в носик, опустил на пол. Девочка сразу бросилась обнимать пса, а Джейкоби подошел к Нел.
- Как тут мой маленький супергерой?
- Твой маленький супергерой съел целую кучу шоколадных мишек, - с легким укором сказала девушка.
- Ах ты, сластена! - усмехнулся мужчина, целуя сына. - Санта еще не приходил?
- Ты Санта! - крикнула Роуз, обнимая Джейка за ногу. - Ты! Ты! Ты!
- Ей девочка из класса сказала, что Санты не существует, - пожала плечами Нел.
- Не существует Санты? - мужчина присел на корточки и внимательно посмотрел на девочку. - А кто же тогда пролазит в камин и оставляет подарки под елкой?
- Ты! - заулыбалась Роуз.
- Я? Ты думаешь, что я пролезу в камин?
- Да!
- Что же, знаешь, Санта приходит только к тем, кто верит в него. Если ты не веришь, то он не принесет тебе подарок.
- А как же я буду без подарка в Рождество? - захныкала девочка, округлив глаза.
- Значит, тебе нужно верить, и он придет!
- И принесет подарок?
- Конечно, - усмехнулся мужчина. - Ты ведь веришь в Санту?
- Да!
- Точно веришь?
- Да, да, да! - Роуз запрыгала на месте и Элеонор рассмеялась.
- Хорошо, тогда теперь иди чистить зубки и ложись спать.
- Но я не хочу спать!
- Знаешь, что, - Джейк поднялся и подмигнул Нел. - Чем быстрее ты уснешь, тем быстрее наступит утро, и ты сможешь открыть подарок.
- Хорошо. Пока, мам, - девочка подошла к Элеонор, и та нагнулась, чтобы поцеловать ее. - А он точно придет? - шепотом спросила она.
- Точно, - тихо шепнула девушка, и малышка тотчас радостно побежала наверх.
- Я уложу их, - сказал мужчина, взяв сына на руки.
- Хорошо, спасибо. Я уберу коробки.
Джейк понес сына наверх, а Элеонор вернулась в гостиную и начала убирать коробки. Когда с ними было покончено, она тоже тихо поднялась на второй этаж и, заглянув в детскую, увидела Джейка. Он сидел на полу между кроватей и читал сказку. Нел скрестила руки на груди и улыбнулась. Она и подумать не могла, что ее жизнь будет именно такой. Спокойной, тихой и такой приятной. Дети дарили ей счастье, о котором она так мечтала. Она была счастлива.
Прикрыв дверь, девушка вошла в спальню. Открыв шкаф, Нел достала оттуда небольшой деревянный сундук с вырезанными цветами на крышке. В этом сундуке не было замка. Он был вырезан уже давно и ключ был не нужен. Открыв крышку, она достала оттуда несколько десятков писем, перевязанных лентой. Улыбнувшись, она отложила их в сторону и потянулась за бархатной коробкой. Открыв ее, Элеонор аккуратно провела по блестящим рубинам. Она лишь несколько раз надевала это украшение. Перебирая вещи, девушка улыбалась. Было так приятно вспоминать все это.
На самом дне лежал белый конверт. На нем красивым почерком было выведено ее имя. Прикусив губу, Элеонор взяла его и достала слегка помятый лист бумаги.
«Здравствуй, Элеонор.
Любовь моя, моя маленькая девочка. Ты лучшее, что случалось со мной. Ты стала всем моим миром, и я очень благодарен за то, что ты впустила меня в свою жизнь. Спасибо тебе за любовь, что ты дарила мне на протяжении всего времени. Ты мой ангел, моя любовь. Ты сделала меня лучше, ты поверила в меня и полюбила таким, какой я есть. Спасибо тебе. Спасибо тебе за дочь. За маленькую Роуз. Я знаю, она вырастет прекрасной девочкой. Расскажи ей обо мне. Я хочу, чтобы она помнила меня. Я всегда буду рядом с ней и с тобой. Я буду приглядывать за вами. Всегда. Я буду рядом. Пусть она растет в любви и заботе. У нее твое сердце. Такое же чистое и доброе.
Элеонор, любовь моя. Прошу, не вини себя. Ты достойна большего. Не замыкайся в себе, когда я уйду. Тебе нужно жить дальше. Ты должна быть счастливой, и я верю, что ты найдешь свое счастье. Не отталкивай от себя людей. Маленькая моя, моя любовь, будь счастлива и сделай счастливой нашу дочь. Я знаю, ты сильная, но трусливая. Не бойся что-то изменить. Не бойся попробовать новое.
Я люблю тебя, моя Элеонор. Я всегда буду любить тебя и Роуз.
Всегда рядом, твой Томас.»
Она перечитывала это много сотен раз и каждый раз ее сердце пропускало лишние удары. Все еще было больно. Все еще больно.
В сундуке осталась последняя вещь. Это была книга. Сборник сонетов Уильяма Шекспира. Снова улыбка озарила лицо Элеонор, когда она открыла книгу. В ней лежал старый лист бумаги в файле. Пожелтевший и такой полюбившийся.
«Уж если ты разлюбишь - так теперь,
Теперь, когда весь мир со мной в раздоре.
Будь самой горькой из моих потерь,
Но только не последней каплей горя!
И если скорбь дано мне превозмочь,
Не наноси удара из засады.
Пусть бурная не разрешится ночь
Дождливым утром - утром без отрады.
Оставь меня, но не в последний миг,
Когда от мелких бед я ослабею.
Оставь сейчас, чтоб сразу я постиг,
Что это горе всех невзгод больнее,
Что нет невзгод, а есть одна беда -
Твоей любви лишиться навсегда!»*
Она все еще читала его голосом. Словно он все еще в ее голове. Такая любовь не исчезает без следа. Он нее не уйти, не спрятаться. Такое не может просто исчезнуть. Смахнув несколько слезинок со щек, Элеонор подняла голову и закрыла глаза.
- С Рождеством, - шепнула девушка в пустоту, и в ее груди разлилось тепло.
Собрав все обратно и закрыв крышку сундука, Элеонор вышла из комнаты. В коридоре уже стоял Джейк и смотрел на детей, которые мирно спали в своих кроватях.
- Они уснули, как только я начал читать, - улыбнулся мужчина, обнимая девушку за талию.
- Они просто ангелочки, - улыбнулась Нел.
- Давай выпьем вина?
Элеонор кивнула и Джейк, взяв ее за руку, повел вниз. Налив пару бокалов, Нел и Джейкоби сели на диван перед сияющей елкой. За окном кружили белые снежинки, создавая Рождественскую атмосферу.
- Ты любишь Рождество, я знаю, - улыбнулся мужчина, притягивая девушку к себе. - С каждым годом у нас все больше украшений.
- Мне нравится украшать дом, - Нел сделала глоток вина.
- Детям тоже нравится. Это у них от тебя. Хочешь потанцевать?
- Что? Ты серьезно?
- А почему нет? - Джейк поднялся и включил тихую музыку. - Ну же, давай!
- Джейк, - рассмеялась Элеонор. - В последний раз мы танцевали в день нашей свадьбы.
- Вот именно поэтому мы и должны потанцевать сейчас. Знаю, я немного понимаю в романтике, но тебе ведь это нужно.
- Ты не должен, - закатила глаза девушка.
- Еще как должен, - Голдберг схватил Нел за руку и потянул на себя. - Я должен танцевать со своей женой.
Элеонор, все еще посмеиваясь, сдалась. Она обняла мужчину за шею, и они начали медленно танцевать под классическую музыку. Прикрыв глаза, девушка опустила голову на плечо Джейка и улыбнулась.
- Я ведь никогда не смогу заменить его, верно? - тихо шепнул мужчина, и Нел тут же подняла голову.
- Что?
- Я не смогу заменить тебе Тома, - Голдберг поджал губы. - Ты никогда не посмотришь на меня так, как смотрела на него.
Сердце девушки снова сжалось. Да, пожалуй, он был прав. Он никогда не сможет его заменить. Но ему это и не нужно было.
- Джейк...
- Ты вышла за меня только потому, что он так сказал?
- Нет, Джейк...
- Нел, я ведь не дурак. Я все вижу. Ты никогда не перестанешь его любить и никогда не полюбишь меня также сильно.
- Джейк, - Элеонор вздохнула и остановилась. - Да. Да, ты прав. Я все еще люблю его и никогда не перестану любить. Но я с тобой не из-за него, пойми же. Я хочу быть с тобой.
- Потому что я тебе нужен?
- Да.
- Но не потому, что ты меня любишь.
- Джейк, слушай, - она потянула Голдберга за руку и, усадив его на диван, присела рядом. - Все то время, что я провела с Томасом, я была счастлива. Я не буду скрывать это, я все еще люблю его. Это правда, Джейк. Но, спустя время, я понимаю, что нужно идти дальше. Я с тобой не из-за того, что он так сказал. Я всегда любила тебя, и ты это знаешь.
- Ты любила меня как друга, Нел. Это другое.
- Теперь я люблю тебя, по-настоящему, Джейк. Я отпустила его уже давно.
- Но ты все еще перечитываешь его письма.
- Потому что он часть меня, - честно ответила Нел. - Он отец Роуз, и я не могу не вспоминать его.
- Я люблю тебя, Нел. Я всегда любил тебя. Скажи, есть ли у меня хоть шанс стать для тебя больше, чем другом?
- Джейк, у нас с тобой сын, - усмехнулась девушка. - Мы женаты, и ты для меня определенно больше, чем друг.
- Ты знаешь, о чем я говорю. Сможешь ли ты полюбить меня так, как любила его.
- Я не знаю, - девушка опустила голову. - Я не знаю, Джейк. Прости.
- Не извиняйся, Нел. Прошу, посмотри на меня. Я знаю, как тебе тяжело. Я люблю тебя, и я уверен, что моей любви хватит на двоих. Скажи, тебе хорошо со мной? Ты счастлива?
- Да, - честно ответила Элеонор. - Я счастлива с тобой.
- Хорошо, именно это я и хотел услышать, потому что я счастлив. А теперь, давай танцевать, ведь скоро придет Санта.
И они снова начали танцевать под приятную музыку и сияющие гирлянды. Элеонор крепко обнимала Джейка и только сейчас навсегда смогла попрощаться с Томасом. Теперь она чувствовала себя по-настоящему свободной и счастливой.
За окном все также падал снег, окутывая ледяным кружевом землю Альбиона. Он все падал и падал, пытаясь заполонить собой все вокруг. Рождество приближалось, и лишь один человек стоял на улице в свете тусклого фонаря. Безмолвный наблюдатель смотрел на танцующую пару через окно, выпуская густые клубы дыма. Несколько снежинок коснулись его плеча и он, смахнув их, выкинул тлеющую сигарету. Достав из внутреннего кармана пальто кожаный бумажник, мужчина открыл его и улыбнулся. На старой, потрепанной фотографии были изображены двое мальчишек. Они улыбались, положив руки на плечи друг друга. «Том и Тед. Домик у озера. Лето 91-го» - было написано на обратной стороне фотографии.
- У твоей дочери наши глаза, - шепнул мужчина и снова закурил.
*Уильям Шекспир. Сонет 90. Перевод Самуила Маршака.
Посвящается Теодору Банди, который мог бы стать прекрасным адвокатом, но избрал, к сожалению, другой путь.