part 7
Ти сидела за длинным обеденным столом, накрытым дорогими блюдами. В комнате царила напряженная тишина, нарушаемая только звуком приборов о фарфоровые тарелки. Она украдкой посмотрела на Ники — он даже не удосужился взглянуть в ее сторону.
Почему?
Почему он так переменился?
Во время их помолвки он был совсем другим. Его взгляд был теплым, голос — мягким, движения — бережными. Тогда он словно пытался заверить ее, что все будет хорошо. Что она сможет доверять ему.
Но теперь…
Теперь перед ней сидел совершенно чужой человек.
— Ники, ты совсем не голоден? — раздался голос его матери, разрушающий напряженное молчание.
— Все в порядке, — коротко ответил он и продолжил есть, не поднимая глаз.
Ти чувствовала, как внутри нее закипает злость. Она не могла понять, чем заслужила такое отношение. Да, он весь год избегал ее. Но она была уверена — когда они встретятся, он хотя бы скажет что-то. Попытается объяснить.
Но вместо этого он просто молчал.
— Ти, ты почти не ешь, — теперь голос принадлежал ее отцу. Холодный, требовательный.
Она встрепенулась и взглянула на него.
— У меня нет аппетита, — ответила она, стараясь не выдать эмоции.
— Ты должна есть. Это важный вечер, — отец произнес с нажимом.
Ее пальцы сжались на вилке. Она ненавидела, когда он говорил таким тоном, словно командовал ей, словно она была не человеком, а вещью, принадлежащей ему.
— Я не ребенок, чтобы меня заставлять, — сказала она тихо, но достаточно отчетливо, чтобы все услышали.
Ники вдруг замер.
Он положил вилку и медленно поднял на нее взгляд. Впервые за весь вечер.
Но в его глазах не было ни удивления, ни интереса. Только холодная, равнодушная тьма.
— Ты ведешь себя несерьезно, — произнес он спокойно, но в его голосе была скрытая жесткость.
Ти сжала зубы.
— Ах, теперь я несерьезная? — прошептала она, но в ее словах сквозила горечь. — А ты? Ты весь вечер даже не смотришь на меня, как будто я пустое место.
Он слегка прищурился.
— Если тебе так важно мое внимание, значит, тебе не все равно?
Ее сердце сжалось.
Она хотела ответить, но тут же осознала, что в глазах окружающих они выглядят как идеальная пара, ведущая невинный разговор.
Но это был не разговор. Это была война.
Ти глубоко вдохнула и посмотрела ему прямо в глаза.
— Мне было не все равно год назад, когда ты исчез, — сказала она холодно. — Но теперь… теперь ты для меня никто.
Она снова взялась за вилку и начала есть, словно ничего не произошло.
А Ники…
Он больше не сказал ни слова.
Но теперь его взгляд был прикован к ней.