FLAWLESS// JUGHEAD JONES [РЕДАКТИРУЕТСЯ]

Безнадёжность.

  Теперь всё кануло в лету. Равнодушие. Тупая апатия.

Чем больше Джаг думал обо всём этом, тем больше появлялось желание затянуть петлю на шее. На душе становилось всё хуже и хуже: предательство друзей, отец, отказ мамы и Дебби, Дебби, Дебби.

— Иди ты. На хер.

Попытка прикоснуться - неудачно.

— Пожалуйста, выслушай.
— Не трогай меня! Не смей!

Казалось, хуже быть не может. До чего же больно понимать, что один из твоих родителей не желает даже видеть тебя, а другой - возможно, убийца.

Но он же говорил, признавался, что не делал этого!

"Я, может, и плохой отец. Но я не убийца".

Оказалось, что да.

Ему было приятно? Испытывал наслаждение? Экстаз? Что он чувствовал, когда убивал его?

Нет, невозможно поверить даже.

Как можно убить человека?

Это будто... Полёт в бездну? Как вообще можно докатиться до такого - убивать? Взять пистолет в руки, глядя жертве в глаза, направить дуло, нажать на курок, а потом, потом...

Джонс надавил на веки.

Прекрати думать об этом.

А о чём думал ЭфПи? В последний момент, когда Джейсон смотрел на него. А где это происходило? Долго ли длилось? Зачем он это сделал?

Десятки вопросов крутились в голове, мешая направлять мысли в нужное русло. Джагхед запустил руки в волосы, с силой оттянув их. Нужно успокоиться.

Что чувствовал Джейсон, когда понял...

— Хватит, заткнись, — яростно шептал парень, приказывая самому себе прекратить.

Джаг утратил всякую надежду на хорошее будущее. А ведь всё почти наладилось! Он даже представил себе ту счастливую жизнь: смех Джеллибин, отец, который ходит на нормальную работу, любящие родители; мама треплет его по волосам и говорит, чтоб одевался теплее. А будь у него проблемы - он бы обязательно рассказал ей, они всё обсудили, и она бы дала дельный совет, как делала это раньше. И волновалась за его состояние.

"Солнышко, ты в порядке?".

Но вместо всего этого у Джагхеда есть разбитое сердце, предавшие друзья и риск отправиться в детский дом.

Это полный, полный...

— Отстой, да?

Джонс дернулся от неожиданности, поднял взгляд. Дебс стояла около его столика, её вечернее платье мятного цвета местами помялось и измаралось, а причёска растрепалась. Но при всей этой усталости во взгляде (даже с потёками туши и смазанной помадой) она всё равно выглядела красивой.

   Он тут же встрепенулся, поднявшись с места, открыл рот, чтобы сказать хоть что-нибудь, и тут же закрыл его. А что сказать? «Дебби, извини, что мой отец убил твоего брата»? Ну да, очень кстати.

   — Сиди, что уж, — вяло отмахнулась Блоссом и, сделав шаг вперед, села рядом. Джагхед пару секунд стоял, словно вкопанный, боясь пошевелиться, а затем послушно вернулся на свое место.

   — Дебби, — он развернулся к ней всем корпусом, взял её ладони в свои, серьезно посмотрел ей в глаза. — Прости, умоляю, прости...

   — Не надо, — она оборвала его так и не успевшую начаться пламенную речь, отвела взгляд, смотря в пустоту, сделала глубокий вдох. Собравшись с мыслями, вновь посмотрела ему в глаза и на выдохе произнесла: — Послушай, Джагхед, не хочу, чтобы ты считал себя виноватым. Дети не должны страдать из-за своих родителей. Не смей даже думать о том, что в этом есть хоть капля твоей вины, ты понял? — Тонкие брови нахмурились, взгляд стал жестче. Джонс словно в трансе кивнул. Она продолжила: — Прости, что ушла. Сначала я просто растерялась, но... Я не брошу тебя. Это хреново, когда от тебя все отворачиваются, я знаю, — она вздохнула, всё так же смотря ему в глаза. — И мне ведь даже не понять, что ты сейчас чувствуешь. Поэтому я просто буду рядом.

В груди Джагхеда что-то кольнуло. Дебби наплевала на свои чувства и засунула их куда-то подальше, в первую очередь думая о том, как тяжело ему... Это осознание задело в нём что-то. Что-то живое и увязшее.

   Надежду на будущее?

   Да. Джаг осознал: даже если весь город – да хоть весь мир! – его возненавидит, она будет рядом. Ком встал в горле, он сильнее сжал её руки, а затем притянул к себе и крепко обнял.

   — Спасибо, — тихо прошептал он, пытаясь проглотить слёзы. — Спасибо, Дебби.

И тут вдруг на него что-то нашло: Джонс рассказал ей обо всём, что произошло. О предательстве друзей, о разговоре с отцом, который утверждал, что к убийству не причастен, о матери, отказавшей ему в визите.

   Голос дрогнул, Джаг сорвался, закусил губу, чтобы не разреветься от бессилия, но слёзы всё равно покатились по щекам, не желая останавливаться. Он поднял взгляд на Дебби – та плакала тоже. Молча глотала слёзы, неслышно шмыгала носом.

   Да уж, выдержка у неё явно больше, чем у него.

   — Тише, — она обняла его и притянула к себе, Джагхед наклонился, положил голову ей на колени, Блоссом погладила его по волосам.

   — П-прости, — дрожащим голосом произнес Джонс. — Я не должен... Я не хотел, чтобы ты это видела.

   — Дурак ты, Джагги. Не извиняйся, всё в порядке, — сказала Дебби.

   Он шмыгнул носом, вдохнул ртом побольше воздуха, пытаясь успокоиться, но это не помогало. Джаг плакал, ревел, словно девчонка, но ему это было необходимо: слишком много навалилось, слишком.

   А потом он вдруг осознал, что все чувства пропали разом – ни стыда, ни злости, ни-че-го. А вместе с ними и перестали литься слёзы.

   Жизнь издевалась над ним, как могла. Ну кто ещё мог собрать такой джекпот: травля в школе, потеря работы, предательство друзей и отец-убийца?

   Джаг резко выпрямился, хохотнул. А потом и вовсе засмеялся во весь голос. Да так не бывает! Одновременно с этим возникла абсурдная мысль: слава богу, он пишет роман – получится идеальный бестселлер.

   Дебби хмыкнула. Понимала его. Не до конца и не полностью, но понимала, – тоже была в ситуациях, когда жизнь ставила её раком и входила без смазки.

   — Я даже... — Джонс успокоился, вытер слёзы тыльной стороной ладони, — даже слов подобрать не могу, чтобы описать весь этот пиздец.

— Да, — девушка вздохнула, взяв его за руку, и положила голову на ему плечо, — дерьмово.

Они так и сидели - обнявшись, думая каждый о своём - какое-то время никого не замечали, а потом Джонс вдруг произнёс:

— Извини.

Дебс нахмурилась,оторвалась от парня и серьёзно посмотрела ему в глаза.

— За что? — Не поняла она.
— За то, что он сделал, — сказал Джаг.

Блоссом откинулась на спинку дивана, устремив взгляд на противоположную стену, и ответила:

— Я же сказала тебе. Ты в этом не виноват.

Дверь в кафе вдруг открылась, прервав их разговор. Колокольчик зазвенел, сообщая о новых посетителях: внутрь вбежали Арчи, Вероника и Бетти, тут же направившись к Джагхеду. Заметив рядом с ним Дебби, подростки заметно растерялись: явно не ожидали её здесь увидеть, из-за чего она - в нескольких неловких секундах, пока вся компания пялилась на неё - под их взглядами сжалась изнутри, прочистила горло и сказала:

— Что ж, я пойду.

Блоссом поднялась с места, но Джагхед вдруг ухватил её за руку - сильнее, чем следовало бы, - так, что девушка едва не зашипела от боли.

— Нет, останься, — он с надеждой посмотрел на Дебс, которая в знаке удивления (или недовольства?) вздёрнула брови, а потом, нахмурившись, оглядел своих недо-друзей. — Такого лицемерного общества я один не вынесу, — он кинул на неё последний взгляд и отпустил её руку.

Дебби плюхнулась обратно на диванчик, сложив руки на груди, вскинула голову и отрешенно смотрела в одну точку. Как же всё достало.

   Прошло ещё несколько долгих секунд в давящей тишине, прежде чем Бетти решила  первая её нарушить.

— Джагхед прости нас. За всё, — она виновато смотрела на Джонса.

— Джагги, мы допустили ошибку, все мы, — произнёс Арчи. Вероника несколько раз качнула головой в знаке согласия. — Зря мы вторглись в трейлер твоего отца, нам не стоило этого делать, — продолжил он.

— Но и в этом есть что-то хорошее: его арестовали за убийство, — поникшими голосом ответил Джаг.

— Когда мы обыскивали трейлер, пистолета не было - кто-то подкинул его, когда мы ушли, — вдруг сказала Лодж.

Дебби резко подняла взгляд, Джонс посмотрел на Ви, потом на Арчи и Бетти - та кивнула в знаке согласия. Нахмурился.

— О чём вы?

***

"Свершилось правосудие: предводитель местной банды сознался в убийстве Джейсона Блоссома," — гласило название одной из статей газеты «Новости Ривердэйла».

Дебби фыркнула и, смяв бумагу, выбросила в урну, не став читать дальше.

Внутри что-то болезненно сжалось. Она ведь действительно его любила. Джейсон был заносчивым придурком с остальными, но при этом – действительно хорошим братом для них двоих.

   Вчерашний вечер затянулся надолго: вся компания направились в участок, Дебби хотела пойти с ними, но Джаг попросил этого не делать.

   — Но почему? — Она стояла на холоде, обнимая себя за плечи, брови её недовольно сложились домиком. — Я хочу быть рядом с тобой, Джаг.

   — Дебс, — Джонс серьезно смотрел ей в глаза, поглаживая по плечу. — Не стоит. Не делай себе хуже. Тебе нужно пойти домой, согреться...

   Он что-то говорил и говорил, но Дебби не слушала: думала о том, что делает Шэрил, с ней связаться так и не удалось, сестра не отвечала на звонки и сообщения. Джагхед вызвал ей такси до дома и усадил в машину, спать она легла только ближе к двум часам ночи, а на утро не могла встать с кровати, из-за чего проспала и опоздала.

Шэрил на звонки так и не ответила, Джаг тоже ничего не писал. В школу Дебби пришла как раз во время большой перемены. Наткнулась на стопку газет, что лежала у входа, схватила одну из них, выкинула в урну и направилась в столовую. Внутрь она зашла как раз в тот момент, когда Джаг приблизился к...

О, нет, нет, нет.

...Шэрил.

Блоссом-младшая застыла в дверном проёме.

— Джонс, не смей, — шептала она, видя, что парень тем временем подходит всё ближе и ближе и... Становится рядом.

Что, всё?

Нет.

Шэр обернулась. Все замолчали.

— Мне жаль, Шэрил, — наконец произнёс Джагхед.

Очнулась Дебби только тогда, когда услышала звук пощёчины.

— Чёрт! — Выругалась она вслух и побежала к сестре, стуча каблуками.

На один краткий миг - всего секунда - рыжая столкнулась со взглядом Джонса. До чего же безжизненные стали у него глаза. Будто померкли, как фонари в парке, лишившись остатков света. Блоссом-младшей хотелось подойти к нему, но Джага увёл директор.

Слыша возражения Арчи и гул остальных учеников, девушка шла следом за Шэр.

— Да она просто актриса, — раздалось вдруг слева. Дебс обернулась - это была Джинджер, бывшая (или нет?) подружка старшей Блоссом.

Дебби, затормозив, свернула в её сторону.

— Что ты сейчас сказала? — Громко произнесла она, смотря на Джинджер с такой злостью, что та поневоле сделала шаг назад. — Ещё раз я услышу от тебя что-нибудь про мою сестру - сломаю тебе рёбра. И я не шучу.

Блоссом вскинула голову и удалилась.

— Не трогай меня, — сказала Шэрил, когда Дебс попыталась прикоснуться к её руке. — Ненавижу! Тебя и твоего этого Джагхеда. И отца его. Я всех ненавижу! Уйди, уйди от меня!

Сердце болезненно сжалось. Дебби смотрела на сестру, на глазах появились слёзы: Шэрил, которая была скупа на эмоции, которая вела себя наигранно и всегда держалась, сейчас плакала в туалете и была в шаге от того, чтобы начать биться в истерике.

И что Дебс могла сделать? Только обнять её.

— Ненавижу, — шептала Шэр, пытаясь оттолкнуть сестру.

— Всё в порядке, Вишенка, — ответила младшая Блоссом. — Не сейчас, но будет потом, — она улыбнулась краешком губ.

И почувствовала, что Шэрил обнимает её в ответ.