Бонус
Сонун готовила ужин, когда на телефон ей пришло сообщение от Тэхёна, где он говорил, что немного задержится, потому что на работе появились не предвиденные дела. Девушка вздохнула и помешала пасту в сковородке, принявшись добавлять туда заранее очищенные креветки. Стол был уже почти накрыт. Красивая кремовая скатерть с золотистыми узорами, сервировка на двоих, над которой шатенка так старалась. Посредине стояла бутылочка красного полусладкого, а сама Сонун была одета в изящное бледно-розовое платье, открывающее прекрасный вид на стройные ножки и удачно подчёркивающее все нужные изгибы. Она готовилась весь день, чтобы сделать любимому приятное, ведь именно сегодня ровно три года, как они вместе. Но вот парень сообщает, что задержится, и Пак совсем сникает. Мало того, что всю неделю он игнорировал её, а все намёки на праздник умело отметал, будто и не слышал её вовсе, будто не видел грусти в карих глазах. Так ещё опаздывает теперь. В голове крутился только один вопрос: «Неужели забыл?»
Чтобы Ким Тэхён да забыл про такое? Уму непостижимо. В их паре скорее Сонун могла, о таком запамятовать, но точно не Тэхён. Он каждый год день той самой вечеринки отмечает, окрестив его чуть ли не началом начал. Так что шатенка более чем уверенна, если парень про такой пустяк не забывает, то уж про годовщину отношений он должен помнить. Ещё и учитывая то, что она уже не первая. Тогда, в чём причина такого его поведения? Неужели у него появились дела поважнее, чем она? Сонун повертела головой на свои мысли, отказываясь верить во что-то подобное. Скорее всего, она себя просто накручивает. Да, именно так. Поэтому шатенка улыбнулась, что есть сил. Самой широкой улыбкой, которой только умеет, и продолжила готовить.
Через двадцать минут паста была уже полностью готова, а романтический ужин был доделан окончательно. Пак сняла с себя фартук, включила тихо музыку и присела за стол, принявшись дожидаться своего ненаглядного. Приятные запахи заполнили весь дом, что слюнки собрались у неё во рту моментально, а живот жалобно заурчал. Бегая туда-сюда целый день, у Сонун даже не нашлось времени, чтобы поесть, поэтому сейчас она бы и слона съела, и вообще, где там Ким Тэхёна носит, ибо ещё пять минут ожидания и шатенка точно устроит ему бунт вселенского масштаба. Месяц прощения выпрашивать будет.
Незаметно для себя девушка стала вспоминать прошлое. Отрывки кинолентой мелькали перед глазами, заставляя то улыбаться, то едва сдерживать слёзы. Вот она маленькая смешно дёргает носиком и поправляет косички, которые только что растрепал соседский мальчик и по совместительству лучший друг её брата. Этот несносный Ким Тэхён просто жизни ей не даёт. И девочка злиться, обещая дать ему сдачи за его такое обидно-излюбленное в её сторону: «Эй, хомячок!» Сонун хмыкнула на это воспоминание. В детстве всё казалось таким другим. Если сейчас дурацкое прозвище звучит смешно и даже ласково с уст парня, то тогда оно казалось таким обидным, что маленькую Пак всегда злость брала. Хотелось чем-то насолить Киму в ответ, поэтому: «Эй, лунтик, отвали!»... Подперев подбородок рукой, шатенка посмеялась про себя и дальше продолжила вспоминать.
Вот они уже в средней школе, а одноклассник задевает её каждый день, называя щекастой. Чимин, узнав, дерётся с ним, что у Джихуна синяк под глазом красуется, злиться и Тэхёна отчитывает, чтобы тоже не смел шуточки в сторону его сестрёнки отпускать. Тэхён слушает внимательно, упитывает информацию словно губка, да так хорошо, что на следующий день Джихун появляется в школе уже с двумя синяками - под одним глазом и под другим. Пак не придаёт тогда этому значения.
А вот они совсем взрослые. Ну как совсем. Сонун восемнадцать, и она, кажется, влюбилась. Чимин ворчит на неё каждый день - ему не нравится Гукду до чёртиков, чем он, конечно, делиться с лучшим другом, а тот слушает безразлично, но информацию впитывает по-прежнему хорошо, а после начинает дразнить Сонун пуще прежнего. Через год начинает ненавидеть, а ещё через год бросается на Гукду с кулаками вместе с Чимином, когда Пак приходит к брату вся в слезах, потрёпанная и с красной, опухшей от удара, щекой. Знала ли тогда об этом Сонун? Конечно, нет. Она понимает это только через два года, и то не сразу. Когда бывший парень опять вернулся в её жизнь... даже вспоминать страшно. Тэхён стал тем, кто оказался рядом, показал себя с другой стороны. Девушка вспомнила все те его поступки: когда защитил её в университетской столовой, когда утешал глупыми фразочками в парке, когда пошёл к Ин Гукд без её ведома, а после явился вместо него к ней на встречу. Как вступился за неё перед её отцом и как бежал к ней, сломя голову, не думая о себе и своей безопасности. Так много всего, но Ким Тэхён в каждом из этих моментов, словно тенью между строк её жизни.
По дому раздаётся звонок. Сонун вздрагивает, сидит в ступоре некоторое время, но когда звонят снова и уже настойчивей, спешит открыть позднему гостю дверь. На пороге, кроме, как запечатанной коробки небольших размеров, ничего и никого шатенка не обнаруживает. Девушка оглядывает окрестности, но вокруг тишина и ни одной живой души.
- Странно. Кто тогда в дверь позвонил? - уже начинает говорить сама с собой. Присев, Сонун поднимает посылку или подарок. Пока не понятно, какое определение подходит больше. Маленькая коробка размером где-то двадцать на двадцать в ярко красной обёртке, обвязанная декоративной лентой, а внутри... Аккуратно, чтоб не разорвать бумагу, Сонун всё распечатала и тут же удивлённо расширила глаза, потому что внутри были обычные домашние тапочки. Девушка взяла в руку один тапок, сразу замечая под ним ещё записку.
«Обувайся в это и иди на задний двор».
С подписью внизу:
«Твой любимый и неповторимый».
- Вот же дурачок, - покачала головой Сонун, улыбаясь, но всё-таки выполнила указания и, прихватив с комода мобильный, пошла, куда было сказано в записке.
***
В это время Тэхён на заднем дворе места себе не находил. Парень то и дело заламывал себе пальцы и ходил взад-вперёд, меряя шагами пространство. Он в очередной раз вздохнул и попытался привести мысли в порядок, поправляя манжеты белоснежной рубашки и приглаживая руками волосы уже в четвёртый раз, но успокоиться не получилось. Ему казалось, что прошла уже целая вечность, а девушка всё не приходила и не приходила. От чего Ким нервничал сильнее. Рядом стоял кофейных столик, на котором находилась бутылка с шампанским, два бокала, тарелка с фруктами и ароматическая свеча. По бокам стояли вместительные бамбуковые стульчики, а на гамаке своего часа ждал тёплый плед, который по просьбе Тэхёна связала его бабушка. Парень достал с кармана телефон, набрал первый номер в наборе и прижал к уху. В трубке пошли гудки, которые быстро прекратились, когда на звонок ответили.
- Чимин! - вскрикнул Ким, что блондин на том конце отодвинул телефон от уха, едва не оглохнув от таких децибел.
- Чего орёшь? Я же не глухой.
- Ты доставил коробку? - не обращая внимания на возмущения друга, сразу спросил Тэхён интересующую его информацию. Пак процокал, ещё немного поворчал о том, что шатен у него уже в печёнках сидит, и что он задолбался с этим его предложением, и поскорее бы он уже его сделал. Тэхён слушал и слушал, пока... - Так доставил или нет? - прошипел он сквозь зубы.
- Даставил, - смешным голосом перекривил его Чимин. - Проследил, чтобы сестра всё забрала, а потом только ушёл, - и отключился.
Не успел шатен спрятать телефон в карман брюк, как из-за угла появилась Сонун. Парень даже растерялся сначала, стоял неподвижно, будто прирос к земле, и вовсю разглядывал её. Первым делом взгляд пал на открытые участки тела: плечи, изящные ключицы и загорелые ноги. Тэхён был готов сорваться с места, плюнуть на чёртову романтику, схватить Пак на руки и сделать предложение прямо в кровати. И это не он озабоченный, а Сонун слишком красивая. Конечно, он знал, что девушка готовилась к их годовщине, видел, как она обижается на игнор с его стороны, но и виду не подавал. Не мог проколоться, что сам готовился к этому дню уже месяц. Светло-каштановые волосы спадали на её плечи, едва доставая до лопаток, и были заколоты с одной стороны, а платье, ему показалось, просто создано для неё: нежное, воздушное и в то же время до жути сексуальное.
Девушка изумлённо оглядывала всё вокруг: накрытый Тэхёном столик, дорожку из маленьких фонариков, ведущую к месту, где стоял сам парень, одноцветные гирлянды на деревьях. Она бегала глазами от одного вида к другому и не сдерживала счастливую улыбку. Ким это заметил. Заметил и немного расслабился. Парень, наконец, отмер, начиная действовать по плану. Откуда ни возьмись, полилась музыка, а из-за спины Тэхёна появилась огромных размеров мягкая игрушка. Сонун остановилась от него в двух шагах.
- Кхм, - от волнения в горле пересохло, а вся подготовленная речь напрочь вылетела из головы, что после пары секунд молчания, шатен решил просто импровизировать. - Сонун... - слова ставали поперёк горла, как и мысли никак не формировались в нормальные предложения. Тэхён вытянул руки вперёд, вручая шатенке игрушку. - Это тебе.
Девушка хихикнула на его неловкие действия, подмечая, как покраснели его щёки. Он выглядел до жути мило, что хотелось затискать в своих объятиях, но Пак лишь широко улыбнулась, пытаясь не сбивать любимого с толку. Вместо этого она покрутила подарок в руках и уже хотела поблагодарить, как Ким её опередил:
- Это генерал хомячок младший. Не смотри на меня так, - заметив, как шатенка начала злится, расплылся парень в улыбке. - Ты навсегда останешься для меня хомячком. Но! Моим хомячком. Я люблю тебя. Всю тебя. Твои эти милые щёчки, большие блестящие глаза и эти губы, - сделал шаг вперёд, быстро целуя. - Я люблю, когда ты злая, и когда милашничаешь. Когда целуешь меня в щёку по утрам и постоянно поправляешь одеяло, чтоб я не замёрз, уходя на кухню готовить завтрак. Я обожаю твой смех и улыбку, и жить не могу без песен, которые ты частенько напеваешь, моясь в душе.
- Тэхён...
- Подожди-подожди. Не давай мне выдохнуть. Иначе я опять всё забуду. Ты делаешь каждый мой день особенным. Я так счастлив, ты не представляешь. Ведь у меня самая прекрасная девушка. Иногда, мне до сих пор не вериться, что ты, действительно, моя. Поэтому, здесь, где мы впервые поцеловались, - парень встаёт на одно колено, а Сонун прикрывает лицо ладошками, - я хочу, чтобы ты стала моей навсегда.
В его руках заветная бархатная коробочка, внутри которой поблёскивает колечко. Слёзы начинают набегать на глаза против её воли, а плюшевый хомяк вываливается из рук, когда девушка бросается Тэхёну в объятия. Он подхватывает на руки моментально, кружит и надевает тонкий золотой ободок ей на палец. Сонун «Да!» кричит запоздало, а после целует. Долго, страстно, позволяя шатену углубить поцелуй и сплестись языками.
- Я люблю тебя, Тэ. Ты не представляешь насколько сильно, - смеётся она, обвивая сильнее руками его шею, но потом резко серьёзнеет. - Но не думай, что тебе так просто сойдёт с рук недельный игнор. Мне было очень обидно, поэтому на ближайшие семь дней о сексе даже думать забудь.
- Хорошо. Только давай отсчёт начнётся завтра. Ибо сегодня боюсь не смогу держать себя в руках. Ты слишком красивая, - Ким снова припадает к губам Сонун, целуя ещё более страстно. Переключается на шею и хрипло шепчет: - Не думаешь, что семь дней - это дофига?
- Тогда-а... пять? - выставляя вперёд ладошку с пятью выгнутыми пальцами, сглатывает шатенка, получая засос в ответ. - Три? - Ким мажет губами по чувствительной коже, вырисовывает языком на ней виражи, заставляя Сонун дрожать всем телом. - Хорошо, один...
- Вот. Так-то лучше. Пойдём навёрстывать его сейчас же.
- Стой. А как же ужин?
- Поужинаем друг другом, - весело смеётся Тэхён. Пак ударяет его кулачком по спине, как бы в протест, но тоже заливисто хохочет, когда он вместе с ней на руках пускается бежать по аллейке в дом, роняя на ходу с её ног милые домашние тапочки.
***
- Чаги, давай наделаем много детишек, - буднично заявляет Тэхён, когда они в обнимку смотрят фильм. Он как ни в чём не бывало продолжает жевать поп-корн, а Пак давится и спешит запить еду колой. - Я хочу пятеро детей. Родишь мне?
- Да ты совсем офигел.
- Что? Ты не хочешь от меня детей? Я вот от тебя очень хочу, - возмущённо надувает губки шатен.
А Сонун так и подвисает. Она знает его практически всю свою жизнь, но всё равно не перестаёт удивляться этой его детской натуре. Он может быть серьёзным, может веселиться, бегая по дому с криками или танцевать под макарену. Способен обидится за секунду, моментально надувая пухлые губы, а взгляд при этом становиться таким отстранённым, а-ля «Не подходи, я очень злюсь». Пак протяжно вздохнула и поставила фильм на паузу, поворачиваясь к парню всем корпусом.
- Злишься? - хотя ответ был очевиден. Парень повёл плечом, скидывая с себя её ладошку, отвернулся к ней спиной. - Конечно, я хочу от тебя детей, глупый, но нам ещё рано о них думать.
- Почему это? Мы пять лет вместе, два из которых - ты моя жена. Я очень хочу ребёнка.
- Да, ты сам ещё как большой ребёнок, - хмыкнула Сонун, чем сильнее раздосадовала Кима.
И дело не в том, что она думает, что Тэхён будет плохим отцом, наоборот, она уверенна - самым лучшим. Парень отлично ладил с детьми, быстро находил с ними общий язык, подход к ним. Какого бы возраста не был ребёнок. Тэхён обожал детей. Но Сонун не была готова. Пока ещё. Она сильно боялась. Не понятно чего. То ли ответственности, то ли самого материнства. И да, девушка так же сильно любит детей, как её муж, но всё равно не может унять этот непонятый страх. Пак могла подолгу пропадать дома у Боны с Чимином, играясь с их карапузом, но такого же своего завести до жути боялась. Юмину было всего два с половиной месяца, но он уже успел стать любимчиком среди их друзей. Этого маленького ангелочка любили все, а Тэхён, смотря на мальчика каждый день, только больше загорался идеей собственных детей. Он готов. Парень уверен на все тысячу процентов: из них с Сонун получаться замечательные родители. А если уж Ким Тэхён решил, то никто и ничто его не остановит.
- Я не ребёнок. Доказать? - обернулся к ней. В глазах загорелся тот самый азартный огонёк. Сонун фыркнула.
- А кто вчера нас весь супермаркет ныл, чтобы я ему купила огромный киндер?
- Мне хотелось сладенького, - легко отмахнулся Ким, а после сменил озорство в глазах на серьёзность, глядя на жену из полуопущенных ресниц. Взгляд прошёлся по её голым ногам в коротких пижамных шортиках, которые практически ничего не прикрывали, дальше мужской взгляд скользнул выше, задерживаясь на оголённом плече, откуда только что созкользкунла лямка от майки. - Знаешь, чаги, эта твоя привычка не носить дома лифчик просто сводит меня с ума, - прохрипел он томно, что мурашки побежали по её телу.
- Даже не мечтай. Мы не будем заниматься этим без защиты. Знаю я твои уловки. Меня не подкупить одним взглядом, - выставила она на него свой указательный палец. Мол «не-а, не сработает», хотя сама давно была не уверенна, что сможет выстоять против чар мужа.
Ким подполз к девушке ближе, впритык, дыша ей в приоткрытые губы. Одна его рука уже поглаживала ногу, двигаясь дальше и выше, пока не обхватила упругую ягодицу, вмещая её по-хозяйски в своей большой ладони. Сонун забыла, как дышать. Он подарил ей один долгий поцелуй, с нежностью лаская её губы, и оторвался, вновь заулыбавшись и смотря на девушку из-под опущенных ресниц, закусил нижнюю губы. Сонун от этого манёвра едва не задохнулась.
- Если не хочешь, не будем торопиться. Я всё равно знаю, что ты будешь лучшей мамой на свете.
Пак смотрела ему глаза, ища подвоха, но через мгновение расплылась в улыбке.
- А ты лучшим папой, - она потянулась за поцелуем, но он её остановил. - Чего?
- Подожди. Я сейчас, - парень быстро поднялся с кровати и направился к выходу.
- Ты куда? - окликнула Сонун его у самых дверей. Неужели решил проучить её? Тэхён обернулся, приложил ладонь ребром ко рту и тихо прошептал, будто кто-то может их услышать:
- За защитой.
Девушка расслабилась. Деверь за Кимом захлопнулась, вскоре она услышала, как в ванной зашумела вода, но быстро всё стихло, а после вообще наступила гробовая тишина. Сонун подождала минуту, две, пять, но парень всё не возвращался, поэтому она решила пойти посмотреть, куда он мог запропаститься.
- Тэхён! Ты где? - выглянув из комнаты, Пак повертела головой в поисках шатена, но его нигде не было. Она собиралась снова позвать его, но он откликнулся раньше.
- Я в ванной.
- Ты там долго ещё?
- Да нет. Не долго, - пропыхтел в ответ Ким, прокалывая серебряную упаковку с презервативом маникюрными ножницами. Больше острого он ничего не смог найти. Под руку попались только эти ножницы, но они оказались туповатыми, и немного проблематично справлялись с задачей, поэтому задержался. - Если я сказал, что у нас будет малыш, значит он будет, - коварно улыбнулся парень отражению в зеркале, делая последнюю дырку. Теперь это был не презерватив, а решето.
- Ты что-то сказал? - раздался голос Сонун за дверью.
- Говорю, готовься к ночке, чаги. Сегодня она будет особенно жаркой.
А Ким Тэхён с такими вещами никогда не шутит. Ночка будет жаркой, но ещё будет жарче утро и последующие ночи, потому что Тэхён постарался над всем запасом презервативов, что у них был. А уж какие будут у его шалости последствия одному Богу известно. Может кому-то знатно влетит за такой закидон, а может этот кто-то через девять месяцев станет счастливым папочкой.