По стопам

Когда Нина проснулась, то не поняла, где она находится. Это я понял по ее напуганным глазам и по характерному вопросу: "Где я?" Но потом она, похоже, вспомнила.

- Вот ты и проснулась, - поприветствовал я ее с улыбкой на лице. - Ты не представляешь, как ты долго спала. Я даже проголодаться успел, - я потряс перед ней стаканчик с недопитым кофе. - Зато теперь это не имеет значения. Ты проснулась, а значит можно приступать к игре, - я сделал последний глоток кофе и, выкинув, стаканчик, подошёл поближе к ней. - Что будем делать сперва? Вырвем язык или повырываем ногти. А может лучше сразу пальцы? - я задумался. - Давай лучше ты мне сама скажешь.

Я взялся за край скотча, которым был заклеен ее рот.

- Ты что творишь? Тебя за это посадят, - начала сразу кричать она.

- Ууу, - я скривился. - Ты не это должна была сказать. Давай выбирай, - она молчала. - Ладно, так и быть. Сам выберу, - я повернулся к каталке с инструментами и взял большие щипцы.

- Что ты хочешь сделать? - в ее голосе слышался страх. Мне это очень нравилось.

- Ты же не выбрала, поэтому я решил начать с ногтей.

- Ты этого не сделаешь.

- Да? А не ты ли впереди всех кричала, что я убийца, со мной общаться нельзя... А, Нина? - я пристально посмотрел в ее глаза, подведя свое лицо к ее. Она как-то сразу сжалась. - Поздравляю, твои слова оправдались, - я обошел вокруг нее и встал за ее спиной.

Когда я взял один из ее аккуратно накрашенных ногтей в щипцы, она задергалась, но из-за того, что ее руки были крепко связаны, она толком ничего сделать не смогла. Резко дёрнув, я услышал пронзительный визг, а в щипцах оказался маленький ноготь.

- Больно? - с издевкой спросил я. - Мне тоже был больно, когда Шото сбила машина.

- Прошу, Хитоши, не надо. Я же ни в чем не виновата, - начала молить она о пощаде.

- Прости, но скажу тебе больше. Ты виновата во всем. Ты виновата в том, что я стал всеобщем изгоем. Ты виновата в том, что сейчас Шото лежит в коме, - вырывая очередной ноготь, сказал я. - Ты просто не заслуживаешь пощады.

***

На протяжении часа она все кричала и плакала. Ее крик стал музыкой для моих ушей. Но, когда я стал вырывать у нее пятый ноготь, она стала отключаться, видимо, от боли. Я знал, что если мозг будет чем-нибудь занят, то не отключиться. Тогда я ей сказал отнимать семь от тысячи и проговаривать вслух получившееся число.

- Говори, - она не всегда говорила вслух, поэтому ей приходилось напоминать.

- 972... - сквозь слезы и боль сказала она.

- Дальше, дальше, чтобы я слыша, - мне начинала нарваться эта игра.

- 965... - очередной крик и последний ноготь лежит у ее ног.

- Считай дальше, ты мне нужна в сознании.

- 958... - я посмотрел на щипцы. Они были все в крови, но мне это нравилось. Может я действительно как отец? Кто знает, кто знает...

Положив мое орудие пыток обратно на каталку, я снова оказался за ее спиной.

Далее по плану к меня были ее пальцы. Я хотел их тоже вырвать, но решил, что это будет слишком просто, поэтому решил их сначала сломать. А Нина все продолжала вычитать, не зная о моих планах.

- 930... - очередное число. Когда она его проговорила, я схватился за окровавленный палец и сломал его. Из ее рта вырвался очередной крик. Я невольно улыбнулся. Второй палец - та же история. Когда все ее пальцы были сломаны, она дошла до 811 и только тогда я успокоился. Я специально не торопился, чтобы насладиться этим моментом.

- Так, давай отдохнем, а-то я устал, - поговорил я, садясь на стул напротив нее.

- Ты - ублюдок! - зло выкрикнула она.

- Я знаю. Ты не первая, кто это говорит.

- Ты тварь, подонок, грязный урод... - ее поток слов мог никогда не закончиться, если бы я ее не ударил. Никогда не бил ни девушек, ни женщин, но Нина меня довела, поэтому оказалась первая в этом списке.

- Что-то ещё? Ты, как я помню, ещё до нуля не дошла. Считай, - я отвернулся от нее. - А я пока пойду - сбегаю в магазин. А ты, - указав на нее пальцем, я повернулся снова. - Если попытаешься сбежать, церемониться не буду, прибью на месте, - я ушел.

Когда я выбирал эту заброшенную школу, я не беспокоился, что ее крики может кто-то услышать, потому что метро, рядом с которым она находится, тоже недавно забросили после аварии. Всех подробностей я не знаю. Знаю только то, что там погибло много людей. С тех пор это метро не используют.

Сбегав в ближайший магазин, где я услышал о том, что ее родители подали заявление в милицию, потому что их дочь пропала, я вернулся назад. Нина всё также сидела там.

- Привет, как дела? - весёлым голосом сказал.

- Пошел на хуй, ублюдок!

- Сочту это за хорошо, - я взял купленное кофе и булочку и сел напротив нее. - У меня есть новости по счет тебе. Не знаю, плохие они или хорошие, решать тебе. Так вот, твои родаки подали заявление в ментовку, - после моих слов, ее глаза загорелись.

- Теперь тебя найдут и посадят за решетку, ублюдок!

- Эм... Не думаю.

- Это почему?

- Видишь ли, пока заявление примут, пока менты найдут это место, я успею расправиться с тобой. Ты думаешь, я тут тебя буду держать долго? Я планировал тебя убить сегодня-завтра, но не более. Поэтому, надо поспешить, - я допили кофе и встал. Подойдя к каталке, я взял те же кровавые щипцы. Повернувшись к жертве, я увидел в ее глазах страх и просьбу.

- Пожалуйста, Хитоши. Не надо, - по ее щекам снова потекли слезы.

- Надо, Нина, надо.

Надев белый фартук и перчатки, чтобы ничего не замарать, я обошел ее и встал за спину. Взяв ее палец в щипцы, я дёрнул. Послышался хруст ломающийся кости и звук рвущейся ткани вместе с кожей. Послышался крик, и из костяшки потекла кровь, а в щипцах остался палец.

- Считай, Ниночка, - сказал, выкидывая ее палец ей под ноги.

- 804... - прерывая всхлипами, сказала она.

- Вот так, дальше, - приговаривал я, беря другой палец.

- 797... - снова крик, и нет уже второго пальца.

- У, как весело! - я засмеялся. Второй палец полетел к первому, а я продолжал веселиться.

***

Остальные восемь пальцев были также оторваны и выкинуты к ногам девушки. Теперь она ревела и считала не прекращая. Ее тушь растеклась по лицу. Она стала похожа на смерть. Кто бы увидел, умер бы на месте.

- 727...- продолжала считать она.

- Молодец, продолжай, - когда я отошел назад к каталке, я заметил, что фартук из белого превратился в красный. Поблагодарив свою интуицию, я присел рядом с Ниной на пол.

- Что ты хочешь делать? - всхлипывая, спросила она.

- А ты думала это конец? Ты думала, я твои красивые ножки оставлю без внимания? Как бы не так, - принимаясь за пальцы ее ног, я представлял, что скажет Шото, когда, проснувшись, узнает о моей мести.

***

Пытки закончились. Мне понравились эти пару часов, хоть и показались они мне минутами. Сейчас я сидел в стуле напротив девушки по имени Нина, из-за которой мой парень в данное время лежит в коме. Посмотрев в сторону девушки, можно было увидеть поникшее тело. Сперва можно подумать, что она умерла, но нет. Она ещё жива и дышит. Правда, у нее нет пальцев, ни на руках, ни на ногах.

А если поднять ее голову, то незнающего человека, сразу инфаркт хватит. Ведь на все ее милое личико красовалась улыбка, в буквальном смысле, от уха до уха. Растекшаяся тушь придавала ей ещё больше устрашения.

- Все, Нина. Пришел твой конец, - она подняла на меня свое заплаканное лицо.

- Ублюдок! Тебя покарают!

- Интересно кто, - как она вообще умудрялась разговаривать, я не понимал.

- Ладно, прощай. Передам Шото от тебя привет, - при упоминании ее любви, она подняла голову и я, воспользовавшись моментом перерезал ей горло. Кровь потекла по шее, спускаясь под одежду, а девушка потихоньку поникла, уже не дыша. - Хотя, не стоит, я так думаю.

Собрав все инструменты пыток, которыми я пользовался, в заранее подготовленный мешок, я собрал одежду в другой и сжёг его, а мешок инструментов по дороге выкинул в реку.

Домой я пришел уже под вечер. Мамы дома не было, что меня насторожило. Решив ей позвонить, я достал телефон:

- Мам, ты где? - спросил я, когда в трубке раздался голос мамы.

- Я в больнице, а вот где ты сегодня был?

- Мне надо было уйти. Я скоро буду, - отключив телефон, я быстро переоделся и побежал в больницу, где меня ждала мама.