Глава 18
На выходных мы перенесли вещи Шото ко мне домой, и поселили его ко мне в комнату. Недели проходили уныло, близились экзамены. Все время мы проводили в школе, а если не в школе, то сидели в комнате и готовились к урокам. Наш класс узнал о том, что мы встречаемся. Странно, но осуждений не было. Возможно, были некоторые недопонимания, но вслух никто ничего не говорил. Нина до сих пор не оставляет попыток заполучить Шото. Из-за чего мы один раз серьезно поругались.
Был обычный весенний день. В середине дня, на большой перемене, мы стояли с Шото на втором этаже перед кабинетов, где должен был проходить следующий урок. Тут к нам подошла Нина.
- Шото, можно с тобой поговорить? - спросила она и, не дождавшись от него ответа, взяла его за руку и повела в черный ход, сказав мне, чтобы я оставался на месте. Разумеется, я ее не послушал и пошел за ними. И зря. Подойдя к двери, я тихонько приоткрыл ее. Мое сердце забилось быстрее. Я увидел, как Тодороки притягивает девушку к себе и целует.
- Предатель! - зло прошипел я, и, развернувшись, ушел в класс, потому что прозвенел звонок.
Pov Шото
- Шото, можно с тобой поговорить? - во время большой перемены к нам с Хитоши подошла Нина. Взяв меня за руку, она повела меня в сторону черного хода. Что она хотела, я понятия не имел, но зачем-то шел следом.
Зайдя в черных ход, она повернулась ко мне.
- Что тебе от меня надо? - спросил я, не скрывая своей ненависти к ней.
- Хотела предложить тебе сделку, - странно улыбаясь, сказала она.
- Сделку? Что за сделка?
- Я отстаю от тебя навсегда, а ты взамен выполняешь мое желание.
- А если я откажусь?
- Нуу, - она приложила палец к губам, задумавшись. - Тогда я сделаю что-нибудь с твоим другом.
- Ты не сможешь. Ты же девчонка.
- Девчонка, у которой на поводу идут много хорошо накаченных парней, - я сглотнул слюну и представил, что амбалы, про которые говорит Нина, могут сделать с Хитоши.
- Что за желание?
- Так бы сразу. А мое желание будет таким. Поцелуй меня. Страстно, - мне ничего не оставалось делать, как подчиниться. Я притянул Нину к себе, и наши губы сомкнулись. В этот момент я ненавидел себя, Нину и вообще всю обстановку, мечтая, чтобы это все поскорее закончилось.
End pov Шото
***
Оставшийся день Шото хотел заговорить со мной, но я отмалчивался. Я хотел спросить у него, что это был за поцелуй, но не мог подобрать нужных слов, поэтому два оставшихся урока просидел в неведении.
Когда уроки закончились, мы пошли домой. Благо, сегодня суббота, консультаций нет.
- Хитоши! - пытался он остановить меня, но я упрямо шел вперед. - Шинсо, блять, остановись, в конце концов! - окончательно потеряв терпение, крикнул он, что я аж подпрыгнул и остановился, но недолго думая пошел снова, пока не дошел до дороги. Как назло там горел красный свет для пешеходов. Шото, видимо, радостный, что теперь сможет со мной поговорить, догнал меня.
- Объясни, что происходит?
- А будто ты не знаешь? - вопросом на вопрос ответил я.
- Поверь, понятия не имею.
- Я видел, как ты сегодня целовал Нину, - решив, что долго в молчанку у меня играть не получится, сказал я прямо.
- Так вот в чем дело, - ухмыльнулся он.
- А чего ты улыбаешься? - мне это не понравилось, и я почувствовал ещё больше обиды.
- Ты все неправильно понял.
- Ну конечно.
- Это было ее желание.
- Какое ещё желание?
- Она сказала, что если я выполню одно ее желание, она от меня отстанет, а если откажусь выполнить, сделает что-то с тобой. Ее желание было поцеловать ее.
- И ты ей поверил?
- Конечно, речь же шла о тебе, - от этих слов мне стало легче, но обида не исчезла.
- Ты врешь, - что я творю? Я же только усугубляю положение. Но почему-то мой недальновидный мозг думает иначе.
- Да нет же, - тут загорелся зелёный, и я стал переходить дорогу. Шото побежал за мной.
Когда я чуть-чуть отошел от тратуара, почувствовал прикосновение руки к моему плечу, а после услышал визг тормозов и звук удара о машину. В этот момент рука резко слетела с моего плеча. Я обернулся, но никого не увидел, зато, повернув голову влево, я увидел одиноко лежащего парня. Быстро подбежав к нему, я упал перед ним на колени. За мной прибежали другие люди.
- Скорую! Скорее, вызывайте скорую! - кричал истошным голосом я. Несколько людей достали мобильник и стали вызывать машину. Я же повернулся снова к парню. Мне было страшно и больно на него смотреть. Все его волосы, даже былая половина, лицо и форма были полностью красными. Глаза были закрыты. Я пытался поговорить с ним, но не мог сказать и слова. Когда приехала карета скорой помощи, Тодороки увезли в больницу, я поехал вместе с ним.
Я просидел около операционной несколько часов, все время переживая о состоянии парня. Когда вышел врач, я подлетел к нему, как ошпаренный и сразу завалил вопросами:
- Доктор, что с ним? С ним все хорошо? Он будет жить?
- Ничего утешительного сказать не могу. Множество переломов. Много потерял крови. Мы сделали все, что смогли, но теперь он в коме. Простите, - я стоял с открытым ртом, не веря в услышанное.
- Простите, а к нему можно? - отойдя от шока, спросил я вдогонку к врачу.
- Думаю да. Пойдемте, я вас провожу, - я как загипнотизированный пошел за ним до двери, ведущей в злосчастную палату.
Поблагодарив доктора кивком головы, я вошёл внутрь. Вид мне не понравился сразу. Нет, палата была большая, достаточно просторная, но то, что я увидел на кровати, было ужасно. Подойдя ближе, я увидел Шото. Голова была перебинтована, так же как и рука с ногой. К нему было подключено множество приборов, которые раздражали своими звуками.
Взяв стульчик, я сел рядом с койкой.
- Это я во всём виноват, - по моим щекам потекли соленые капли. Никогда раньше не плакал, до переезда в этот город. Стоп... а ведь все началось с того момента, как я приехал сюда. В этот город. С того момента, как в оконной раме больничного здания я увидел Эйджера. С того момента, как он познакомил меня со своим братом. С того момента, как моя жизнь началась с чистого листа.
А что было бы, если бы мы с мамой не приехали сюда? Что было бы, если бы мы остались там, где все нас ненавидели и презирали? Встретил бы я его потом? Говорят, если предначертано судьбой, значит встретитесь. Лишь бы эта встреча не была напрасной. Лишь бы наша ссора не была последним моментом со мной. Лишь бы он жил.
Пока я думал, невольно взял его руку в свою. А слезы продолжали течь из моих глаз, падая на его руку и разбиваясь на множество капелек, таких же соленых и мокрых, как целая слеза, и которые никогда не смогут стать ею снова.