Джонни.. . 8
Услышав холодное "нам нужно поговорить." Харрис похолодел. Все его призрачные надежды на то, что Джодах забудет о случившемся, рассыпались в прах. Он медленно выпрямился в кресле, стараясь казаться как можно более невозмутимым.
Джон помолчал минуту, а потом всё-таки ответил. — Проходи. — он указал на стул, стоящий напротив стола.
Джодах вошел в комнату и закрыл за собой дверь. Его взгляд был серьезным и пронизывающим. Он сел на стул напротив Джона, не говоря ни слова. Тишина давила на ученого, заставляя его нервно перебирать пальцами и беззвучно стучать ими, а вернее подушечками пальцев, по этому самому столу.
— Я видел тебя, Джон. — наконец произнес Джодах, нарушая молчание. — Я хочу понять, что происходит. — его голос звучал сурово, но беспокойство все же прослеживалось.
Джон опустил взгляд, ему было стыдно смотреть в глаза тому, кому на него не плевать. Он знал, что рано или поздно ему придется объяснить, но слова застревали в горле. Харрис сглотнул и выдал следующее:
– Я… я не знаю, с чего начать, – пробормотал Джон, чувствуя, как к щекам приливает кровь. Он поднял глаза и встретился с взглядом Джодаха, полным разочарования.
– Это сложно объяснить.
– Попытайся, – тихо сказал Джодах, сохраняя эх самообладание. – Я думаю, что заслуживаю знать о тебе хоть что-то.
"Ага, как же." — молнией пронеслось в мыслях ученого. Джон глубоко вздохнул, собираясь с мыслями.
— Уж поверь, пернатый, я знаю, что ты все видел. А ещё я знаю, что ты догадывался об этом ранее, правда?
— Ээ.. — Джодах недоумевающе выгнул бровь. — Слушай, я понимаю, что тебе, возможно, сейчас тяжело. Но раз ты такой гений, то наверное должен понимать, что наркотики — не выход.
— Я.. — Харрис сглотнул, и опустив взгляд продолжил фразу. — Я.. запутался.
– Запутался? – переспросил Джодах, в его голосе послышалась горечь. – В чем ты запутался, Джон? В том, чтобы вместо того, чтобы попробовать обсудить хоть какую-то часть своих переживаний с нами, ты выбираешь принимать? В том, чтобы вместо нормального отдыха, пичкать себя таблетками от головы и литрами хлебать кофе? Харрис, это не дело. Совсем не дело.
Джон покачал головой. Чувствуя, как слезы подступают к глазам, тот поправил очки.
– Джодах. — Джон томно произнес его имя и замолчал. Тишина в кабинете давила на обоих. Было ощущение, будто с каждой секундой воздух тяжелеет.
– ...
— Это правда очень сложно объяснить. Я.. я не думаю, что готов поделиться с тобой коренными причинами.
— Харрис, мать твою, ты сейчас серьезно? Я.. нет, не только я, даже Райа, черт возьми, за тебя волнуется. Насчёт окетры я не уверен, но нам двоим важно твое состояние. — тот выдержал паузу. — и ...ты.
Джодах с жалостью глянул на ученого. Внутри полубога смешивались различные чувства, на первый взгляд несовместимые друг с другом. Очерчивая взглядом сидящую за столом фигуру Харриса, Джодах испытывал наистраннейшие ощущения. Что это? Любовь? Господи.. нет. Боже, он даже не знает, что чувствует. А что это, всё-таки? Простым беспокойством это явно не назовешь.
Джон важен ему.
Да. Важен.
А он чувствует тоже самое? Вряд-ли.
Дейви еле сдерживал накатившие к глазам слезы и старался сохранять самообладание. Джодах всё ещё сверлил его взглядом, разглядывая каждый миллиметр, который мог увидеть. Харрис втянул воздух и хрипло выдал:
— Ты врешь. И врешь постоянно. Твои слова не стоят ни гроша. Чтобы ты, Райа, и волнение за меня? Не смеши меня, Джодах.
— Да как ты не пойме—
— Ты делаешь всё это лишь отталкиваясь от моего сходства с ним. А ещё я склоняюсь к тому, что вы все настолько им одержимы, что начинаете тихонько сходить с ума из-за его отсутствия. — Джон замолчал. — Правда, мне всё ещё трудно понять, как ты ещё не вбил в свою голову с куриными мозгами то, что я и близко на него не смахиваю. — продолжил он.
Джодах сидел молча, выслушивая каждое слово мироходца. Странно конечно, но почему-то именно сейчас все оскорбления в его адрес резали по сердцу так, как не резали никогда. Он и правда сходит с ума? С каждым предложением ком в горле полубога будто уплотняется и тяжелел, сильно надавливая на его стенки. Сейчас он ощущал себя очень странно. Это гнев? Ярость? Разочарование? Печаль?
...
Беспокойство?
Джодах резко вскочил со стула, отчего тот с грохотом отлетел назад. Он в упор посмотрел на Джона, испепеляя его взглядом.
— Заткнись. Просто заткнись. Ты понятия не имеешь, о чём говоришь. Да, возможно, вначале ты показался мне похожим, но сейчас… Сейчас я вижу только тебя. И мне плевать на твой характер, кто ты там был в прошлом, каким ты можешь быть, или кем станешь в будущем. Мне важен ты, здесь и сейчас.
Он сделал несколько шагов к Джону, сокращая между ними расстояние. Голос его смягчился.
— И я не понимаю, почему ты так отчаянно пытаешься убедить меня в обратном. Почему ты так боишься поверить, что кому-то можешь быть небезразличен просто так, без всяких задних мыслей?
Джон отвернулся, не желая видеть его лица. Ему было страшно. Страшно поверить, страшно довериться. Страшно, что все это окажется ложью, миражом, созданным его собственным отчаянием. Он снова почувствовал, как слезы подступают к глазам, и с силой зажмурился, пытаясь их остановить.
— Просто уходи, Джодах. Пожалуйста. Оставь меня в покое. — голос Харриса дрожал, в нем прослеживались вибрации, которые Джодах не мог не заметить.
— Э-эй.. — Джодах растерялся и слегка округлил глаза, но не стал спорить с ним на словах, просто молча подошёл к нему, развернул стул на себя и опустился перед ним, чтобы их глаза были примерно на одном уровне.
...
— Джонни...