School of Killers

— Сынмин больше не с нами, — сказал Джисон, держа в руке конверт в то время, когда Соен и Феликс зашли.

— Мы знаем, — как-то печально произнесла Пак, хотя прекрасно понимала, что Сынмину возможно неприятно находится рядом с ней (?). Она же вынудила его ей помочь.

— А вы…? — Гахи остановила взгляд на «заштопанном» блондине, но тот поспешил перебить.

— Долгая история, — немного нервно засмеялся он, ведь после этого случая до сих пор на иголках, — Что там? — кивнул Феликс на письмо.

Джисон молча передал его паре и плюхнулся на диван, запуская руки в волосы.

«Слушайте, я знаю, я подвел вас, но не забывайте, я подвел и себя, но, думаю, это то, что случается, когда ты сомневаешься во всем. Я думаю, это то, что случается, когда мои проблемы это единственное, о чем я могу думать.
Моё прошлое меня поглощает все больше, а вина перед Соен стоит и ни одной моей жизни.

Я больше не хочу быть с Вами. Я никто. Я — предатель.»

Отбросив лист в сторону, казалось, глаз Феликса задергался. Как он мог так облажаться? Почему он даже не подозревал?!

— Сукин сын! — парень с криком пнул журнальный столик, а после безжалостно ударил кулаком по каменному камину, из-за чего тот слегка посыпался.

Соен подбежала к парню и попыталась его остановить. Безвыходное положение, не получалось. Брюнетка все, почти все, прекрасно понимала, но не хотела принимать. Если это было настолько больно узнать ей, тогда какого же Феликсу. Он же тоже человек.

У Ли, кажется, началась моральная, никому не показываемая, истерика. А он ведь считал его братом. Пусть и отношения натянутые, пусть и холодность друг к другу, пусть и даже полюбили одну девушку. Он все равно считал его братом. Тихо любил, не показывая. Сынмин был единственным, кто дружил с ним в детстве, кто играл и даже обрабатывал ссадинки, когда Феликс по неосторожности падал (как все окружающие думали), кто не боялся защитить перед отцом и сам за это не меньше получал, чем маленький Ёнбок. Он был тем, кто придумал ему новое имя…

Кажется не все секреты ещё раскрылись.

Гахи стояла лицом к пустой стене и тихо вытирала слезы. Никто не предполагал, никто не думал на него.
Он казался слишком добрым и слишком мягким для этого мира.
То, что жило у него внутри не всем понять. Вернее никому.

Казалось, Пак одна не понимает в чем дело, а Джисон, что так пристально на неё смотрит, ждёт реакции. Кажется, что она даже и не догадывается до самой истины.

— Я винил всех, я подозревал почти всех. Я искал виновного и хотел выйти на правду…

— Феликс, — шепнула Соен, догадываясь, — о чём ты?

— Он убил твою семью.

***

Спустя месяц.

Время в тот момент для всех словно остановилось. Никто не понимал зачем, почему и конкретно что сподвигло его прислужить отцу и сделать настолько грязную работу.
Они искали Сынмина, но того и след простыл. Угрожали и избивали людей Директора Кима, дабы добиться правды. Зачем он, заставил, по их мнению, собственного сына убивать?

— Настал день, когда мы все узнаем правду, — сказала Соен, отстегивая ремень безопасности.

Весь прошедший месяц четвёрка думала о том, как уничтожить это место. Прорабатывали план и искали какие-то интересные подробности самой гибели родителей Пак.
Тогда Соен пришлось перебороть свои страхи и рассказать, как все было и как все помнит. Многие детали того дня, да что уж там, прошлых лет забылись в последствии комы, а больное место, навсегда отпечатанное в её сердце, хотело заново начать кровоточить.

Они нашли идеальное время для уничтожения. Время, когда все студенты разъезжаются домой или к приемным семьям, когда в школе почти никого нет.

Раскладывая карту учебного заведения, Гахи потянулась за красным маркером.

— Нам придётся разделиться, — блондинка рисует четыре стрелки от одного из чёрных ходов, соответственно в южное, северное, восточное и западное крыло. Далее она обводит несколько раз несколько мест, — здесь будет взрывчатка. В 23:23 все бомбы одновременно придут в действие.

— А что, если мы не успеем? — задала вопрос Соен, загадывая один из исходов сей процессии, — нас слишком мало.

— Нет, не слишком, — произнёс своим басом Феликс, набирая некую комбинацию цифр в своём мобильном.

Буквально через несколько минут они услышали звук тормозящих о брусчатку колёс. Несколько машин. Выскочив, они заметили два подобных друг другу тонированных фургона. Из одного из них внезапно выпрыгнул высокий парень, полностью одетый в чёрное.

— Хенджин? — Гахи с Джисоном одновременно повернулись на белобрысого и с непонимающим взглядом уставились на Ли.

— Всё под контролем, — ухмыльнулся Феликс.

Flashback

— Либо ты мне помогаешь, либо не видать тебе больше своей любимой и единственной бабушки, — как будто рассказывая сказку, произнёс Ли, вертя в руке карандаш.

— Ты этого не сделаешь, — похабная и противная наглая ухмылка отразилась на лице русого парня.

Ёнбок засмеялся:

— Ты так думаешь? Ошибаешься, ой как ошибаешься, — продолжал хохотать он, но тут резко упер руки в стол перед Хенджином, — а теперь серьёзно. Ты смог надругаться над моей подругой, а я не смогу сделать плохо тебе?

— Какова вероятность того, что мы вернёмся живыми?

— Пока неизвестно. Но за это не тебе думать, просто найди умных и умеющих быстро работать людей. Любых, плевать.

Феликс развернулся, дабы покинуть подработку парня, что был в неком шоке, когда блондин заявился к нему на работу за несколько сотен километров от Сеула.

End flashback

Целенаправленно идя в сторону здания, Соен чувствовала какую-то давящую боль в висках, а вдобавок и вес бронижелета, который её заставил надеть Ли.
Никто не думал, что Директор не будет готов. Мужчина всегда на чеку. Камеры круглосуточно отслеживаются.

Для начала нужно разложить бомбы на свои места. Поэтому, как только четвёрка вошла в здание, Пак остановила Феликса и очень крепко обняла. Молча, ничего не сказав. Она знает, что исход может быть любым, а в их пользу или нет, они узнают либо тогда, когда увидят взрыв школы, либо взорвутся вместе с ней.

Оторвавшись, она бросила уверенный взгляд на Ли и он лишь одними губами произнес: «Все будет хорошо».
Девушка развернулась и быстрым шагом направилась в свое западное крыло. Феликс же пошёл в северное.

У парня были очень смешанные чувства. С одной стороны он отомстит за всю свою жизнь, за мать, за убитых им не по своей воле людей. А с другой стороны, он все же понимает, что этот человек — его отец.
Возможно, раньше бы он и без зазрения совести или каких-нибудь мыслей просто выстрелил в Директора, но сейчас он сильно изменился.

Феликсу лишь осталось надеяться на свою нерушимую решительность.

***
На самом деле, страх пробирал до самых костей. Добравшись до нужного места, Соен открыла подсобку и зашла в неё.
По сути, на камерах все было видно, так что Директор уже вызвал, как все предполагали, подмогу.

Девушка достала из рюкзака небольшое, но довольно тяжёлое, что-то обмотанное проводами и с счётчиком, на котором цифры с каждой секундой уменьшались.

— Фу, даже держать не очень, — шепнула себе под нос Пак и прикрыла кучей каких-то тряпок взрывчатку.

Время 23:07.

На одноразовый телефон, что выдал каждому Джисон, пришло сообщение:

— Бомбы заложены, уходите.

Но Соен знала, что Ли так просто не уйдёт.

Да и они так просто уже не уйдут…

«Хёнджин, заводи своих, нас накрыли».

Джисон с Гахи встретились на пересечении двух крыльев школы и быстрым шагом направились к выходу. Вот только там поджидало несколько учеников…

— Это было ожидаемо, — произнесла Гахи и кинула в ноги бывших одноклассников свой пистолет и нож.

Джисон повторил.

— Руки вверх, — сказал один из парней, который держал Гахи на мушке. Их было пятеро.

В это же время Соен шла по направлению туда, куда ушёл Феликс. Наконец увидев в конце коридора блондинистую макушку, девушка выдохнула и быстрым шагом направилась к нему. Тут раздались выстрелы с другого конца здания.
Ли быстро обернулся на звук и также увидел свою девушку. Подозвав её к себе рукой, он приобнял её.

— С ними же все хорошо?

— Это Гахи и Джисон, конечно.

***
Парни, стоящие перед парой, начали падать один за другим. А Хенджин и его люди только и успевали менять магазины своего оружия.

— Он нас ждал… — произнёс себе под нос Хан.

— Выходим, — сказала Гахи.

— Они справятся вдвоём? А если ещё засада? — уточнил один из людей Хвана.

— Эти двое как огонь и бензин. Они тут вдвоём все сами взорвут, если понадобится, — ответил Хенджин и развернулся в сторону выхода. Но не тут то было.

По всей компании началась стрельба. Кто куда: одни за колонны, другие в сторону других коридоров.

Война так легко не закончится.

Пара людей упали. Джисон за долю секунды сообразил и, схватив Гахи за руку, понёсся в ближайший коридор, ведущий к столовой и кухне школы.

Забежав на кухню, позади них опять раздались выстрелы. Послышался звук битья посуды и стекла. Девушка пригнулась за одной из плит, а Хан отполз за другую. В этот же момент на кухню зашло два человека, раздался противный знакомый голос:

— Выходите, мы вас видели, — Фурия.

Хан резко выскочил, чем заставил обратить на себя внимание двух стволов.

— О, так ты не хочешь поиграть с нами в прятки? Как жаль, — произнесла синеволосая, вертя кольтом в руке.

— Боюсь, стоило тебя прикончить в той перестрелке. Чего я добрый-то такой?

Сон все поняла, этот его отвлекающий маневр. Немного отклонившись в сторону, Гахи выстрелила два раза, и оба тела на последнем издыхании повалились на пол.

— Идиоты, совсем ничему не научились, — выругался Хан и посмотрел на время.