Любовь и страсть меняют всех... [РЕДАКТИРУЕТСЯ]

Утром я проснулась раньше Чон Гука. Мы лежали так же, как и ложились. Я лежала на его груди, он обнимал меня и потихоньку сопел во сне. Я полежала пару минут, послушав его спокойное сердцебиение, и решила аккуратно выбраться из его объятий и приготовить завтрак. Я потихоньку убрала его руки и встала с кровати. Чон Гук лишь перевернулся на бок и продолжил спать. На полу в углы комнаты я нашла своё белье, натянула трусики и сверху надела его рубашку, потому что не хотела надевать своё платье, которое валялось на полу около кровати, а рядом с ним окровавленное покрывало. Его рубашка была мне велика, но при этом лишь немного прикрывала мою попу. Застегнув пару пуговиц и закатав рукава, я пошла на кухню. Ноги казались ватными, но странное приятное чувство в животе не давало мне покоя.
Я зашла на кухню, открыла холодильник и предполагала, что он пустой, но нет. Здесь было молоко, овощи, яйца, йогурты, немного фруктов и даже шоколадный сироп, при чем все довольно свежее. Изучив кухня, я нашла сковородку и решила приготовить блинчики и кофе. Я завела теста и уже начала жарить блины, как сильные руки обвили мою талию.
- Доброе утро, малыш. - сонный голос и горячие дыхание обжигали мое ухо.
- Доброе утро, оппа. - я поцеловала его в щеку и вернулась к плите.
- Ты знаешь, что тебе очень идёт моя рубашка... - Чон Гук продолжал обжигать мое ухо своим дыханием.
- Я надеюсь, ты не против, просто не хотелось надевать своё платье. Я знаю, что ты не любишь, когда пачкают твои рубашки или футболки, но я аккуратно.
- Ты так мило оправдываешься. - он улыбнулся и, чмокнув меня в губы, пошёл к кофе-машине, чтобы заварить кофе. Чон Гук уже успел надеть свои джинсы, но был без майки, демонстрируя мне свой идеальный торс. - И все же... почему ты готовишь? - спросил Чон Гук засыпая кофе в кофе-машину.
- В каком смысле? - спросила я, переворачивая очередной блин.
- Ты как-то сказала, что мне моя жена будет готовить, но ты не моя жена.
- Я могу перестать. - сказала я, потянувшись к выключателю.
- Нет, прошу, я хочу попробовать эти нахваленные блинчики.
- То-то же... - сказала я, ухмыльнувшись.
Когда Чон Гук приготовил кофе, я уже закончила с блинами и поставила их на стол. И, достав шоколадный сироп, села за стол. Чон Гук поставил наше кофе и достал две тарелки для блинчиков и вилки. Он сел напротив и взял верхний блинчик. Я ожидала его реакции и сделала глоток кофе. Попробовав первый кусочек, он перевёл свой взгляд на меня.
- Выходи за меня... - сказал Чон Гук, отрезая очередной кусочек блинчика.
- Чего? - я округлила глаза.
- Я готов жениться на тебе ради таких блинчиков по утрам.
Я засмеялась и взяла один блинчик себе.
- Я сейчас серьезно... - сказал Чон Гук, взяв уже второй блин.
- Ага... только я сначала школу хотя бы школу закончу, а там уже посмотрим - продолжая смеяться, говорила я.
- Вот увидишь, ты будешь жить со мной в одном доме.
- Буду ждать с нетерпением. - говорила я, уплетая блинчик.
Мы завтракали и продолжали смеяться, представляя будущие. Позавтракав Чон Гук вызвался убрать со стола. Я смотрела, как он убирает тарелки в раковину, и заметила чёткие красные царапины на его лопатках и плечах.
  - Упс... - виновато протянула я.
  - Что такое? - Чон Гук удивленно посмотрел на меня.
  - У тебя спина случайно не болит? - я встала со своего места.
  - Нет... с чего она должна болеть? - Чон Гук был удивлён.
Я подошла ближе и провела пальцами по царапинам, которые я оставила вчера. Чон Гук немного зашипел.
  - Это надо обработать. - сказала я. - Где у тебя аптечка?
  - Там остались царапины?
Я кивнула. Он запрокинул голову назад и полез в шкаф и достал аптечку. Я указала ему на стул. Он сел, а я достав ватку и перекись, осторожно водила по царапинам.
  - Щиплет. - прошипел Чон Гук.
  - Прости. - я ещё нежнее касалась его царапин. - Сколько много вопросов у парней будет...
  - Я смогу одеваться так, что они и не заметят их. - он снова зашипел от боли. - Острые же у тебя ногти. Будем считать, что это месть за засосы на ключицах.
  - Много засосов? - спросила я, намазывая его царапины мазью.
  - Сама посчитаешь. - Чон Гук самодовольно улыбнулся.
Я закатила глаза и начала убирать все обратно в аптечку.
  - Я в душ, а потом поедем ко мне домой. Там Марсель совсем один, голодный, плюс у меня мы можем посмотреть что-нибудь на огромном телевизоре.
  - Хорошо. - сказал Чон Гук, вставая с места. - Только ты пойдёшь в душ со мной.
  - Что? - я чувствовала, как мое лицо заливается краской.
  - Ой, да ладно тебе... я вчера все уже видел.
  - Ну уж, нет. Я пойду в душ одна.
Я пыталась уйти в душ, но он схватил меня за запястье, притянул к себе и, закинув на плечо, пошёл в сторону душа.
  - Оппа, отпусти меня! - кричала я и била его по спине.
  - Я по-моему уже говорил тебе, что мне не нужно просить тебя ни о чем, я просто беру своё. - смеялся Чон Гук, заходя в ванную.
Он закрыл дверь на ключ и поставил меня на пол. Я пыталась достать до ключа, но он поднял свою руку и повесил ключ на гвоздик под потолком.
  - Ты издеваешься что ли? - спросила я, скрестив руки на груди.
  - Ты сама разденешься, или мне тебе помочь? - Чон Гук зажал меня между своих рук, прижав к раковине.
  - Я предпочитаю не особо напрягаться. - он затянул меня в свою игру, и мне она уже нравилась.
  - Тогда я тебе помогу.
Чон Гук расстегнул пуговицы на рубашки и стянул её. Как только она упала на пол, он прикусил нижнюю губу и напал на мои губы, я не сдержалась и ответила на поцелуй. Гук обхватил меня за талию и посадил на раковину, я тут же отстранилась.
  - Мы, по-моему, в душ собирались. - сказала я.
  - В душ нужно заходить совсем голыми, а на нас ещё есть ненужная ткань. - говорил Чон Гук между поцелуями в мою шею.
  - Значит, надо избавиться от неё. - сказала я, протягивая руку к его ширинки на джинсах.
- А я и не думал, что ты такая. - с ухмылкой говорил Чон Гук, наблюдая за моими действиями.
- Ну знаешь ли... любовь и страсть меняет всех... - сказала я, стягивая с него джинсы вместе с боксерами.
Он взялся за них и быстро снял, я же сняла трусики и зашла в душевую кабинку. Через секунду за мной зашёл Чон Гук, закрыл кабинку и тут же включил воду. Он прижал меня к стенке и начал целовать мои губы, прикусывая их, на что я выпускала тихие стоны. Тёплые струи воды лились по нашим телам, пока Чон Гук исследовал каждый уголочек моего рта. Руками он водил по моей талии и бёдрам. Гук сильно сжал мои бёдра и поднял меня над полом и прижал к стене. Я обвила своими ногами его торс, а Чон Гук, не разрывая поцелуй, вошёл в меня. Я выпустила громкий стон от неожиданности. Чон Гук спустился к моей шее и начал потихоньку двигаться во мне. Я решила помочь ему и двигала своим телом ему на встречу. Вся кабинка заполнилась нашими стонами, а её дверцы запотели. Через несколько таких толчков я почувствовала нарастающий оргазм, но Чон Гук резко вышел из меня и поставил на пол. Я вопросительно посмотрела на него, на что он лишь ухмыльнулся и повернул меня к себе спиной. Я поняла чего он хочет и прислонилась к стенке. Он наклонился к моему уху.
- Хорошая девочка... - прошептали Чон Гук, аккуратно вставляя свой член в меня.
Он сразу же набрал темп и входил во всю длину. Я стонала так громко, что меня наверное могли слышать соседи. От его сильных толчков я сильнее прижималась к стене. Через несколько минут он ускорился, и я почувствовала, что скоро кончу. Когда я кончила, Гук ещё пару раз вошёл в меня и кончил на пол, вовремя достав свой член из меня.
- Следующий раз можешь не успеть. - с ухмылкой сказала я, протягивая руку к гелю для душа.
- Мы купим тебе таблетки. - сказал Чон Гук и поцеловал меня в губы.
Мы все таки приняли душ, помыв при этом друг друга. Выйдя из душа, мы тут же оделись и поехали ко мне домой. Когда мы приехали, то нас тут же встретил Марсель.
  - Ты, мой мальчик, совсем один остался. - жалобно протянула я, гладя его. - Никто не играл с тобой... ты голодный, наверное. Сейчас я тебе дам корма.
Чон Гук наблюдал со стороны.
  - Ты его любишь больше, чем меня. - обиженно сказал Чон Гук, снимая куртку.
  - Он для меня как ребёнок, так что это нормально, что я переживаю и ухаживаю за ним.
Я повесила своё пальто в гардеробную, там же оставила свои ботинки и протянула Чон Гуку тапочки. Он снял куртку, повесил её рядом с моим пальто и надел тапочки. Я пошла на кухню, где стояла пустая миска Марселя. Пока я насыпала ему корма и наливалась воды Чон Гук все время наблюдал за мной с дверного проёма. Поставив миску на пол, я подошла к Чон Гуку и обвила свои руки вокруг его торса.
  - Я пойду переоденусь, а ты можешь найти какой нибудь фильм у меня на ноутбуке.
Чон Гук кивнул, и мы пошли к лестнице в мою комнату. Я включила ноутбук и дала его Чон Гуку, чтобы он нашёл фильм, а сама забежала в гардеробную. Я надела свои любимые джинсы с дырками и белую майку.

Когда я вышла Чон Гук ещё рылся в интернете.
  - Хочешь попкорна и колы? - спросила я, обнимая его за шею.
  - У тебя есть? - спросил Чон Гук, оторвавшись от ноутбука.
  - Да, сейчас принесу.
Я выбежала из комнаты и спустилась на кухню. Марсель уже съел весь свой корм, поэтому я дала ему парочку костей из шкуры свиньи. Достав из шкафа две упаковки соленого готового попкорна, я пересыпала их в большую тарелку и достала из холодильника две пол-литровые бутылки колы, и побежала наверх. Марсель с костью в зубах бежал за мной. Когда я зашла в комнату, то Чон Гук уже смотрел мои картины на стене, оставив ноутбук на кровати. Я поставила попкорн и колу на тумбу и начала подключать ноутбук к телевизору, чтобы было удобней смотреть.
  - Вживую они ещё лучше. - сказал Чон Гук, рассматривая его портреты.
  - Они долго лежали в шкафу, потому что мне было больно на них смотреть, но в начале февраля я всё-таки решила их вывесить. - сказала я, настраивая телевизор.
  - Мне очень нравиться вот эта. - Чон Гук указал пальцем на одну из картин, а я посмотрела в его сторону. Он выбрал мою самую любимую из всех этих портретов.

  - Если хочешь - можешь забрать. - я перевела взгляд обратно к телевизору.
  - Ну уж нет, я оставлю все это тебе, чтобы ты могла каждый день просыпаться и думать обо мне. - Чон Гук сел на кровать рядом с Марселем и начал чесать его спину.
  - Я и так о тебе думаю, когда просыпаюсь... - пробубнила я себе под нос. Он ничего не услышал. - Все! - громко сказала я и нажала на кнопку плэй.
Пока шла заставка я села на кровать, вытянув ноги. Чон Гук последовал моему примеру, при этом ещё и обнял меня за плечи. Я подала ему бутылку колы, а попкорн поставила себе на ноги. Так как Чон Гук уже все подготовил и нужно было просто нажать на кнопку плэй, я совершенно не имела понятия, что это за фильм. В итоге это оказался фильм "Если я останусь..." Очень странно, что Чон Гук выбрал именно этот фильм. К середине фильма у нас закончился попкорн, поэтому я убрала тарелку и обняла Чон Гука, ещё больше прижавшись к нему, на что он лишь ещё крепче обнял меня. Когда фильм закончился, Чон Гук взял пульт с тумбы и включил простое телевидение. По KBS шло шоу "Молодожены", и Чон Гук остановился на нем, но мы не смотрели его. Мы сидели на моей кровати и разговаривали. В какой-то момент я легла на живот на Чон Гука. Мы обсуждали его тур, в течении этого он гладил мои волосы или заправлял непослушные пряди за ухо. Я же своими пальцами водила по его груди. После долгого обсуждения, я почувствовала голод.
- Оппа, ты голодный? - спросила я.
- Есть немного.
- Хочешь рамена?
- Хмм, - промычал Чон Гук, - я бы не отказался.
- Тогда пошли вниз.
Я легонько ударила его по груди и встала с него. Он встал с кровати и пошёл за мной на кухню. Я достала упаковки рамена и поставила кипятить чайник, чтобы заварить лапшу. Пока я все это делала, Чон Гук стоял, оперевшись о кухонный столик. Пока чайник закипал, я подошла к Чон Гуку. Он хитро улыбнулся и, взяв меня за талию, посадил на столик, зажав меня между своими руками.
- И что это было? - спросила я, не скрывая своей улыбки.
- Ты посидишь здесь, а я заварю рамен. - Чон Гук чмокнул меня в носик и отошёл к закипевшему чайнику.
Чон Гук залил лапшу и начал искать палочки.
- Вон тот ящик. - я указала на ящик около раковины.
Чон Гук открыл его и достал от туда чёрный чехол и вопросительно посмотрел на меня. Я кивнула и протянула руку, чтобы он дал мне палочки. Чон Гук протянул мне чехол, и я, открыв его, достала две пары палочек: с желтым концом и с розовым.

С желтым концом я протянула Чон Гуку, а розовые взяла себе.
- А остальные? - спросил Чон Гук.
- Чёрные - папины, белые - мамины, синие - Чанёля. - перечислялась я, закрывая коробку
- А желтые чьи?
- Ничьи. Ими никто не пользовался до тебя. Считай, что они теперь твои. - я перевела взгляд на Чон Гука и улыбнулась.
- Могу забрать?
- Нет. Это будут твои палочки в моем доме.
- А когда я ужинал у тебя прошлый раз, у вас были железные палочки.
- Мама считает, что это только семейные палочки, и что при гостях надо пользоваться другими, ну и гостям естественно эти же давать. Но сейчас я думаю, она не расстроиться, если я скажу, что я дала тебе эти палочки.
- Хорошо.
Чон Гук взял заваренный рамен и протянул мне один. Мы поели прямо на кухни, я так и сидела на кухонном столикое, а Чон Гук стоял около меня. Когда мы доели и поставили пустые упаковки, Чон Гук снова встал переда мной, зажав меня между руками. Я вопросительно посмотрела на него, а он лишь чмокнул меня в нос, потом в щеки, а потом в губы. После чмока в губы последовал долгий и нежный поцелуй, но нас прервала открывающаяся дверь на кухню. Мы перевели взгляд на дверь, там стояла одна из домоправительниц с пакетом из магазина.
- Здравствуйте, Ли Сан Ки, Вы разве не должны были завтра утром прийти? - спросила я её, все так же сидя на кухонном столике, а Чон Гук отошёл от меня и стоял с боку.
- Здравствуйте, молодая госпожа. Я решила, что нужно занести кое-какие продукты, чтобы завтра приготовить для Вас завтрак. А что здесь делает господин Чон?
- Чон Гук-оппа пришёл в гости.
- А Ваши родители знают?
- Даже если и не знают, они не будут ругаться.
- Значит, они не знают?
- Ммм... - промычала я. - Да, они не знают.
- Хорошо, тогда считайте, что я Вас не видела, и я тоже ничего не знаю. - она начала разбирать пакеты.
- Спасибо, Ли Сан Ки. Как Ваш сын?
- Хорошо. Он кстати со мной. Пошёл в комнату за своим медведем, которого забыл в пятницу здесь.
- Правда? Может он выйдет ко мне, поздоровается?
- Он должен сейчас прийти.
В эту же секунду на кухню забежал мальчик 10 лет с маленьким мишкой в руках.
- Мама, а где нуна? - он не обращал на меня внимания, но, когда домоправительница указала на меня, он заулыбался. - Нуна! - закричал парень.
- Привет, малец! - я слезла со столика и обняла его.
- Я скучал по тебе. Последние месяцы ты не выходила из своей комнаты, когда я приходил, и меня даже не пускали к тебе. - он увидел Чон Гука за моей спиной. - Здравствуйте, господин. - он поклонился в знак уважения.
- Расслабься, малой. - сказал Чон Гук, потрепав его волосы. - Можешь называть меня хён.
- Хёны - это друзья нуны, значит Вы - её друг? - спросил мальчик.
- Можно и так сказать. - Чон Гук сел на корточки и протянул ему руку. - Меня зовут Чон Гук.
- Ли Мин Со. - мальчик пожал руку Чон Гука. - Нуна, а это из-за этого Чон Гука ты три месяца страдала? - Мин Со обратился ко мне.
- А ты то откуда знаешь? - я была удивлена.
- Простите, молодая госпожа. - отвечала за него Ли Сан Ки. - Просто я общалась с Вашей матерью, беспокоясь, что Вы слишком мало едите и не выходите из комнаты, а этот мелкий засранец... - она дала ему лёгкий подзатыльник - подслушивает.
- Ничего страшного. Я тоже в его возрасте любопытная была. А ты, малой, послушай меня! Нельзя подслушивать чужие разговоры, а то потом тебя могут побить, если вдруг ты услышишь то, чего не следовало.
- Я понял, нуна. - он виновато отпустил голову.
- Мы пойдём. Могу я завтра прийти позже? - спросила меня домоправительница.
- Да, конечно. Родителей до вечера не будет, а я вероятно буду спать до обеда. Только предупредите Ким На Ён и Чон Кин Су.
- Спасибо, молодая госпожа. Прощайся с господином и молодой госпожой. - она обратилась к своему сыну.
- Пока, нуна и хён.
- Пока, малец. - хором сказали мы с Чон Гуком, после чего они вышли через блок прислуги из дома.
- И зачем ты бросала меня, если сама страдала от этого расставания? - спросил меня Чон Гук, прижимая к столику.
- Мы это уже обсуждали. Да и что у тебя за привычка прижимать меня везде? - спросила я, закатив глаза и нахмурив брови.
- Так тебе тяжелее сбежать от меня.
- Я надеюсь, что мне уже не придётся бежать.
- Я уверен, что фанатки так больше не поступят, а если и поступят, то я совсем в них разочаруюсь.
- Не порть карьеру из-за меня.
- Ты её не портишь.
Чон Гук затянул меня в свои объятия, но у него зазвонил телефон. Это был менеджер. Чон Гуку пора было ехать в общежитие и собираться в тур. Я проводила его до машины, узнала, когда у него самолёт, и обещала прийти и проводить его. На прощание он чмокнул мой нос и уехал. Остаток дня я провела в видеочате с ребятами. Они расспрашивали обо всем. Я рассказала много чего, но кое-что умолчала. Я умолчала про секс, но не сказала я про него только парням. Когда мамочка разгоняла нас спать, я собрала в видеочате тол ко Со Ми и Момо и рассказала им об этом, но без подробностей. Просто сказала, что мы переспали. Они были шокированы, но посоветовали мне сходить к доктору, чтобы тот мне выписал рецепт на противозачаточные, потому что просто так в аптеке мне их не продадут. Мы с ними ещё немного поговорили о своём, о женском, и пошли спать. Я переоделась и пошла в ванную, я посмотрела на свои ключицы, которые почти полностью были в засосах и подумала, что завтра надо бы надеть большую футболку при родителях. Перед сном мне пришло сообщение от Чон Гука.

После его сообщения я долго не могла уснуть, потому решила почитать немного. В итоге... я уснула, уронив книгу на пол.