♡~2~♡
Хосок поморщился, когда лучики солнца с окна лезли прямо в глаза, мешая сладко спать и видеть десятый сон. Парень перевернулся, подмяв под себя одеяло, уткнувшись щекой в подушку. Он пролежал так ещё пару минут, а после поморщился. На самом деле, он никогда не был против запаха Чимина. Но иногда, когда они пили, вытерпеть Пака на утро было крайне сложно.
Дело в том, что омега пах хмелем. Терпким и слишком ярким запахом. Если Чимин не принимал таблетки и подавители, то прохожие люди могли оскорбительно поморщиться и посмотреть на парня с неодобрением. Наверняка они думали о том, что молодой парень употребляет алкоголь.
Когда Пак пошёл работать по специальности, то несколько раз получал выговор за нетрезвое состояние, а после его просто заставили писать заявление по собственному желанию. Несправедливо, но как поступить иначе? Тыкать всем справками в лицо, доказывать своё «я» - всё это со временем парню крайне надоело.
Чон от раздумий своих лишь сильнее хмурился, не представляя, как тяжело живётся Чимину. Хоть он и сам был с пустым абсолютно запахом, но это не мешало ему заводить отношения. Пусть и недолгие, но омежки вроде Чимина были падки на милую улыбку, а альфы велись на красивое тело парня. Поднимаясь с дивана, Чон чуть не спотыкается в собственных штанах, съехавших вниз. Он поправляет их, зевает широко, рот ладонью прикрывая. Протерев глаза, следует сначала в туалет, а после к спящему Паку. Растрясти того оказывается сложным делом, ибо Чимин ещё пять минут спит в позе сидя, так и не желая открывать глаза. - Мне придётся облить тебя ледяной водой. Знаешь, как в фильмах, - делится Хосок, чуть морщась и на кровать друга садясь. - Тебе бы в душ. - Воняю? - Звучит обыденно совсем, без тайного подтекста. Хриплым голосом всё ещё сонного Чимина. - Есть такое. Иди, я завтрак приготовлю, - кивает Хосок и с кровати поднимается, уходя на кухню. Чимин тоже поднимается, стоит ещё немного около шкафа, вздыхает. Тянет с полки полотенце и шлёпает босыми ногами до ванной. Зубы чистит, посматривая в своё отражение. Волосы тёмные растрепались, некоторые пряди «тянулись к солнцу», а под глазами можно было увидеть тёмные круги. Вздохнув, Пак прополоскал рот, да под душ залез, побыстрее включая воду погорячее. Он не Хосок, который в любое время любит купаться в прохладной воде. Чон же на кухне включает музыку погромче, пританцовывает и готовит омлет. Он после ночи алкогольной с утра всегда мог слушать музыку громко, не жалуясь от боли в голове. Он всегда был бодрым и свежим. - У нас сегодня много дел, - говорит Хосок, когда видит прошмыгнувшего в комнату парня, мокрого совсем, с полотенцем на бёдрах. Он улыбается легко и, разложив завтрак по тарелкам, идёт в комнату к Чимину, чтобы попросить полотенце и для себя, воспользовавшись добротой омеги. Он застаёт Чимина, едва успевшего натянуть боксеры на задницу, скрывая мягкие и упругие на ощупь половинки в ткань. - Ты обалдел? - Спрашивает Пак, глаза выпучив. - Скажи, чего я там не видел, - усмехается бета, получая в ответ полотенце чёрное, которое прилетает прямиком в лицо. - Пошёл вон! - Едва ли не визжит Пак, смехом заливаясь. По пьяни было дело. Однажды Чимин упился до состояния нестояния, а добрый друг Хосок лишь жаловался, что решивший внезапно взблевнуть омега, испортил его новые кроссовки. Чон тогда дал другу отмокать в ванной, ну и когда Чимин вылезал, то все прелести паховые Хосоку засветил. На самом деле, тот случай в жизни Чимина - самый смущающий, о котором он предпочитает молчать и не рассказывать всем подряд. А Хосок, лишь завидев любую обнажённую часть тела Чимина, будь то бёдра или живот, всегда вспоминал с улыбкой лёгкой или усмешкой. Чимин, одевшись, на кухню вплывает лёгкой походкой, да с грациозностью тюленя о порожек спотыкается, чуть не падает. Вздыхает, поражаясь своей невнимательности, и за стол садится.
Хосок выходит спустя несколько минут, волосы мокрые зачёсывает назад, сам светит едва заметным прессом и усмехается, садясь за стол. - Вот скажи мне, зачем тебе альфа, когда есть я? - Удивляется бета, вилкой отделяя часть от омлета и в рот помещая. Он с удовольствием жуёт, едва ли не прикрывая глаза от наслаждения. - Действительно, Чон Хосок. Соизволь стать моим мужем. Будем вместе ныть по мелочам, - усмехается Чимин, который порцию свою уже доедает до конца. Конечно, он преувеличивает. Он никогда ныть по мелочам не будет. Чимин же сама сталь. Он всё всегда выдерживал, поэтому шуткануть для него на подобное - не составляет труда. Хосок же тоже редко отчаивался. - Чёрт, - говорит бета, поднимаясь с места и на звук звонящего телефона спешит. Он немного переговаривает, успевает за несколько минут рассмеяться и позлиться, пока Чимин посуду моет. Он чайник ставит, мусор собирает небольшой. - Кто звонил? - Спрашивает, когда видит бету, что футболку надел и за стол сел. - Да сестра, спрашивала, где я шляюсь. Как и всегда. Чимин улыбается и немного завидует, потому что у Хосока сестра есть старшая, она всегда рядом, постоянно присматривает за братом, помогает, заботится и отчитывает его за проступки. И Чимину этого очень не хватает. Он бы тоже хотел, чтобы Намджун сейчас заботился о нём. Но, не судьба. Жизнь по разным дорогам их раскидала. Он и понятия не имеет, как брат живёт, что с ним. Может, он уже пару свою нашёл, вдруг у него дети появились? Или он лишь усердно работает? Он умный был с самого детства, хоть и неуклюж. Вещи в его руках имели свойство ломаться. Чимину тоже немного передалось от брата неуклюжести, только проявлялось это в вечных спотыканиях на ровном месте и падениях.
Падать Чимин любил, мог, умел и практиковал это часто. А особенно сейчас, когда время года - зима, а к подъезду дорожка настолько скользкая, что идти приходится, напрягая пальцы на ногах и молиться тихо, чтоб не упасть и не расшибить себе нос, голову или вовсе не сломать ничего. Чимин думает, что о его падениях можно говорить вечно, слагать легенды и писать это в библию. Омега усмехается, когда думает об этом и взгляд переводит на друга. Тот на стуле развалился полностью, ногу одну поставив на пол, а вторую закинув на колено, сидя вальяжно и ковыряется в телефоне. Наверняка сестре ещё пишет о том, что «да не пил я, господи, харе меня прессовать». Пак усмехается, с кружками садится рядом и вздыхает. Чон телефон откладывает и переводит взгляд на друга. - Ну что, сегодня в клуб? - Спрашивает совершенно обычно, так, словно договаривались об этом ещё вчера. - Кажется, мне пора перестать пить, ибо я уже начинаю забывать о том, что было вечером, - усмехается Чимин, помешивая в кружке сахар. - Нет, это же моя идея. Мы идём в клуб, снимаем тебе альфу. Ты с ним в сцепку и все рады и счастливы, - Хосок отпивает чай горячий и язык высовывает, морщась и дуя. - Мы так не договаривались, - возражает омега, волосы поправляя. - Мы договаривались, чтоб ты подумал. Смею напомнить, что с этим тянуть нельзя, - Хосок улыбается, снова отпивает. Он смотрит выжидающе, слегка принюхивается и ухмыляется немного похабно, - подавители только не пей, у тебя запах яркий. - Потому что скоро должна быть течка, - морщится Чимин, заранее, в голове своей, проверяя, есть ли у него подавители и блокаторы на ближайшее время. - Тем более! Это же отлично! - Хосок чуть не подпрыгивает на стуле от радости. - Твои идеи сведут меня в могилу, знаешь? - Спрашивает с лёгкой улыбкой Чимин, допивая обжигающе горячий чай. Он лишь немного морщится, но не более. Привык пить так. Хосок лишь вздыхает, не спешит сам кипяток пить, дёргается от уведомлений, что на телефон приходят. Он читает, усмехается, да взгляд на омегу поднимает, рассматривая его. - Друзья зовут сегодня в Стигму. Как думаешь, это судьба? - Хосок брови поднимает и быстро пишет своё согласие, говоря, что пригласит с собой друга. Некоторые в чате не реагируют, некоторые пишут «тот омежка? конечно, зови его с собой». Один лишь друг однофамилец отвечает сухим «да похер». - В Стигму? - Переспрашивает Чимин, стараясь припомнить, когда они последний раз в этот клуб ходили. - Ну, я подумаю ещё. До вечера же время есть. - Вообще-то я сказал, что ты тоже придёшь, - усмехается Хосок и поднимается быстро со своего места, кружку моя пустую и, спеша срочно домой. - Мне собираться надо, вечерком за тобой заеду. Чимин лишь ладошкой машет, да остаётся сидеть на кухне, снова начиная раздумывать над предложением Хосока. Может, и правда, подавители пить не стоит сегодня? Найти бы альфу, да в путь. А вдруг альфа будет с плохими генами, что тогда Чимину потом делать? Сомнения в его голове не уступали новым мыслям.
Он днём занялся уборкой в доме, да приготовлением еды на ближайшие пару дней, зная заранее, что после клуба ему будет нужен отдых и сон, чтобы в норму прийти. Ведь иногда, Чимина и от собственного запаха тошнило. Такое бывало крайне редко и только в крайне пьяном состоянии. К вечеру ближе Чимин снова душ посетил, волосы тёмные уложил, пару серёжек-колец нацепил на уши, да по кольцу на пальцы. Он джинсы драные надел, да закрепил это белой футболкой с принтом, полагая, что в таком виде похож на самого обычного подростка, которому только стукнуло восемнадцать. Немного подумав, парень поморщился, да сменил свой наряд. Штаны кожаные отлично обхватили ноги, обтянув задницу, а рубашка атласная тёмно-синяя придала шарма. И вот теперь Чимин выглядел как парень молодой, а не подросток. Альфы, конечно, любят риск, но не настолько же, чтобы к детям подкатывать. А Чимин вроде как смирился уже, да решил прибухнуть побольше, чтобы всё забыть. Таблетки лежат на полке, под книгой, и у Чимина нет никакого желания их сейчас доставать. Он с лёгким шлейфом хмеля мог спокойно подцепить любого альфу, на свой вкус и выбор. Хосок приезжает к одиннадцати ближе, впуская Пака в тёплый салон автомобиля. Чимин молчит, не спрашивая, почему от друга так ярко пахнет духами цитрусовыми. Он уже знает ответ. Дело в том, что Хосок превращался в девочку-подростка, когда на него обращал внимание его друг давний - Тэхён. Чон мог покраснеть от любого комплимента и глаза часто опускал. Впрочем, когда однажды Тэхён обмолвился о том, что ему нравится запах цитрусовых, Чимин не стал спрашивать на следующий день, почему от Хосока так пахнет. Тэхён был альфой знаменитым в их кругах, самый красивый и обворожительный любовник. Но, к сожалению, жуткий бабник. Пак никогда бы ему не доверил всего Хосока, но видеть, как бета с ума сходит от любви неразделённой, было больно самому.
Они подъезжают быстро, а Чимин приходит в себя от раздумий. В гардеробе он куртку с шарфом большим оставляет, да к столику идут с Хосоком, за которым уже сидят парни, заказав выпивки, улыбаясь. Под шумные разговоры они и рассаживаются. Чимин садится ближе к Тэхёну, увидев улыбку парня, улыбается в ответ. Он взглядом осматривает всех сидящих за столом и отмечает, что здесь вечно хмурый Шуга, вечно болтающий и любящий шутить Джин, а также какой-то новый парень. Шуга в телефоне копается, да руку всё к карману тянет, сигарету закурить хочет. Вот и какой из него омега? Никакого идеала. А Джин? Он тоже омега, самый типичный на всём свете, с пухлыми губами, невероятно красивыми чертами лица. Он готовить любит, да часто делится с Паком рассказами о своей половой жизни. С Тэхёном и так всё понятно, его взгляд похабный осматривает всех присутствующих, задерживается на Хосоке, но уходит быстро, словно сбегая. Хосок однажды попросил Чимина в это не лезть, полагая наивно, что сам, без помощи чужой справиться может. Чимин и не лезет вовсе, вопросы лишние не задавал, не интересовался. Спрашивал лишь одно единственное «всё нормально?» Хосок всегда давал положительный ответ, улыбался хоть и натянуто немного. Пак не лез, помощь не предлагал, полагая, что друг и сам справится. А если нет - он всегда знает адрес его квартиры, да и номер телефона. Парень молодой, что сидел напротив Чимина, выглядел... красиво. Он был с небольшим похуистическим настроем, попивал свою стопку алкоголя, да посматривал на всех с лёгкостью. Пах он странно, запах этот Чимину не то, чтобы не понравился, просто показался немного странным и непривычным. Альфа пах пачули. - Чимин! - Вскрикивает громко из-за музыки Хосок, привлекая внимание омеги к себе. Чимин взгляд переводит на бету, давая себе подзатыльник мысленно, ведь умудрился заглядеться на альфу, который прямо сейчас ощутимо помёл ноздрями и поморщился, посмотрев на омегу. - Это Чонгук, знакомься. Пак жест этот увидел, а потому дружелюбность его пропала разом. Для приличия он поздоровался и тут же отвлёкся на разговор сидящего рядом Сокджина, пока Шуга смски строчил кому-то. Джин показывал новые фото в профиле инсты, указывая на альфу, высокого, стоящего у машины. А после омега на ушко рассказал Паку, как его в этом же автомобиле и взяли. Чимин лишь усмехается, да руку к коктейлю тянет. Его по ладошке маленькой бьёт другая ладонь, отличающаяся по размеру. - Чего? - Спрашивает Чимин и взгляд переводит на Хосока, который подаёт ему стопку с виски. - Не с того начал, - улыбается бета, подсаживаясь ближе к Тэхёну и улыбаясь легко, принимаясь расспрашивать о делах. Чимин расслабиться пришёл, напиться, потанцевать и альфу подцепить. Омега легко принимает стопки с алкоголем от Хосока, после третьей уже не замечая, что такие же стопки бета подаёт и Чонгуку. Тот заставил Шугу оторваться от телефона. Теперь они переговаривались, улыбаясь.
После четвертой стопки Чимина потянуло потанцевать. Он сумел вытащить и Хосока с Ви, потому что Джин любителем не был, двигаясь постоянно, как сосиска варёная. Пак же наслаждался громкой музыкой, отбивая ритм, да глаза то и дело прикрывая. Он не один раз чувствовал поглаживания по заднице своей, что наверняка выглядела сегодня выигрышно. После полуночи омегу бросило в жар, а потому он подошёл к столу, не смотря на то, что стоит там - наугад стопку взял, опрокинув в себя. Хосок тут как тут, рядом подплыл, да спросил о самочувствии. - Жарко очень, - протянул Чимин, расстёгивая пару верхних пуговиц на рубашке и оголяя ключицы. Хосок нахмурился и за локоть друга потащил на второй этаж, где комнатки находились. Чимин уже успел забыть о том, что собирался подцепить альфу. У него тело прямо сейчас горит адски, голова кружится. Ощущение, что вот-вот течка начнётся. - Будь тут. Я попрощаюсь с ребятами и отвезу тебя домой, - говорит Хосок, укладывая омегу на постель большую. Комната выглядит типично как в мотеле простом. Стараясь не думать ни о чём, Чон лишь вдалбливает мысль одну единственную себе в голову. Это для твоего же блага. Спасибо мне потом скажешь. - Хей, Чон, - спустившись уже, Хосок умело подлетает к танцующему альфе, ухватывая того за локоть и заставляя немного склонить голову. Кричать только остаётся, да и то, в ухо. - Нужна твоя помощь в комнате наверху. Чонгук лишь плечами пожимает, да за парнем следует. Он в комнату указанную заходит, застывает, выглядя ошарашенным. На кровати та самая омега лежит, с запахом противным. Только сейчас запах этот не чувствуется совсем, лишь что-то манящее, да волнительное в груди. В паху напрягается всё, а живот скручивает от внезапно накатившего возбуждения. Чонгука даже громкий хлопок двери не отвлекает. Он продолжает осматривать парня, что лежит, похныкивая и выгибаясь на постели, глаза прикрывая. Одна его рука в штанах, дрочит себе. - Течный, - севшим голосом шепчет Чон, понимая, что в эту минуту тормоза его срываются.
Он лишь уверенной походкой направляется к постели, не желая сейчас думать о последствиях.
Продолжение следует...