We don't talk anymore [Редактируется]

Чонгук весь день ходит мрачнее тучи и постоянно огрызается, за что уже не раз получил от Юнги, но бычиться не перестал. Настроение парня плавно плавает на дне, и как бы Сокджин не пытался развеселить альфу, у него не получилось. Да и сам омега был сегодня не в духе, потому что Дженни после учебы с ним не разговаривала, а под вечер вообще заперлась в комнате, игнорируя любые действия и слова старшего.

Джин приносит замученным парням кофе, протягивая стакан Джуну и Юнги. Чонгук берет свой кофе сам, усаживаясь на место у микрофона и пробегаясь взглядом по сценарию.

– Чон, давай еще раз прогоним последнюю песню, – задумчиво хмурится Нам, что-то исправляя в своих листочках.

– Притормози, Джун, дай парню передохнуть, – хмыкает Мин, а Чонгук смотрит на него недовольно.

– Кстати, хен, – неожиданно начинает молчавший до этого Гук, криво ухмыляясь. – Я тут узнал, что ты брал мои трусишки... А ты знаешь, что я делаю с теми, кто берет мои вещи?

– Дженни, значит, можно, а мне нет? – возмущается Юнги.

– Дженни? – вмешивается удивленный Джин, непонимающе смотря на этих двоих.

– Начинается, – закатывает глаза Нам, откидываясь на спинку кресла.

– Я сегодня её видел в толстовке Чона, – вновь хмыкает Мин, смотря на слабо улыбнувшегося Гука. – Ты ведь что-то задумал, мелкий. Не зря же ты вспомнил об этом спустя месяц.

– Да, ты прав, – соглашается Чонгук, выпивая кофе и выбрасывая стакан в урну. Юнги эти долгих несколько секунд молчаливо наблюдает за ним, хмурясь все сильнее. – Не мог бы ты помочь мне?

– С чем? – заинтересованно изгибает бровь старший.

– Так, подождите, что там с Дженни? – не унимается Джин, но длинные пальцы мужа его затыкают, накрывая пухлые губы омеги.

– Я хочу, чтобы ты пригласил Дженни на мой концерт, – Чон обернулся к висящей на спинке стула толстовке, доставая заветный вип-билет и протягивая его бете. – Передай, пожалуйста, Ким и скажи, что ты достал его непосильным трудом. Не говори, что я попросил.

– Поссорились? – догадывается Мин, недоверчиво смотря на протянутый билет. – Хм, если все настолько серьезно, то не думаю, что он согласится.

– Пожалуйста, хен, – взмаливается Чонгук и поджимает губы. – От этого зависит её и мое будущее.

– Хэй, а почему бы меня не попросить об этом? – возмущается Джин, отталкивая руку Нама. – И вообще, вы с ней встречаетесь, что ли? Почему ты так носишься с моей сестрой?

– Уже не встречаемся, – вздыхает Чонгук, отводя взгляд и тихо добавляя. – Она кинула меня в первый же день отношений.

В помещении повисла гробовая тишина, Юнги даже не стал шутить по этому поводу, прикусывая язык и принимая билет.

– Я сделаю все возможное, – вздыхает Мин. – И да, я тебе новые трусишки куплю, чтобы не возникал больше.

Чонгук лишь кивнул и вернулся к репетиции, прогоняя все песни еще по одному кругу. Намджун поправлял его в некоторых местах, а Мин в это время задумчиво смотрел на билет, прокручивая в голове слова Чонгука. Лишь один Сокджин сидел в углу, нервно кусая палец и думая о сестре. Теперь ему понятно, почему Дженни такая странная в последнее время.

Дженни упорно игнорирует настойчивые звонки в дверь и психует, когда неизвестный начинает барабанить, норовя вынести дверь к херам. Омега кутается в тёплое одеяло и бредёт в коридор, с удивлением осматривая стоящих на пороге Юнги и Сокджина с Намджуном.

– Я уж думал, ты померла здесь, – хмуро хмыкнул Мин, скидывая кроссовки и проходя сразу же на кухню, ставя на стол бутылки пива.

– Какого черта, хен? – бормочет Джен, наблюдая за раздевающимся братом.

– У парней завтра важный концерт, а последняя песня еще не готова, вот и приперлись сюда для работы, – мягко улыбается Сокджин, внимательно осматривая сестру.

– Почему проблемы у них, а страдать должна я? – фыркает Ким и норовит скрыться в комнате, но её ловят прямо у прохода, хватая за руку и затаскивая в кухню.

– Посиди с нами, – улыбается Намджун, усаживая омегу за стол и беря протянутое Юнги пиво.

– Кстати, у тебя какие на завтра планы? – интересуется Мин, но не дожидается ответа. – Думаю, что никаких. Поэтому ты идёшь на концерт.

– Я никуда не пойду, у меня важный проект, – тут же бормочет Джен, нагло придумывая отговорку на ходу. Омега попой чует, что не спроста такое рвение Юнги затащить её на концерт, поэтому старается унять дрожь в голове и сопротивляться всеми силами.

– Твои проблемы, но на концерте быть обязана. Я, что, зря отбивался от толпы фанаток, чтобы достать тебе лучшее место? – бета протягивает Дженни билет и мягко улыбается. – Ты просто обязана услышать новые песни, поверь.

– Не знаю, меня Сокджин не отпустит. Да, хен? – Джен умоляюще смотрит на брата, посылая ему мысленно мольбу о помощи.

Сокджин ловит два грозных взгляда и неловко мнется, слабо улыбаясь сестре и опуская ладонь на её плечо.

– Думаю, это хороший шанс отдохнуть и проветриться, а то ты совсем засиделась дома. Тем более, там будут Юнги и Намджун, так что я спокоен, – Джин треплет младшую по волосам и старается не замечать её обиженного взгляда.

– Я не пойду, – упрямо бубнит Джен и резко поднимается, покидая кухню и хлопая дверью в комнату.

– Ну, сами видели – я старался, – пожимает плечами Мин и отпивает пиво из бутылки, расслабляясь и абстрагируясь от лишних мыслей.

Сокджин взволнованно посмотрел в коридор, где только что скрылась его сестра и обреченно вздохнул. Первая любовь – проблемная вещь.

– Как думаете, я не зря позволил Чонгуку спеть эту песню? – Нам смотрит на Юнги, который хмуро перечитывает написанные строчки в своем блокноте и недовольно морщит нос.

– И почему мы вообще помогаем Чону? Может, Дженни ничего к нему не чувствует? – поджимает губы Джин, выжидающе смотря на парней.

– Если честно, я тоже не уверен в чувствах Дженни, но Гук втюрился по уши. Поэтому я считаю нечестным отбирать у парня такой шанс, тем более, есть вероятность, что Джен все же придёт на концерт, – Мин переводит свой взгляд на лежащий на столе билет и тихо вздыхает. – Лишь бы фанаты нормально отреагировали...

Намджун кивает в знак согласия и тяжело вздыхает, тихо потягивая пиво и наблюдая за работой друга. Сокджин наливает себе чай и садится рядом с мужем, не переставая думать о том, что узнал сегодня.

***

Дженни с самого утра хмурая и грустная какая-то, поэтому Тэхен старается не беспокоить и лишний раз не трогать её, но Джен сама пытается завести разговор и ближе к концу учебного дня даже немного веселеет, слабо улыбаясь и уплетая за обе щеки булочку, которую заботливо купил Тэхен.

– Может, сходим сегодня в кино? – бубнит Джен, прожевывая булочку и запивая ее соком.

– М, нет, я сегодня на концерт иду, – неловко улыбается Тэхен, замечая реакцию подруги. – Прости, давай в другой раз.

– На какой концерт? – Джен напрягается, поджимая губы и ожидая ответа.

– Ну, Хосок-хен достал мне билеты на концерт Чонгука, – пожимает плечами Ким, прикусывая губу. – Мне казалось, что и тебя должны пригласить.

– Значит, ты променял меня на этого выскочку? – поджимает губы Джен и обиженно фыркает, затыкая Тэхена булочкой и вскакивая из-за стола. Дженни хватает свой рюкзак и выбегает из аудитории, сразу же теряясь в толпе и убегая от Тэхена, который что-то кричит Дженни вслед с булкой во рту и пытается догнать омегу.

Ким растерянно осматривает большой коридор академии и устало вздыхает, потрепав свои волосы. Теперь ему неудобно и грустно, потому что отказать Хосоку будет некрасиво, а предать Дженни – еще хуже.

Сокджина нет дома, поэтому Джен дает волю эмоциям и швыряет рюкзак на пол, громко всхлипывая и падая на кровать. Все внутри сжимается от боли и обиды. Её предал не только родной брат, но и лучший друг. Все словно сговорились, чтобы поиздеваться над Дженни, которая всё ещё корит себя за тот вечер, когда она так грубо растоптала все чувства Чонгука.

Билет, принесенный Юнги, странным образом с утра оказался на рабочем столе Дженни, нервируя и подталкивая на абсурдные вещи. Джен, конечно, идти на концерт не собиралась и даже почти порвала этот кусок бумажки на части, но что-то в груди ухнуло, а рука не поднялась. Билет так и лежит на том же месте, мозоля омеге глаза и искушая её.

Дженни точно не выдержит, если сейчас увидит или даже просто услышит Чонгука, потому что сердце ноет и болит. Ким очень переживает за младшего, пытаясь найти в интернете хоть слово о его состоянии, но в последние дни все озабочены предстоящим концертом, поэтому никто даже не видел Чона на улицах. Дженни страшно от одной мысли, что их могли в тот день заметить, но, кажется, всё обошлось, поэтому омега лишь убедилась в правильности своего решения.

Только вот разум говорит одно, а сердце требует совсем другого. И Джен, честно сказать, за эти два дня соскучилась безумно, что для неё нехарактерно даже. Омега хочет ощутить тепло большой ладони альфы и увидеть его широкую улыбку. Дженни просто хочет к Чонгуку.

Омега осматривает скучающим взглядом комнату и натыкается на сложенную толстовку и красную шапку на столе. Девушка собрала все вещи Гука, чтобы передать их сегодня младшему с Сокджином, но брат утром спал, а сейчас его нет дома, поэтому вещи так и остались нетронутыми.

Джен медленно стянула с себя свитер, оставаясь в одной футболке и взяла толстовку Чонгука, накидывая её на себя и кутаясь, пряча руки в длинных рукавах. Дженни обещает себе, что понежится в мягкой ткани совсем немного, а после сложит все обратно, но неожиданно приятный запах резко бьет в нос, отчего омега замирает на месте, боясь вздохнуть еще раз. Слабый аромат свежих яблок наполняет легкие и словно впитывается в кожу омеги. Дженни чувствует странное головокружение и легкий озноб, утыкаясь носом в толстовку и жадно вдыхая приятный и сладкий аромат. Омега ещё ни разу не испытывала настолько ярких и неописуемых ощущений. Мурашки бегали табунами, заставляя Ким вздрагивать и мелко дрожать.

Дженни с ужасом распахнула прикрытые от удовольствия глаза, вцепившись в ткань толстовки и шумно сглатывая. Действие таблеток, которые Дженни выпила ещё вчера в обед, закончилось, именно поэтому Дженни теперь не только совсем слабо пахнет, но и чувствует запахи альф. Когда до неё доходит, чья вещь сейчас на ней одета, то Джен уже почти всхлипывает, поджимая пухлые губы и молясь, чтобы это было совсем не то, о чём она думает. Но все признаки указывают именно на то, что Чонгук – истинный.
Дженни бы этого не поняла, если бы не странная реакция её тела на невесомые и невинные касания альфы. А сейчас все догадки стали настолько очевидны, что хочется плакать.

Время плавно приближается к вечеру, а Дженни все никак не может разобраться с собственными чувствами и мыслями. Тишину в квартире разрывает оповещение телефона, к которому Дженни сразу же тянется.

НЕ ОТВЕЧАТЬ 19:48
Ты не пришла...
Просто знай, что я все ещё жду тебя.

Омега испуганно смотрит на время и с ужасом понимает, что до концерта осталось всего десять минут. Дженни срывается с места и скидывает с себя всю одежду, наспех принимая душ и быстро надевая первые попавшиеся под руку вещи. Не удивительно, что в итоге на девушке узкие черные джинсы с дырками на коленях, белая свободная футболка и толстовка Чонгука, с которой омега теперь ни за что не расстанется. Дженни быстро сушит волосы и натягивает красную шапку альфы на все еще влажные пряди, вылетая из квартиры буквально через десять минут. Омега ловит такси и просит таксиста поторопиться. В дрожащих и влажных от волнения руках омеги заветный билет. Дженни еще надеется успеть, но чертова пробка на дороге рушит все её надежды.

Когда Дженни совсем отчаивается после тридцати минут томительного ожидания, то готова разреветься прямо сейчас и здесь. Она так долго не могла найти в себе силы, так долго не могла решиться, а сейчас сидит и корит себя за глупость. Чонгук сам тянется к ней, не опускает руки даже после жесткого поступка Дженни, а Ким вовсе не цепляется за него и этот шанс.

Дженни сильно волнуется и переживает, чувствуя обидную несправедливость, поэтому оплачивает такси и выскакивает из машины, со всех ног срываясь на бег и торопясь до заветного клуба. Омега даже начинает задыхаться, когда подбегает к закрытым дверям клуба и обессиленно падает на колени, тяжело и громко дыша и роняя крупные слезы на асфальт. Высокий мужчина в костюме хмуро смотрит на неё, а сидящие возле клуба фанаты начинают перешептываться, тихо хихикая и тыча в омегу пальцем. Дженни больно и дышать нечем, легкие горят, а горло ссадит после долгого бега.
Стафф все же подходит к девушке, помогая той подняться на ноги и обеспокоенно осматривает её.

– Девушка, с вами всё хорошо? – интересуется бета, заглядывая в глаза омеги.

– М-можно я пройду? У м-меня б-билет, – хлюпает носом Джен, протягивая помятую бумагу бете, который с сожалением смотрит на девушку и отрицательно качает головой.

– Простите, но вход закрыт, – парень отходит от трясущийся в истерике Дженни, отводя взгляд.

– Я уж думал, что ты не придёшь, – сбоку усмехаются хриплым голосом, отчего Джен вздрагивает и смотрит на парня сквозь пелену слез. Юнги мягко улыбается и тянет Ким за собой, уводя её от любопытных глаз и заводя во внутрь через задний вход.

– Х-хен? – всхлипывает Дженни, цепляясь за руку старшего и с благодарностью смотря на него.

– Ты задержалась, там концерт в самом разгаре, – улыбается Мин, резко останавливаясь и отпуская руку омеги. – Ты забыла принять таблетки?

– Н-нет, – смущенно улыбается Дженни, пряча дрожащие пальчики в рукавах и отводя взгляд. – Я специально не стала их пить.

– Хм, тогда будь осторожна, – задумчиво бормочет Мин, кивая в сторону длинного коридора. – Прямо и налево, там выйдешь на второй этаж. Если захочешь спуститься в зал, то сбоку будет лестница. Не потеряйся только.

– Спасибо, – слабо улыбается Дженни, кланяясь хену и неловко ступая на негнущихся ногах. Звуки музыки были слышны еще на улице, но Джен даже не обратила внимание. Ким уже знает все песни наизусть, поэтому начинает тихо подпевать, приоткрывая нужную дверь, но не решаясь выйти на второй этаж.

Омега судорожно выдыхает и все же делает шаг вперед, чувствуя даже отсюда всю энергию и атмосферу в зале. Фанаты громко визжат и машут лайтстиками, подпевая Чонгуку. Омега задерживает взгляд на альфе и громко сглатывает комок в горле. Чон уже изрядно вспотел и подустал, но продолжал полностью отдаваться на сцене, мимолетно смахивая пот полотенцем и в перерывах жадно глотая спасительную воду.

Дженни приросла к полу, не в силах даже шевельнуться или оторвать взгляд, наслаждаясь прекрасным и крышесносным зрелищем. Чонгук и правда очень старается, вытягивая высокие ноты и быстро двигаясь под музыку, не отставая от подтанцовки. Дженни не устает поражаться, ловя себя на мысли, что это безумно сложно и выматывающе.

Оставшиеся полтора часа Дженни просто наблюдала за весёлым и радостным Чонгуком, пытаясь унять колотящееся в груди сердце. Руки вспотели от волнения, а коленки начали дрожать от того драйва и той атмосферы, которыми был переполнен зал. Омега каждый раз пугалась, когда Чон поворачивался в её сторону, поэтому отошла от края подальше, желая остаться незамеченной.

Резко в зале затихло, а Чон вышел на середину сцены, неловко улыбаясь и взволнованно осматривая фанатов у сцены.

– Спасибо всем, кто пришел сегодня. Без вас я бы не стоял сейчас на этой сцене, – Чонгук шумно выдохнул и напряженно сглотнул, облизывая пересохшие от волнения губы. – А сейчас я бы хотел сказать вам одну вещь... Вы стали для меня семьей, поэтому я хочу поделиться этой новостью в первую очередь с вами.

Фанаты бурно реагируют, громко крича и выкрикивая имя Чона, подбадривая его в напряжении ожидая продолжения. Дженни заинтересованно смотрит на Гука, замечая дрожь в его теле.

– Совсем недавно я встретил одну девушку... Это глупо, но она та, кто подарила мне счастье, я впервые испытывал подобные трепетные чувства, – Чон на секунду замолчал, ибо зал просто взорвался криками и воплями. Фанаты что-то кричали и вопили, а после затихли, позволяя Гуку продолжить. – Но наши отношения не продлились и дня, потому что эта девушка очень волнуется о вас, и я её прекрасно понимаю. Я не хочу делать вам больно, но и сдерживать свои чувства больше не могу. Я долго думал о том, как вы отреагируете и что мне делать, поэтому буквально за ночь написал песню. Она еще сырая и недоработанная, но я хочу с её помощью донести до вас и до той девушки, что волнует мое сердце, свои эмоции и мысли.

Ор людей стихает лишь когда слышатся первые ноты неизвестной мелодии, а Дженни кажется, что она оглохла. Потому что в ушах словно вата и лишь сердце отбивает чечетку где-то в висках.

*Мы больше не разговариваем
Мы больше не разговариваем
Мы больше не разговариваем
Мы больше не разговариваем

Как мы привыкли...

Мы больше не влюблены.

Что это было?

О, мы больше не разговариваем*

Дженни сжимает пальцами толстовку в том месте, где сердце разрывается от тоски и боли. Чонгук поет с чувством, отчего по телу бегут мурашки, а по щекам непроизвольные слезы.

*Я слышал, что ты нашла того единственного

Кого так долго искала...

Хотел бы я знать наперёд, что это не я,

Потому что даже после нашего расставания мне всё ещё интересно:

Почему я не могу идти дальше?

Так же легко как ты...*

Дженни отрицательно качает головой, поджимая трясущиеся губы и хлюпая носом, цепляясь рукой за стену и прижимаясь к ней спиной, чтобы не упасть

*Не хочу я знать,

Какое платье ты наденешь вечером,

Прижимает ли он тебя так крепко,

Как делал я раньше...

У меня передозировка

Я должен был догадаться, что твоя любовь это игра,

И теперь я не смогу выкинуть тебя из головы*

(Песня We don't talk anymore-Charile Puth)

Дженни, не в силах слушать дальше, выбегает из зала и оседает на пол, ничего не видя перед собой из-за пелены слез. Омега чувствует, как её поднимают и ведут в какое-то помещение, после усаживая на мягкий диванчик, а потом пытается сфокусировать взгляд на расплывчатом взволнованном лице Юнги.

– Малыш, все хорошо? Ответь мне, – Мин слабо встряхивает её и пытается заставить омегу выпить воду.

– Хе-е-е-он, – только и протянула Дженни, захлебываясь слезами и утирая сопли рукавом. – За-а-ачем он та-а-ак...

– Бля, не принимай близко к сердцу, этот куплет вообще моих рук дело, – взволнованно бормочет Юнги, утирая горькие слезы омеги. – Все, успокойся, а то Чонгук сейчас придет, а ты тут нюни развела. Потоп устроишь ведь.

– К-как придё-ё-ёт? Н-не на-а-адо, – ревёт Ким, цепляясь за рукав беты. – Ув-веди меня...

– Может, ты дождешься Чонгука? – хмурится Мин, на что омега отрицательно качает головой, а после бета помогает ей подняться и коротко кивает сидящему в углу Намджуну. – Я провожу её.

Дженни облегчено выдыхает лишь на улице, отстраняясь от заботливого хена и натягивая капюшон, пряча опухшее и покрасневшее от слёз лицо. Ким даже не думала, что этот концерт станет для неё таким потрясением, поэтому сейчас ей надо о многом подумать.

Чонгук врывается в гримерку без сил, падая на диванчик и тяжело дыша. В помещении витает очень слабый сладкий аромат яблочного пирога с корицей, отчего Чон неожиданно для себя вздрагивает.

– Вы заказывали еду? – заинтересованно смотрит Гук, удивленно вскидывая брови.

– Ты только что закончил свой концерт, а мысли только о еде? – смеется Нам, похлопывая младшего по плечу. – Так уж и быть, я закажу тебе курочку.

– Спасибо, хен, – кивает Чон, а после становится серьезнее, прикусывая губу. – А... Дженни...

– Приходила, – кивает Джун, отходя в сторону и не мешая стаффу. – Только у неё случилась маленькая такая истерика, поэтому Юнги увёл её.

– Блять, – Чон, не обращая внимания на ноющую боль в мышцах, подскакивает, судорожно начиная собираться. – Где они? Давно ушли?

– Успокойся и дай Дженни привести мысли в порядок, – усмехается Ким, складывая руки на груди. – Давай сначала с делами разберемся, окей? За Дженни не переживай, с ней Юнги.

– Но как же... – Чон ловит хмурый взгляд Джуна и тяжело вздыхает, кивая. – Хорошо, давай.

Только вот у Гука руки трясутся от волнения и страх за Дженни возрастает. Потому что Джен глупая и напридумывать себе много чего может, а Чон этого ой как не хочет.

Я ЖИВАААА))) Простите, что главы так редко выходят. Я заболела и мне трудно даже к телефону притронуться😷😞. Я обещаю что исправлюсь! Саранхе💜💜💜💜💜💜