Женаты поневоле

      Бэк­хён по­косил­ся на мель­ка­ющие пей­за­жи за ок­ном, заж­му­рил гла­за и ус­та­ло вы­дох­нул. Оме­га ста­рал­ся не об­ра­щать вни­мания на си­дев­ше­го ря­дом за ру­лём Ча­нёля, гнав­ше­го по ули­цам Се­ула, стре­митель­но приб­ли­жа­ясь к их до­му.       — От­ве­зи ме­ня к ро­дите­лям, — го­лос оме­ги зву­чал расс­тро­ено.       — Нет. Мы по­едем к нам до­мой
      — "Нас" нет, Ча­нёль. И ни­ког­да, в об­щем-то, и не бы­ло, — хмык­нул Бэк.       — Я поз­во­ню Чон­дэ. Ду­маю, он пой­мет, — слов­но не слы­ша Бэк­хё­на, ска­зал Пак.       — Ты вро­де слу­ша­ешь ме­ня, но ни­ког­да не слы­шишь.       — Ты мой.       — Это ни­чего не ме­ня­ет. Ты из­ме­нил мне, — го­лос оме­ги дро­жал, а кон­чи­ки паль­цев на­чина­ло нем­но­го по­калы­вать.       — Сей­час мы по­гово­рим. По­гово­рим в на­шем до­ме, — уп­ря­мил­ся аль­фа, вы­вора­чивая руль и бро­сая взгляд на оме­гу, сжав­ше­гося в ко­мочек. Бэк хо­чет воз­ра­зить, от­ве­тить гру­бостью, но то­нет в сво­ей не­реши­тель­нос­ти. Он так ску­чал по Ча­ну, что го­тов был си­деть вот так ча­сы нап­ро­лёт, лишь что­бы вновь вды­хать этот за­пах, при­касать­ся к аль­фе, быть с ним ещё хо­тя бы нем­но­го вре­мени.       — В лю­бом слу­чае, это ни­чего не ме­ня­ет, — Бэк­хён вновь от­вернул­ся к ок­ну. Аль­фа улыб­нулся кра­еш­ком губ, вдох­нул пол­ной грудью и по­чувс­тво­вал, как в гру­ди на­чало теп­леть.

***

      — Вы­ходи, — Ча­нёль сто­ял на ули­це, при­дер­жи­вая дверь и вни­матель­но раз­гля­дывая си­дев­ше­го внут­ри ма­шины Бэ­ка. Оме­га уп­ря­мо от­ка­зывал­ся вы­ходить из са­лона, креп­ко ух­ва­тил­ся за си­денье и смот­рел пря­мо в гла­за аль­фе. Чан вы­дох­нул, ед­ва не рас­сме­яв­шись от дан­ной си­ту­ации, об­лизнул гу­бы и нак­ло­нил­ся. — Ина­че я те­бя по­целую.       Оме­га чер­тыхнул­ся, выс­коль­знул из са­лона, про­шёл ми­мо Ча­нёля и нап­ра­вил­ся к зна­комо­му до­му. По­зади шёл Ча­нёль, от­че­го-то улы­ба­ясь, рас­смат­ри­вая си­лу­эт оме­ги. Пак за­метил, как по­худел Бэк, как впа­ли его ще­ки, и чувс­тво­вал, что в этом ви­новат толь­ко он.       Бэк­хён ра­зул­ся, прой­дя внутрь квар­ти­ры, нап­равля­ясь пря­миком на кух­ню и са­дясь за даль­ний угол сто­ла.       — Ты стой там, — Бэк ука­зал паль­цем в са­мый даль­ний угол. Ча­нёль ус­мехнул­ся, но пос­лушно по­дошёл к ок­ну, от­кры­вая его нас­тежь, и дос­тал си­гаре­ты, под­нёс за­жигал­ку и за­курил. Бэк смот­рел на ого­нёк, плав­но пе­рехо­дя взгля­дом к гу­бам, плот­но об­хва­тыва­ющим тон­кий филь­тр, и за­мотал го­ловой. Сов­сем не к мес­ту он вспом­нил о тех но­чах, вос­по­мина­ния о ко­торых всё ещё бы­ли све­жи в па­мяти.       — Я знаю, что мне нет про­щенья, — на­рушил ти­шину Ча­нёль.       — Тог­да за­чем про­сишь о нём? — още­тинил­ся Бэк­хён. — Пе­рес­тань ку­рить, — мяг­ко до­бавил он. — Те­бе нра­вит­ся Чон­дэ? — Чан пос­лушно вы­кинул всё ещё тле­ющую си­гаре­ту, вы­дох­нул дым в пос­ледний раз и зак­рыл ок­но, ви­дя, как съ­ёжил­ся Бэк­хён.       — Да, — оме­га сам не по­нял, по­чему он от­ве­тил по­ложи­тель­но.       — Вы зна­комы нес­коль­ко дней, а ты уже влюб­лён в не­го, — про­гово­рил Ча­нёль. Пак по­вер­нулся к Бэк­хё­ну и слег­ка нак­ло­нил го­лову. — Твой за­пах… он из­ме­нил­ся.       Бэк­хён ис­пу­ган­но дёр­нулся, бо­ясь, что Ча­нёль мо­жет до­гадать­ся о рож­де­нии Тэ. Оме­га не хо­тел, что бы Ча­нёль знал о сы­не, бо­ясь что тот мо­жет его заб­рать. Бэк не ве­рил в ис­крен­ность на­мере­ний Ча­нёля, ду­мая, что аль­фа поп­росту хо­чет на­ладить биз­нес. Пос­ле то­го, как он у­ехал в Ки­тай, Бэк слы­шал от ро­дите­лей, что де­ла их ком­па­ний пош­ли на спад. В этом не бы­ло ви­ны Бэ­ка и Ча­нёля, но сплет­ни, ра­зошед­ши­еся в их кру­гах, су­щес­твен­но пов­ли­яли на ак­ции ком­па­нии. Всем ста­ло из­вес­тно, что аль­фа из­ме­нял Бэк­хё­ну.       — У ме­ня по­явил­ся лю­бимый че­ловек, — осип­шим от не­ведо­мого стра­ха го­лосом от­ве­тил Бэк­хён. Ча­нёль мгно­вен­но пе­реме­нил­ся в ли­це.       — Чон­дэ?       — Я его бе­зум­но люб­лю, и он ме­ня то­же, — про­иг­но­риро­вав воп­рос Ча­нёля, про­дол­жил оме­га. — Он тот, кто да­рит мне улыб­ку и бла­года­ря ко­му в мо­ей ду­ше вновь цве­тёт вес­на.       — Прек­ра­ти, Бэк, — аль­фа под­ско­чил к ис­пу­ган­но­му Бэк­хё­ну, схва­тил его за пле­чи и вгля­дел­ся в его ли­цо. Оме­га был со­вер­шенно спо­ко­ен, улы­бал­ся од­ним кра­еш­ком губ, ко­торые Пак хо­тел по­цело­вать. Вновь ощу­тить их вкус, сде­лать так, что­бы Бэк зас­то­нал в по­целуй.       — Ты врёшь, — уп­ря­мо за­явил Ча­нёль, приб­ли­жая ли­цо к оме­ге. — Ты хо­чешь, что­бы я по­верил, но нет, — ух­мыль­нул­ся Пак.       — Хо­чешь про­верить? — выг­нул од­ну бровь ду­гой, Бэк­хён сам сок­ра­тил рас­сто­яние меж­ду ни­ми и об­лизнул гу­бы. По­вину­ясь не­ведо­мому для се­бя по­рыву, Бэк­хён впил­ся в гу­бы аль­фы тре­бова­тель­ным по­целу­ем, уку­сил его за гу­бу и про­ник про­вор­ным язы­ком внутрь. Ча­нёль отоз­вался мгно­вен­но, при­жимая оме­гу к се­бе и чуть не ры­ча от удо­воль­ствия. Пак це­ловал Бэк­хё­на ис­ступ­ленно, жар­ко, пе­рех­ва­тывая ини­ци­ати­ву в свои ру­ки и спле­тая язы­ки в жар­ком тан­це страс­ти. Ча­нёль не­хотя отор­вался от оме­ги, пе­ревел ды­хание и при­нял­ся вновь пок­ры­вать ли­цо Бё­на ко­рот­ки­ми, но влаж­ны­ми по­целу­ями. Спус­тился влаж­ной до­рож­кой до клю­чиц и за­мер. Бэк­хён не от­ве­чал ему. Ча­нёль под­нял гла­за на оме­гу и уви­дел, как тот смот­рит не­от­рывно в од­ну точ­ку, не об­ра­щая вни­мания на дей­ствия Ча­на.       — Ну как? Ве­ришь? — го­лос рез­кий, с нот­ка­ми през­ре­ния.       — Нет, — Чан за­мотал го­ловой и ут­кнул­ся лбом в лоб Бэк­хё­на. — Я не ве­рю те­бе, — оме­га чувс­тво­вал го­рячее ды­хание на гу­бах, чувс­тво­вал, как за­мира­ет его сер­дце от слов Ча­нёля, но вновь зас­тавлял вспом­нить о том ве­чере. — Я ведь люб­лю те­бя. Ты мой оме­га.       — Не хо­чу, — Бэк­хён, до это­го мо­мен­та упор­но сдер­жи­ва­ющий свои слё­зы, поз­во­лил се­бе зап­ла­кать. — Я те­бе ну­жен толь­ко по­тому, что я твой ис­тинный?! Прек­ра­ти при­чинять мне боль. Ты всег­да ду­ма­ешь толь­ко о се­бе! Не хо­чешь спро­сить, хо­чу ли я быть с то­бой? — слов­но в бре­ду шеп­тал оме­га, но для аль­фы это бы­ло са­мым гром­ким зву­ком. — Я так ус­тал, Ча­нёль.       — Прос­ти, Бэк­хён, по­жалуй­ста! — Пак об­хва­тил ли­цо Бё­на ла­доня­ми, при­под­ни­мая к се­бе и не сво­дя глаз с ли­ца нап­ро­тив. — Я прав­да со­жалею. И очень хо­чу из­ме­нить­ся. Дай мне пос­ледний шанс, — аль­фа вновь приб­ли­зил­ся к ли­цу, но за­мер, ког­да Бэк­хён заж­му­рил­ся. Ча­нёль горь­ко ус­мехнул­ся, от­пуская оме­гу и от­хо­дя от не­го на па­ру ша­гов. Ча­нёль упал на ко­лени пе­ред Бэ­ком, смот­ря на не­го с та­кой моль­бой во взгля­де, что у оме­ги за­щеми­ло в сер­дце. Хо­телось под­ско­чить к Ча­нёлю, об­нять его, при­жать­ся и вдох­нуть лю­бимый за­пах. Слё­зы из глаз по­лились с уд­во­ен­ной си­лой, ког­да оме­га уви­дел, как пла­чет Ча­нёль. У Па­ка без­звуч­но под­ра­гива­ли пле­чи, а го­лова опус­ти­лась вниз. На пол па­дали тя­жёлые кап­ли слёз, зас­тавляя Бэк­хё­на сжать ку­лаки и под­нять ли­цо на­верх, что­бы ос­та­новить неп­ре­рыв­ный по­ток.
Бэк­хён взял на­конец се­бя в ру­ки, стёр ру­кавом слё­зы, шмыг­нул но­сом и скре­пя сер­дце про­шёл ми­мо Па­ка.       — Ес­ли ты хо­чешь, что­бы я прос­тил те­бя… — Бэк­хён за­мол­чал на се­кун­ду, сглот­нул ко­мок в гор­ле и хрип­лым го­лосом про­дол­жил: — Под­пи­ши до­кумен­ты.

***

      Бэк­хён сжи­мал меж­ду паль­цев прос­тынь, зу­бами ку­сал по­душ­ку и выл так, что в вис­ках гу­дело. Сер­дце раз­ры­валось от бо­ли и люб­ви к Ча­нёлю. В гру­ди боль­но да­вило, а пе­ред гла­зами мель­ка­ло зап­ла­кан­ное ли­цо Ча­нёля. Оме­га ты­сячу раз по­жалел о том, что пос­ту­пил так хо­лод­но по от­но­шению к Па­ку, но за­тем вновь вспо­минал о его из­ме­не и ус­по­ка­ивал се­бя этим. Ча­нёль не мо­жет так быс­тро из­ме­нить­ся. Не мо­жет…       Бэк­хён смот­рел на до­кумен­ты, на ко­тором ров­ным по­чер­ком бы­ло на­писа­но «Сог­ла­сен» и чувс­тво­вал се­бя са­мым нес­час­тным че­лове­ком на зем­ле. В гру­ди вне­зап­но ста­ло так пус­то, оди­ноко, слов­но оме­га на­ходил­ся в пус­ты­не, где кро­ме не­го ни­кого боль­ше нет. Оме­га ду­мал, что бу­дет пры­гать от счастья, но нет. Хо­телось выть, за­кутать­ся в оде­яло и нес­коль­ко дней ни­кого не ви­деть.       Бэк­хён вновь наб­рал зна­комый но­мер и тер­пе­ливо ждал, по­ка от­ве­тят на его зво­нок. Как толь­ко на том кон­це труб­ки от­ве­тили, оме­га за­вере­щал.       — Чжан Исин! Где ты про­пада­ешь?!       — И я рад те­бя слы­шать, Бэк­ки! — оме­га чувс­тво­вал, как улы­ба­ет­ся ки­та­ец. Он уже бы­ло хо­тел за­дать са­мый важ­ный воп­рос, как до его ушей до­шёл го­лос Чун­мё­на.       — Всё в по­ряд­ке, Бэк­ки! У нас свадь­ба в сле­ду­ющем ме­сяце.       Оме­га виз­гнул от ра­дос­ти, не ве­ря сво­им ушам, и плюх­нулся на край кро­вати.       — Ты дол­жен мне всё рас­ска­зать во всех под­робнос­тях, — как мож­но ве­селее и без­за­бот­нее ска­зал Бэк­хён.       — У те­бя все хо­рошо? — Исин за­бес­по­ко­ил­ся, чувс­твуя на­тяну­тость в го­лосе Бэк­хё­на. Его го­лос был нем­но­го дру­гой, слов­но Бэк толь­ко что пла­кал. — Чун­мён рас­ска­жет те­бе поз­же, ког­да при­едешь.       — Я те­перь раз­ве­дён, — го­лос зву­чал так бе­зэмо­ци­ональ­но. — Я так хо­тел раз­во­да, но сей­час я ни чер­та не счас­тлив.       — Ты ска­зал ему о ма­лыше?       — Нет, бу­дет луч­ше, ес­ли…       — Бэк, ты не прав, — от­ве­тил Исин, — ты дол­жен был ему ска­зать. Он име­ет пра­во знать. По край­ней ме­ре, прос­то знать.       — Он не уз­на­ет, Син. Ни­ког­да, — рез­ко от­ве­тил Бэк­хён, слы­ша, как об­ре­чен­но взды­ха­ет Исин и пе­реда­ёт труб­ку Чун­мё­ну.       Оме­га по­нима­юще слу­шал Бэ­ка, под­да­кивая ему, сог­ла­ша­ясь со всем, но вот Бэк­хён сам не ве­рил се­бе, да и Чун­мён так на са­мом де­ле не ду­мал. Бэк­хён уз­нал о том, где про­падал Исин, как ро­ман­тично он сде­лал пред­ло­жение Су­хо и о том, что эти двое на­конец по­женят­ся. Бэк улыб­нулся, ког­да Су­хо по­шутил на те­му то­го, что ес­ли бы не ре­бёнок, то Син так и не сде­лал бы ему пред­ло­жение. В от­вет на том кон­це труб­ки пос­лы­шалось воз­му­щён­ное бор­мо­танье, а за­тем Чун­мён пос­пешно поп­ро­щал­ся с Бё­ном, не за­быв по­ин­те­ресо­вать­ся о том, ког­да ко­ре­ец вер­нётся на­зад.       Тэ­хён ра­дос­то ло­потал что-то на сво­ём дет­ском язы­ке, креп­ко сжи­мая па­лец па­пы, ко­торый кор­чил ему ро­жицы. Они си­дели в пар­ке не­дале­ко от до­ма. Бэк­хён раз­гля­дывал чер­ты его ли­ца, от­ме­чая уди­витель­ную схо­жесть с Ча­нёлем. Оме­гу гло­жило лю­бопытс­тво: как бы пос­ту­пил Ча­нёль, ес­ли бы уз­нал о сы­не?       — Не знал, что у те­бя есть сын, — Бэк­хён ис­пу­ган­но дёр­нулся, по­вора­чива­ясь на го­лос и удив­лённо зас­ты­вая. Чон­дэ сто­ял близ­ко, опе­рев­шись бед­ром о край лав­ки и рас­смат­ри­вая ма­лыша. — Ко­пия Ча­на. А он зна­ет об этом?       — Нет. И не дол­жен, — Бэк­хён взвол­но­ван­но ос­мотрел­ся по сто­ронам. — Я на­де­юсь, это ос­та­нет­ся меж­ду на­ми.       — А я на­де­юсь, что не толь­ко это.       — О чем ты? — дро­жащим от вол­не­ния го­лосом спро­сил оме­га.       — Ещё од­но сви­дание.       — Я ду­мал вы друзья, — ус­мехнул­ся Бэк­хён. Чон­дэ вдруг стал ка­ким-то дру­гим.       — На дру­ге ведь нель­зя же­нить­ся. Да­же ес­ли он сей­час в раз­во­де и то­пит свою грусть в сод­жу.       Бэк­хён скри­вил гу­бы, чувс­твуя как ме­ня­ет­ся у не­го от­но­шение к Чон­дэ. Не­уже­ли он ошиб­ся в том, что Ким — хо­роший че­ловек? Оме­га уло­жил ма­лыша в ко­ляс­ку, под­пра­вил оде­яло и вновь взгля­нул на Чон­дэ.       — Что ты хо­чешь за то, что­бы Ча­нёль ни­чего не уз­нал?       — Я, ка­жет­ся, уже оз­ву­чил.       Бэк­хён фыр­кнул.       — То­же мне, друг.       — А ты ут­вер­ждал что лю­бишь его. По край­ней ме­ре с его рас­ска­зов. Но сей­час ос­та­вил его.       — А он из­ме­нял мне. Это­го он не рас­ска­зал? — оби­жен­но про­буб­нил Бэк­хён.       — Он со­жале­ет об этом.       — По­чему об этом мне го­воришь ты, а не он?       — А раз­ве ты по­верил ему, ког­да он про­сил у те­бя про­щения?       — За­чем ты мне всё это рас­ска­зыва­ешь? Не ты ли го­ворил толь­ко что о сви­дании? — още­тинил­ся Бэк­хён.       — Ты мне нра­вишь­ся, — Чон­дэ по­дошёл вплот­ную, зас­тавляя оме­гу сглот­нуть и с не­дове­ри­ем от­пря­нуть на­зад. Аль­фа нак­ло­нил­ся к не­му, под­це­пил паль­ца­ми под­бо­родок Бэ­ка, — очень нра­вишь­ся.       — А как же Ча­нёль? — ли­цо аль­фы бы­ло неп­ри­выч­но близ­ко, но Бэк слов­но при­рос к мес­ту и не мог по­шеве­лить­ся.       — Он сво­боден, и ты сво­боден, — аль­фа об­лизнул гу­бы, — и я сво­боден.       — Од­но сви­дание — и ты от ме­ня от­ста­нешь, — Бён дёр­нулся на­зад, выс­каль­зы­вая из цеп­ких паль­цев аль­фы.
     — Ещё пос­мотрим, — аль­фа ши­роко улыб­нулся, от­пря­нув от Бэк­хё­на и ки­нув ми­молет­ный взгляд на ко­ляс­ку. — Уви­дим­ся зав­тра, Бэк­ки.       Бэк­хён мол­ча смот­рел на уда­ля­ющу­юся спи­ну Чон­дэ, тер­за­емый сом­не­ни­ями. Мо­жет, дей­стви­тель­но Син прав и Ча­нёль име­ет пра­во знать о сы­не?