Малыш
На часах был уже полдень, но омега в кровати всё ещё спал. Ссадины, царапины и синяки были обработаны. На тумбочке стоял поднос с обедом на случай, если омега проснётся. Рядом с кроватью был аппарат, на котором линии бегали то вверх, то вниз. Парень пошевелился. Попытался открыть глаза, но веки слишком тяжёлые. Получилось только с третьей попытки. Он не сразу понял, где находится. Кажется, палата в больнице. На подносе был стакан воды. Горло пересохло, и он решил выпить. С опаской, конечно, но выпил. Вспомнив последние события, он схватился за живот и начал плакать.
— О, Вы проснулись, — послышался голос мужчины в белом халате. — Как самочувствие, мистер Джейкобс?
— Что с ребёнком? — тут же на автомате спросил Джон. Доктор улыбнулся.
— Ох уж эти омеги! На первом месте дети. Вы зачем таблетками наглотались, раз беременный? — спросил грозно врач.
— Я о том, что беременный, узнал после...
— Ясно, — вздохнул он. — А вот это всё откуда? Кто вас так разукрасил? — спросил врач, показывая на напоминая о последнем дне на лайнере. — Муж?
— Я не замужем... Так что с ребёнком? — перевёл Джон тему.
— Вам повезло. Нам удалось спасти плод, — улыбка расцвела на лице омеги, — но вам придётся ещё какое-то время побыть в больнице. Нам нужно понаблюдать за вами, чтобы убедиться, что всё действительно хорошо.
— Всё, что скажете, — ответил будущий папа, — лишь бы с малышом всё было хорошо.
Доктор, хмыкнув, ушёл.
***
Джон уже около недели находился в больнице. За всё это время его никто не навещал: с одной стороны обидно, с другой — не до гостей ему.
— К вам гости, — сказал доктор и ушёл. Кто бы это мог быть?
— Джонни, как ты? — Руфус. Омега шумно выдохнул.
— Что ты тут делаешь? — спросил нервно Джон.
— Как что? Мы ж друзья! Тебя не было дома. Хотя отпуск закончился. Соседи ничего не знают. Телефон ты не берёшь, — возмутился бета, садясь на кровать. — Что я должен был делать? Я все морги обзвонил! Оказалось, ты тут самоубийца!
— Слушай, Руфус, иди домой, — поднялся с кровати омега, — я в порядке.
Бета посмотрел на него и не поверил, что тот «в порядке».
— Я не верю, — Джон начал злиться, — ты себя видел в зеркале? Что случилось? Кто тебя избил? — Джону не хотелось об этом говорить.
— Никто! — омега посмотрел в окно, лишь бы не смотреть на бету и не показывать слёзы.
— Джонни... расскажи, — Руфус положил руку на плечо друга. — Я обещаю, это останется между нами...
Джон вытер слезы.
— Ты же знаешь, что мы с ним расстались? — омега всхлипнул, посмотрев на собеседника.
— С Лином? Да, знаю.
— Так вот, после его измены я полностью разочаровался в альфах, но также я боялся, что к старости останусь один. Именно поэтому я решил взять путёвку, чтобы зачать от кого-нибудь ребёнка, — Руфус открыл рот, чтобы что-то сказать, но Джон опередил его, — я выбрал трёх человек, и двое из них мне не подошли, а третий... он меня изнасиловал.
— Это он тебя так? — Джон кивнул. — Ты напишешь заявление?
— А смысл? Я уверен, у него хорошие адвокаты, и они непременно со всем разберутся. Да и видеть его желания нет.
— Джонни, тут слушок пошёл, что ты залетел... сейчас все об этом говорят, — сказал Руфус.
— Да, это правда, — ответил Джон.
— Это он? — спросил бета, намекая на насильника.
— Да...
В этот момент зашёл доктор и предупредил, что у них пять минут.
— Я заметил, что этот доктор на тебя странно смотрит. Мне кажется, он рассчитывает на то, что у вас что-то будет, — хихикнул Руфус.
— Иди уже, — фыркнул Джон. А ведь Руфус был прав.
***
Вторая неделя в больнице. Джон лежал на койке, пока доктор делал УЗИ.
— С вашим малышом всё в порядке. Думаю, завтра можно выписывать. Вставайте, — врач убрал прибор от живота омеги и помог подняться.
— Доктор Эрдт, Вы же дадите мне рецепт? — спросил Джон, надевая футболку.
— Да, конечно, — ответил доктор. Он засмотрелся на омегу, пока тот не окликнул его. — Пока можете собирать вещи, если нужна помощь, зовите.
***
Высокое здание. Суровый вид. Кабинет на самом верху. За столом сидел альфа и смотрел в панорамное окно. Он был задумчив. Глаза его были тёмно-зелёного цвета, а волосы чёрные, как крыло ворона. Он был довольно высок, но не слишком. Последние недели после отдыха его тревожило кое-что. Он чувствовал что-то, но не знал что именно. А ещё его терзала совесть. В последний день своего отпуска он жестоко надругался над случайным омегой. А ведь этот парень так просил, чтобы он отпустил его. Но альфа не слушал. Этот омега так хорошо пах, что крышу сносило от запаха. Альфа навсегда запомнил этого парня. Его хрупкое тело, бледная кожа, пухлые щёчки и губы, эти русые волосы и фиалковые глаза.
— Гейл, вот то, что ты просил, — вывел его из раздумий другой альфа.
— Да, спасибо, можешь идти, Курт, — вздохнул Гейл, потерев виски.
— Ты в порядке? Братик, в последнее время ты сам не свой, — заметил Курт.
— Со мной всё хорошо... А-а-а! — он схватился обеими руками за голову. Что-то щёлкнуло в голове. Это было не в первый раз, и он не понимал, что происходит.
— Гейл, давай вызовем врача, — Курт тут же бросился к брату.
— Не нужно! — отрезал альфа. — Я понял. Где-то на этом свете есть мой ребёнок. Он ещё не родился. Пусть все проверят моих предыдущих пар! Это приказ.
— Ты уверен?
— Более чем.