Мелкая

Pov Jennie:
Меня усадили в машину и повезли в неизвестном направлении. Когда-то, когда я была еще совсем маленькой, по телевизору шел фильм название, которого уже не помню. Там рассказывалось о каких-то бандитах, которые воровали девушек прямо на улице, увозили далеко за город, а потом издевались над ними так, как им хотелось. Конечно, такие фильмы не предназначены для детей, но кто мне мог это объяснить и запретить? Я смотрела всё подряд, вплоть до эротики, что обычно крутили по ночам.
К чему я вдруг вспомнила этот фильм? Да потому, что сейчас я чувствовала себя в точности как те несчастные девушки. Разница между нами заключалась лишь в том, что их крали на улице, а меня - из собственной квартиры. Мне было страшно, безумно страшно. Я сидела, буквально вжавшись в сидение и вся тряслась, обхватив себя руками.
Отец... Родной отец проиграл меня в карты какой-то женщине, которая теперь сделает со мной всё, что её душе заблагорассудиться. Я всхлипнула и почувствовала, что по щекам скользнули слезы. Мой страх был сродни страху перед собакой, он сковывал меня по рукам и ногам, и я словно бы находилась в ступоре.
Лиса вела машину, иногда поглядывая на меня в зеркало заднего вида. Всякий раз, когда наши взгляды встречались, я тут же почему-то переставала плакать и сильней вжималась в кожаную спинку сидения. Несмотря на то, что в машине работала печка, мои ноги так сильно замерзли, что я даже перестала чувствовать пальцы. Дело здесь было не в тапочках, а скорей в эмоциональном перенапряжении. Внутри всё горело, а снаружи чуть ли не покрывалось ледяной коркой.
И почему человек, с виду достаточно солидный, так спокойно наблюдает за чужими страданиями? Зачем я вообще сдалась этой Лисе? И как? Как отец дошел до того, что решил на кон поставить меня? Сердце больно сжалось. Я любила своего папу, каким бы он ни был, но я всё равно его любила. Он всё-таки не отказался от меня и не бросил на произвол судьбы, как это сделала в свое время мама. Но даже ее я не смела осуждать. А теперь... Теперь я чувствовала себя человеком, чью любовь предали и безжалостно растоптали. Ощущение одиночества захлестнуло меня, будто цунами, даже дышать стало тяжело. Я никому не нужна, никому. Может быть, это эгоистично с моей стороны, но мне так хотелось чувствовать себя кому-то нужной и небезразличной. Если бы такой человек появился в моей жизни, я бы весь мир к его ногам бросила.
Автомобиль резко остановился, и я чуть поддалась вперед. Глянув в окно, я увидела высокое здание этажей в десять, над входом блестела огромная вывеска «Отель Персефона». Моих губ коснулась грустная улыбка. Как символично! Я была Персефоной, которую похитил Аид. Правда, мой отец, который в этой легенде должно быть заменяет мать Персефоны - Деметру, не очень-то горюет по мне. Можно смело сказать, что он собственноручно отдал меня в руки богу Смерти.
— Приехали, мелкая, — заявила Лиса и, выйдя из машины, открыла дверцу с моей стороны.
Я сидела и не шевелилась, испуганно глядя на женщину. К горлу снова подступил комок и мой подбородок затрясся.
— Только без соплей, — закатив глаза, раздраженно проговорила Лиса и, схватив меня за руку, повела в здание отеля.
Мы стояли рядом с рецепцией, и ожидали, пока администратор забронирует нам номер. Временами я ловила на себе насмешливый взгляд девушки за стойкой, она то и дело поглядывала на мои несчастные тапочки. Я не плакала и не брыкалась, но хватка Лисы не ослабевала ни на секунду. Опустив голову, я рассматривала дорогой бордовый ковер под своим ногами и чувствовала себя здесь определённо лишней. Отель буквально дышал вычурной роскошью, в которую моя сутулая фигурка явно не вписывалась.
Из-за всех этих переживаний, я чувствовала себя неважно, меня подташнивало, а в голове тяжелыми толчками не прекращая стучала кровь. Меня вдруг качнуло в сторону, будто кто-то ударил в бок, но крепкая рука Лисы удержала мое тело.
— Стоять что ли разучилась? — шепнула она мне на ухо. — Будь паинькой, мелкая.
Я сглотнула и шмыгнула носом. Зажмурив глаза, я стала мысленно молить высшие силы о том, чтобы они помиловали меня. И угораздило же попасть в такую неприятность! Открыв глаза, я тряхнула головой и часто заморгала, пытаясь вернуть себе зрение. Непонятные белые круги больно пульсировали передо мной, не позволяя сконцентрировать взгляд на чем-нибудь. Меня снова качнуло, но и в этот раз Лиса поддержала, правда, хватанула за руку значительно сильнее, и я сдавленно зашипела от боли.
— Вот ваши ключи, — объявила администратор, протягивая ей ключ с брелоком, на котором был указан номер.
— Благодарю, — женщина потащила меня за собой, а мои ноги внезапно перестали слушаться указаний мозга. Я зацепилась за край ковра и чуть не упала.
— Вам помочь? — донесся до нас голос администратора.
— Нет, — кратко ответила Лиса и, подхватив меня за талию, с легкостью перекинула себе через плечо, а затем пошагала в сторону лифтов. Меня едва не стошнило от того, что теперь я весела головой вниз. Желудок неприятно сжался, а на висках внезапно выступил пот. Мой панический страх, видимо уже достиг определенной грани, когда ты начинаешь привыкать к нему и четко осознавать, что должна предпринять попытку защититься. Шоковое состояние начало проходить и у меня в голове, будто вспышкой пронеслась мысль о том, что же я делаю? Сейчас я нахожусь один на один с проблемой, что предопределит мою судьбу и восприятие окружающего мира в дальнейшем. Изнасилование сломает меня, это очевидно, учитывая, что я никогда не обладала сильным характером. Теперь страх вгонял меня не в ступор, а призывал к решительным действиям.
Я стала брыкаться и бить Лису ногами в грудь. Её твердое плечо больно упиралось мне в живот, отчего чувство тошноты лишь усиливалось. Я тяжело дышала, но не прекращала бить. Она же в свою очередь хорошенько тряхнула меня и увесисто ударила по попе.
— Отпустите меня, — я выгнулась назад, силясь сползти на пол, но сильные руки быстро пресекли эту попытку, буквально вжав в плечо.
— Угомонись, — рявкнула она и еще раз ударила меня по попе, но значительно больней.
Я осмотрелась по сторонам, но никого не обнаружила. Господи, здесь ведь даже некого и на помощь позвать. Вдоль позвоночника прошелся неприятный мороз. Хотя... Та девушка-администратор прекрасно видела, в каком я находилась состоянии, но ничего не сделала. В голову начали закрадываться жуткие догадки.
— Это мой отель, — внезапно заявила Лиса, будто бы прочитав мои мысли.
Послышался сигнал о том, что лифт подъехал. Женщина зашла внутрь, но отпускать меня не спешила. Отель... Это её отель... Я постоянно повторяла в голове эти слова и с ужасом понимала, что попала в ловушку.
— Отпустите меня, — мой голос звучал жалко, в горле снова образовался комок. На мои слова не последовало никакого ответа. — Вы не человек? Вам нравится издеваться над людьми? — я всхлипнула. — Я ведь не сделала вам ничего плохого, зачем же вы так поступаете? — я пыталась достучаться до совести этой Лисы, но было ли до чего взывать? Нет. Человек, у которого есть совесть, так бы никогда не поступил.
Лифт остановился, женщина вышла в светлый холл и понесла меня куда-то, вероятно, в номер. Вокруг не было людей и это казалось мне странным. В отеле вообще кто-то еще проживает? Открыв дверь, Лиса внесла меня в комнату и поставила на ноги. Голова шла кругом, но я сумела сохранить равновесие. Женщина окинула меня быстрым взглядом, а затем закрыла дверь. Звук замка эхом зазвенел в голове, словно бы это был приговор к казни.
— Не строй из себя жертву, это просто секс, а не заклание, — вдруг проговорила Лиса, обойдя меня и положив свои ладони на мои плечи.
Может, для этого человека секс и обычное дело, но не для меня. Начитавшись о красивой и нежной любви в книгах, я тоже стала мечтать о подобном. Я часто представляла у себя в голове своего будущего мужа, который искренне будет любить меня и оберегать. Сейчас же, стоя в отеле номера и ожидая, когда надо мной надругаются, я вдруг отчетливо поняла, насколько мои мечты были наивными и нелепыми.
— Трахалась уже с кем-нибудь? — Лиса медленно провела ладонью по моим волосам, а у меня по спине прошлись мурашки.
Её вопрос больно резанул мне слух, а на щеках выступил румянец, вызванный стыдом. Я на подобные интимные темы, даже с отцом никогда не разговаривала.
— Понятно, значит целка еще, — женщина потянула меня за волосы и прижала к себе.
Мое сердце больно колотилось в груди, а перед глазами вновь закружились разноцветные точки. Я лишь на миг представила, что меня ожидает впереди и стало совсем уж дурно. Руки Лисы опустились ниже и коснулись моей груди. Я содрогнулась, ощущая дискомфорт от того, что мое личное пространство было окончательно нарушено. Мой рот уже открылся и я, кажется, хотела снова попросить этого человека отпустить меня, но не успела. Цветные точки перед глазами сгустились и превратились во тьму. Уши заложило, и я ощутила, что проваливаюсь в бездну.
Pov end.
Pov Lisa:
Мелкая упала в обморок, и если бы я вовремя ее не подхватила, то она бы упала на пол и что-нибудь себе повредила. Похоже, девчонка уж слишком сильно испугалась меня, и нервы ее окончательно сдали. Нужно было отказаться от этой тупой идеи сразу, как только ее предложил Джун. Да всё к этому и шло, мне нужны были бабки, которые этот засранец уже несколько месяцев отдать мне не может. Но что-то у меня в голове будто щелкнуло, когда я увидела эту малую. Хрупкую, темноволосую с кошачьими глазками. Да, я ее захотела, хотя обычно всегда предпочитаю женщин с опытом в сексуальных ласках. Но тут моя привычная схема почему-то дала существенный сбой.
Животные инстинкты взяли верх над разумом, и я абсолютно уверена, что если бы мелкая не упала в обморок, я бы ее взяла, несмотря на слезы и уговоры. Сейчас же мой пыл угас, да и трахаться с девчонкой без сознания как-то не хочется. Всё получилось невероятно тупо. Я никогда не была насильницей, меня не привлекает само осознание, что женщина страдает рядом со мной. А тут... Только и думала всю дорогу, как возьму эту малую, несмотря ни на что. Оправданий мне нет. Дебилка.
Взяв Дженни на руки, я отнесла ее на кровать. Девчонка легкая как пушинка и мне это не нравилось. Она явно недоедает. Джун всё профукал, но за дочкой следить-то всё равно надо. Хотя, какое мне до этого дело? Нащупав размеренный пульс мелкой, я немного успокоилась, чужой жизни мне не надо. Оклемается, ничего с Дженни не станет. Я осмотрела ее и остановила свой взгляд на ее тапках. Странно... А я даже и не заметила, что не дала ей возможности обуться. Дважды дебилка. Секса в моей жизни нет что ли? Как будто с цепи сорвалась ей-богу! Ну, девка и девка, у всех у них между ног одинаково.
Подойдя к окну, я заметила, что над городом начали сгущаться тучи. Да уж... Жди непогоды, а мелкая в тапках. Как-то, даже стыдно стало. Нужно бы вину загладить, да как ее тут загладишь, когда девчушку до чертей запугала? Дженни заворочалась на кровати, но в себя не пришла. Я укрыла ее одеялом и достала из кармана телефон. Мысль о том, как искупить вину пришла практически сразу. Проще было бы отвести малую к ее папке и поставить его на счетчик, но вдруг захотелось поступить иначе.
Pov end.